Неэкономические приложения праксеологии

Автор  03 октября 2007
Оцените материал
(0 голосов)

(на примере спортивной игры «футбол»)

Григорий Сапов

Текст доклада,
подготовленного для Лебедевских чтений
21 мая 2005 г.

 

Фут-болл – атлетическая английская игра в ножной  мяч, до 8-9 дюймов в диаметре, круглой или овальной формы. Игроки разделяются на две партии, занимающие каждая свой "город", отмечаемый чертой по земле и флагами; посредине черты ставятся ворота из жердей, с перекладиной на высоте 3 м от земли. Цель игры заключается в том, чтобы перекинуть мяч, ударом ноги (а иногда и руками), в чужой город через ворота, принадлежащие же к тому городу игроки стараются этого не допустить. В Англии существуют два вида игры в Ф.: по правилам союза Rugby и по правилам Foot-ball Association. 

        Словарь Брокгауза-Ефрона, 1-е издание

 

Тема настоящего доклада – основные положения праксеологии, которые иллюстрируются ситуациями и событиями футбольной игры, иногда не ограничиваясь ее рамками, а привлекая материал из того, что окружает футбол в узком смысле слова.  Одновременно можно считать темой доклада саму спортивную игру футбол, рассмотренную в ее праксеологическом аспекте.

Те, кто интересуется праксеологией больше, чем футболом, могут считать последний развернутой иллюстрацией знакомых праксеологических положений. Те, кого интересует футбол, имеют возможность узнать о праксеологическом подходе к человеческой деятельности.

До сих пор наиболее развитым приложением  праксеологии остается экономическая теория. В 1960-е годы считалось, что праксеология даст и другие приложения, в частности, теория военных конфликтов или теория электорального поведения. Однако, существенных приращений на этих направлениях достигнуто не было. Некоторые результаты получены в исследованиях либертарианского общества. Однако ввиду чисто умозрительного характера предмета эти исследования представляют пока ограниченный интерес.

Между тем, мощность и красота праксеологического подхода – именно ввиду его универсальности –  может быть продемонстрирована на любом частном случае человеческой деятельности.

 

1. Праксеология – общая теория человеческой деятельности

Человеческая деятельность праксеологически определяется как любое целенаправленное поведение, движимое человеческим замыслом. Это означает, что бессознательные акты человека относятся праксеологией к миру общих условий жизни, заданных природой и являющихся внешними по отношению к предмету и методу праксеологии, подобно таким видам «поведения», как движение небесных тел или рост кристаллов.

 

1.1. Деятельность и индивид

Деятельность, понимаемая указанным выше образом, может осуществляться только индивидами, поскольку только индивиды имеют замыслы и цели. Праксеология не отрицает ни существования, ни важности таких феноменов, как социальные группы, партии, этносы, страны или клубы. Она лишь утверждает, что сообщества и группы не имеют самостоятельного бытия, отдельного от деятельности составляющих их членов. Утверждение, согласно которому действуют только люди, часто используется для обвинений экономистов-теоретиков, стоящих на праксеологической позиции, в том, что они считают индивидов некими «атомами», изолированными друг от друга, отрицают значение семьи, трудового коллектива, соседей по автобусу, товарищей по партии, сограждан и соплеменников. Это недоразумение. На желания и действия людей другие люди безусловно оказывают влияние, подчас решающее. Эти влияющие на нас люди могут принадлежать к самым разным общностям, выделенным с помощью разума. Какие-то из этих общностей в течение каких-то периодов времени, подчас весьма значительных, могут доминировать в сознании, считаться главными. Скажем, при советской власти партийность/беспартийность многими считалась настолько важной, что даже попала в формы обязательного учета. В то же время, в некоторых случаях работники и специалисты, считавшиеся ключевыми, часто были как бы вне этой драматической дистинкции. 

Все это не противоречит тому факту, что такие категории, как замысел, целеполагание, выбор средств, их оценка и переоценка являются индивидуальными. Даже поведение, демонстрирующее, утверждающее или отрицающее отнесение себя и другого к той или иной группе, является праксеологическим действием и как таковое совершается индивидом.

Два примера. В футбольной команде существуют игровые амплуа. Если брать только полевых игроков, то сегодня это защитник,  полузащитник и нападающий, хотя грань между последними все более размывается. Игрок занимает ту или иную позицию по воле тренера, организующего игру команды. Одна из футбольных революций, совершенных голландским тренером Ринусом Михельсом на рубеже 1960-х и 1970-х годов, состояла в разрешении игрокам менять амплуа в зависимости от требований конкретного момента игры. Это привело к целому ряду далеко идущих последствий и необратимо изменило игру. Главным в этом примере является то, что в зависимости от обстановки игрок индивидуально принимает решение относительно того, кто он в данный момент, к какой из общностей он принадлежит. И действует в соответствии с этим решением.

Второй пример касается не собственно футбола, а его социального окружения. Игрок или группа игроков, продающих на сторону игру (заключая сделку с заинтересованными недобросовестными лицами и, например, нарочно не забивающими верные голы), не являются полноценными членами команды. Игроки, пошедшие на подлог такого рода, стремятся замаскировать свою ангажированность, имитируя полную включенность в игру своей команды. То, что они не считали себя членами футбольной команды, выявляется тогда (и если), когда (и если) обман вскрывается. Скандалы этого рода периодически потрясают футбольный мир. В одних странах эта проблема является острой, в других она практически решена. В советские времена, однако, никаких скандалов по этому поводу не устраивалось и оппортунисты не только преследовались в уголовном порядке, но и не отчислялись. Более того, игроки не устраивали им обструкцию. Очевидно, поведение такого рода не выводило нарушителей из множества членов некоего трудового коллектива или малой группы, для которой «быть футбольной командой» было не единственной общностью. Этот пример интересен тем, что в данном случае имеет место полное совпадение так сказать физических множеств индивидов при существенно разных общностях, выявляемых разумом и сказывающихся тем самым в поведении игроков.

 

 

1.2. Идеи как необходимые условия деятельности

Для осуществления деятельности недостаточно, чтобы человек имел цели, которых он еще не достиг, и достичь которые  хотел бы. Он должен также полагать, что в состоянии достичь своих целей, действуя определенным образом. Например, человек может искренне и сильно желать, чтобы поскорей наступил рассвет. Однако обычно он не предпринимает никаких действий для удовлетворения этого своего желания.

Для того чтобы человек действовал, у него должно быть некая идея, некое представление о том, каким образом достичь своей цели. Иначе говоря, сфера человеческой деятельности образована такими действиями людей, относительно которых они полагают, что именно эти действия приведут их достижению их целей. Человеческая деятельность, тем самым, предполагает существование образа желанной цели, а также «технологических идей», или планов достижения  этих целей.

Пример из футбольной игры. Целью игры является выигрыш. Выигравшей считается та команда, которая забила больше голов, чем команда соперников. Для того, чтобы гол был забит, мяч должен пересечь линию ворот, или воображаемую плоскость, пересекающуюся с этой линией и перпендикулярную площадке.  Это означает, что мяч должен быть доставлен на расстояние, с которого удар по воротам физически достижим. Если и пока нет технологической идеи каким образом это можно сделать так, чтобы не потерять мяч, соответствующие действия предприняты не будут. «Физическая достижимость»  в данном случае – оценочное, праксеологическое понятие. Вратарь может считать, что дальность до мяча делает ворота физически недостижимыми. Нападающий противника может иметь другую оценку ситуации. Известен случай, когда Пеле направил мяч с центра поля, увидев, что вратарь чехословацкой сборной далеко вышел из ворот.

Итак, без идеи логически невозможно никакое действие. Эти идеи вслед за М. Ротбардом можно назвать рецептами, или технологическими планами, которые действующий индивид должен воплотить в жизнь с тем, чтобы достичь желаемых целей. В экономике такой рецепт должен быть в наличии на каждой стадии производства. Действующий индивид должен иметь рецепт трансформации чугуна в сталь, зерна в муку, хлеба и ветчины в сэндвич и т.п. В футболе технические и тактические рецепты существуют для каждой фазы, аспекта или периода игры.

Пример с копирайтом футбольных идей. Нет ничего более абсурдного, чем попытка применить весь арсенал современного копирайта к футбольным идеям. Запретить применять искусственный офсайт, придуманный бельгийцами? Перечислять деньги голландцам, придумавшим принцип тотального футбола? Спрашивать согласия на игру с пятью полузащитниками, придуманную французами? Оплачивать разрешение делать диагональные навесы в штрафную площадку, созданные как прием англичанами? Абсурд этих предложений очевиден.

Отличительной чертой этих рецептов является тот факт, что, будучи один раз открытыми или понятыми, они не должны открываться и пониматься опять. Они могут запоминаться или записываться. Вспомнить или прочитать рецепт совсем не то же, что изобрести его. Полученный рецепт остается с действующим индивидом как неограниченный фактор производства, который никогда не изнашивается и не нуждается в экономии в ходе человеческой деятельности. Технологическое знание становится общим условием человеческого благополучия, и, в этом отношении, оно полностью эквивалентно, например, воздуху или свету.

 

 

1.3. Общие условия человеческой деятельности и средства

Люди всегда находятся в определенной среде, в некотором окружении, в рамках какой-то ситуации. Эта ситуация, поскольку она поддается осмыслению человека, и есть то, что он хочет изменить. Человек переупорядочивает элементы среды, которые он находит в своем окружении, определенным образом, а именно так, чтобы исполнить свои намерения, достичь определенных целей.

С этой точки зрения, для любого данного действия все элементы внешнего окружения могут быть разделены на два подмножества. К первому подмножеству относятся  те элементы, которые человек считает находящимися вне своего контроля и которым, поэтому, суждено остаться неизменными. Ко второму относятся те элементы, которые он может изменить (или полагает, что может их изменить) с тем, чтобы достичь своей цели. Элементы первого подмножества могут быть названы общими условиями деятельности, тогда как вторую группу обычно называют используемыми, или применяемыми средствами.

Таким образом, действующий индивид всегда имеет дело с некоей ситуацией, которую он хотел бы изменить с тем, чтобы достичь своих целей. Для того чтобы действовать, он должен иметь определенные идеи о технологии использования некоторых элементов в качестве средств, или путей достижения цели. Следовательно, каждое конкретное действие предполагает применение действующим индивидом, который стремится достичь определенных, им избранных целей, некоторой совокупности средств. Общие условия, будучи подмножеством всего, что окружает человека, не могут быть объектами человеческой деятельности. Использоваться в деятельности могут только средства.

Однако, праксеология, будучи теорией человеческой деятельности, констатирует, что граница между общими условиями и средствами устанавливается человеческим разумом. Например, люди долгое время полагали неизменным ландшафт и все вообще природные ресурсы, находящиеся в ареале их обитания. Со временем они начали расширять множество средств, переводя в эту категорию все новые и новые элементы общих условий (например, окружающей среды или клеток человеческого организма), полагавшиеся ранее неизменными.

Следует подчеркнуть, что праксеологический акт освоения общих условий, перевода их в разряд средств, не обязательно предполагает тяжелую или длительную обработку. Для того, чтобы превратить лесную поляну в игровую площадку, достаточно воткнуть ветки, обозначающие ворота. С развитием прав собственности становится возможным строительство все более и более капитальных полей, требующих значительных затрат и эксплуатирующихся неизмеримо дольше, чем пустырь или поляна. Тем не менее, первоначально увиденные возможности той или иной местности могут перевести ее из общих условий в средства путем обозначения, а не возделывания.

 

1.4. Деятельность во времени

Любая человеческая деятельность развертывается во времени. В тот момент, когда человек решает действовать, чтобы достичь той или иной цели, эта цель может быть достигнута только в какой-то другой момент, находящийся в будущем. Если бы цели могли достигаться незамедлительно, то есть, если бы они могли бы достигаться в самый момент их возникновения, то не существовало бы причин для каких-либо действий.

Действующий индивид выбирает средства из своего окружения в соответствии с имеющимися у него технологическими идеями, для того, чтобы достичь задуманной цели, полностью достижимой только в какой-то момент будущего.

В этом отношении, для любой данной деятельности мы можем различить три периода времени – период до начала действия, время, потраченное на деятельность и период, наступающий после того, как действие завершено. Человеческая деятельность направлена к такому состоянию дел в будущем, которое действующий индивид считает – в момент принятия соответствующего решения! – более удовлетворительным по сравнению с тем, каким бы оно было в случае, если бы никаких действий не предпринималось.

Для человека время всегда лимитировано. Люди не бессмертны, время их пребывания на Земле ограничено. Каждый день нашей жизни состоит только из двадцати четырех часов, в течение которых мы вольны достигать свои цели. Далее, все действия должны развертываться во времени. Следовательно, время является средством, которое должно использоваться человеком в ходе достижения им целей. Использование этого средства присуще всем без исключения человеческим действиям, а законы этого использования распространяются и на время.

Пример из футбольной игры. Наивная тактика тренеров, неуверенных в себе, состоит в желании не пропустить мяч. В ход идут различные приемы, часто на грани нарушения правил, которые тормозят действия соперника и саму игру. В отличие от хоккея и баскетбола, счет времени в футболе ведется без учета остановок, связанных с тем, что мяч покинул поле, с нарушениями правил и т.д. Время матча подходит к концу и кажется, что тренер и обороняющаяся команда близки к заветной нулевой ничье. Остается 15 минут, 10, 5. Но что это! Нападающая команда забивает гол. Тут же выясняется, что тянувшие изо всех сил время игроки теперь отчаянно спешат. Каждая секунда матча (которые до этого растрачивались, разбазаривались, расхищались десятками) становится на вес золота, иногда буквально.

1.5. Действие и выбор

Действие состоит в выборе того, какие цели должны будут достигнуты с помощью тех или иных средств. Время является ограниченным для человека только потому, что какую бы цель ни выбрал человек, всегда останутся другие цели, которые окажутся не достигнутыми. Когда мы должны выбирать средства таким образом, что некоторые цели будут достигнуты, а некоторые нет, возникает проблема выбора между целями.

Пример. Игрок идет с мячом к воротам противника, продвигаясь от центрального круга к линии штрафной площадки. Он может (а) продолжать движение (такое продвижение сквозь порядки обороняющихся, завершающееся ударом по воротам, называется прорыв), или (б) отдать мяч партнеру, или (в) ударить по воротам с того места, где он находится в момент принятия решения, или (г) остановиться.

Он не может достичь всех этих целей одновременно. Он должен выбирать – одна из целей может быть достигнута, но два других желания останутся неудовлетворенными. Его предпочтения проявляются в том, что он фактически выбрал. Та возможность, которая ценится им выше, будет воплощена, остальные будут отвергнуты. На этом примере мы можем пояснить развитие праксеологической концепции действия.

Во-первых, мы имеем дело с ограниченными средствами, к которым принадлежат время и пространство. Свет, в большинстве футбольных ситуаций имеется в неограниченном изобилии. Следовательно, свет не является средством и не используется как таковое при достижении игроками их целей. В отличие от времени, он не может быть направлен на достижение наиболее высоко ценимой цели, так как в силу своей неограниченности в избытке имеется для всех вообще мыслимых действий. Таким образом, свет, при том, что он совершенно необходим для игры в футбол, образует в данном случае общее условие человеческой деятельности.

Во-вторых, имеет место то, что называется принципом экономии средств. Они должны быть направлены на достижение какой-то одной цели, в то время, как какие-то другие цели не будут достигнуты. Эта экономия средств состоит в использовании ограниченных средств на такие цели индивида, удовлетворение которых ценятся им наиболее высоко. Так, действующий индивид стремится экономить время, для того, чтобы достичь наиболее желаемых целей. Действующего индивида можно  считать упорядочивающим альтернативные цели в соответствии с тем, насколько высоко он их ценит. Это верно, по крайней мере, для двух вариантов, один из которых был фактически выбран. Второй вариант – всё остальное, т.е. вариант, которым поглощается всё,  от чего человек отказался.

Предположим, что игрок выбрал продолжать движение к воротам с тем, чтобы в конце этого движения нанести удар по воротам. В этом случае он отверг удар по воротам с того места, где находился, а такеж передачу мяча партнеру, остановку с мячом и другие варианты действий.

Оставляя в стороне вопрос о природе шкалы предпочтений, т.е. о том порядке, в котором он выбирал бы среди отвергнутых вариантов, отметим как очевидное и бесспорное – имеющихся средств (времени) достаточно для удовлетворения только одной из этих целей, и тот факт, что он выбрал прорыв, показывает, что именно он ценит более всего (что для него «на первом месте»).

Предположим теперь, что наш игрок находится на значительном расстоянии от ворот противника и не подвергается атаке его игроков, т.е. располагает большим ресурсом времени, чем в условиях выше. Какое-то время он будет двигаться с мячом, после чего сделает передачу. Наименее ценимая цель – остановка с мячом, останется не достигнутой. Таким образом, чем больше предложение ограниченных средств, тем больше целей может быть достигнуто, и тем ниже ранг тех целей, которые останутся не достигнутыми.

Этот пример помогает нам усвоить еще один важный урок. Мы видели, что понятие деятельности не обязательно предполагает некую активность индивида, в том смысле, в котором в обыденной речи активные действия противопоставляются пассивному ожиданию. Действие не обязательно означает, что индивид должен перестать делать то, что он делал до данного момента, и начать делать что-то иное. В этом примере мы видели, что действующий индивид действует и в том случае, когда он выбирает продолжение того, что он делал до момента выбора, хотя у него была возможность сменить тип футбольного действия.

Даже простое созерцание, которым отличались Пеле, Бобров и Стрельцов, является действием в праксеологическом смысле слова. Продолжение созерцания таким мастером прорыва, как Бобров, означает, что он оценивает любую иную свою активность как менее ценную по сравнению с простым наблюдением за игрой.

Далее, здесь также можно показать важное различие между праксеологическим и иными подходами к человеческой деятельности. Не имеет значение, давно у игрока созрело решение применить тот или иной прием, или только что. Он может принять решение мгновенно или потратить изрядное время. Кстати говоря, тот факт, что футбол – командная игра, часто делает мгновенные решения не лучшими – партнеры должны понять замысел того, кто думает быстрее, иначе (например, в случае передачи), он рискует не достичь своей цели – пас, что называется,  уйдет в пустоту. Игрок может быть при этом взволнованным или принимать решение хладнокровно – все это не имеет никакого значения, так как ничто из вышеупомянутых обстоятельств не изменяет того факта, что действие было осуществлено.

 

1.6. Неопределенность будущего

Другое фундаментальное следствие, вытекающее из существования человеческой деятельности, состоит в том, что будущее является неопределенным.

Будущее не определено, поскольку, если предположить противное, то не было бы возможным никакое действие. Если допустить, что будущее определено, то есть, что действующему человеку достоверно и полностью известны все будущие события, то он никогда не сможет действовать, поскольку никакое действие будет не в силах изменить неизменную ситуацию. Таким образом, уже сам факт действия означает, что для того, кто действует, будущее является неопределенным.

Эта неопределенность будущего проистекает из двух главных источников: непредсказуемости актов человеческого выбора и недостатка знаний о природных явлениях. С одной стороны, человек не имеет достаточных знаний о природных явлениях, чтобы достоверно предсказать все изменения. Мы не знаем, как в точности отскочит мяч, пущенный в гущу игроков, прикрывающих подступы к своим воротам. С другой стороны, человек не в состоянии предугадать содержание тех будущих актов выбора, которые предстоит сделать другим людям. Их выбор не является предопределенным, так как люди постоянно меняют свои оценки средств, позволяющих им достичь тех или иных целей.

Один из частых и наиболее несправедливых упреков, который часто бросается экономистам-теоретикам австрийской школы (а праксеологический метод получил наибольшее развитие именно у них) состоит в том, что праксеология необоснованно предполагает всеведение и рациональность действующего индивида. Дело обстоит совсем наоборот. Да, люди пытаются оценить будущие события как можно точнее. Да, любой человек, используя некие средства, ожидает, что таким образом он достигнет тех целей, которые он стремится достичь. Но так как он в принципе не может обладать совершенным знанием будущего, все его действия по необходимости имеют спекулятивный характер, будучи результатом его суждений относительно будущего хода событий.

Неизбежность и всеобъемлющий характер этой неопределенности порождает неустранимую возможность ошибаться. Возможность ошибки есть неотъемлемое свойство человеческой деятельности. По завершении действия или в процессе его совершения, пока оно еще длится, индивид может обнаружить, что избранные им средства оказались непригодными для достижения его целей.

Пример.   Один из самых волнующих моментов футбольной игры связан с передачами мяча игроками одной команды друг другу, в просторечии, с пасами. При этом пасующий ожидает, что его замысел понятен игрокам его команды, по крайней мере тем, кому адресована передача. В момент передачи это не известно – мяч послушен воле пасующего, считающего, что партнеры поведут себя так-то, а противники так-то. Правильность его расчетов выявляется  апостериорно – если и когда партнер принимает мяч, а противник не смог перехватить передачу.

Этот пример может напомнить тем, кто знаком с соответствующей литературой, экономико-теоретическую концепцию предпринимательской деятельности. Это совпадение не случайно – ведь праксеология устанавливает общие законы, верные для всех частных случаев.

 

1.7. Праксеологическая прибыль и праксеологический убыток

Для праксеологии не важно содержание человеческих стремлений. Ее интересует лишь факт их ранжирования человеком в соответствии с их значимостью, или – что то же самое – субъективной ценностью. Множество этих рангов могут называться счастьем, или благосостоянием, или удовлетворенностью. Какое название мы дадим шкале ценностей не так важно. Это позволит нам, отвлекаясь от конкретных целей конкретного индивида, дать формулировку тому состоянию, когда цель, поставленная им перед собой, оказывается достигнутой, в терминах увеличения его удовлетворенности, благосостояния, счастья и т.д. И наоборот, когда некто считает, что его состояние ухудшилось, в том смысле, что достигнутое меньше, чем то, что он ставил себе целью,  мы сможем описывать такое положение дел как уменьшение его счастья, благосостояния, удовлетворенности и т.п.

При этом чрезвычайно важно понимать, что не существует никакой возможности измерения ни уровня счастья или удовлетворенности, ни «величины» его уменьшения или увеличения. Невозможно не только измерить или сравнить изменения степени удовлетворенности разных людей, – нельзя измерить и изменения счастья (удовлетворенности) отдельного человека.

Измерение возможно, только если существует неизменная и объективная единица измерения, с помощью которой можно сравнивать разные количества. В мире человеческих ценностей, или, иными словами, суждений о значимости, такой единицы не существует. Индивид в состоянии субъективно ощутить, определить для себя – лучше или хуже стало ему в результате тех или иных изменений. Его предпочтения могут быть выражены в терминах простого выбора или ранга (порядка).

Игрок может считать – «лучше я пробью по воротам, чем отдам передачу», или «вот теперь, после того, как я обвел соперника, я более доволен, чем до того» или даже «я счастлив в большей степени, когда забиваю, чем когда отдаю пас». Но совершенно бессмысленной будет попытка присвоить численное значение предпочтению и утверждать «я счастлив в два с половиной раза больше, выбрав удар, по сравнению с ситуацией, если бы я выбрал передачу».

В два с половиной раза – чего? Не существует таких единиц счастья, которые можно было бы использовать для целей сопоставления, а стало быть, и для сложения или умножения. Таким образом, ценности не могут быть измерены. Ценность, или полезность нельзя складывать, вычитать или делить. Ценность различных благ, настоятельность разных потребностей, значимость разных целей могут быть лишь упорядочены в терминах «выше – ниже». Человек может знать, что он более или менее счастлив, или рассчитывать на то, что он будет более или менее счастлив. Но невозможно сказать, ни чему равно численное значение счастья, ни даже «насколько» он будет более или менее счастлив.

Любое действие человека есть попытка заменить менее удовлетворительное положение более удовлетворительным. Действующий человек оказывается, то есть обнаруживает себя (или ожидает обнаружить себя) в такой ситуации, которую он считает неудовлетворительной, несовершенной. Действуя, он рассчитывает оказаться в лучшем положении. Он не может измерить выигрыш в степени своей удовлетворенности, однако он совершенно точно знает, какие из его нужд являются для него более насущными, а какие менее. Он понимает также и то, что его ситуация улучшилось. Таким образом, любая человеческая деятельность в некотором смысле является обменом – человек меняет одно состояние дел на другое. Этот обмен состояния Y на X имеет место, когда действующий индивид ожидает, что в результате он перейдет в такое состояние, которое удовлетворяет его больше, чем то, которое он покинул (и которое, следовательно, имеет более высокое положение на шкале ценностей). Если его ожидания и расчеты окажутся верными, то ценность Y на его шкале предпочтений будет выше ценности X. У него возникнет чистый выигрыш, или чистая прибыль в терминах его удовлетворенности, или полезности. Если окажется, что он заблуждается и ценность состояния дел, от которого он отказался (X) будет выше, чем ценность Y, он столкнется с чистым убытком. Этот субъективный выигрыш (или прибыль) и убыток не могут быть измерены в количественных терминах, но действующий человек, тем не менее, всегда знает, когда – в результате своих действий по «обмену» одной ситуации на другую, –  он имеет чистый выигрыш, а когда убыток.

Пример убытка. Игрок полагал, что выведет партнера по нападению один на один с вратарем противника. За мгновенье до того, как он сделал передачу, игроки команды противника дружно выбежали от своих ворот. Ждавший передачу партнер оказался в офф-сайте.  Игрок отдал пас, но ничего не выгадал – боковой судья дал отмашку своим флажком и раздался свисток главного арбитра. Время и силы были потрачены, но цель (вывод партнера один с вратарем соперников)  достигнута не была.

 

1.8. Праксеология и другие науки о людях

В заключение нужно сказать несколько слов о том, как соотносится праксеологии и другие науки о поведении людей. Для экономии места ограничимся воспроизведением таблицы из книги М. Ротбарда «Man, Economy and State», в которой эти различия представлены в наиболее простой и в то же время точной форме:

Психология

Почему люди выбирают между различными целями?

Философская этика и философская эстетика

Каковы должны быть цели, избираемые людьми?

Технология

Как использовать различные средства для достижения избранной цели?

История

Каковы в настоящее время и каковы были в прошлом цели людей и какие средства люди избирали для их достижения?

Праксеология

Каковы формально-логические следствия из аксиоматически истинного утверждения, согласно которому люди используют средства для достижения различных целей, избираемых ими?

 

 

3. Футбол: исторический экскурс

Когда и где появился футбол никому не известно. Оставляя в покое древних китайцев, ацтеков, древних греков и римлян, итальянское кальчо, французский «ла суль», начнем исторический экскурс с нового времени, а точнее, с 5 декабря 1815 года, когда в Шотландии состоялось то, что можно считать первым футбольным матчем современного типа. Играли команды поселков Селкирк и Ярроу. Матч прошел на размеченном поле, в присутствии 2 тысяч зрителей, размахивавших флагами (символами команд были пихта у Селкирка и вереск у Ярроу). Не было судьи, мяч можно было вести руками и ногами, но ворота уже были и вратарем команда Селкирка поставила самого знаменитого своего жителя, шерифа, прославленного поэта, незадолго до этого купившего замок и знавшего толк в работе и отдыхе. Он посвятил этому матчу (в котором Селкирк одержал победу, был, впрочем, и второй матч, длившийся 3 часа и прекращенный с официальной формулировкой «ввиду безрезультатности») балладу, четверостишие из которой широко цитировалось на рубеже XIX-XX веков, в эпоху международного распространения игры:

Then strip lads and to it, though sharp be the weather

And if by mischance you should happen to fall,

There are worse things in life than a tumble on heather

And life is itself but a game of football.

Этот вратарь и поэт – сэр Вальтер Скотт, известный юным читателям последующих времен как автор рыцарских романов, таких, как «Айвенго» и «Квентин Дорвард», а в то время – популярнейший британский автор романтических поэм, чья литературная слава вышла далеко за пределы его родного Селкиркшира, Шотландии и всей Британии.

Именно с футболом связано распространение по миру английской моральной теории игры по правилам, игры. в которой можно выиграть, а можно и проиграть, причем возможность проигрыша не останавливает играющих, вдохновленных возможностью выигрыша.

Этот великий переворот, состоявший в утверждении современного понимания спортивного состязания, совершился в период с 1800 по 1815 гг. До этого футбол считался, да и был некой дикой забавой. Футбольные сражения довольно долго беспокоили священников и местные власти, считавших игру преддверием мятежа. Футболисты давали к этому некоторые основания. Существовали две разновидности футбола – организованный и дикий, или игровой и боевой.

Игровой был похож на современный футбол так же, как карета похожа на автомобиль. Боевой футбол – совершенно иное действо и по замыслу, и по дизайну. Он соотносится с современным автомобилем так же, как бычок или лошадь на родео.

В боевом футболе принимали участие многие десятки, иногда сотни людей. Процесс заключался в том, чтобы участники стремились загнать мяч – часто в свою деревню – и не дать противнику сделать то же самое. Однако смысл и назначение пинания мяча было иное, чем в игровом футболе.

Если игровой футбол уже тогда имел в качестве девиза «мастерство», то клич боевого был – «доблесть». Задачей футболиста-игрока было превзойти соперников искусством. Задачей футболиста-бойца было нанести противнику ущерб. Современный футбол воплощает в себе обе эти сущности. Необходимо отметить, однако, что современный футбол ближе к игровому, тогда как современный регби ближе к боевому футболу.

Легенда гласит, что в 1823 году некий юный джентльмен по имени Уильям Вебб Эллис из колледжа в Регби (Rugby) схватил мяч в руки и ринулся с ним в прорыв, уворачиваясь от соперников, стремившихся свалить его на землю. Боевой футбол ушел по этому направлению, но до великого формального разделения 1863 года было еще далеко. Игровой футбол, футбол в собственном смысле слова, развивался, в частности, в Итоне, где в 1827 году была установлена современная численность команд в 11 человек, а чуть позже появился судья (до этого проблемы решали капитаны команд).

Организованные матчи к тому времени играли уже на траве. Первая известная купчая на участок, который был специально приобретен исключительно для того, чтобы разметить и снабдить его воротами, т.е. сделать из него футбольное поле (pitch), относится к 1810 году, когда Вестминстерское аббатство приобрело поле в Тотхилл-Филдс, близ Лондона. До этого играли в городе, на квадратном газоне около монастырских строений, который был тесноват и возбуждал излишние страсти.

После окончания наполеоновских войн, т.е. после 1815 года офицеры и джентри стали заполнять места в школьных и университетских советах, куда они привнесли дух «соревнования джентльменов». Этот новый стиль и новая концепция игры был воспринят ее противниками, боровшимися с боевыми разновидностями футбола,  как подходящий компромисс.

В 1857 в Шеффилде был организован первый в мире футбольный клуб. Начались регулярные матчи. Историческое событие произошло 26 октября 1863 года в лондонской таверне «Вольный каменщик». Там на съезде представителей английских и шотландских клубов были приняты единые правила игры, которые, однако, же не устроили представителей обоих футбольных направлений. Одни источники утверждают, что сторонники школы Регби остались в меньшинстве, другие – что, наоборот, ногометатели собрались на следующий день и провели отдельную встречу. Достоверен год образования  Английской футбольной ассоциации и тринадцать правил, к которым в течение прошедшего времени добавилось еще четыре.

Только в 1871 голкиперу было разрешено играть руками. Правила строго определяли размер поля (200x100 ярдов, или 180x90 м) и ворот (8 ярдов, или 7 м 32 см). До конца века Английская футбольная ассоциация внесла еще ряд изменений: был определен размер мяча (1871), введен угловой удар (1872), с 1878 судья стал пользоваться свистком, с 1891 на воротах появилась сетки (они были запатентованы производителем рыбацких сетей, неким Броди из Ливерпуля). Тогда же стал пробиваться 11-метровый штрафной удар (пенальти).  В 1875 веревку, соединяющую стойки, заменила перекладина на высоте 2,44 м от земли. Судья на футбольном поле впервые появился в 1880-1881 гг. С 1891 судьи стали судить матчи с двумя помощниками.

 

3. Праксеологические аспекты футбольной игры

3.1. Ограничения и оговорки

Футбол является спортивной игрой. Игра – частный случай человеческой деятельности, давно привлекающий внимание психологов, социологов и социальных психологов. Экономические и финансовые аспекты игр изучаются экономистами и финансистами. Особая математическая дисциплина – теория игр – имеет своим предметом сведенные к математическим моделям (детерминированным или вероятностным) правила принятия решений в условиях неопределенности условий и количественной измеримости результатов и затрат.

Игра – искусственная жизнь. Оба слова под ударением – жизнь, но искусственная. Искусственная, но жизнь. Однако среди других игровых видов спорта футбол обладает наименьшей искусственностью. Для игры не нужны коньки, клюшки, кольца и щиты, вода и плавающие на ней ворота. Пожалуй лишь теннис может соперничать с футболом по «близости к природе». Но теннис игра индивидуальная, а футбол – коллективная.

В отличие от умозрительной экономики в футболе есть прямое силовое противодействие соперников. В отличие от экономики реальной это противодействие ограничено правилами, за применением которых следит особая фигура – судья. В той мере, в какой футбол включен в жизнь, он испытывает на себе все ее проявления, и хорошие и плохие.

 

 

3.2. Номенклатура футбольных терминов.

Номенклатура футбольных терминов сложилась исторически, как всякая номенклатура. Есть центральные термины, фиксирующие названия базовых элементов игры. Есть периферические термины, или термины, относящиеся к техническим подробностям. В качестве центральных элементов игры в футбол как таковой я выделяют следующие группы:

А. Аутичный футбол

Остановка, или приём мяча и его  ведение – то, что можно назвать аутичным футболом. Они не требуют ни соперников, ни партнеров. Это – первичные движения, без владения которыми под угрозой оказывается эффективность всех остальных.

Б.  Антагонистический футбол

Элементы антагонистического футбола – обводка, удары по воротам, защитные действия, такие, как отбор мяча, в частности, подкаты.

В. Кооперативный футбол

Сюда относятся действия, предполагающие взаимодействие с партнерами. В них воплощается командная сущность футбольной игры. К важнейшим кооперативным действиям относится передача мяча, или пас.

3.3. Остановка мяча

Остановка мяча – первое, чему учат детей в футбольной школе. В то же время во дворе этот элемент усваивается стихийно. Дети, выученные в школе, более или менее одинаковы в умении останавливать мяч. Дворовые дети различаются по своей способности остановить мяч так, чтобы он не отскочил к соперникам. Именно с этим обстоятельством связана различая природа дискриминации. Выученные футболисты дискриминируются потому, что от них не ожидают продвижения, прироста. Дворовые игроки дискриминируются потому, что от них ожидают брака при приеме мяча.

Дворовый игрок может упражнениями с мячом развить в себе способность надежно и удобно останавливать мяч. Все довоенные игроки и многие игроки, родившиеся до войны, были дворовыми и ставили это умение самостоятельно, иногда доводя его до совершенства. Например, выдающийся игрок и тренер Константин Бесков, по свидетельству родных, будучи школьником, часами отрабатывал прием мяча, посылая его с разной скоростью и на разной высоте в стену дома, и принимая ногой, грудью или головой.

Выбором здесь является не останавливать мяч, разрешив ему следовать дальше – к другому игроку, вратарю или даже к воротам соперников. Первый случай, при всей его очевидности, предполагает более высокую оценку пропускающим игроком положения, направления движения, скорости и вообще возможностей партнера по сравнению со своими собственными. Во втором случае игрок расценивает свое положение как существенно менее рискованное – попытка остановить мяч в случае неудачи может непосредственно угрожать своим воротам. Особенно примечателен третий случай – когда игрок избегает принимать мяч, поскольку оценивает его шансы попасть в ворота непосредственно более высоко. Один из важных подвидов такого уклонения от приема мяча – имитация приема, призванная ввести вратаря в заблуждение. Примером здесь является знаменитая попытка Пеле, когда он сделал вид, что собирается коснуться мяча, сильно низом пущенного по диагонали штрафной площадки в угол ворот. Вратарь сдвинулся и даже бросился в противоположный угол. Между тем Пеле перепрыгнув катящийся мяч, позволил тому продолжать свое движение по первоначальной прямой. Оба смотрели на мяч – вратарь, понимая, что он не успевает сместиться в спасительное положение, Пеле – на траекторию, которая в физическом смысле не была результатом его действия, совершалась вне и помимо его физического воздействия на мяч. В праксеологическом смысле вся эта ситуация и траектория как ее элемент, конечно же, создана Пеле. В данном случае результатом его действия стало не просто движение мяча к воротам, или даже в угол, но движение мяча в угол, более не защищаемый введенным в заблуждение вратарем.

Аналогичный разбор можно сделать и для других элементов футбола – ведения мяча и обводки, передачи и ударов по воротам.

 

 

 

Подпишись на новости в Facebook!

Новые материалы

января 09 2017

Аресты больших начальников крупных белорусских заводов

Арестованы большие начальники на заводах-фаворитах белорусской власти. Речь идёт о МТЗ, МАЗе, БелАЗе и Гомсельмаше. Задержаны за взятки. Так звучит официальная версия. «С 5 по…