О перспективах России

Автор  12 мая 2006
Оцените материал
(0 голосов)

По приглашению Школы публичной политики в течение 2004 г. в разных городах России мною были прочитаны десять лекций на тему «Тенденции социально-экономического развития России». Каждая лекция состояла из трех частей, из которых первая была посвящена оценке текущей ситуации, а две другие относились, соответственно, к среднесрочным и долгосрочным проблемам и тенденциям. Первая часть моего выступления претерпевала существенные изменения по мере осложнения положения в стране в течение 2004 г., вторая часть основывалась на опубликованной в «Русском журнале» статье «О реформах вширь и вглубь», содержание же третьей части, о долгосрочных перспективах России нигде не публиковалась. Ее я и предлагаю вниманию читателей сборника, готовящегося сейчас Школой публичной политики.  

Введение
Тема моего выступления Тенденции социально-экономического развития России, но вы не услышите привычного рассказа экономиста о росте ВВП, динамике минимальной и средней заработной платы, золотовалютных резервах ЦБ и ожидаемом курсе доллара. Экономическая наука, как и многие другие науки, состоит из различных дисциплин. Одной из них является институциональная экономика, которая изучает общественные институты, задействованные в экономическом процессе или влияющие на экономический процесс, так что в поле зрения институциональной экономики оказываются и фирмы, и власть, и общественные порядки, и религия, и общественная мораль. Добавлю, что институциональная экономика – не экзотика, а одно из основных направлений экономической науки. Это заметно, например, по большому количеству Нобелевских премий, присужденных за исследования в этой области.
Именно как институциональный экономист я и буду выступать перед вами. Я буду говорить и о религии, и об общественной морали, и о культуре – но не как любитель изящных искусств, моралист и проповедник, а как институциональный экономист, анализирующий влияние этих факторов на экономическое положение нашей страны.
О значении экономической конкуренции
Страны всегда конкурировали друг с другом в военной и экономической областях. Но еще совсем недавно военная конкуренция была доминирующей, а экономика подпирала военную мощь. Сейчас по важности они поменялись местами. Страны конкурируют в первую очередь экономически, а уже во вторую очередь – своими вооруженными силами. Поэтому, чтобы быть самостоятельной Россия должна быть экономически конкурентоспособной.
Для того чтобы быть конкурентоспособными в военном отношении, нужно иметь вышколенную армию и отличное вооружение. А чтобы быть конкурентоспособными в экономическом отношении нужно иметь высокую общественную мораль и мощные общественные институты, такие, например, как право. Чтобы построить последние, нужна высокая государственная культура. Значение общественной морали и государственной культуры можно пояснить и иным образом. Государственная культура направляет государственный корабль в правильном направлении, а общественная мораль дает попутный ветер для его движения.
Нынешняя экономическая конкуренция отличается от прошлой военной еще в одном важном отношении: раньше в соприкосновении с противником входили только воюющие армии; кроме того, заочную дуэль вели военные производства. Все остальное общество могло быть в изоляции от внешнего мира. Теперь жизнь становится другой. Создавая добавочную стоимость в условиях глобальной экономической конкуренции, в противостоянии участвует практически каждый трудящийся России!
О культуре
Уровень развития разных частей русской культуры легко распознать с помощью языкового теста с прилагательным русский. Русский писатель – это звучит гордо, это лучше, чем просто писатель! Попробуйте спросить образованного человека в любой стране мира, читал ли он Толстого или Достоевского? Он обидится, потому что великая русская классическая литература входит в культурную азбуку мира. И русский математик звучит гордо! При советской власти наши математические журналы переводили в США целиком. А сейчас наши математики заняли высшие позиции во всех мировых университетах. И русский шахматист! Многие выдающиеся зарубежные шахматисты специально учили русский язык, чтобы читать наши шахматные книги… А список наших чемпионов мира по шахматам общеизвестен.
Ну а русский бизнесмен, чиновник, экономист? Это хуже, чем просто бизнесмен, чиновник, экономист!
Наш тест дал представление о реальном положении дел в нашей культуре. Хотя российская культура в целом является конкурентоспособной, в данный момент жизнь бьет по ее слабым местам. А общественные теория и практика – это провальное крыло здания нашей культуры, наш национальный позор!
О заимствованиях
Мы – страна успешных и безуспешных заимствований. Бесплодными оказались, например, попытки насаждения парламентаризма и много другого, противоречащего основаниям русской культуры[i].
Но есть у нас и многочисленные примеры успешных заимствований! Православие, заимствованное из Византии, уже в следующем поколении дало Русской Земле любимых народом святых страстотерпцев князей Бориса и Глеба. А позже наша страна стала одним из вселенских центров Православия.
Заимствованные западноевропейские литературные идеи были использованы русскими учеными и писателями от Ломоносова до Пушкина для создания великого и могучего русского литературного языка, породившего великую русскую классическую литературу, являющуюся одной из вершин мировой литературы всех времен и народов.
Разобрав и собрав немецкую ракету ФАУ-2, летавшую на несколько сот километров, наши ученые и конструкторы в след за тем создали первую в мире межконтинентальную баллистическую ракету, летавшую в любую точку земного шара, и открыли космическую эру в истории человечества.
Мы умеем взять совершенное чужое и сделать из него совершенное свое!
Тут уместно добавить несколько слов о русском перфекционизме: тяге русской культуры к совершенству. Русская культура стремится как можно дальше развести правду и неправду, чистое и нечистое, совершенное и несовершенное. У нас не осуждают посредственное, как раз наоборот, у нас его очень много, но у нас не любят посредственное, рядящееся в высокое, и нарочно норовят унизить его. Многие заимствования отторгаются даже не потому что они чужие, а потому что они не могут пройти через это испытание.
О создании обществоведческих школ мирового класса
Наша культура столь близка к западной, что мы с легкостью ее имитируем. И это часто служит нам плохую службу: поверхностное использование западных научных категорий создает видимость понимания нашей страны, поверхностное копирование западных институтов – видимость успешной модернизации.
И для того, чтобы глубоко познать свое общество, и для того, чтобы заимствовать западные общественные институты, и для того, чтобы сформулировать собственные государственные доктрины, нам нужны обществоведческие школы. А чтобы стать конкурентоспособными в окружающем нас трудном мире, эти школы должны быть мирового класса. И здесь русский перфекционизм будет нам очень кстати.
Но разве такое возможно, спросите Вы, ведь обществоведение, как было сказано выше, является провальным крылом здания нашей культуры? Вкратце ответ будет таков: Россия уже решала подобные задачи, создавая прославившие ее естественнонаучные школы мирового класса! Кстати, один из применяемых для этого методов – приглашение на постоянную работу в Россию корифеев западных наук.
О западниках и почвенниках
Полторы сотни лет в России шла полемика западников и почвенников, в то самое время как «властолюбивые и тупоголовые бюрократы» отказывались слушать и тех, и других. Как вдруг, после распада Советского Союза, возник идейный вакуум, и власти стали хвататься за любые идеи. Тут-то и выяснилось, что ни западникам, ни почвенникам нечего предложить. Наши западники, оказывается, не знают Запада, а наши почвенники не знают почвы. Они, как выяснилось, не мыслители, а мечтатели! А мечтательность – не безобидное фантазерство, а тяжкая болезнь ума. Православная Церковь считает ее дьявольской прелестью: всякая мечтательность есть скитание ума вне истины, в стране призраков несуществующих и не могущих осуществиться, льстящих уму и его обманывающих, — писал св. епископ Игнатий Брянчанинов.
А жаль, что у нас нет ни настоящих западников, ни настоящих почвенников: очень хотелось бы получить практический совет, как заимствовать великую англосаксонскую правовую систему вместо болтовни о том, что нам до Запада расти не до расти, – или как собрать полномочный земский собор, вместо празднословия о порче России реформами Петра I и коммунистическим экспериментом.
А вот среди сынов Отечества, по настоящему поработавших на его благо, разделение на западников и почвенников оказывается искусственным. Это верно и относительно и русских математиков, и русских шахматистов, и любимого всем нашим народом Александра Сергеевича Пушкина.
О совершенных общественных институтах
Мы уже говорили, что высокая русская государственная культура практически нужна нам для создания совершенных общественных институтов. Хорошей рыночной экономике нужна хорошая правовая система. Поэтому, чтобы быть первыми в мире, мы должны создать у себя в стране лучшую в мире правовую систему. Это невозможно, скажите вы! Позвольте привести один исторический пример создания «из нечего – чего».
Основатели государства Израиль считали, что он во всем будет похоже на современные европейские государства, кроме армии, которую придется делать наемной, поскольку евреи, как известно, не умеют воевать. Нам известно, что современная израильская армия является одной из лучших в мире.
О морали
 В 80-е годы я изучал статистические данные о потреблении наркотиков в США. Если мне не изменяет память, около половины взрослого населения страны пробовали наркотики – ужасные цифры! Но вот, что интересно – 20% взрослого населения, то есть каждый пятый, никогда не брали в рот алкоголь или сигарету, не говоря уже о наркотиках!!!
Кто они, эти 20%? Это американские фундаменталистские секты с высокой моралью. Американские экономисты говорят, эти секты чудовищно богаты из-за своей морали. Конечно, из-за трудолюбия, но не только. Если среднему американцу дадут в банке ссуду под 10% годовых и будут беспокоиться о ее возврате, то фундаменталисту дадут под пять-шесть процентов, и будут спать спокойно, потому что известно, что он деньги отдаст всегда. Потому что фундаменталисты боятся Бога больше, чем уголовного кодекса. Им дают «как самому себе».
А вот другой пример: человек шлифует гайку, которую никто ни когда не увидит, и поясняет, что не может поставить на место неотшлифованную гайку. Этот человек – немец, причем казахстанский.
Приведем и российский пример в той области, где моральные нормы у нас еще работают. Представьте себе, что на улице взрослый человек бьет ребёнка. Соберётся толпа, кто-то обязательно вмешается, да еще отойдет довольный тем, что день провел не зря. Все это произойдёт без единого рубля, выделенного на охрану общественного порядка. Это «бесплатный бензин государственности», когда люди с удовольствием делают то, что требуется обществу, стране, государству. Так работает общественная мораль.
В этом особом случае общественная мораль проявит себя. Но в целом по этому параметру мы неконкурентоспособны. Насколько в этом виноваты революция, коллективизация, репрессии, война, брежневское «ты мне – я тебе», горбачевская перестройка, ельцинские реформы 90-х годов – это не так важно, как тот ужасный результат, который мы сегодня имеем. И если мы хотим выжить в современном мире, наша общественная мораль должна быть существенным образом исправлена.
О роли религии
Лингвисты употребляют термин usus для обозначения привычного языкового поведения, которое может во многом отличаться от норм литературного языка. А мы будем говорить об общественном ususе – привычном поведении, которое может резко нарушать нравственные нормы.
Языковый usus корректируется обращением к безусловным правилам языка. Общественный usus исправляется обращением к безусловным нравственным нормам, а их дают нам религии. Например, для религии воровать – грех, даже если воруют все как один.
Но религия – не только поставщик эталонов общественного поведения, но активный инструмент его исправления. Она дает духовную силу для важных государственных реформ, сопровождающихся укреплением общественной нравственности.
Разберем возможные совместные светские и религиозные действий на примере решения одной очень трудной и болезненной проблемы.
О выживании
Наша страна, как известно, вымирает. Впрочем, за вычетом иммиграции, быстро или медленно сокращается население почти всех развитых стран мира. Демографы знают, что пособия на детей нигде не смогли улучшить ситуацию, а повышение уровня жизни, как правило, приводит не к увеличению, а снижению рождаемости. Что же может оказать положительное воздействие на нашу демографическую ситуацию? Что может нам помочь?
Ответ суров – отмена пенсий! Если вступающие во взрослую жизнь с самого начала будут знать, что пенсий они не получат, то станут заботиться о своем будущем двумя возможными способами: рожать детей и делать сбережения на старость. Оба эти способа чрезвычайно полезны для страны. Первый дает ей приток человеческого капитала, второй – финансового.
И действительно, страны, не имеющие всеобщего пенсионного обеспечения, отличаются более высокой рождаемостью и нормой накопления, а также низкими налогами, что чрезвычайно полезно для бизнеса, а, значит, для экономического процветания. Заметим также, что в политическом отношении отмена пенсий означает шаг от тоталитаризма к свободе: ликвидируется грубое вмешательство власти во внутрисемейные отношения.
Еще более оздоровляющей является отмена пенсий для общественной морали. Дети воспитываются более ответственно – не для потехи родителей, а как будущие кормильцы, укрепляются межпоколенческие отношения, семья из института легальных сексуальных утех превращается в институт продолжения рода человеческого.
Не вызывает сомнения активная поддержка таких действий всеми без исключения традиционными религиями. Ведь для всех них твердые семейные устои являются основой правильной религиозной жизни.
В случае односторонних действий светских властей реформа воспринималась бы как очередной наезд на имущественные права граждан ради экономии бюджетных средств. С подачи религиозных сообществ она становится возвращением к Божьим заповедям и традициям отцов, за что можно и нужно пострадать и потрудиться.
Ну а русская норма рождаемости изложена в пословице: первый сын Богу, второй царю, третий себе на пропитание.
Кстати, общенациональные пенсии оказались одним из самых разрушительных изобретений человечества. Впервые их ввел Бисмарк в Германии в 1889 г. До этого люди успешно жили без них. А сейчас все цивилизованные страны испытывают огромные трудности и с рождаемостью, и с избыточной налоговой нагрузкой, падающей на работников.
О многоконфессиональной стране
Всякий раз, когда заходит разговор об использовании потенциала религии, чей-либо искушающий голос обязательно спрашивает: а какой религии? Ведь Россия – многоконфессиональная страна…
И, правда, как с этим быть? Сейчас религии равноправны в том, что все они являются досуговыми учреждениями. Вместо этого следует использовать потенциал всех религий на подобающих им местах. О том, как это делать, можно прочесть в интервью интернет-газете ПОЛИТ.РУ: Как строить Российскую империю?
И так, если власть это – меч, то можно и нужно действовать мечом и Крестом, мечом и Кораном, мечом и Торой и т.д.
О языке
Мы начали разговор о перспективах развития России с проблем общественной морали и государственной культуры. Но у России есть другая важная проблема, без решения которой невозможно подступиться ни к исправлению общественной морали, ни к обогащению государственной культуры. Эта проблема русского общественно-политического языка. А точнее – его отсутствия.
Как правило, в этом месте мои слушатели бывают удивлены. В каком смысле, спрашивают они, вы говорите об отсутствии языка? Ведь мы беседуем, обсуждаем политику между собой. Наши журналисты пишут статьи и выступают в СМИ. Чиновники сочиняют доклады и отдают распоряжения. Выборные лица выступают перед избирателями…
Действительно, какой-то общественно-политический язык есть. Но он неразвит: беден, неточен, не способен передавать нюансы. Любое выражение на нем – пошлость, любая мысль – обман. Это язык Эллочки-людоедки, с той разницей, что на нем говорит вся страна. В результате мы не способны ни разобраться в том, что происходит в стране, ни привлечь знания из окружающего мира, ни обратиться к своему прошлому, ни построить свое будущее.
Все вышесказанное касалось использования языка для понимания социальной жизни, или как говорят лингвисты, его когнитивной функции. Но у языка есть еще и коммуникативная функция: поддерживать общение между людьми. Недаром в большинстве стран одна страна – один язык. А у нас отдельные группы среди интеллигенции, бюрократии и народа говорят на разных политических диалектах, которые с большим трудом соотносятся друг с другом. Мы имеем настоящий языковой раскол страны, который питает раскол политический.
И чем меньше политик говорит на современном уродливом политическом языке, тем лучше его электоральные результаты. Не случайно, что оба демократических президента за 12 лет ни разу не обращались к народу (а не номенклатурным собраниям) с рассказом о положении в стране и о том, что они собираются делать!
О том, как мы дошли до жизни такой
Положим, что русская поэзия достигла уже высокой степени образованности: просвещение века требует пищи для размышления, умы не могут довольствоваться одними играми гармонии и воображения, но ученость, политика и философия еще по-русски не изъяснялись; метафизического языка у нас вовсе не существует – это писал А.С.Пушкин еще в 1825 г.[ii].
А ведь к этому времени уже творил Сперанский. А от Сперанского до современных демократов употребляется похожий язык, построенный на кальках западноевропейской общественно-политической терминологии. Прерывался он только советскими номенклатурными наворотами. Двести потерянных лет! Александр Сергеевич нашу политическую немоту заметил, но последующие ученые, политики, писатели не узрели ее очами, не услышали ушами, и не уразумели сердцем.
Почему этот язык прижился? В XIX веке высшие классы, которые его использовали, были трёх-, четырёхъязычными и знали общественно-политическую терминологию не только в кальках, но и в оригинале. А низшие классы не говорили на этом языке, да им это было и не нужно.
В советское время этот язык пополнился марксистскими перлами, ставшими неотъемлемой частью народного сознания, и потерял все, относящееся к самоорганизации российского общества. Это место заняли полные скрытого восхищения репортажи журналистов-международников. Их языком мы и воспользовались для создания своей демократии, пополнив его криминальным диалектом, также сохранившим отношения самоорганизации.
О языковой деятельности
Создание общественно-политического языка – не издание справочника с новыми словами. Это долговременная кропотливая работа, которая требует колоссальных усилий. Вдохновлять нас должно создание великого русского литературного языка трудами ученых и писателей от Ломоносова до Пушкина.
Заключение
Высокая государственная культура поможет нам восстановить разорванную политическими катаклизмами связь времен, а мощный общественно-политический язык – договориться и закончить непрекращающуюся горячую и холодную гражданскую войну. Ну а высокая общественная мораль хороша и сама по себе.
И такое обновление российского общества, наверное, важнее, чем конкурентоспособность в окружающем мире, с которой мы начали свой рассказ.
А чтобы начать большие дела нужно лишь одно: перестать жить одним днём, что делают сегодня и президент, и бюрократия, и простые труженики. Будем действовать в государстве, как в своей семье: не забывая о ежедневном хлебе насущном, заботиться о будущем, которое быстро становится настоящим.

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!