WINDOWS от Наталии Главное – без "понтов". И любое производство можно наладить

Автор  03 апреля 2006
Оцените материал
(0 голосов)

Принято считать, что торговать легче, чем организовать производство. Я считаю, что сравнивать эти два процесса некорректно. Каждый из них имеет свои особенности, требует знаний, а в белорусских условиях – самоотверженности. Наладить производство в нашей стране – это не только знать технологию, получить поддержку инвесторов или банка, уметь управлять рабочими и инженерами. Гораздо большая проблема, перед которой "ломаются" и "крепкие хозяйственники", и "новые белорусы" –¬¬¬¬¬¬ это получение лицензий и разрешений, общение с таможней, налоговой, органами сертификации и десятками внезапно появляющихся проверяющих. У нас мало иметь диплом мастера бизнес-управления. Ведь в западных школах не учат специфике работы в постсоциалистической деловой среде. Директор иностранного предприятия "Джива плюс" Наталия Мясникова западных бизнес-школ не оканчивала. При этом она умудряется вести удачный, перспективный проект – производство окон, дверей, панелей и других элементов, используемых в строительстве. Удача помогает целеустремленным и сильным да еще таким, кто умеет разоружать очаровательной улыбкой.  

– Откуда у вас страсть к бизнесу? Что из вашей жизни до реформ начала 90-х раскрыло в вас страсть к предпринимательству? – После окончания средней школы я работала на заводе оператором ЭВМ. Позже, когда обучение стало платным, я поступила в Белорусский коммерческий университет управления. Выбор первой работы был банально прост. Мама работала на заводе. Чтобы дочка без дела не шаталась целое лето, она решила устроить меня поближе к себе. У нее была достаточно жесткая позиция: все должны быть при деле. Со мной никто не советовался. Просто мама сказала: "Пойдешь работать". И все. Моя первая зарплата была около 100 рублей. Меня это вполне устраивало. Я человек неизбалованный, тем более что тогда зарплату за меня получала мама. – Когда же вы вышли из-под опеки мамы? – После завода я работала в молодежном хозрасчетном объединении "Майстэрня", которое было организовано одним из райкомов комсомола. Это был хороший опыт самостоятельной работы. – Так вы были активисткой, комсомолкой? – Да, я занимала все возможные должности в общественной работе. Я начинала работать кассиром-бухгалтером, потом стала технологом. На другой фирме я была инспектором по кадрам и через некоторое время очутилась в банке на должности администратора. Там я проработала 8 лет, став экономистом. Я научилась работать с клиентами, общаться с людьми. Навыки управления, конечно, потом пригодились. – Странно, были компьютеры, кадры, банки. Как вы вышли на производство окон? Почему не продукты питания, одежда? Ведь производство – это совершенно иная сфера деятельности. Это была просто женская интуиция или все-таки расчет? – Все началось с того, что я решила поставить в своей квартире вместо развалившихся деревянных окон нормальные, чтобы зимой не дуло. Одно время поставить стеклопакеты для меня было безумно дорого. Они стоили около тысячи долларов, потом цена упала до 750 и, в конце концов, – до двухсот. Тогда на нашем рынке практически не было конкуренции, товар был сравнительно новым, поэтому и цены были высокими. Через 5 лет стеклопакеты сможет позволить себе каждый. Я начала интересоваться окнами, читать специализированную литературу, обзванивать фирмы, которые занимались окнами. Окунувшись в эту тему, я поняла, что она очень интересна. Через полтора года появилась уже реальная возможность открыть производство. – А выгоднее ли работать на белорусском рынке под маркой иностранного предприятия или же белорусским компаниям легче? – Есть свои преимущества и недостатки и у белорусских, и у иностранных предприятий. Например, мы зарегистрированы в налоговой инспекции одного из районов Минской области. Наверное, мы там такие одни. Когда сотрудники инспекции видят иностранное предприятие, они думают, что у нас работают только богатые иностранцы. Они не могут понять, что у нас работают обыкновенные жители этого района, которые имеют огороды, коров и прочее хозяйство. В принципе, и мы от них не далеко ушли. Платишь налоги и плюс еще сверху "добровольные" взносы. В срок не заплатил – платишь штрафные санкции, что, безусловно, мешает производственному процессу. Этим самым они устанавливают нам, что мы, частное предприятие, должны их финансировать. А ведь все это отражается на цене нашей продукции. Что касается плюсов, то есть определенные льготы по налогообложению. Для рабочих престижно работать на иностранном предприятии. – Как вы финансируете свою производственную деятельность? – На сегодняшний день мы работаем без кредитов, на собственных оборотных средствах. Первое время мы хотим поработать на своих деньгах, чтобы посмотреть, как меняется ситуация. Брать кредиты – значит, увеличивать риск. Тем более, что ситуация меняется в последнее время не в лучшую сторону. Я как-то услышала по телевизору, как один высокопоставленный чиновник сказал, что надо отнять у людей то, что есть, т.е. "лишние" квартиры, и не вкладывать деньги в то, что начинают строить. Такие новости не могут меня не беспокоить. За свое-то я отвечаю, а вот если возьмешь чужое, а тебе поменяют правила игры, как потом рассчитаться? – Сколько человек занято у вас непосредственно на производстве? – В цехе работают 7 человек. Мы делаем окна, двери, офисные перегородки – широкий ассортимент изделий из ПВХ. Мы импортируем профиль, стекло используем наше, гомельское. Интересная перспектива – самим делать стеклопакеты. Фурнитура – ручки, металлические изделия – идут импортные. – Кто ваш потребитель? – И люди, и государственные предприятия, поликлиники, детские сады даже районные ГАИ. Многие клиенты приходят к нам именно зимой. Это период межсезонья, когда из-за малого количества заказов тяжело работать, поэтому мы имеем большие скидки. Летом, конечно, интенсивность работы совершенно другая. Но зимой никого не увольняем, стараемся находить для них работу. Для того чтобы научить человека работать, надо два месяца минимум. Учим новичков прямо в цехе. Рабочие у нас, как правило, со средним образованием. Главное – чтобы человек хотел учиться. Хочу особо отметить, что у нас работает один эксперт-технолог, золотой специалист. Он "болеет" за каждую гаечку, каждую машину. Он – самый важный нематериальный актив компании. Больше бы таких людей. В наше время это очень большая редкость. – Существует ли кадровая проблема? Насколько квалифицированна наша рабочая сила? – Есть люди, которые умеют работать, но сегодня на рынке очень сложно найти подходящие места. Вот мне, например, со всеми навыками и умениями, если бы, не дай Бог, что-то случилось с бизнесом, была бы только одна дорога от всех бед – в декрет. Хорошие места сегодня заняты. Перспективы создания новых рабочих мест весьма ограничены. На рынке много молодых и симпатичных. Конкурировать с ними людям постарше сложно. – С одной стороны, вы утверждаете, что не хватает квалифицированных кадров, с другой – что тем, кто есть, трудно пробиться и найти работу? – Что касается моего конкретного бизнеса, то проблема еще вот в чем. У нас производство в одном из районных центров. Из Минска вряд ли кто туда поедет. А из местных жителей сложно выбрать людей, имеющих требуемые навыки и знания. – Пьют? – Есть такая проблема. У нас зарплата средняя, без фанатизма. Люди дорожат работой. На провинции работу вообще не найти. Некоторые ездят в Минск, а на месте ситуация  очень сложная. – Как к вам как к работодателю, "эксплуататору", относятся в провинциальном городе? – Помню свой первый день на заводе. Мужики смотрели на меня с недоумением: "Это кто, директор?" Потом все стало на свои места. Некоторое время назад я думала, что с мужчинами работать проще. Как оказалось, нет. Они же все с характером, с амбициями. Все считают себя специалистами. Попробуй их убеди в чем-либо. Первое время боялась, что меня, как женщину, не будут воспринимать. Потом я поняла, что женщиной быть даже удобно. Самое главное – не "грузить" мужиков. Ты приходишь и говоришь: "Я ничего не понимаю. Объясните мне доступно". И он посчитает за честь втолковать тебе суть проблемы. Главное – без понтов. И все остальное получится. – Почему вы решили разместить производство не в Минске? – Потому что там арендная плата меньше, чем в Минске. Во-вторых, мы нашли хорошо оборудованный цех. Надеюсь, что скоро у нас появятся собственные площади. Мы хотим построить свой цех. В перспективе планируем купить свою линию по производству стеклопакетов: она занимает немного места, так что отдельное здание под нее не понадобится. – Зачем? По статистике, в стране пустует свыше 2 млн. квадратных метров производственных площадей, а вы планируете строить еще? – А вы попробуйте купить на нормальных условиях. Цена, которая была объявлена собственником за цех, была просто нереальной. За такие деньги можно построить свое здание. Чиновники применяют простую систему оценки: балансовая стоимость плюс большая надбавка к цене, так, на всякий случай.       – Сколько, на ваш взгляд, в себестоимости вашей продукции составляют налоги? – Иногда меня не покидает ощущение, что я почти все время работаю на налоги. Если американцы рассчитываются с государством к середине мая, то белорусский бизнесмен чуть ли не к декабрю. За две недели до ежемесячной выплаты налогов мы начинаем усиленно готовиться. – В России ввели 13-процентный подоходный налог. Как вы думаете, если бы в Беларуси сделали так же, начали бы налоги платить? – Судя по нашему менталитету и исходя из того, что мы более 70 лет жили в подполье, у нас бы и пять процентов многие не платили. Это не значит, что в крови белорусов не платить налоги. Просто люди не верят государству, тем нормам, которые оно устанавливает. Сколько было случаев, когда предпринимателей просто обманывали. Осторожность бизнеса по отношению к пусть даже хорошим новшествам вполне оправдана. Доверие нарабатывается годами. Я лично готова платить налоги. И еще знаю, что в некоторых странах предпринимателю предоставляют выбор: или ты непосредственно платишь в бюджет или оказываешь благотворительную помощь: поддерживаешь детские дома, оздоровительные центры или школы. Имея опыт общения с нашими службами, мне так хочется перечислить пусть даже 25 процентов в детский дом. – Вы наверняка хорошо знаете строительную отрасль. Она является одним из приоритетов государственной политики. Вы, как производитель, чувствуете это по оборотам, рентабельности своего производства? – Я вижу, что государство сейчас начало закрывать строительство как основу развития экономики. Конечно, есть компании, которые пользуются статусом приоритетных. Они зачастую работают на государственных заказах. Причем цены у них, как правило, гораздо выше рыночных. Наши цены намного ниже. – Сколько выиграло бы государство, бюджет, если бы покупало окна у вас? – Смотря на какой объем рассчитывать. Если обычное среднее кухонное окно стоит у нас 205 долларов, то у наших конкурентов оно может быть даже и по 400 долларов. Это зависит от специфики госзаказа и кто его "делает". Предприятия обязаны брать окна у определенных фирм-изготовителей. Поэтому конкуренция здесь носит чисто условный характер. – А принимали ли вы участие в аукционах на получение заказов? – Да, у нас есть опыт участия в конкурсе. Заказчиком выступал "Минскстрой". Правила проведения данного конкурса были вполне нормальными. Члены комиссии наши цены нашли высокими, но когда они познакомились, из чего мы делаем окна, они совсем иначе отнеслись к нашему предложению. В общем, заказами на лето мы обеспечены. – С внутренним рынком понятно. А есть ли клиенты в России? – В прошлом годы мы через посредников поставляли наши изделия на спиртовой, станкостроительный заводы. Работаем с небольшими частными заказами. Цены, особенно на московском рынке намного выше, чем в Беларуси. – А в России свое производство не планируете открыть? – Да нет. Сами по себе россияне люди тяжелые. С ними очень осторожно нужно вести бизнес. Это значит или 100-процентная предоплата или вообще лучше никаких контактов. Наш цех работал раньше под Смоленском. – Сколько времени вы проводите на работе? – Работаем практически с один выходным. Мой рабочий день длится как минимум 12 часов. Иногда позволяю себе маленькие слабости и ухожу с работу пораньше, когда надо вдохнуть свежего воздуха. Я все успеваю. Хватает времени и на дом, и на работу, и на отдых. Главное – поставить цель, и тогда под нее планируешь свое время. Наверное, это качество у нас в семье по женской линии. Чем больше работаешь, тем больше успеваешь. И не надо откладывать работу на потом. – А какие обстоятельства мешают вам работать, выполнять планы? – Посещение торгово-промышленной палаты – это "праздник". Когда мы отправляем наши изделия в Россию, нам нужен сертификат происхождения. Дело в простой формальности. Мы приходим со всеми необходимыми документами. Законные документы, договора – все, что надо. Мы даже проект сертификата делаем, чтобы облегчить им работу. Вся эта процедура занимает 15 – 20 минут оформления. Но для нас эта процедура очень сложная. Однажды для меня получение сертификата продолжалось 4 дня. Я слышала о более положительном опыте общения с работниками этой организации. Мне, очевидно, не повезло. – Надо полагать, если бы вам дали возможности ликвидировать некие структуры госуправления, то торгово-промышленная палата была бы первой. А Министерство предпринимательства не помогает решать проблемы? – Не надо никого ликвидировать. Надо сделать так, чтобы каждая организация занималась своим делом. Что касается Министерства предпринимательства, то я имею весьма смутное представление о том, чем оно занимаются. – Когда вы работали оператором ЭВМ, думали ли вы о том, что у вас будет собственный бизнес? – Боже упаси. В то время таких мыслей даже не было. Просто хотелось нормально жить. Знаете, если напрячься, можно реализовать свои мечты. Но есть еще грезы, сладкие и недостижимые. – Что для вас "нормальная жизнь"? – Чтобы нормально себя чувствовать, нужна зарплата около 500 долларов в месяц. Это чтобы не болела голова, чтобы мама была присмотрена. Еще для нормальной жизни хочется хотя бы один раз в год съездить в какую-нибудь страну. Очень люблю море. К тому же, нормальная жизнь невозможна без друзей, поддержки команды, в которую ты сам вкладываешь душу. В бизнесе часто бывают трудные минуты. Без твердых мужских плеч не обойтись. – При каких условиях вы бы уехали из Беларуси? – Три – четыре года назад я категорично отвечала, что ни при каких. Я люблю Беларусь. Мне нравится Минск. С одной стороны, я верю в будущее Беларуси. С другой – понимаю, что само ничего не появится. Случаются моменты, когда хочется уехать куда подальше, не видеть все это безобразие. Это бывает после посещения многих государственных учреждений. И еще есть у меня мечта открыть в Париже магазин русской литературы. Я бы там чувствовала себя уютно и спокойно. Хотя, уверена, пробуду там десять дней – и готова буду хоть пешком идти, чтобы вернуться скорее домой. – Спасибо за ваше время и ответы на вопросы.
 

 

 

Новые материалы

июня 22 2017

Товарищ Шлагбаум против Зыбицкой: защищайся if you can.

Есть в центре Минска один уголок. Пока ещё есть. Попав в него, иностранцы удивляются: «Это Минск?» Уж очень привлекательна там свободная атмосфера, непринуждённость и бесшабашная…

Подпишись на новости в Facebook!