Экономика войны в Ираке конфликт интересов на фоне отсутствия морали

Автор  05 апреля 2006
Оцените материал
(0 голосов)

Войну в Ираке нельзя, пользуясь терминологией Виктора Цоя, назвать конфликтом «без особых причин.., лекарством против морщин». Ирак стал ареной, на которой сошлись экономические интересы очень многих корпораций из разных стран. Они используют правительства для того, чтобы пылко и страстно отстаивать прямо противоположные точки зрения на нейтрализацию угроз в XXI веке. Безусловно, грубой ошибкой было бы сводить всю войну в Ираке к чистой экономике. Так же неправильно обвинять только одну страну – США – в том, что она ввязалась в этот конфликт только ради нефти. Реальная ситуация, как показывает жизнь, гораздо сложнее.

В день начала бомбардировок США поддерживали 42 страны (без Канады, Германии и Франции). К ним следует добавить 15 стран, которые оказывают американцам, по их определению, «молчаливую поддержку». Таким образом, коалиция против Хусейна сегодня превышает коалицию 38 государств, которая была сформирована во время первой войны в Персидском заливе в 1991 г. Администрация Буша сконцентрировала огромный потенциал на политическом фронте, значительно оголив свою экономику. Аксиоматично утверждение, что на войне многие хорошо зарабатывают. Но нельзя забывать, что на войне очень многие теряют.

С момента прихода Дж. Буша к власти стоимость акций фондового рынка США упала на 33%. Но Wall Street испугался скорее банкротств типа «Энрона», чем войны в Ираке. Инвесторы продолжают забирать деньги из экономики США, а индекс потребительских настроений упал до исторически самых низких значений. Проблема в том, что инвестициям особо убегать некуда, поскольку фондовые индексы Европы еще хуже. Безудержно растет долг домашних хозяйств, который находится на самом высоком уровне за всю историю Штатов. Увеличение дефицита бюджета сопровождается падением промышленного производства. Это относится не только к экономике США, но и Германии, Франции и всего Евросоюза. Лэрри Линдси, бывший экономический советник Дж. Буша оценил стоимость войны в Ираке в $100- 200 млрд. После того, как он озвучил эту цифру, его попросили в отставку. Полисимейкеры посчитали данный прогноз слишком завышенным. Тревожно наблюдать, что расходы бюджета при Администрации буша растут быстрее, чем во времена Линдона Джонстона, который слыл известным транжирой. По оценке экспертов известного аналитического центра «Като» война обойдется (в зависимости от продолжительности) в $50 – 250 млрд.). Если учесть ожидаемый бюджетный дефицит в $150 млрд., то становится ясным, что, как минимум, без рецессии, в послевоенной мире не обойдется. Однако ожидать катастрофы в США при ВВП в $10 трлн. долларов не приходится. Европейские экономики находятся в гораздо худшем состоянии. Бюджетные дефицит, безработица в той же Германии гораздо выше. При отсутствии политической воли к серьезных реформам, Германия может затянуть за собой в кризис весь ЕС, в том числе страны Центральной и Восточной Европы. Война практически всегда означает инфляцию. В период первой мировой войны  с 1915 по 1920 гг. оптовые цены выросли на 122%. С 1945 по 1948 гг. цены выросли на 52%. Сейчас политика Федеральной резервной системы и Европейского центрального банка более рациональна, но эксперты, тем не менее, ожидают рост цен на металлы и другое сырье, которое используется в военной сфере.

В отличие от первой иракской войны в 1990 г., когда цены выросли до $40 за баррелей, теперешний конфликт привел к обратной ценовой динамике. Цены на нефть уже падают и продолжат падение даже до уровня менее $20 за баррелей, если С. Хусейн будет побежден быстро, и Ирак вернется к мирной жизни, но уже с американскими нефтяными компаниями. Главные участники самого зловредного в мире картеля ОПЕК вряд ли легко согласятся на передел нефтяных квот. Некоторое время нефти на рынке будет очень много, что приведет к значительному снижение цены до уровня $10 – 12 за баррелей. При себестоимости добычи нефти в Ираке на уровне $0,5, новым хозяевам иракских шельфов прибыли хватит и при таком уровне цен. Такое развитие на нефтяном рынке, безусловно, выгодно Беларуси, которая является чистым импортером минеральных продуктов. Демократия в Ираке будет означать для белорусских товаропроизводителей экономию десятков миллионов долларов и рост конкурентоспособности их товаров.

Экономические выгоды противников военной операции против Ирака


Политика основным критиков коалиции, возглавляемой США, становится более понятной при анализе экономических интересов компаний данных стран в Ираке. Как бы ни прикидывались немецкие, французские, китайские и российские политики моралистами и «голубями мира», характер торговых связей с Ираком позволяет сделать вывод о том, что затягивание переговоров и бесконечные инспекции ООН были экономически выгодны корпорациям этих стран.

Французское телевидение вряд ли связывает политику Жака «Ирака» Ширака с тем, что Франция контролирует 22,5% импорта Ирака. Только размер программы «Нефть в обмен на продовольствие» составляет $3.1 млрд. По оценкам ООН, Франция стала крупнейшим торговым партнером Ирака. Около 60 французских компаний обслуживают продовольственные программы С. Хуссейна. А известный французский нефтяной гигант Total Fina Elf подписал с руководством Ирака контракт на разработку Маджнунского нефтяного  шельфа, размер которого оценивается на 30 млрд. баррелей. Данная компания согласовала подписание контракта на разработку еще одного крупнейшего месторождения нефти – Нар Умар. Французские нефтяники замахнулись на 25% всех резервов Ирака. Телекоммуникационный гигант Alcatel заключил контракт на $76 млн. на модернизацию телекоммуникационной системы. В дополнение к этому, по данным Стокгольмского института исследования мира, Франция поставила в Ирак в период с 1981 по 2001 г. 13% всего объема импорта оружия.

Среднегодовой торговый оборот Германии с Ираком составляет около $350 млн. Дополнительно немецкие производители экспортируют в Ирак через третьи страны товаров еще на $1 млрд. Когда в Багдадской торговой выставке, которая состоялась в прошлом году, участвуют 101 немецкая компания, это говорит о живом интересе ФРГ к нефтедолларам Ирака. По итогам 35 ежегодной багдадской выставки немецкие производители подписали контрактов на $80 млн. на поставку 5000 автомобилей  запасных частей. Только DaimlerChrysler получил контракт на $13 млн. Сегодня немецкие власти расследуют дело по нелегальным поставкам немецкого оружия в Ирак через Иорданию.

Россия также имеет свои интересы  в Ираке. По данным CIA World Factbook Россия контролирует 5,8% всего импорта этой страны. Товарный оборот в рамках «Нефть за продовольствие» достиг почти $1 млрд. Россия планировала увеличить данную программу, чтобы выбить из Ирака $7 – 8 млрд. еще советских долгов (по поставкам оружия в 1980 – 1988 гг.). в 1997 г. Лукойл заключил контракт на $4 млрд. на 23 года на разработку нефтяного шельфа Вест Курна. В октябре 2001 г. Славнефть, тогда еще белорусско-российская компания, заключила договор на $52 на бурение нефти в Южной части Ирака. Война сорвала России потенциальных контрактов с Ираком на $40 млрд. С 1981 г. Россия была крупнейшим поставщиком оружия в Ирак. Ее доля на в импорте товаров данной группы составила 50%.

Очередным противником военного вторжения в Ирак был Китай. Эта страна контролировала 5,8% иракского импорта. Китайская национальная нефтяная компания заключила 22-годщовой контракт на эксплуатацию нефтяного шельфа Аль Адаб. В последние годы Chinese Aero-Technology Import–Export Company заключила большой контракт на поставку в Ирак «метеорологического спутника». Под видом телекоммуникационного оборудования Китай продавал в Ирак оптоволокнистый кабель и другое оборудование, которое может использоваться в военных целях. В последние 20 лет Китай был вторым по размеру экспортером оружия в Ирак. Таким образом, мы еще раз убеждаемся в том, что при рыхлости международного права, неспособности ООН разрешать серьезные международные конфликты, явном несоответствии существующей архитектуры безопасности с реальным раскладом сил в конфликте типа иракского  все стороны отстаивают свои, в том числе экономические интересы. А обращение к морали, справедливости и другим ценностям – это для электората.

Хуссейн – сторонник плановой экономики

Если не брать политические аспекты, то все равно поражаешься, как не эффективно управлял тоталитарный режим С. Хусейна богатейшей страной. Ирак имеет 112 млрд. баррелей нефти разведанных резервов (второй показатель в мире после Саудовской Аравии). Другие эксперты считают, что нефтяные резервы достигают 220 млрд. баррелей. Не удивительно, что 60% ВВП Ирака и 95% валютной выручки – это нефть. При этом ВВП Ирака по рыночному курсу составляет лишь 1/3 от уровня 1989 года. Внешний долг в $140 млрд. добивает финансы государства. Если бы Хуссейн не национализировал нефтяную промышленность, не развязал войну с Ираном в 1982 – 1986 гг., не вторгся в Кувейт, а вел себя так, как, скажем, Саудовская Аравия, то Хусейн наверняка был одним из самых уважаемых людей в ОПЕК и в мире. Однако диктатор, который любит Сталина и шикарную итальянскую обувь, выбрал другой путь к славе. Он потратил около $10 млрд. на разные виды вооружения и регулярно поддерживал террористические группы типа «Хамас». Хорошим подспорьем для Саддама в годы торгового эмбарго была контрабанда нефти. В период с 1996 по 2002 г. режим заработал на «сером» экспорте нефти  около $7 млрд. Финансирование военных расходов помогает и высокая инфляция. Среднегодовой показатель инфляции в период 1994 – 2001 составляет 80,4%, уменьшившись в 2001 – 20002 гг. до 60 – 70%. Надо сказать, что белорусское правительство без войны имеет большую среднегодовую инфляцию за этот период.

Молчаливые жертвы войны


Интересны также расчеты того, во сколько обойдется восстановление экономики Ирака. Если за основу брать затраты на восстановление страны после первой войны Ирака с мировой коалицией, то в эту страну надо «закачать» от $50 до 100 млрд. Уже сегодня существуют планы приватизации нефтяных шельфов. Наверняка претерпит изменения структура импорта Багдада, которым на неопределенное будущее будут управлять «чикагские мальчики» и крупнейшие нефтяные ТНК, преимущественно из США и Британии. Некоторые эксперты утверждают, что война может стать катализатором для развития экономики. Мол, после войны растет спрос на промышленные и потребительские товары, на модернизацию производств и создание инфраструктуры. Это очень опасная иллюзия. Никто не считает издержки упущенных возможностей потребителей тех стран, которые увеличивают военные расходы. Сколько компьютеров, тракторов, мебели или продовольствия можно было бы произвести, не будь резко возросших военных расходов? Сколько рабочих мест можно было создать, сколько сотен тысяч людей накормить. Именно эти молчаливые потребители и налогоплательщики во десятках стран мира являются основными жертвами идущей и любой другой войны. Как писал Л. Мизес «война вредна не только побежденным, но и победителям». Когда смолкнут залпы пушек и ракетных установок, когда успокоятся после бомбометаний «Стелсы» и мощные военные корабли вернутся в родные порты – когда рассеется дым сражений, тогда мир столкнется с болезненной мировой экономической рецессией. Некоторые эксперты прогнозируют вторую Великую депрессию после 2005 года. Выиграют те страны, компании и домашние хозяйства, которые, несмотря на войны и конфликты, умеет считать свои деньги, обходятся низкими налогами и не залезает в долги. До тех пор, пока товары свободно не будут перемещаться по миру, будет существовать угроза военных конфликтов. К сожалению, ни ЕС, ни США, ни Япония, Россия или Китай этого пока не понимают.