Капитализм для любознательных 456

Описать состояние Америки в одном материале невозможно. Соединенные штаты Америки, вне сомнений, являются первой по экономической мощи страной мира. На протяжении более 200 лет ее элиты сохраняет чрезвычайно благоприятную комбинацию факторов для обеспечения устойчивого экономического роста, развития человеческого и финансового капитала. Перечислим основные из них: демократия и политическая конкуренция, экономическая свобода, относительно малое государство, свобода СМИ, независимая, достаточно эффективная судебная власть, чрезмерно привлекательная среда для инновационной и предпринимательской деятельности. Емкий и богатый внутренний рынок, стабильный (опять же относительно) доллар, ставший мировой валютой, высокое качество корпоративного управления и толерантность по отношению к иностранцам, развитая транспортная, финансовая и телекоммуникационная инфраструктура – вот основные столпы американского чуда. Чуда не только экономического, но, в первую очередь, философского и идеологического.  


Феномен предпринимательства впервые получил теоретическое осмысление одновременно с началом формирования самой экономической науки в XVIII веке, когда в ходе критики доктрины меркантилизма складывалась система идей физиократизма1 . Одной из "переходных фигур, стоявших одной ногой в эпохе меркантилизма, а другой — в последовавшей за ней либеральной эре" [Ekelund, jr., Herbert, 1997, p. 66] был Ричард Кантильон (1680-1734). Его "Essai sur la nature du commerce en general" (1725/1755) представляли собой уникальное явление в "экономической" литературе своего времени, конца XVII-первой половины XVIII вв. [см. Всемирная история экономической мысли, т. 1, с. 358]. Это произведение отразило состояние экономической науки до того, как Адам Смит привел в систему накопленные ранее знания об экономической основе общества на базе общих теоретических принципов, превратив политическую экономию в самостоятельную научную дисциплину. Для нашей темы интерес представляют трактовка Кантильоном конкуренции, механизма функционирования рыночной системы, роли в ней предпринимателя, природы дохода предпринимателя, определение характеристик предпринимательской функции. 


Предлагаемая вниманию читателя книга исследует историю экономической мысли в необычном ракурсе. Речь пойдет не об истории самих экономических идей, а о том представлении о человеке, которое стоит за ними.
Экономическая наука в понимании многих - это область "холодных чисел" и объективных знаний. Так или иначе, это единственная из общественных дисциплин, претендующая на звание точной науки, которая обнаруживает законы, не зависящие от воли и сознания людей. Однако эта объективность весьма относительна, а отчасти и иллюзорна.
 


Начало 70-х годов XIX в. в истории мировой экономической мысли ознаменовалось так называемой маржиналистской революцией. В такой датировке есть большая доля условности; к примеру, основные положения теории предельной полезности были сформулированы еще Г. Г. Госсеном в надолго всеми забытой работе 1844 г., а начало массированного проникновения маржиналистских идей в экономическую литературу следует отнести только к середине 1880-х годов. По-разному протекала маржиналистская революция в разных странах.  


Австрийская школа и ее представители
Начало 70-х годов XIX в. в истории мировой экономической мысли ознаменовалось так называемой маржиналистской революцией. В такой датировке есть большая доля условности; к примеру, основные положения теории предельной полезности были сформулированы еще Г. Г. Госсеном в надолго всеми забытой работе 1844 г., а начало массированного проникновения маржиналистских идей в экономическую литературу следует отнести только к середине 1880-х годов. 


Старые институционалисты и австрийцы Институциональная экономика – это холистическая школа философской мысли, которая предполагает, что необходимо анализировать всю систему, а не отдельные компоненты. Она предполагает, что экономика, как и другие социальные науки, должны изучать групповое поведение, а не действия отдельного человека. К таким институтам относится традиции, привычки, обычаи, а также принимаемые человеком законы. Сторонники этой школы обвиняли институты laissez-faire капитализма в проблемах человечества и предложили изменить существовавшие институты при помощи государственного или контролируемого государством образования, интервенциями политического характера и введением определенных социальных ограничений (централизация планирования разных видов деятельности).
 


В интересное время живем, господа. Революции, перемены, трансформации и реформы. Большие и маленькие, идеологические и религиозные, системные и косметические – число недовольных нынешним состоянием дел увеличивается. Американцы поменяли демократов на республиканцев и сейчас хотят сделать новый ракетный щит, зону свободной торговли на две Америки и приватизировать одну из своих священных коров – систему социального обеспечения. Европа, беременная расширением ЕС и собственными вооруженными силами, с ужасом смотрит на перспективу либерализации рынка сельхозпродуктов и труда. МВФ и Всемирный банк под давлением сторонников рынка и анархокоммунистов решают, быть ли им своеобразными страховыми, информационными и аналитическими центрами или продолжать создавать моральные угрозы, экологические «бомбы» замедленного действия во имя «устойчивого развития». Ярослав Романчук
 


Платежный баланс. Что это такое

В середине апреля международная организация Transparency International (TI) опубликовала доклад «О положении с коррупцией в мире 2004». В нем дается подробный анализ коррупции разных институтов: общественных организаций, политических партий, бизнеса и, разумеется, органов государственного управления. Главное темой Доклада является политическая коррупция, которая принимает самые разнообразные формы. TI анализирует динамику связей между частным сектором (заказчиками) и чиновниками (поставщиками различного рода привилегий) и делает неутешительный вывод: «ни одна страна в мире не обладает иммунитетом от коррупции в политике». Чем больше скрывают правительства от гражданского общества и СМИ, тем выше вероятность коррупции и обогащения отдельных бизнесменов за счет бюджета. Авторы отмечают устойчивую тенденцию: когда закон обязывает чиновников проводить полностью прозрачные тендеры по государственным закупкам, публично отчитываться за каждую потраченную копейку, каждый год публиковать налоговые декларации о своих налогах, то коррупции в стране резко сокращается. Более того, растет уважение к властям, повышается качество системы социальной защиты.  


Сегодня очень модными являются теории бизнес-циклов, построенные на математических моделях. Они используют агрегатные показатели в традиции позитивной экономики. Их цель – предсказать количественные циклические показатели. Cреди большого количества государственных экономистов этой темой занимаются и такие известные люди, как Р. Лукас, Г. Таллок. Австрийская теория бизнес-цикла (АТБЦ) – это совершенно иное концептуальное построение, основанное на использовании праксеологической методологии. Это значит использование аксиомы человеческой деятельности в связке с причинно-следственными отношениями временных преференций, процента, с вертикальной структурой производства, дополнительностью капитала и природой центрального банка. Праксеология не использует математические инструменты, ограничивает агрегацию до отдельных стадий производства и воздерживается от выдачи прогнозов как по времени, так и по интенсивности экономических процессов. Австрийцы относятся к экономической теории как к средству понимания, а не инструменту предсказания.  


Введение С 26 августа по 4 сентября 2002 года в Йоханнесбурге (Южная Африка) около 100 глав государств и 60000 делегатов участвовали во Всемирном саммите по устойчивому развитию «World Summit on Sustainable Development». Данный форум был посвящен 10-летней годовщине Саммита Земли в Рио-де-Жанейро. За всю историю ООН это была самая большая конференция, которая сконцентрировала свое внимание на глобальных проблемах современности: окружающая среда, борьба с бедностью, взаимоотношение богатых и бедных, рынок и природа, государство и человек. 


“Несмотря на наши самые лучшие намерения государственные программы, которые мы поддерживали, нечаянно сделали бедных зависимыми и создали новую бюрократическую и экспертную элиту, которая слишком часто лишает бедных людей возможности помочь себе”. Это высказывание Сэма Брауна, директора фонда “Action”, одного из главных экспертов по программам государственной помощи бедным в США как нельзя лучше показывает конечный результат реализации благих намерений через бюрократическую систему. Известный ученый-экономист Джеррет Волстайн совместно с коллегами из Международного общества индивидуальных свобод подвели печальные итоги объявленной еще в 50-х годах войну бедности в США. Транзитивным странам, в том числе Беларуси, есть чему поучиться. Конечно, возразят многие, бедные в Америке живут получше среднего класса в нашей республике.


Трудно и больно проходит процесс прощания Европы с социализмом. Двадцатый век – это, бесспорно, век коллективизма не только в странах с его кровавым оттенком (германский фашизм и советский коммунизм), но и в подавляющем большинстве стран, совершивших за последние 70 лет тихий социалистический переворот. Стремление "облагородить" природу, сделать ее справедливой, укротить жадность человека и его страсть к богатству и комфорту, желание раздать каждой сестре по серьге привело к значительным диспропорциям в экономической системы Европы. Рожденный как лекарство от экономических и моральных пороков капитализма, социализм значительно превзошел своего противника по огромному размеру экономических издержек и моральной жестокости.  


“Советская власть плюс электрификация всей страны”, “рай на земле”, “самый справедливый строй с избытком продуктов питания, самым развитым образованием и здравоохранением”. Все это про социализм, который дружно строили под ударами дубинок в огромной тюрьме народов под названием СССР. Нет больше Советов (Беларусь не в счет), место электричества все чаще заменяют благородные средневековые свечи. Лечить некому и нечем. Учить не за что да и зачем? Государственная машина выплевывает и давит слишком умных, слишком независимых, имеющих свою точку зрения. Потерянный рай. А может не приобретенный? Миф Золотого Века, когда не было частной собственности так и не был разбит. Коммунизм и социализм потеряли некий налет романтизма. Мечта стала менее яркой, цвета размылись. Как много людей в различных сферах деятельности – госуправление, наука, бизнес, политика, образование – все еще ностальгируют по социалистической справедливости. Они считают, что прилагательные “социальный” и “социалистический” синонимы. Надо потратить не один миллион долларов, чтобы донести факты реальной жизни, которые доказывают непреклонную истину: “социальный” и “социалистический” – это антонимы, т.е. слова, противоположные по значению.  


Что такое динамическое право частной собственности? Это право человека добровольно по своему собственному усмотрению владеть, распоряжаться, дарить, продавать, закладывать свой капитал при условии, что эти действия не нарушают аналогичные права других экономических субъектов. Многие западные философы, экономисты, политологи принимают собственность, как нечто само собой разумеющееся. В России и странах бывшего СССР отсутствие собственности также было само собой разумеющимся. Здесь развитие идет с прямо противоположных позиций.  


Независимо от формы и техники проведения приватизация должна преследовать следующие цели:
- сокращение расходов госбюджета на поддержание нерентабельных и низкодоходных компаний, сбалансирование доходной и расходной части бюджета;
- создание конкурентной среды в различных сферах экономики;
- улучшение эффективности использования ограниченных природных и людских ресурсов;
- введение ответственности субъектов хозяйствования, а не бюджета за неудачный выбор инвестиционных проектов. В конечном итоге, это приведет к сбережению и более рациональному использованию денег налогоплательщиков;
- качественное изменение инфраструктуры рынка и введение новых рыночных механизмов контроля и регулирования экономических процессов;
- создание условий для развития тех секторов экономики, которые используя внешние факторы (протекционизм многих стран в отношении различных товаров и услуг) и мировую конъюнктуру, потенциально могут стать конкурентоспособными на региональном и межрегиональном уровнях.  


Что такое «дефицит» или «редкость» scarcity Для того чтобы оценить многие положения «зеленых», необходимо понять суть термина scarcity. Каковы критерии, признаки того, что наблюдается дефицит, нехватка некого ресурса? Очевидно, ключевым признаков является постоянный рост цены на данный ресурс. Однако во многих ситуациях государство ограничивает цены, искажая реальное состояние спроса – предложения (картельный сговор стран ОПЕК 1973 г.). Очередным признаком является рост издержек на добычу или производство данного ресурса. Более индивидуальный критерий, своеобразный тест на дефицит, что ты и каждый человек чувствует относительно возможности приобретения некоего ресурса. Т.е. отношение между доходов и ценой тоже можно считать неким критерием. При дискуссии о конечности природных ресурсов также важно определить понятие “finate”, конечный, ограниченный, «который можно подсчитать».
 


Эрнандо Де Сото родился в Перу. Большую часть жизни проработал в разных странах на разных должностях. В начале 70-х годов он был личным советником президента Перу Фухимори. Летом 2001г. Де Сото встречался с В. Путиным и А. Илларионовым, которые высоко оценили последнюю книгу Де Сото.
Де Сото известен как автор книги «Другой путь», написанной более 10 лет назад. Последняя книга Де Сото «Загадка капитала» вышла прошлой осенью, она уже переведена на русский язык и опубликована в России. По словам Андрея Илларионова, в книге содержится ответ на вопрос, почему капитализм привел к триумфу на Западе и провалился в остальном мире. Де Сото описывает в этой книге как превратить мертвый капитал в живой и почему живой капитал при неправильном управлении становится мертвым.
 


Предисловие к четвертому изданию Если не считать войны, денежная политика является первостепенным инструментом усиления государства. Она обеспечивает рост правитель-ства, финансирует дефицит бюджета, вознаграждает группы специаль-ных интересов и является средством предвыборной борьбы. Без нее бы федеральный левиафан рухнул, и мы могли бы вернуться к республике отцов-основателей.
 


Системную революцию на Востоке никто на Западе не ждал. Тем более не был к ней готов ни теоретически, ни практически. Ситуация несколько напоминала положение в мире после второй мировой войны. Тогда богатый Запад ответил целым залпом теоретических «изобретений» в виде «новой экономики», а также в виде новых институтов, которые были призваны способствовать ускоренному способу вовлечения стран третьего мира в мировую систему разделения труда. Появился целый теоретический пласт под названием development economics. 


Страница 20 из 23

 

 

Подпишись на новости в Facebook!