Парадиз для миллионеров Отличия китайской Hi-Tech долины от белорусской кремниевой долины

Автор  05 апреля 2006
Оцените материал
(0 голосов)

Вслед за калифорнийской кремниевой долиной, индийским Бангалором и ирландскими инновационными центрами Китай начал активно развивать свой технопарк на площади 400 квадратных километров – Чжунгуаньцунь. Китайцы научились качественно копировать буквально все, не забывая при этом о своей науке. Пекин в районе Чжунгуаньцунь разительно отличается от Пекина спальных районов. Злые языки говорят, что китайская элита вместе с иностранными ТНК устроила себе западную резервацию в столице страны. Столичные власти и бизнес говорят об инновационном пути развития через создание именно таких центров.  

Частная инициатива, а не результат директивы

Рядом с самым крупным парком бурно развиваются еще четыре похожие образования. Фэнтаюань и  Чанпиньюань занимаются, в первую очередь, компьютерными и информационными технологиями. Зона технико-экономического освоения Ичжуан и электронный комплекс на севере Пекина – это экспериментальные площадки для освоения и внедрения самых современных технологий.
Чжунгуаньцунь – это огромный интеллектуальный центр, в котором формируется hi-tech будущее Поднебесной. Здесь производится как человеческий, так и технологический потенциал страны. У границ технопарка находятся около 40 ведущих вузов страны, в том числе Пекинский госуниверситет, более 200 всевозможных государственных НИИ и лабораторий, а также Государственная библиотека Китая.
Главное отличие электронной улицы Пекина – так называют Чжунгуаньцунь местные жители – от белорусского проекта силиконовой долины – форма собственности и мотивация для развития. В Китае данный проект инициировал простой сотрудник Академии наук Китая Чэнь Чуньсянь. Именно он 23 октября 1980 г. открыл в этом районе первое инновационное предприятие. К концу 1980-х здесь уже работали более 100 подобных компаний. Они пришли сюда не по приказу компартии.
Сегодня их число превышает восемь тысяч. Из них почти 1500 – иностранные. На этой небольшой территории имеют свои офисы около 50 компаний, входящих в Fortune-500, в том числе такие гиганты, как Motorola, Intel и Microsoft. На территории парка работает около 500 тысяч человек. В Чжунгуаньцуне эффективно и с прибылью соединяют фундаментальные исследования и практические разработки. Около 40% всех китайских академиков. В 2004 году предприятия данного технопарка получили доход в объеме около $50 млрд. 70% этой суммы дают IT-технологии (производство "железа", программного обеспечения, мобильных технологий и микрочипов СQ). Остальное приходится на биотехнологии и медицинские разработки.
    Как видим, никто силком не загоняет ученых в силиконовый «рай». Ни государство, ни тем более частный бизнес не поддерживает пустые проекты, не имеющие выхода на уровень промышленного производства. Городские власти не тратят свой бюджет на привлечение иностранных инвесторов или ученых. Они делают то, что должно делать государство – обеспечивают порядок и безопасность. Никому в голову не приходит идея реализации некого пятилетнего плана инновационной деятельности и навязывание бизнесу и ученым неких проектов, выбранных высшим партийным руководством. В этом Китай принципиально отличается от Беларуси. Он не навязывает свой «устав» участникам технопарка, не блокирует частную инициативу. Китайские коммунисты в отличие белорусских не приказывали своим ученым начать реализацию данного проекта. Ученый Чэнь Чуньсянь реализовывал свой план, а не директиву Дэн Сяопина.

Синергия творчества, а не льготы

Чжунгуаньцунь стал центром привлечения венчурного капитала со всего мира. При этом работающие здесь компании пользуются существенными налоговыми льготами, имеют возможность получать дешевые кредитами и дотация. В Инкубаторе, одном из центральных частей технопарка, малый бизнес может бесплатно получать офисы для инновационной и исследовательской деятельности. При этом доля таких компаний в общем объеме производства мала. Для них очень важно работать бок о бок с лидерами мирового рынка. Здесь ценится именно hi-tech атмосфера, синергия творческого потенциала, а не просто более низкие ставки налога на прибыль.
    Беларусь же стремится создать свою силиконовую долину изначально как административный проект, планируя завлекать компании льготами и дотациями. Под указку чиновника едва ли можно реализовать современные научные проекты и генерировать идеи. Даже если власти позовут обратно И. Титенкова или Т. Винникову и назначат его смотрящим за белорусским эквивалентом Чжунгуаньцунь, к нам в страну не приедут Sharp, Samsung, Pfizer и другие лидеры инвестиций в науку технологии.

Неравенство в почете

Есть еще один важный фактор успеха китайской силиконовой долины. Несмотря на официальную пропаганду имущественного равенства, китайские власти смотрят сквозь пальцы на самую большую концентрацию долларовых миллионеров в Чжунгуаньцунь. Неформально они приветствуют обогащению своих граждан за счет инновационной деятельности. Никто не боится налоговых проверок, публичных порок. Сами китайские коммунисты понимают, что марксистское равенство – это опасный атавизм прошлого.
    Трудно себе представить, что белорусские миллионеры смогут безопасно легализовать свои деньги в минской или витебской силиконовой долине. Наши власти до сих пор шарахаются от идеи проведения амнистии капитала, как черт от ладана. С таким отношением к богатым, к людям творческого инновационного труда успешный технопарк не построишь. Китайские коммунисты это поняли давно. Поэтому Поднебесная более 25 лет растет со скоростью 8 – 9% ВВП в год, продолжая радовать потребителей всего мира не только дешевым ширпотребом, но и все чаще качественными, современными технологическими и научными решениями. Заслуга Чжунгуаньцунь, как частного проекта в этом неоспорима.