Почему люди по умолчанию выбирают коллективизм и этатизм. какая идеология нужна Беларуси

Автор  12 мая 2006
Оцените материал
(0 голосов)

Безыдейных людей не бывает. Есть люди, которые четко осознают свои ценности, цели и выбирают адекватные средства для их достижения. Их – меньшинство. И есть основная масса людей, которые никогда не задают себе сложных вопросов типа «Зачем люди живут? Какая у тебя цель в жизни? Какие ценности являются для тебя главными? Можно ли использовать аппарат насилия (государство) для достижения твоих личных целей?»

 

    Простой человек считает, что идеология – это пустопорожнее занятие для яйцеголовых, что она лишь мешает. Зачем забивать себе голову разными сложными вопросами, если надо ходить на работу, ездить на дачу, думать, чем прокормить детей и как помочь родителям-пенсионерам. Весь отдых сводится к праздному времяпровождению перед телевизором, застолью с обильной выпивкой или, в лучшем случае, к банным мероприятиям. Человек большую часть времени думает, как ему выживать: как не потерять работу, найти дополнительный заработок, заплатить счета за квартиру, купить машину или найти деньги на обучение детей. Ему кажется, что для этого идеология, культура совсем не нужна, что философия и реальная жизнь – это параллельные миры, которые пересекаются лишь в воспаленном воображении отдельных политиков или ученых, преподающих на скучных кафедрах общественных наук.
Вызвать отвращение людей к идеологии, философии и сфере идей, предоставить право заниматься этим «неблагородным, грязным» делом штатных идеологов – это главная задача авторитарной власти. «Пусть другие думают, а мы будет просто работать» - так часто говорят люди, которые попались в ловушку философофобии. Они считают, что могут игнорировать власть, откупаться от нее взятками и мелкими подачками – они сильно ошибаются. Власть не только определяет размеры налоговых ставок, порядок регистрации предприятий или лицензирования. Власть, получив право устанавливать монополию в сфере образования, учить воспитателей и учителей, утверждать программы школ и вузов, доминировать на ТВ, радио и в прессе, поддерживать коллективистские интерпретации христианства, посадило людей в жесткую идеологическую клетку. Людям дали право выбора, но резко ограничили его варианты. Это как дать человеку тест и предложить ему только три варианта ответа. При этом вся мощная идеологическая машина государства работает на то, чтобы человек сам пришел к выводу, что других вариантов просто не существует. Страхи и зависть Человек, попавший в «клетку» добровольного самопожертвования ради великой национальной идеи, которую, кстати, так никто конкретно и не определил, не спорит с тем, что государство должны забрать у него 70% зарабатываемых им денег. Он спорит лишь о том, под каким «соусом» это лучше сделать. Человек не ставит под сомнение то, что государство должно заботиться о нем от рождения и до смерти. Он лишь выбирает формы и методы направляющей и руководящей силы государства (ценорегулирование, лицензирование, сертификация, внешнеторговый протекционизм, налоги, льготы и т.д.). При помощи нехитрых манипуляций, нагнетания страхов, подпитки фобий власти «убеждают» людей (такие методики убеждения скорее похожи на зомбирование), что они – мелкие пешки большого благородного государства. Они – слуги великой национальной идеи. Они должны гордиться сильным процветающим государством и ради этого пожертвовать результатами девятимесячного труда (в Беларуси человек прекращает работать на государство и начинает работать на себя только в конце сентября – такова сегодня налоговая нагрузка).
    Основными фобиями и страхами в нашей стране являются 1) страх потерять работу («придут иностранные инвесторы, сразу большинство рабочих будет уволено», «частники не заинтересованы в создании рабочих мест, поэтому государство должно оставаться основным собственником» и т.п.), 2) страх остаться бедным на старость («государство должно заботиться о стариках, поэтому пенсионная реформа не допустима», «если государство не поможет старикам, никто не поможет», «частные пенсионные фонды заинтересованы только в строительстве финансовых пирамид, поэтому допускать их к пенсионным сбережениям людей нельзя»), 3) страх высоких цен, образования частных монополий («нельзя либерализовать цены, потому что производители и спекулянты сразу резко увеличат их», «надо контролировать бизнесы, потому что они могут объединиться, создать заговор против потребителей и резко увеличить цены»); 4) страх перед иностранными товарами и деньгами – т. е. страх проиграть в конкурентной борьбе («надо защищать национального производителя перед несправедливой конкуренцией со стороны иностранцев», «если допустить иностранцев на наш рынок, они все купят», «иностранцам нужны только легкие деньги, а не рабочие места и социальная поддержка белорусов», 5) страх остаться без услуг образования, здравоохранения, ЖКУ, транспорта («только государство в состоянии обеспечить качественное образование/здравоохранение для всех», «ЖКУ – это естественная монополия. Здесь нет места для частных интересов»»); 6) страх никогда не купить квартиру («государство должно субсидировать строительство жилья», «государство должно само строить жилье, потому что частные компании склоны игнорировать вопросы безопасности строек»), 7) страх перед преступниками, внешними врагами («нельзя жалеть деньги на борьбу с мафией», «нельзя допускать частный капитал в охранный бизнес», «Запад хочет навязать нам свою волю», «где бал правит частный бизнес, там и зарождается преступность»). 8) страх к переменам вообще. Будущее неопределенно. Пусть будет так, как есть. К старым начальникам мы уже привыкли. А, может, будет еще хуже? Еще одним фактором, которые сильно влияет на поведение людей в Беларуси – это 9) страх общественного мнения, страх быть хуже, чем сосед (если свадьба, так на 100 человек, чтоб не хуже, чем у соседа», «мне нельзя бросать пить, а то что люди подумают?»).
    Происхождение страхов современных белорусов близко к страхам первобытного или средневекового человека. Их корень – 1) в недостатке знаний, 2) в искажении и сознательном извращении истории, 3) методологических манипуляциях эмпирическими данными, 4) неправильном определении причинно-следственных связей («после того, не значит по причине того»). Страх перед свободным рынком и частной собственностью сегодня сродни страху перед громовержцем Зевсом или тотемным волком (чудовищем), который требовал в жертву детей или девственниц. Эти страхи являются благоприятной почвой для формирования идеологии коллективизма, этатизма (доминации государства во всех сферах общественной жизни), культуры подчиненности индивидуума большому «благородному» национальному государству. На их основе создавались неформальные институты общества, которые и формируют информационный, идеологический фон «по умолчанию». Они были скреплены и усилены очень сильным человеческим чувством – завистью. Это была зависть 1) к богатым («они де паразиты, не заработали, а украли»), 2) работящим и умельцам («у них получается, а у меня нет», «что ему больше других надо?», «нет, он не лучше, ему просто везет и ему постоянно помогают»), 3) к собственникам («все богатство – это грабеж», «прогрессивное налогообложение справедливо», 4) к «белым воронам» - улыбающимся, внешне счастливым и довольным жизнью («страна в кризисе, а они видишь ли, улыбаются», «в мире люди умирают от голода, а они шикуют», «я живу от зарплаты – к зарплате, а они на юга отдыхать ездят», «умный нашелся, вопросы задает властям – видно, сам хочет попасть к бюджетному «корыту»), т. е. к людям, кто либо выгляди иначе, либо ведет себя не так. Не зря же о непьющем человеке люди по привычке говорят «больной или подлюка». Культура не спасла, лень и страх склоняли к выбору коллективизма и статизма Данные неформальные институты, культурный mainstream Беларуси формировались веками. Негативные элементы были резко усилены коммунистической идеологией, национализацией и монополизацией информационного рынка. Фобии и зависть были усилены, знаний о причинно-следственных связях реального мира больше не стало. Школы и университеты были в полной власти профессоров и учителей, которые десятилетиями работали в рамках социалистической, марксистско-ленинской идеологии. Они смотрели на Запад и на его основные институты через призму критики буржуазных теорий, программы телевидения и статьи в газетах «Правда» и «Известия». Ни в школьных классах, ни в университетских аудиториях, тем более на улице или в церквях не было не то, что сторонников Л. Мизеса, Ф. Хаека, А. Рэнд или хотя бы идеологов эпохи Просвещения, а даже тех, кто бы знал об их существовании. Белорусы имели крайне ограниченный доступ к иностранным источникам информации (не знали языков, не имели возможности путешествовать) и носителям идей свободы.
В результате в начале 1990-х люди по умолчанию выбирали не индивидуализм, а идеологию коллективизма и этатизма. Это была идеология 1) зависти, а не восхищения, 2) неприятие разума, как источника познания и средства выживания и акцептация мистицизма (слепой веры в государство, бога, 3) культуры халявы, а не достижения («достать», а не «купить», «выбить», а не «заработать»), 4) зависимости и коллективной безответственности, а не свободы и персонифицированной ответственности за свой выбор. Они воспринимали мир в сильно извращенном виде: а) рынок ассоциировался с хаосом, беззаконием и властью богатых, социализм – с социальной справедливостью, равенством и порядком, б) рынок обещал нестабильность, перемены и неопределенность будущего, социализм – пусть и не совершенное, но предсказуемое будущее, в) рынок требовал взяться за получение новых знаний, навыков и умений, социализм – развитие по инерции, по-старинке, на старом багаже знаний и умений; г) рынок требовал активную борьбу с ленью, отказ от грубости в отношении с другими людьми, социализм – потворствовал пассивности и работе по приказу начальника, но никак не проявление творческого подхода и предпринимательского духа.
Человек понимает, что такое гордиться своим домом, семьей, воспитанными детьми, своим умением профессионально выполнить работу. Он опасается, что гордиться чем-то великим, абстрактным он еще не научился – не хватает знаний и формального образования. Чтобы не казаться неучем, он имитирует поддержку большому, «заботливому» государству, так, за компанию, потому что все это делают. Не быть же белой вороной? Поведение под влиянием императивов «быть, как все», «не высовываться», «пусть лучше синица в руках, чем журавль в небе», «а, может, так и надо» - это свидетельство принятия коллективистской идеологии, философии социализма по умолчанию. Человек добровольно решает не инвестировать свое время, внимание и ресурсы в получение информации и изучение идеологии и культуры. Как следствие те, политики и бюрократы, как государственные служащие (заметьте разницу в названии работы - «служащий», а не государственный «рабочий»), резко увеличивают издержки простого человека по проживанию в данной стране. Идеи свободы так и остались non grata Так получилось в Беларуси в начале 1990-х. Философии свободы просто не откуда было взяться. У нас не было интеллектуальных диссидентов, которые сохраняли бы традиции свободы (эти традиции получили мощный удар как от коммунистов, так и от фашистов, которые физически уничтожили миллионы людей, проживающих на территории Беларуси). Архивы по-прежнему были закрытыми, а история – извращенной коммунистическими идеологами. Коммунистическая номенклатура была занята перераспределением активов и установлением контроля над финансовыми и ресурсными потоками, а не формированием новой интеллектуальной элиты. Институты были заняты сменой вывесок и повально становились университетами. Руки не доходили до кардинальной смены программ обучения. Да и менять-то было некому, потому что вся власть в вузах находилась в руках освященных социализмом и одаренным его привилегиями ученых и администраторов. Правительство, находясь в плену заблуждения о превосходстве советской системы образования, также не формировало заказ на ее кардинальную реформу. На повестке дня не стоял вопрос приватизации СМИ и создания реального плюрализма в философской, экономической и политической сферах.
    Откуда простому белорусу было вдруг проникнуться симпатиями к философии свободы, идеологии индивидуального достижения и политике капитализма, если знания о реальной сути этих явлений были чрезвычайно скудными, если доминировали мифы, страхи и фобии? Поэтому по умолчанию белорусы выбрали все тот же модифицированный коллективизм и этатизм, сдобренный большей долей религиозного мистицизма и облаченный в новые вербальные одежды. Политэкономия социализма стала «Экономиксом», Госплан превратился в Минэкономики с его научным институтом. Госснаб трансформировался в Управление делами президента и мощные коммерческие структуры при каждом гор-, и облисполкоме. Вместо высшей партийной школы начали появляться бизнес школы. «Слуги народа» в удовольствием пересели из черных «Волг» в черные «Мерседесы».
После 13-летнего отсутствия в вузы, школы и на предприятия вернулась государственная идеология. На этот раз не как социализм, а как лозунг «За сильную, процветающую Беларусь» без особых пояснений, что это значит в классических категориях политэкономии. Тем не менее, содержание проводимой политики убедительно доказывает, что Беларусь из страны развитого социализма стала типичным олигархическим, бюрократическим государством, где властная политическая и экономическая элита живет за счет всего населения. Перераспределение богатства происходит как через бюджет, так и через жесткое регулирования входа на рынок и олигополизацию наиболее прибыльных секторов экономики. Кроме этого, использовались такие способы перераспределения богатства, как инфляция, курсовая разница, высокие процентные ставки по рублевым депозитам с одной стороны и льготные кредиты, списание долгов с другой. Приватизация потоков (финансовых, ресурсных) и национализация убытков – вот что является ярким доказательством тождественности белорусской модели в рамках БССР и РБ. Freeloading или просто халява Идеологические фундаменты системы остались прежними. Это никак не уважение к собственности и права человека. Это не гордость за творческие достижения. Это не свобода выбора и ответственность за него. Это продолжение идеологии присвоения результатов чужого труда, иждивенчества, коллективной безответственности. Говоря простым языком, это идеология халявы, а не творческого труда.
В английском языке также есть такое явление. Оно называется freeloading или sponging. На местом уровне оно проявляется в банальном воровстве государственного имущества, бесплатном использовании госимущества для получения личной выгоды. Украсть тюк соломы или кормов с колхоза, кирпичи или стройматериалы со стройки, металл или готовые товары с завода – это типичные проявление идеологии халявы. Она не находит общественного осуждения. Наоборот, считается проявлением смекалки. Воровство на дачах, вынос товаров из магазинов, обсчет и обвес покупателей, воровство товаров со складов компаний ее сотрудниками, езда таксистов без включенного счетчика (обман как менеджмента компании, так и государства), обслуживание покупателей в магазинах и рынках без выдачи чеков, подделка студенческих билетов ради получения транспортных льгот – все это примеры получения ценности или блага за чужой счет, в нарушение принятых правил и подписанных документов.
    Все большее распространение получает мелкое воровство на уровне домашних хозяйств. Участились набеги на богатые дома и офисы фирм. Взяточничество и покупка услуг чиновников стала нормой. ГАИ, милиция, таможня, прокуратура, судьи, ЖЭСы, учебные (школы и университеты) и лечебные заведения, не говоря уже об органах госвласти, выдающие лицензии, сертификаты, справки – вся продается и покупается. Водительские удостоверения, дипломы и кандидатские степени, экзамены и зачеты, медсправки и сертификаты качества, приговоры судов и свидетельские показания, возможность не служить в армии – в Беларуси создан рынок того, что в принципе не может продаваться. Все это является проявлением идеологии халявы, иждивенчества, коллективной безответственности на уровне местного сообщества. Если здесь бытуют такие нормы поведения, то что можно ожидать от поведения номенклатуры?
    Примеры freeloading или халявы в действиях местных и республиканских органов власти многочисленны. Произвольно выдаваемые дотации, налоговые льготы и каникулы, списание долгов, торговый протекционизм, манипуляция тендерами, получение ресурсов за счет государства по сниженным ценам, дискриминация частных и иностранных конкурентов – все эти инструменты присвоения чужого имущества, получения ценности вне рамок эквивалентного обмена широко распространены в Беларуси. Они являются составными частями, способами реализации государственной идеологии.
    Почему же идеология холявы получила у нас такое широкое распространение? Во-первых, по причине преимущественной анонимности собственников имущества, ресурсов или активов, которые служат источником получения незаработанного. Частная собственность в Беларуси практически отсутствует, что позволяет людям самостоятельно определять способы дележа национального, т. е. ничьего, богатства. Во-вторых, безнаказанность, т. е. лояльное отношение как простых людей, так и чиновников и силовых структур к перераспределению казенного имущества в свою пользу. В-третьих, отсутствие общественного контроля за механизмами распределения госресурсов как на государственном, так и на местном уровне. Высшие чиновники манипулируют компроматом, множат количество «крючков» на халявщиков, которые служат в госорганах, морально поощряя идеологию de jure воровства. В-четвертых, отсутствие политической конкуренции и развитого гражданского общества. За мелкие подачки, за «тридцать серебряников», за право получать халяву и распределять имущество по своим правилам чиновники, члены избирательных комиссий, госслужащие лишают граждан права выбирать и быть избранными. В Беларуси уже давно не проводятся выборы, а имеют место политические кампании по заранее написанному сценарию и с установленным результатом. Политическая монополия направлена на сохранение идеологической монополии (информационной, образовательной), которая, в свою очередь внушает людям тезис о моральности, справедливости проводимой политики, о том, что даже если в ней и есть недостатки, то это лучшее из всех возможных альтернатив. При этом сами альтернативы интерпретируются исключительно представителями властей. Какая идеология нужна Беларуси Напомним определение идеологии из Словаря по правам человека: «Идеология - это образец мнений и убеждений, которыми люди пользуются для объяснения и оценки мира таким образом, чтобы сформировать, установить, направить и оправдать определенные формы и методы деятельности. В политике идеология означает систему взглядов, которая находит свое выражение в политических доктринах». Новую систему взглядов надо формировать. Для этого надо а) подготовить учителей и тренеров, б) представить новую идеологию в привлекательной, удобоваримой форме, в) реализовать кампанию по ее раскрутке, г) внедриться в официальные образовательные учреждения, д) убедить политические силы включить ее положения в свои программы и затем реализовать их через законодательство.
Новая идеология должна стать частью культуры, изменить качество неформальных институтов, которые во многом определяют поведение человека в жизни. Для лучшего понимания сути неформальных институтов напомним широкое определение культуры: «Человек вынужден приспособиться к условиям окружающей среды для того, чтобы выжить. Это приобретенное знание жизни, изменяемое и передаваемое из поколения в поколение, называется "культурой". Культура складывается из предметов деятельности, которыми пользуется все человечество. Эти предметы могут быть двух основных видов: материальные и нематериальные. Материальная культура состоит из предметов или физических объектов, созданных людьми, таких как одежда, школы, фабрики, города, книги, космические корабли, культовые знаки и т.п. Нематериальная культура складывается из более абстрактных понятий, таких как языки, идеи, верования, правила, обычаи, мифы, навыки, образцы семейной жизни, политические системы и т.д. Возможно, по крайней мере, концептуально отделить "культуру" от "общества". Культура состоит из предметов деятельности общества, которыми оно пользуется; общество состоит из взаимодействующих между собой людей, объединенных одной культурой. Общество распадается без культуры. Культура, в свою очередь, не может существовать без общества, которое ее развивает».
    Очевидно, что процесс формирования новой культуры идет десятилетиями и не может быть совершен скачкообразно. Не надо строить иллюзии относительно того, что нам это удастся в течение одного поколения. Однако начать интеллектуальный процесс, катализировать его конкретными действиями можно и нужно.
    Наша задача – принять активное участие в формировании новой культуры белорусского общества, культуры, которая бы была гармоничной с духом предпринимательства в новой экономике, которая бы утверждала такие ценности, как свобода, разум, индивидуализм, личная ответственность за принимаемые решения, гордость за достижение, доброжелательность. Философия объективизма, основополагающим автором которой является Айн Рэнд, является основной для новой культуры. Она, в свою очередь, основана на философских традициях Аристотеля, научных и просветительских традициях эпохи Просвещения. Идеология, построенная на данной философской основе, является антагонистичной идеологии третьего пути, которую активно поддерживают антиглобалисты. Формально они выступают против социализма, считая, что хорошую идею извратили неподготовленные, плохие люди. При этом предложения сторонников третьего пути сводятся к известному набору мер. Бедные страны а) могут нарушать права интеллектуальной собственности, если это выгодно народу, б) требовать тот же уровень зарплат и социальных выплат, как и в богатых (не уточняя, за чей счет), в) должны заставлять миллионеров делиться сверхприбылью (что бы это ни значило) по справедливости, г) должны получать часть бюджетных доходов богатых стран, собираемых с нефтяных, газовых и других ресурсных компаний. По сути дела, это схема легализации халявы (freeloading) не только на уровне национального государства, но и в международных отношениях.
Чтобы сформировать и объяснить новый образец мнений и убеждений, которые бы генерировали и направляли определенные формы поведения, необходимо последовательно, системно продвигать философию человека, как героя. Моральная цель его жизни – собственное счастье. Производственное достижение для него – самый благородный вид деятельности. Ему необходима философия, как всеобъемлющая система идей о природе человека и сути мира, в котором мы живем. Это путеводитель по жизни, потому что он рассматривает базовые положения, которые влияют на выбор содержания жизни, а также на то, как мы относимся к другим людям.
1) Новая идеология и метафизика:  реальный мир объективно существует, факты – это факты. Они не зависят от чувств, пожеланий, надежд и страхов человека. Материя существует. Наша задача – изучить и понять ее. Люди обладают свободной волей. Они имеют возможность свободного выбора. Они сами формируют свою жизнь, а не идут фаталистически по некой, предопределенной тропе.
2) Новая идеология и эпистемология (теория знаний): разум – это способность идентифицировать и интегрировать данные, которые поступают от органов чувственного восприятия. Разум интегрирует восприятия человека, формируя абстракции и концепции, поднимая уровень знаний с персептивного (восприятия), что свойственно животным, до концептуального. Метод, который используется для интеграции называется логикой, которая определяется как способ непротиворечивой идентификации.
3) Новая идеология и мораль (этика). Суть морали разума заключается в одной аксиоме – материя существует (existence exists). Выбор человека – жить (выживать). Все остальное является производным от жизни. Чтобы жить, человек должен следовать трем руководящим ценностям – разум – цель – самоуважение. Разум является единственным инструментом получения знаний. Цель – выбор человека формы своего личного счастья. Использование инструмента – т. е. разума, должно привести к его достижению. Самоуважение – твердая уверенность, что мозг компетентен думать, что человек достоин счастья, т. е. что стоит жить так, как он себе представляет и выбирает.
4) Новая идеология и политика (правительство). Капитализм – это система, которая основана на признании индивидуальных прав, включая право собственности, в которой вся собственность – частная. Это система децентрализованного принятия экономических решений потребителями, предпринимателями, инвесторами, а не бюрократами или политиками, распределяющими чужие ресурсы. Признание прав человека предполагает отказ от использования физической силы (насилия) из сферы человеческих отношений. Функция государства – защита прав человека, защита человека от насилия.
5) Новая идеология и эстетика (искусство). Искусство – это селективное воспроизведение действительности в соответствии с метафизическими ценностными суждениями творца (художника, режиссера, музыканта и т.д.). Человеку нужно искусство, потому что он думает в концептуальных категориях, т. е. он получает знания в виде абстракций, которые необходимо перевести на уровень немедленного восприятия. Искусство как раз выполняет эту функцию. Оно конкретизирует его взгляды на самого себя и на мир вокруг себя. Оно помогает человеку понять, какие аспекты его опыта важны, а какие нет.
    Философия объективизма Айн Рэнд, как основа новой идеологии предполагает, что человек должен действовать, исходя из своих принципов, т. е. строго придерживаться своего морального идеала, а не поддерживать компромисс и ситуативной целесообразностью. Человек принципа достигает своих целей в наименьшими затратами, полностью интегрируется в жизнь. Существует устойчивая взаимосвязь между принципами человека и его моральной целостностью. Противостояние моральных принципов и необходимости делать выбор в жизни фальшиво. Счастье – самая высокая моральная цель в жизни, которую мы можем достигнуть. Моральное – это практичное. Моральные принципы необходимы для достижения счастья на практике.

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!