Являются ли права человека щитом, способным защитить человека от произвола государства?

Автор  12 мая 2006
Оцените материал
(0 голосов)

Права человека - область знаний, тесно примыкающая к философии и, прежде всего, этике, юридическим наукам и политическим наукам. В своем современном виде эта область знаний возникла после Второй мировой войны, но ее истоки четко прослеживаются уже в эпоху древности, в средневековье и - конечно же - в эпоху Просвещения. Геноцид, осуществленный демократически выбранным немецким фашистским режимом, открыл глаза на необходимость ограниченного во власти правления, способного регулировать страсти большинства. При коммунизме права человека не были предметом исследований и нигде не преподавались. Однако само выражение "права человека", естественно, дополненное прилагательным "социалистические", начало появляться в семидесятые и восьмидесятые годы, запутывая и умышленно размывая идеи, приходящие к нам с запада, и называемые в наших странах "буржуазными правами человека". 

В девяностые годы концепция прав человека получила огромное развитие в странах бывшего соцлагеря. Но нескольких лет недостаточно для того, чтобы наверстать полувековое отставание общественного сознания. Кроме того, существует проблема с легализацией прав человека, т.к. права эти имеют целью ограничение той власти государства, которая их легализует. Подобные акты самоограничения власти достаточно редки. Они встречаются в таких чрезвычайных обстоятельствах, как революционные изменения, проигранные войны или легитимизация вновь созданных государств. Они также могут произойти под давлением других государств.
Нельзя вести разговор, не определив смысла основных понятий. И поэтому, не пытаясь предложить здесь общепринятые дефиниции (впрочем, таковых нет), давайте постараемся определить основные понятия, которыми мы будем пользоваться. Основные понятия, прямо или косвенно связанные с правами человека, все еще вызывают немало недоразумений:
демократия, принцип конституционности, правовое государство, человеческое достоинство, свобода, равенство, частная собственность, права и свободы, материальные и процессуальные права.
Первые сомнения вызывает термин демократия. Часто демократию отождествляют с властью большинства, доказательством чего - по их мнению - являются свободные, честные выборы. Однако как показывает история, власть большинства может оказаться очень жестокой по отношению к отдельным людям и различным меньшинствам. Именно большинство вынесло смертный приговор Сократу, и вряд ли мы сочтем, что это свидетельствует о демократическом политическом строе Афин. Если мы попросим группу людей составить список из 5 или 10 признаков, характеризующих либо их самих, либо их положение, то окажется, что в таких списках преобладают свойства, характерные для меньшинств.
Большинство же обычно забывает о проблемах меньшинств, а некоторые из этих проблем даже вызывают враждебность большинства. Значит, неограниченная власть большинства является угрозой для отдельных лиц и групп. И поэтому в нашем понимании демократия - это ограниченная власть большинства, ограниченная всеми правами и свободами, полагающимися отдельным людям. И большинство не имеет права нарушать эти права и свободы. Итак, права и свободы человека ограничивают волю большинства.
Принцип ограниченной власти часто выступает под названием принципа конституционализма. Это, своего рода, мера автономности человека от власти. Формально-правовая сторона конституционализма означает наличие в обществе основного закона государства (конституции), определяющего народное представительство, разделение и объемы полномочий разных ветвей власти и гарантии прав граждан. При этом право признается обязательным и для правителей, и для управляемых. Верховенство права над произвольными решениями правящих обеспечивается разделением властей, высоким положением законодательной власти, ее зависимостью (через механизм выборов) от граждан, а также равным и доступным для всех судом. Конституция как основной закон становится соглашением общества и государства о разграничении сфер их деятельности: гражданское общество является сферой индивидуальных свобод и частных интересов, а государство – сферой публичной власти и общих интересов.
Различают две исторические формы конституционализма: англо–американская и евроконтинентальная.
Англо–американская модель акцентирует внимание на свободе как доминирующей ценности, не допускает вмешательства государства в жизнь гражданского общества, которое само определяет задачи государства. В Декларации независимости США (1776 г.) определяющая роль гражданского общества была выражена следующим образом: все люди имеют равные прирожденные права на жизнь, свободу, независимость, собственность, на счастье и безопасность; народ – источник власти и ему принадлежит суверенитет, а правительство является слугой народа; все государственные власти должны действовать в интересах народа, а если они нарушают эти интересы, то народ вправе свергнуть неугодное ему правительство.
В Западной Европе отношения между государством и гражданским обществом складывались иначе и вылились в другую модель конституционализма. В евроконтинентальной форме акцентировалась особая роль государства в жизни общества. Свобода индивида ставилась в зависимость от мощи государства, поскольку, лишь, будучи сильным, государство способно гарантировать защиту прав человека, его индивидуальную свободу, порядок в обществе. В этом случае идея государственного порядка, национального единства ставилась выше ценности свободы личности.
В наше время принцип конституционализма находит свое отражение в главах конституции - это те главы, в которых идет речь о правах и свободах человека. Они ограничивают, в первую очередь, власть законодателя, ибо говорят, что члены парламента не могут поднятием руки взять да проголосовать, что завтра мы перевесим всех воров, выгоним цыган или отнимем землю у землевладельцев.
Итак, в демократическом обществе права и свободы человека определяют пределы власти большинства. Методами, позволяющими ослабить власть, являются
    Конституционализм
    Сильное гражданское общество.
Эти два момента позволяют нивелировать дисбаланс между властью и гражданами.
Одним из ключевых для области прав человека понятий является понятие правового государства. В правовом государстве человек может делать все, что не запрещено законом, а власть может делать то, что разрешено законом на основе и в рамках закона. Право должно быть непротиворечиво, общедоступно, относительно стабильно и написано на понятном языке.
Правовое государство - это государство, в котором существуют четкие, стабильные и всем известные правила игры между человеком и властью. Это государство, в котором человек может довольно четко предусмотреть, как власти будут реагировать на его поведение, ибо в этом государстве правят не самоуправные чиновники и должностные лица, а четкий закон.
Права и свободы человека относятся исключительно к связи человека с государством. Это т.н. вертикальное действие этих прав. Попытки применить методологию и терминологию прав человека к отношениям между людьми (т.н. горизонтальное действие этих прав) не оправдались и, говоря сегодня о правах человека, мы имеем в виду взаимоотношение между человеком и государством. И хотя семья, любовь, дружба или отношения с соседями являются источниками целого ряда прав и обязанностей, понятие прав человека к ним не применяется.
Права человека - не коллективные, а индивидуальные. В качестве субъекта этих прав выступает человек. Поэтому в рамках прав человека нельзя говорить о правах меньшинств - это язык и предмет политики (и в качестве примера такого коллективного права можно привести право на автономность). В русле прав человека следует говорить о правах лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, не о правах инвалидов как группы, а о правах каждого инвалида в отдельности. Единственным отступлением от этого правила является статья, введенная в шестидесятые годы в оба ООН-овских Международных пакта о правах человека:
1-ая статья, согласно которой "все народы имеют право на самоопределение". Права народов не вытекают из индивидуальных прав - это типичные коллективные права. Статья попала в Международный пакт по политическим соображениям, а мы, говоря о правах человека, имеем в виду не права народа, общественного класса или сословия, а права отдельных лиц.
Поскольку все, что связано с правами и свободами, происходит на линии взаимоотношений человека с властью, то следует упомянуть о трех совершенно разных подходах к природе властных отношений.
Согласно первому подходу - власть первична и именно власть, по своей милости, одаряет людей теми или иными правами. Это означает, что у людей ровно столько прав, сколько соблаговолила им дать власть. Такой подход представлен в конституциях всех коммунистических стран и в конституциях некоторых европейских государств, принятых в XIX веке.
Второй подход базируется на модели общественного договора. Общественный договор заключает власть, с одной стороны, и народ как совокупность отдельных людей (и никак не в марксистском понимании общества как "нового качества" с присущими ему особыми интересами, незавимыми от воли и интересов отдельных людей), с другой. Те, кем правят, соглашаются давать правителям деньги, например, платить налоги, а правитель, со своей стороны, обязуется что-то для них делать: реализовать их права и воздерживаться от вмешательства в некоторые области их жизни, то есть признавать их права. Такой договор, более или менее выгодный для одной из сторон, часто называется конституцией.
Третий подход свойственен американскому мышлению. Люди, обладающие естественными, вытекающими из самой сущности человечности, правами и свободами, решают создать государство и назначить власть для того, чтобы им стало лучше и удобнее жить. И ради того, чтобы государство могло действовать, они в добровольном порядке соглашаются ограничить некоторые из своих прав, передавая их государству. Например, они соглашаются ограничить свои имущественные права и платят налоги или ограничивают свою свободу и - по мере надобности - соглашаются служить в армии.
Последняя из этих моделей коренным образом отличается от первой. При первом подходе у людей ровно столько прав, сколько им дает власть. При третьем подходе у власти столько прав, сколько ей согласились передать люди. Из этой разницы в подходах вытекают существенные практические последствия. В этом легко убедиться, выбрав правовую норму и применяя ее к конкретному, хорошо подобранному случаю: в зависимости от того, будем ли мы придерживаться первого или третьего подхода к пониманию взаимоотношений между человеком и властью, мы придем к совершенно разным решениям. Это показывает, что даже в результате одних и тех же положений может формироваться совершенно иная общественная действительность. Третий подход, согласно которому властям дозволено только то, что допускается законом, а человеку - все то, что не запрещено по закону, и является основой концепции прав человека. Напомним, что мы занимаемся лишь только вопросом взаимоотношений человека с властью, и что положение, согласно которому человеку дозволено все, что не запрещено по закону, лишь только ограничивает возможности насильственного вмешательства государства в нашу жизнь, но не уменьшает наши нравственные обязательства по отношению к близким людям, соседям или людям
Основным для концепции прав человека является понятие неотъемлемого, врожденного человеческого достоинства. Человеческое достоинство вытекает из самой сути человечества, оно присуще как младенцу, который еще ничего не успел сделать, так и матерому преступнику. Человеческое достоинство - это не то же самое, что достоинство личное - понятие, близкое понятию чести. Личное достоинство мы зарабатываем сами, оно растет, если мы ведем себя благородно, и падает, если мы совершаем подлость. Основополагающим в концепции прав человека является первое из этих двух понятий, т.е. Понятие человеческого достоинства. Его обоснование мы находим в разных вероисповеданиях и философских теориях. Для христиан человеческое достоинство определяется тем, что человек, созданный по образу и подобию Бога, носит в себе частицу достоинства Творца. Но оказывается, что для дальнейшего хода наших размышлений не суть важно, как мы будем обосновывать существование человеческого достоинства, в какой религии и в русле какой философской школы будем искать его истоки. Ибо, рассматривая последствия существования человеческого достоинства, независимо от отправной точки нашего поиска, в конечном итоге мы придем к очень сходным перечням прав и свобод, которые принадлежат человеку в его взаимоотношениях с государственной властью, прав, защищающих человека от унижений и бесчеловечного отношения к нему со стороны могущественного, обладающего средствами насилия государства.
Наши права и свободы - это наш щит, прикрывающий нас, наше человеческое достоинство от посягательств со стороны государства. Права человека не в состоянии предоставить нам гарантии, что нас будут любить и холить, не гарантируют ни счастья в жизни, ни - даже - справедливости или хотя бы минимального благосостояния - они лишь защищают нас от унижений и посягательств на наше достоинство и то лишь только со стороны одного, но самого сильного нарушителя, т.е. государственной власти, что в демократии означает волю большинства.
Благодаря правам человека индивид сохраняет свою личность, свою неповторимость, ибо ни до нас, ни после нас не было и не будет никого, кто был бы таким же, как мы, с нашим личным опытом, нашими воспоминаниями, чувствами и мыслями. Противоположностью строя, уважающего неповторимый и индивидуальный характер каждого из нас, является тоталитарный строй, стремящийся сформировать "нового человека" - задуманный диктатором эталон. У этих идеальных граждан одинаковые мысли, они говорят одно и то же, даже одинаково одеты, как, например, корейцы, китайцы или чернорубашечники, и бодро маршируют - левой! Левой! Или участвуют в физкультурных парадах и живых картинах в честь Великого Вождя или Великой Идеи.
Из человеческого достоинства мы выводим два основных понятия: равенства и свободы. Свобода все еще имеет несколько иное значение в Северной Америке и в Европе. Это определяется разной историей и разным положением людей на этих континентах в конце XIX века, когда формировалась современная концепция прав человека. В Америке колонисты двигались на Запад, было обилие неколонизированных урожайных земель, а государство, создаваемое этими людьми, было им нужно лишь только для защиты от внешних и внутренних врагов. Возникла необходимость в создании института шерифа и системы правосудия, которые защищали от внутренних врагов, и армию для защиты от внешних врагов. Индейцы считались внешними врагами.  И дело не только в том, что не было нужды в каких-либо других вмешательствах в жизнь граждан со стороны государства, - эти вмешательства были нежелательными, ибо ограничивали бы шансы завоевать личный успех. Именно с этим следует связывать возникновение концепции свободы от государства - государства, чья роль сводилась к роли сторожа, которое создавалось лишь только для защиты. А в Декларации Независимости появилось положение о праве на стремление к счастью, которое понималось как негативное право: американцам предоставляется свобода стремиться к счастью, а государство не может ему мешать.
В Европе того времени не было свободных земель, большинство людей работало на землях, принадлежавших другим, находясь в зависимости от экономической и зачастую - судебной власти владельцев крупных земельных угодий. Эти люди полагали, что государство, которое сможет призвать к порядку тех, кто их притесняет, сможет им предоставить свободу. Таким образом, возникла концепция свободы через государство. С так понимаемой свободой была связана надежда на то, что государство осчастливит каждого гражданина, и эти чаяния нашли свое отражение в вошедшем в документы Французской Революции праве на счастье. Притязания, вытекающие из европейской концепции свободы, отразились на всей истории этого континента - ведь именно здесь появлялись правители и правительства, которые верили, что знают, что надо сделать для людей, как их осчастливить. Беда в том, что некоторые из них даже пытались претворять это в жизнь.
Слово равенство на устах политика может означать разные вещи. Если о равенстве говорит человек с - несколько упрощая - коммунистическим происхождением, он имеет в виду равенство причитающихся каждому денег и неденежных средств, жизненных условий. Ярким примером такого подхода был лозунг "у нас всех одинаковые желудки", а значит всем причитается одно и то же.
Для социал-демократа равенство означает равенство возможностей. Входя в жизнь, люди должны располагать равными возможностями, потом способные и трудолюбивые добьются успеха, тогда как другие не сделают карьеры, но на старте все должны обладать равными возможностями. Такое мышление появляется в концепции прав человека при рассмотрении вопросов прав лиц, принадлежащих к национальным и общественным меньшинствам.
Наконец, либерал понимает равенство как равенство прав и равенство перед лицом закона. Концепция прав человека чаще всего основывается на данном подходе, однако, иногда принимается и второй.
Понятие равенства прав очень близко по своему значению запрещению дискриминации. А дискриминация - это любая, не имеющая рационального обоснования, построенная на основании физических или биологических признаков, дифференциация прав или правомочий. К примеру, нельзя считать дискриминирующим запрещение на вождение автомобиля слепым, так как такой запрет имеет рациональное обоснование. Но дискриминирующим будет запрет выдавать водительские права блондинкам или цыганам. Как показывает практика, можно создать правовую систему, не содержащую дискриминирующих положений. Однако до сих пор не удалось выработать систему, отвечающую второму из выдвигаемых либералами условий равенства, а именно равенству перед лицом закона. Всегда и всюду должностные лица совершенно иначе обращаются с богатыми или известными людьми, чем с отверженными или представителями презираемых обществом групп. Существуют разные системы, призванные сглаживать эти различия, но нигде не удалось добиться полного успеха. Не исключено, что постулат равного отношения практически не осуществим, но это не означает, что следует от него отказаться. Совершенно очевидно, что в общественных отношениях или в отношениях между людьми могут возникать элементы нерациональной дифференциации, но эта проблема выходит за рамки настоящего очерка, посвященного вопросу взаимоотношений' человека и государства.
В американской традиции из человеческого достоинства проистекает третье понятие – частная собственность. «Частная собственность создает для личности сферу, в которой личность свободна от государства. Она устанавливает ограничения на авторитарную волю. Она позволяет совместно и в оппозиции политической власти возникать другим силам. Таким образом, она становится основой всей той деятельности, которая свободна от насильственного вмешательства со стороны государства», - полагал Людвиг фон Мизес. Беспрепятственное использование частной собственности создает для человека индивидуальное пространство, на котором он может жить, делать собственный выбор и определять собственную судьбу, при этом развивая его понимание собственного «Я» и собственной ценности. Без этого пространства он был бы подвластен произволу других, и поэтому не смог бы планировать свое будущее с достаточной определенностью. Институт частной собственности позволяет людям жить на планете с ограниченными ресурсами рядом друг с другом без посягательства на права других. Этот институт решает споры по таким вопросам, которые в другом случае были бы решены либо насилием, либо подчинением сильному. В рамках американского подхода право собственности является неотчуждаемым. Оно стоит выше времени и пространства собственности других, то есть хозяин собственности остается хозяином, даже если эта собственность расположена внутри собственности кого – либо другого. Институт собственности рассматривается как специфическая и необходимая черта человеческого вида, отличающая его от других видов, населяющих землю. В европейской традиции право на собственность не является неотъемлемым правом человека, так как мы можем распоряжаться своим имуществом и ограничить свое право собственности.
Дискуссия о равенстве, свободе и частной собственности - отправная точка для составления перечней прав и свобод, а также построения институтов и процедур, гарантирующих соблюдение государством всего того, что предусмотрено этими перечнями.
Существуют две основные группы прав человека, материальные права и процессуальные права.
Материальные права охватывают конкретные права и свободы, принадлежащие человеку: свободу слова, совести, выбора местожительства, право на образование и др.
Процессуальные права - это предоставленные в распоряжение человека способы действия и связанные с ними институты, при помощи которых человек заставляет власть соблюдать и выполнять права.
Это разделение не всегда четкое. Например, в некоторых случаях право на судебное разбирательство можно рассматривать как материальное (когда мы обращаемся в суд как к арбитру, который решит наш спор с другим человеком), а в других случаях (например, когда мы подаем в суд жалобу на организацию, которая нарушает наши права) - как процессуальное право.
Материальные права охватывают права и свободы. Права, иногда называемые позитивными правами, - это активные обязанности властей по отношению к каждому из нас. Например, право на образование налагает на власти обязанность создать школы, в которых смогут учиться все дети. И в данном случае не столь важно, как решается вопрос оплаты за образование, т.е. Предусматривается ли прямая оплата школы или уплата налогов в госбюджет, который выступает в роли посредника. А вот если ребенок не может получить образования в силу того, что - при первом из названных выше решений - нет эффективной системы выплаты стипендий, то нарушается право на образование. Точно так же право на суд предполагает обязанность построить сеть судебных учреждений, в которые может обратиться каждый человек для разрешения важного для него дела.
Свободы, иногда называемые негативными правами, это налагаемые на власть запреты вмешиваться в те или иные области нашей жизни. Свобода слова или свобода совести - это запрет вмешательства государственной власти в жизненные вопросы человека. Иначе говоря, если я имею на что-то право, то власти обязаны что-то для меня сделать. Если мне принадлежит свобода, то государство обязано воздержаться от каких-либо действий. Наш язык не всегда точно передает смысл выделения позитивных и негативных прав. В буквальном понимании права на жизнь следовало бы полагать, что государство обязано одарить меня бессмертием, тогда как здесь имеется в виду скорее право на жизнь, а право исповедовать или менять свою религию или убеждения означает запрет вмешательства в вопросы вероисповедания или убеждений, то есть свободу религии и убеждений. Не стоит бороться или вносить коррективы в языковую норму, но целесообразно отделять положительные права от отрицательных.
Некоторые права считаются неотъемлемыми. Это те права человека, от которых он не может отказаться. Подписанный человеком документ, в котором он отказывается от личной свободы и поступает к кому-то в рабство, не имеет никаких юридических последствий, то есть попросту лишен значения. Большинство материальных прав носит ограниченный характер. Из числа прав, вошедших в Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод, ограничения не могут применяться лишь только в отношении права каждого человека на то, что он не может подвергаться пыткам и не может содержаться в рабстве или подневольном состоянии. Все остальные права, в тех случаях, когда они противоречат правам и свободам других людей или другим ценностям, например, безопасности государства, можно ограничить. Однако государство может отступить от своих обязательств по защите прав и свобод лишь только в связи с конкретными обстоятельствами и лишь только на основании закона - само правительство не имеет права вводить ограничения своими решениями; степень ограничений прав и свобод должна отвечать остроте положения и защите лишь той ценности, в связи с которой вводятся ограничительные меры, а сами меры должны соответствовать принципам, принятым в демократическом обществе свободных людей. Вопросами того, не были ли допущены государством нарушения одного из этих условий, занимается Европейский Суд по правам Человека и комиссия ООН по защите прав человека.
Возможность ограничения прав человека не должна сводить на нет саму суть этих прав. Поиски границы прав и свобод – дело сложное и вызывающее конфликты.
Сам факт признания прав и свобод человека не имел бы сколь – нибудь существенного значения, если бы не существование процедур, благодаря которым каждый человек может защищаться от нарушений своих прав. Власти всегда склонны нарушать права, ибо так им и править легче, и более легким представляется путь к достижению их идеалов. В государствах с демократическими традициями,  в защите прав и свобод человека участвуют суды, в частности, конституционный и административный, парламентские уполномоченные по правам человека (омбудсмены). С этой целью используются институты гражданской законодательной Инициативы и референдума, институт индивидуальной конституционной жалобы и петиции, прямое применение институтами государства конституции и международных договоров в области прав человека, НПО, которым закон предоставляет возможность действовать и др. Некоторые материальные права, например, свобода слова, право на доступ к информации о работе государственных органов, свобода создания ассоциаций, следует рассматривать не только как ценности, которые необходимо защищать, но и как инструменты, способствующие защите других прав.
Безусловно, легче защищать права человека, если в государстве существует демократический строй, действует принцип разделения властей. Чем прочнее демократия, тем сильнее и больше организаций, защищающих от посягательств властей индивидуальный и неповторимый характер каждого человека.

 

 

Новые материалы

июня 22 2017

Товарищ Шлагбаум против Зыбицкой: защищайся if you can.

Есть в центре Минска один уголок. Пока ещё есть. Попав в него, иностранцы удивляются: «Это Минск?» Уж очень привлекательна там свободная атмосфера, непринуждённость и бесшабашная…

Подпишись на новости в Facebook!