Интервью с Валерием Фадеевым

Автор  28 марта 2006
Оцените материал
(0 голосов)

– Валерий Алексеевич, о проблемах перерегистрации говорили с самого ее начала. Подписание Декрета № 22 это, на ваш взгляд, политическое решение, принятое под давлением предпринимателей, или это чисто экономический документ, принятый в рамках концепции исполнительной власти? Насколько серьезны изменения в декрете по сравнению с печально известным Декретом № 11?

– Мне трудно давать оценку, политический это документ или экономический. Можно подозревать и первое, и второе. Я все-таки хочу его оценивать с экономико-правовой стороны. И с этой позиции вижу здесь определенную либерализацию. Сегодня наши юристы, работающие по горячей линии (проект МФК), убедились, что декрет принят предпринимателями на «ура».
 

– Что их так обрадовало?

– Во-первых, продление срока регистрации. Это основное. Во-вторых, уменьшение размеров минимального уставного фонда. Эта основные позиции, потому что детально ознакомиться с Декретом и Положением предприниматели вряд ли могли. Да, определенная либерализация наблюдается. Но я задаю следующий вопрос: "Хорошо, подготовили изменения в Декрет. А целый год во время подготовки Декрета № 11 этих проблем не было видно?" Здесь мы действуем по старому социалистическому принципу: создаем себе трудности, а потом их героически преодолеваем.

– Что изменилось в отношении регулирования прав собственника? Что случилось с печально известной субсидиарной ответственностью?

– Что касается субсидиарной ответственности, то авторы Декрета отослали к общему законодательству, т.е. к тому же Гражданскому кодексу (ГК), который регулирует вопросы субсидиарной ответственности. Убрали положение из Декрета № 11 о налагаемой по решению хозяйственного суда первоочередной субсидиарной ответственности учредителя и участников по долгам перед бюджетом при ликвидации юридического лица. Я спрашивал судей хозяйственных судов, как они собираются применять эту норму. Они хватались за голову и говорили: «Не знаем». И задавал еще вопрос: «Что значит «налагаемая по решению суда»? Это императивная норма, или суд может решить по своему усмотрению?» Если так, то открывается еще возможность для различных субъективных оценок и вытекающих отсюда негативных последствий. Да, эту одиозную норму убрали и отослали к ГК. Но 121 статья ГК по обществам с дополнительной ответственностью мягче, чем положения Декрета № 22. По ГК порядок и размер субсидиарной ответственности по обществам с дополнительной ответственностью определяется учредительными документами. В Декрете же сказано, что этот размер должен быть не менее 1 200 евро при уставном фонде 400 минимальных зарплат. Я не понимаю, зачем было закладывать это противоречие. Еще в сентябре 1999 года на одном из семинаров высказывалась точка зрения об установлении предела субсидиарной ответственности. Ее сторонники ждали год, чтобы провести ее через декрет.

Чего я еще опасаюсь? В декрете исключена норма предоставления декларации о доходах и имуществе, но на практике может произойти следующее. Когда учредители будут записывать субсидиарную ответственность в учредительные документы (кстати, те, которые уже зарегистрировались, обязаны вносить изменения), наши чиновники могут потребовать подтверждения того, что ты можешь нести эту дополнительную ответственность. На практике так и было. В свое время Минский горисполком установил такое требование, потом под нажимом предпринимателей Минюст отменил его. Сейчас эта норма – в декрете. Записали дополнительную ответственность – предоставь справку, что можешь ее нести. Я могу сегодня предъявить справку, что у меня есть автомобиль, а завтра спокойно его продать.

– В Декрете № 22 сократили перечень оснований для отказа в регистрации. Нет положения о препятствовании конкуренции, монополизации. Что из оставшегося перечня может вызывать ваши опасения?

–Здесь также произошли определенные послабления. Пункт 40 имеет 9 подпунктов. Это достаточно длинный список. Если некоторые положения применять буквально, то можно вообще никого не зарегистрировать. К примеру, в пункте 40.7 сказано, что если на момент регистрации собственник имущества (учредитель) коммерческой организации или граждан имеет задолженность по заработной плате, платежам в бюджет и (или) в государственные целевые фонды, либо является собственником имущества (учредителем, участником, руководителем) юридического лица, имеющего такую задолженность, то чиновник имеет право отказать в регистрации. Допустим, человек имеет долги, но он хотел бы их отдать. Для этого надо зарегистрировать фирму, начать новый проект. А ему говорят: «Э нет, расплатись сначала с долгами». А чем он может расплатиться?

Среди причин отказа в регистрации особым нонсенсом звучит положение о задолженности по зарплате. Если применять его буквально, то мы можем не зарегистрировать 95% государственных предприятий.

Ограничение в пункте 40.3 вообще не влезает ни в какие рамки. Речь идет о ситуации, когда собственник (учредитель, участник) имеет непогашенную или неснятую судимость за целый ряд преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом. Это положение не соответствует ни ГК, ни другим законодательным актам. Да, в Уголовном кодексе предусмотрен такой вид наказания, как лишение права заниматься определенным видом деятельности либо занимать определенную должность. Если это решение – приговор суда, тогда ради бога. Белорусский ГК в отличие от российского предусмотрел норму, согласно которой предпринимательская деятельность гражданина может быть ограничена на срок до трех лет по решению суда. Декрет расходится с ГК. Ограничение вводятся именно по декрету. Здесь нет ссылки на решение суда. Это ограничение прав гражданина, которое напоминает документы совершенно другой эпохи.

– Изменились ли полномочия регистрирующего органа в плане ликвидации коммерческой организации. Выход с рынка так же важен, как и вход на него.

– Декрет либерализовал и порядок ликвидации. В Декрете № 11 было 14 оснований для ликвидации по решению регистрирующего органа. Кстати, трудно было против этого возражать, потому в нашем Гражданском кодексе, к сожалению, в отличие от той же России, записано, что помимо суда и учредителей коммерческой организации решение о ликвидации могут принимать другие органы в случаях, предусмотренных законодательством. Тем самым мы дали право правительству принимать подобные решения. Я считаю, что данная норма ГК некорректна и не соответствует, можно сказать, мировой практике.

Из 14 оснований для ликвидации осталось 10. Семь положений были переданы как бы в компетенцию суда, т.е. решение по ним будет принимать суд, а не регистрирующий орган. За последним остались только три основания. Да, либерализация произошла, но я считаю, что регистрирующий орган вообще не должен этим заниматься. Если мы откровенно поговорим с работниками исполкомов, то узнаем, что они против того, чтобы заниматься этим вопросом. Процедура ликвидации очень сложная. Они обязаны создавать ликвидационные комиссии, контролировать их, утверждать балансы и выполнять другие, не свойственные исполкомам функции.

Возьмем хотя бы пункт, по которому исполком имеет право ликвидировать коммерческую организацию, в котором сказано о неосуществлении предусмотренной учредительными документами предпринимательской деятельности в течение 6 месяцев подряд и ненаправлении сообщений о причинах этого. Раньше было написано "деятельности (видов деятельности)". Теперь это положение сняли. Если ты не осуществляешь указанную деятельность, но направил сообщение, то тебя ликвидировать не могут.

Непонятно, зачем оставили положение о ликвидации (правда, по решению суда) за сокрытие (занижение) прибыли (доходов) в течение 12 месяцев подряд. Ну, бухгалтер, попался некомпетентный у предпринимателя, наделал ошибок. Или сокрытие было минимальным. Вместо того чтобы просто рассчитаться с бюджетом, тебя раз – и ликвидируют. Налоговое законодательство предусматривает ряд санкций. Так и используйте его. Зачем резать курицу, которая несет золотые яйца? Единственная надежда остается на то, что в силу загрузки, а также в силу того, что суды – это не части исполнительной вертикали власти, исполнение данного положения будет более либеральным.

– Как для регистрации, так и для ликвидации необходимо подготовить достаточно большое количество документов. Сколько может продолжаться ликвидация предприятия исходя из белорусской практики?

– У нас недостаточно практики применения процедуры ликвидации по Декрету № 11. В основном месячный срок для регистрации коммерческой организации после сбора всех необходимых документов у нас выдерживается. А вот сам процесс подготовки документов, особенно когда была декларация о доходах, может занимать 3- 4 месяца. Для регистрации для юридического лица надо было подготовить 9 документов. Сейчас – восемь, для физического лица добавили анкету, хотя она и до этого существовала. Сейчас для открытия временного счета карточку с подписями в банк нотариально заверять не надо, что также является определенным облегчением.

Как бы мы ни рассматривали Декрет № 22, все равно даже до российских норм нам далеко. Там можно за 3 дня зарегистрировать предприятие. Можно даже не ходить в исполком, а направить документы по почте. Процедура ликвидации осталась прежней. Осуществляя процедуру ликвидации по Указу от 24 мая 1996 г. № 208, некоторые предприятия находятся в стадии ликвидации до сих пор. Во многих случаях так происходит не по вине самих людей. Бывают случаи, когда директор сбежал или еще что-то произошло. От этого страдают рядовые участники. Они уже более 4 лет не могут зарегистрировать коммерческую организацию, потому что предприятие находится в стадии ликвидации. Это требование абсолютно неправильное по отношению к акционерным обществам, когда, имея даже одну акцию этого предприятия, можно попасть под ограничения по ликвидации. Именно для этого исполкому и ввели анкеты. Другое дело, что проверить это очень сложно. У нас не создан единый регистрирующий орган. В Декрете № 11 такое поручение правительству было сделано, но оно не было выполнено.

– Насколько оправдана радость предприятий по поводу появления данного декрета? Предприниматели восприняли это, как свою победу.

– В определенной степени их радость оправдана. Официальный комментарий, опубликованный вместе с декретом, подтверждает это. В нем сказано, что в Декрете № 22 учтено также и мнение субъектов хозяйствования. Так что мы может говорить о маленькой победе предпринимателей. Отмечу помощь МФК через горячую линию. Может, в некоторой степени повлиял наш прогноз, что около 40% предприятий не пройдет перерегистрацию по старому декрету. В Совмине мне сказали, что это еще оптимистичная цифра. Я считаю, что количество незарегистрированных уменьшится не только потому, что продлили сроки, но и потому, что уменьшили размер уставного фонда. Но настораживает одна вещь. Как нам сообщают из регионов, сейчас некоторые приостановили регистрацию. Ждут указаний. Вот так работает наша система. Спрашиваю: «Какие указания? Здесь же все написано». Оказывается, просто закона мало. К сожалению, такова белорусская практика исполнения закона.

– Большое спасибо за ваши комментарии и ваше время.
 

 

 

Подпишись на новости в Facebook!

Новые материалы

февраля 20 2017

20 инновационных идей. Для начала.

Александр Лукашенко опять требует от своей Вертикали новых, свежих идей. Это как требовать от «Запорожца» прыти «Мерседеса», как ожидать от старой клячи дерзости рысака. Вот…