Экономика и религия: от первоисточников к современным концепциям

Автор  12 мая 2006
Оцените материал
(0 голосов)

1. ХРИСТИАНСТВО

Библия представляет собой конгломерат наставлений, касающихся как духовной, этической, так и хозяйственной жизни. Поскольку верующие считают Библию «вечно актуальной», многие принципы были перенесены в Коран и реализуются в исламской экономике, то рассмотрим предложения Священной книги по части экономических вопросов.
    В Ветхом завете однозначно прописывается, что только Бог по праву Творца является полноправным собственником: по словам Моисея «Вот у Господа, Бога твоего, небо и небеса небес, земля и все, что на ней» . Та же мысль выражена царем Давидом в 23 псалме: "Господня - земля и что наполняет ее, вселенная и все живущее в ней" . Собственностью Бога являются и сами люди, их плоть, созданная "из праха земного", души и жизнь. Чтобы сыны Израилевы всегда помнили об этом, им была дана заповедь о "выкупе" их душ от первородного греха за символическую плату в полсикля (слиток весом около 7,5 г. серебра) . Эти деньги должны были вносить все евреи старше 20 лет независимо от достатка за то, чтобы не было «язвы губительной при исчислении их» , так как перепись народа Божьего считалась грехом.
 

    В то же время человек может пользоваться и распоряжаться собственностью Бога по своему усмотрению: "И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими (и над зверями), и над птицами небесными (и над всяким скотом, и над всею землею), и над всяким животным, пресмыкающимся по земле" . Выражаясь современным языком, можно сказать, что люди являются менеджерами, экономами с широкими полномочиями. Однако право собственности человека, по ветхозаветным воззрениям, изначально носило относительный и ограниченный характер. Нет ничего такого, на что у человека было бы неотъемлемое право – все даровано через Бога. Кроме того, Бог мог регламентировать право пользования: "И было ко мне слово Господне: сын человеческий! живущие на опустелых местах в земле Израилевой говорят: Авраам был один - и получил во владение землю сию, а нас много; итак нам дана земля сия во владение. Посему скажи им: вы едите с кровью и поднимаете глаза ваши к идолам вашим и проливаете кровь, - и хотите владеть землею?" .
    Таким образом, в Ветхом завете мы встречаем правила, как ограждающие право частной собственности, так и ограничивающие его, согласно тем отношениям, которые должны существовать между людьми, и воле Бога. Такой порядок представляет собой попытку поиска разумного баланса между общинными интересами и индивидуальными.
    Ветхий завет как свод правил носил ярко выраженный националистический характер. Под предлогом «богоизбранности» сынам Израилевым позволялось полностью вырезать другие народы, убивать женщин и детей, забирать имущество. В этом смысле к Ветхому завету нужно относиться с известной долей скептицизма, поскольку он отражает характерные представления своего времени и не более. В частности, присутствуют там взгляды о том, что рабство, продажа и покупка детей за серебро, содержание наложниц являются Богоугодными. Что касается непосредственно законов и правил, связанных с имуществом, то для внутреннего пользования (среди евреев) они были намного строже, чем имущественные отношения с другими народами и их регламентация.
     В известном своде законов Моисеевых два из них касаются имущественных прав: восьмая заповедь"Не кради"  запрещала и десятая заповедь, которая ставила под запрет даже само желание жены и имущества ближнего: "Не желай жены ближнего твоего и не желай дома ближнего твоего, ни поля его, ни раба его, ни рабы его, ни вола его, ни осла его... ни всего, что есть у ближнего твоего" .
Наибольшее внимание из всех видов имущества оказывалось праву собственности на землю. Для евреев существовало правило, по которому земля, принадлежащая им, не могла продаваться навсегда. Через 25 лет после продажи бывший владелец обладал правом выкупа своей земли. Если землю не удавалось выкупить, законы предписывали возвратить временно отчужденную землю в юбилейный год (пятидесятый год) бесплатно. Таким образом, такая система позволяла евреям даже в самые трудные времена не терять принадлежащих им земель.
Новый завет, который признается книгой для всех народов, прописывает скорее отрицательное отношение к имуществу и богатству. Согласно новозаветным взглядам, находящееся в частной собственности имущество является "тяжким бременем", мешающим его обладателю стать истинным последователем Христа. Самое лучшее использование богатства, по словам самого Христа, - раздача его нищим: "Продавайте имения ваши и давайте милостыню. Приготовляйте себе … сокровище неоскудевающее на небесах, куда вор не приближается, и где моль не съедает, ибо где сокровище ваше, там и сердце ваше будет" . В Новом завете расставание с имуществом в пользу ближнего – радостный акт во имя Бога. Поэтому Ветхозаветные правила, например, о непременном выкупе отчужденных земель, уже не соблюдаются.
В то же время Христос призывал своих учеников строго выполнять свои обязанности налогоплательщиков, а в своих имущественных и финансовых делах не оставаться должным никому . По словам Иисуса, любовь есть исполнение закона . Р. Пайпс говорит о том, что поскольку Христос несмотря на свои заявления посещал дома богачей и пользовался их гостеприимством, то можно сделать вывод, что Новый завет в отличие от Ветхого не описывает устройство миропорядка на земле. Он готовит к вступлению в царство Бога при существующей системе отношений .
Истинного ученика своего Христос в одной из своих притчей уподобляет купцу, ищущему хороших жемчужин, т.е. Царства Небесного, "который, нашедши одну драгоценную жемчужину, пошел и продал все, что имел, и купил ее" . В другой притче Царство Небесное уподобляется "сокровищу, скрытому на поле, которое, нашедши человек утаил, и от радости о нем идет и продает все, что имеет, и покупает поле то" .
Здесь мы встречаем интересную особенность, характерную как для христианства, так и для ислама: одним из самых тяжких грехов является кража, так как это кража у Бога, а не человека. Это хорошо видно в следующем эпизоде:  "Некоторый же муж, именем Анания, с женою своею Сапфирою, продав имение, утаил из цены, с ведома и жены своей, а некоторую часть принес и положил к ногам Апостолов. Но Петр сказал: Анания! Для чего ты допустил сатане вложить в сердце твое мысль солгать Духу Святому и утаить из цены земли? Чем ты владел, не твое ли было, и приобретенное продажею не в твоей ли власти находилось? Для чего ты положил это в сердце своем? Ты солгал не человекам, а Богу" . Апостол Петр подчеркивает, что никто не принуждал их отдавать свое имущество. Они не согрешили бы, если бы вообще ничего не жертвовали. Однако, сказав, что они жертвуют все деньги от продажи земли, они сделали деньги священными.
Теперь посмотрим, как удавалось организовать хозяйственные отношения в соответствии с Библией в  ранней христианской общине.
Во-первых, община была построена на принципе семейственности: Бог – общий отец, а люди – родные братья и сестры. Один из первых каппадокийских священнослужителей – святой Григорий -  предлагал разделять наследство поровну: "...не думай, что все приготовлено для твоего чрева; о том, что у тебя в руках, рассуждай, как о чужом. Оно не долго повеселит тебя, потом утечет и исчезнет; но у тебя потребуют строгого в этом отчета" .
Во-вторых, осознание имущества как необходимости, но не предмета наслаждения и культа. Святитель Григорий Богослов призывает принимать во внимание характер материальных благ, которые "быстро протекают, даются на час и, подобно как камешки в игре перекидываются с места на место, и переходят то к тем, то к другим". Практическая реализация заповеди "возлюбить ближнего, как самого себя" означает "столько же воздавать каждому, сколько и себе". "Поэтому, кто любит ближнего, как самого себя, тот ничего не имеет у себя излишнего перед ближним. ...Потому чем больше у тебя богатства, тем меньше в тебе любви».
Очень часто упоминается понятие «излишек имущества», как меры того, что необходимо жертвовать ближним своим. В качестве обоснования необходимости пожертвований выступает основная для христианства мысль, что человек не владеет ничем по праву, а только по воле Бога: "Скажешь: кому делаю обиду, удерживая свою собственность? - Скажи же мне, что у тебя собственного? Откуда ты взял и принес с собою в жизнь? Положим, что иной, заняв место на зрелище, стал бы потом выгонять входящих, почитая своею собственностью представляемое для общего всем употребления; таковы точно и богатые. Захватив всем общее, обращают в свою собственность, потому что овладели сим прежде других. Если б каждый, взяв потребное к удовлетворению своей нужды, излишнее предоставлял нуждающемуся, никто бы не был богат, никто бы не был и скуден. Не наг ли ты вышел из матерняго чрева? Не наг ли и опять возвратишься в землю?" .
Широко известно негативное отношение в христианстве к ростовщичеству. В общине считалось допустимым давать в займы, но делать это следует без приращений. Причем, согласно воззрениям святителя Григория, одинаково повинен наказанию и не дающий взаймы, и дающий "с лихвою". При этом первый осуждается в нечеловеколюбии, а второй в барышничестве. Как мы увидим позднее, в исламе схема беспроцентного кредита успешно применяется.
Подводя итог, хотелось бы подчеркнуть, что отказ от частной собственности в общине носил исключительно добровольный характер и был связан с личным духовным выбором каждого. Более того, совершение пожертвований подразумевало обязательное наличие частной собственности, как источника дохода. То есть то пренебрежение к имуществу и богатству, которое выказывалось в Новом завете, имело целью не буквальную раздачу всего имущества, а энергичную благотворительную деятельность.
В средние века богословы пытались найти баланс между христианским идеалом и существующим порядком. Ситуацию усугубляло то, что существовало противоречивое отношение к богатству и бедности в Ветхом и Новом завете. В Ветхом завете отношение к беднякам и нищим было скорее осуждающим, когда как Христос призывал оставить свою семью, раздать имущество и фактически вести иждивенческий образ жизни. Иудаизм, полагавшийся больше на Ветхий завет, призывал верующих не отказываться от имущества, которое является знаком Божьего благословения. Именно в иудаизме зародилась система благотворительности в виде десятины. Сейчас ее активно используют бабтисты.
Как же богословы в средних веках подходили к вопросу о собственности? Аврелий Августин говорит о том, что собственность является злом потенциально. Само по себе имущество не имеет отношения к нравственности, но если оно порождает в человеке жадность, то оно способно осквернить душу. Трезво подходя к вопросу применимости указаний Христа, Августин говорит о том, что общество без собственности возможно только в раю, так как требует от людей совершенства. Собственность по его воззрениям – это ответственность: доверенное управление частью общего блага, дарованного Богом.
Католические воззрение на собственность выражены в “Summa Theologica” Фомы Аквинского. Опираясь на «Политику» Аристотеля, он приходит к выводу, что общая собственность не эффективна и приводит к раздорам. Именно частная собственность позволит верующим выполнять свой христианский долг.
Р. Пайпс пишет о том, что «почитание нищеты» было признаком скорее всевозможных еретических учений, чем официальной церкви. Папская булла 1323 года объявила ересью утверждения, что у Христа и апостолов не было никакого имущества . Таким образом, в конечном счете, церковь способствовало укреплению института частной собственности.
Основатели протестантизма Лютер и Кальвин признали труд, а значит и частную собственность священным долгом христианина. Кальвин высказывал прогрессивные для своего времени идеи о благотворности кредита, денег и больших прибылей. Макс Вебер в известном труде «Протестантская этика и дух капитализма» раскрывает те особенности лютеранства и кальвинизма, которые способствовали успеху протестантов в бизнесе. По приведенной им статистике, среди владельцев капитала и предпринимателей, высших квалифицированных слоев рабочих, руководителей крупных предприятий большую часть составляли протестанты. Рассмотрим основные положения протестантизма:
1. Профессия является поставленной богом задачей, наивысшей задачей нравственной жизни человека, его призванием.
2.   По Лютеру монашеский образ жизни порождает эгоизм и равнодушие. Именно мирская деятельность является проявлением христианской любви к ближнему, так как разделение труда принуждает каждого работать для других.
3.    Лютер считал, что долг каждого – выполнять работу именно в том положении и статусе, которые он занимает по воле провидения. Размер богатства, превышающий потребности человека это признак отсутствия благодати, так как такое положение может сложиться только за счет других людей. Кальвинизм в большей степени способствовал накоплению богатства. Как замечает М. Вебер, уже У. Петти, Готейн называли кальвинизм «рассадником капиталистического хозяйства» .
Кроме того, Вебер выводит интересную закономерность: национальные и религиозные меньшинства обычно отказываются от политического влияния, но зато концентрируют все усилия в предпринимательской деятельности. Самым лучшим примером может служить история еврейского народа.
Итак, что же Вебер выделяет в качестве черт, наиболее способствующих развитию «духа капитализма»? Приводя правила Вениамина Франклина, он говорит о том, что идеалом является кредитоспособный добропорядочный человек, долг которого – приумножение капитала как самоцель. Из этого положения видно, насколько далеко отходит кальвинизм от основного течения христианской религии. Более того, честность, пунктуальность и умеренность полезны, так они приносят кредит, именно поэтому они этически хороши. Здесь мы напрямую выходим на философию утилитаризма, которая до сих пор служит идеологическим и идейным базисом экономической теории. Высшее благо такой этики – в большей наживе, полном отказе от гедонистических моментов (наслаждение деньгами). Приобретательство становиться целью жизни человека .
Интересной параллелью может служить то, что Айн Рэнд, принципиальная атеистка, в статье «The Money-Making Personality» описывает человека, который «делает» деньги, следующим образом: «за его обычно угрюмым, невыразительным лицом прячется отношение к работе со страстью любовника, огнем крестоносца, самопожертвованием святого и терпением мученика. […] Для него работа не изнурительная обязанность и необходимость, а стиль жизни. Для него производить – это эссенция, смысл и наслаждение жизни» .
В том, как постепенно религиозная мотивация вытеснялась из сферы мотиваций предпринимателя, как утилитаризм и модель экономического человека с его эгоистичной, максимизирующей рациональностью вытесняли этическую сторону экономической деятельности, многие экономисты видят существенный недостаток современной экономической теории.

 
2. ИСЛАМ

    Для ислама, как религии, основные положения которой сформировались к шестому веку под влиянием иудаизма и христианства, характерны многие христианские черты отношения к собственности. Вот ряд основных положений для исламской религии в современности :
     полное право собственности на все, что существует в мире, принадлежит только Аллаху (а через Него - всей мусульманской общине). Человек выступает лишь доверительным собственником имеющихся в его распоряжении богатств и благ;
     все, что делает человек в этом мире, происходит с согласия и с ведома Аллаха;
     частная собственность, которую утвердил ислам, ограничивается законными способами присвоения, расходования средств и уплатой финансовых долгов;
     экономический порядок в исламе сочетает сбалансированность с социальной справедливостью
Второе положение сомнительно с точки зрения тех выводов, которые можно сделать, исходя из него. Значит ли это, что все наши поступки хороши с точки зрения Аллаха? Как осуществлять регламентацию этой деятельности? В христианстве так же встречаются подобного рода высказывания: Бог ожесточает сердце и душу кого-либо, евреи наказывают этого человека во имя Бога. В чем смысл наказания?
Чтобы понять, как именно ограничивается частная собственность и что такое «сбалансированный экономический порядок», обратимся к концепции исламского экономической системы, которая содержится во Всеобщей исламской декларации прав человека:22
1) в своей хозяйственной деятельности все люди имеют право пользоваться природными богатствами.
Правовед ибн Кудама писал, что тот, кто первый нашел в бесхозной земле минерал, имеет первостепенное право в удовлетворении за его счет своих потребностей. Но он не должен забывать о других, - им также нужно предоставить возможность использовать природные ресурсы для своих нужд, поскольку все люди имеют право на богатства, дарованные Аллахом.
Поскольку Ислам делает различие между базовыми потребностями человека и роскошью, он не знает проблемы нехватки ресурсов. Мусульмане считают, что существующих природных запасов достаточно для того, чтобы удовлетворить потребности почти всех людей в еде, одежде и жилище. Голод, бедность и экономическая отсталость являются результатом неправильного распределения благ, порождаемого несправедливыми системами и законами, созданными человеком, а не нехваткой природных ресурсов.
Полезные ископаемые не могут находиться в частной собственности. Доходы, полученные от продажи нефти и других природных ресурсов, следует использовать для удовлетворения потребностей всего общества.
2) все люди имеют право добывать средства к существованию в соответствии с Законом (Шариатом);
В исламской мире источником закона признается только Аллах. Отсюда отрицание за человеком права на законотворчество, требование неукоснительного подчинения закону Аллаха - шариату.
Двумя наиболее богоугодными способами  получения дохода являются труд и торговля: "Однажды Пророка спросили: "Какое из приобретений является лучшим?" Он сказал: "То, что человек приобрел трудом рук своих, а также то, что принесла ему добрая торговля". Рассмотрим отношение ислама к труду:
Не случайно ислам называют "религией действия". Работа - это право и обязанность одновременно. В исламе человек выбирает себе вид деятельности с учетом нужд общины в той или иной специальности. Любая непродуктивная работа запрещена шариатом. Более того, считается, что бесполезный труд приводит к неверию. Не поощряется не только сознательное, но и вынужденное безделье. Поэтому для общества лучше не давать подачки бедным в виде пособий и дотаций, а предоставить им возможность заработать самим средства к существованию.
В одном этом узком вопросе ислам предстает как совершенно уникальная система экономических отношений. С одной стороны диктат общины в вопросе выбора профессии, с другой – характерное для капитализма почитание труда и либертарианское решение проблемы безработицы.
3) каждый человек обладает правом собственности, которой владеет индивидуально или совместно с другими лицами. Национализация некоторых экономических средств законна с точки зрения общественных интересов;
Шариат (свод исламских законов) уделяет огромное внимание защите права собственности. За кражу в мусульманском праве существует жесткое фиксированное наказание - "...и вору и воровке рубите руку", в то время как убийство человека не обязательно влечет за собой возмездие. По шариату, убийца может быть прощен родственниками убитого. Объясняется это тем, что кража входит в группу преступлений, представляющих наибольшую общественную опасность (нарушение интересов общины и Аллаха) - "хадд". Убийство же человека относится ко второй категории - "кисас" (или "дийа"). Сюда входят менее опасные, с точки зрения шариата, преступления, нарушающие интересы отдельных людей (убийство и причинение телесных повреждений). Например, за совершение умышленного убийства преступник может подвергнуться казни, если родственники убитого не согласятся взять с него выкуп за кровь – «дийа», либо простить его. В последнем случае к убийце со стороны государства может быть применена какая-либо санкция, но это уже не будет высшая мера наказания.
    Таким образом, провозглашается очевидное неравенство интересов общины и отдельного человека. Фиксированное наказание за нарушение общественных правил и возможность полного оправдания в случае убийства. Такое положение дел в корне противоречит Европейской конвенции прав человека и системе принятого в развитых странах правосудия.
Одним из самых важных вопросов, наряду с охраной прав собственности, является практика заключения договора. Верующие должны равняться на Аллаха, который никогда не нарушает своих обязательств. Да и сам ислам - это не что иное, как договор с Богом, который воздает и наказывает по своим законам, записанным в Коране.
4) бедняки имеют право на определенную часть состояния богатых, установленную "закятом" и выделяемую в соответствии с Законом;
Если христианская этика требует забыть себя ради Бога, то исламская мораль наоборот призывает заботиться о себе, и своих ближних, об обществе, о Боге. Исходя из этого, находящиеся в распоряжении индивида избыточные материальные блага должны использоваться в интересах всей мусульманской общины (уммы). Здесь мы сталкиваемся с вышеупомянутым «излишком имущества», оставшемуся после удовлетворения потребностей своей семьи: «Из всех динаров, которые вы расходуете на пути Господнем, те динары, что вы тратите на выкуп раба, те, что подаете как милостыню бедным, и те динары, что вы расходуете на жену и детей, - самыми ценными (для Аллаха) будут те, что вы тратите на свою семью». Считается, что человек, который усердно трудится для обеспечения семьи всем необходимым, более угоден Аллаху, чем тот, кто целые дни посвящает молитве, забывая о нуждах родных ему людей.
Богатство ради самого богатства осуждаемо шариатом как алчность. То есть наряду с сильнейшей мотивацией к труду в исламе присутствует жесткая система распределения результатов труда на благо общины: предусмотрены обязательные сборы и налоги (закят, хумс), а также те, выплата которых оставлена на усмотрение владельца собственности (инфак).
Осуждается и бессмысленная трата денег. Лицо, транжирящее деньги, может быть признано сафихом, т.е. не осознающим в полной мере, что делает, то есть по логике исламского мира оно не рационально. Имущество этого человека может быть передано под опеку общества или его представителей. Подопечный имеет право использовать только такое количество денег, которое необходимо для удовлетворения его первейших жизненных нужд: "И не давайте неразумным вашего имущества, которое Аллах устроил вам для поддержки, и наделяйте их из него, и одевайте их, и говорите им слово благое".
Если же человек помогает людям, не ожидая от них вознаграждения, а лишь с целью угодить Аллаху, то такая деятельность только увеличит доходы благодетеля, и на всех сделках этого лица будет присутствовать милость и благословение Аллаха (концепция "барака").
5) все средства производства должны использоваться в интересах всей общины (уммы), запрещается не принимать их в расчет или плохо ими распоряжаться;
Деньги должны постоянно находиться в обороте. Владельцу избыточных средств следует умело и с пользой для уммы употребить свой капитал.
6) для обеспечения развития сбалансированной экономики и защиты общества от эксплуатации исламский Закон запрещает монополии, чрезмерно ограничительную коммерческую деятельность, ростовщичество, использование принудительных мер при заключении сделок и публикацию лживой рекламы;
Коран призывает верующих соревноваться в совершении добрых дел. Правоведы усматривают здесь дозволение Аллахом экономической конкуренции.
7) в обществе разрешены все виды экономической деятельности, если они не приносят вреда интересам общины (уммы) и не нарушают исламские законы и ценности.
Главное отличие исламской финансовой системы - отказ от ссудного процента. Проблема запрета ростовщичества остро встала в середине нынешнего столетия, когда стали появляться первые исламские банки. В качестве решения было сформулировано положение о том, что инвестиционная логика должна исходить не из непосредственной выгоды банка, а из увеличения общественной выгоды. Это позволяет мусульманским экономистам вместо такого инструмента, как "цена денег", подверженного воздействию огромного числа субъективных и сугубо спекулятивных факторов, ввести более приемлемую категорию "эффективности капитала". Ресурсы, ориентируясь на норму доходности непосредственно, перетекают в те сектора экономики, потенциал которых наиболее положительно оценивается рынком.
Мусульманские теоретики, доказывая нежелательность и пагубность такой категории как ссудный процент в денежно-кредитной системе, приводят следующие аргументы:
•    нарушение принципа справедливости. Заемщик должен выплачивать заранее оговоренный процент по кредиту даже в случае убытков;
•    рост потребительских, государственных и международных долгов;
•    нарушение баланса в системе распределения доходов и благ;
•    концентрация экономической власти в руках ограниченной категории лиц;
•    увеличение темпов инфляции.
К ограничениям в исламском бизнесе относятся:
o    ростовщичество;
o    неопределенные сделки с повышенным риском;
o    виды деятельности несовместимые с моралью ислама (игорный бизнес, лотереи, спекуляция ценными бумагами);
o    традиционное коммерческое страхование;
o    производство и торговля запрещенными товарами;
o    установление монополии, а также сговор с целью установления цен на монопольный товар;
o    нерациональное использование природных ресурсов или препятствование к их восстановлению.

    Как видно из этих положений, исламское общество представляет собой модернизированный образ ранней христианской общины с сохранением принципа запрета ростовщичества, порицания богатства, ограниченной частной собственности. Более «современными» характеристиками исламской общины является сильная мотивация к труду и честности в бизнесе, однозначное подчинение государства интересам гражданского общества в лице мусульманской общины.
Итак, исламская экономическая модель, находящаяся в настоящее время в процессе разработки, большей частью ориентирована на регулирование процесса распределения, а не производства, что значительно сужает сферу ее возможностей. Кроме того, она нарушает некоторые права, признанные в Европе и США за человеком. В исламском обществе, кроме того, очень специфическая система законодательства.
С другой стороны, денежная система в Исламе основана на золоте или серебре. Таким образом, предотвращаются хождение ничем не обеспеченных денег и инфляция.
Ислам также утверждает, что деньги не должны делать деньги (путем банковских операций), запрещены фондовые рынки и спекуляция долями (акциями) предприятий. Все это способствует развитию стабильной экономики.
Таким образом, исламская модель демонстрирует принципиально отличную систему функционирования общества. Если она будет работать на практике, то это будет одна из наиболее эффективных социально-ориентированных экономик. Важным фактором является то, что в отличие от западной модели у людей куда более сильная мотивация вести себя «правильно». «Проблема безбилетника» решается безусловной верой в Аллаха и соблюдением шариата.
   
4. СОВРЕМЕННЫЙ ПОДХОД К РЕЛИГИИ, ЭТИКЕ И ЭКОНОМИКЕ

В контексте вопроса о значимости религиозных установок для экономической деятельности и структуры экономики в целом с учетом рекомендаций религиозных деятелей и текстов, важным является рассмотрение религии как свода этических норм и их отражение в экономической теории.
Наиболее детальное исследование этого вопроса предпринял Амартия Сен в труде «Об этике и экономике». Он говорит о том, что популярное долгое время положение об исключительно эгоистическом поведении тормозило исследование важных взаимосвязей.  Принцип самостоятельного выбора и максимизация собственного интереса, по мнению Сена, не дают наилучшее приближение к реальному поведению человека и даже не приводят к оптимальному состоянию экономики . Лучшим примером является Япония, где поведение, основанное на долге, лояльности и доброй воли способствовало достижению индивидуальной и групповой эффективности. Сен пишет: «Смесь эгоистического и жертвенного поведения представляет собой одну из важных характеристик групповой лояльности» .
Как таковая, этически-ориентированная традиция взгляда на экономику, как расширенный анализ факторов мотивации человека, рассмотрение его целей, восходит к Аристотелю. Нормативная экономика, не описывающая реальность в моделях, а указывающая как должна выглядеть реальность была отброшена как непродуктивная. Одержал верх подход «инженерный» или «технически-ориентированный». Человек выступает как полностью рациональный субъект, занимающийся математической максимизацией свой функции полезности и умеющий эффективно работать в условиях ограниченных ресурсов, информации и внимания. Все остальные факторы рассматриваются как экстерналии или неизвестные экзогенные переменные, незначительно влияющие на результативность моделей.
Однако наука, провозглашавшая себя этически-нейтральной, все больше склоняется к значимости этических факторов для экономического анализа. Основной мыслью теоретиков, обращающихся к этике, является вопрос: действительно ли эгоистическое поведение как предпосылка экономического анализа позволяет строить эффективные модели? Важность таких исследований обоснована необходимостью учета влияния других акторов на принятия решений. Если анти-этический подход приведет к изгнанию межличностных сравнений полезности из теории благосостояния, то единственным критерием оценки остается критерий оптимальности по Парето. Однако Сен признает его слишком скудным для оценки социальных достижений .
Социоэкономическое (гуманистическое) направление экономической науки выступают за расширение экономической модели человека и учет моральных, психологических, социальных факторов в анализе. Основоположник данного направления, А. Этциони, характеризует мотивацию субъекта минимум двумя целями. Одна из них – личное удовольствие, а вторая – моральный долг. Таким образом, цели могут противоречить друг другу. Это обосновывает необходимость отказа от еще одной традиционной предпосылки – стабильная и непротиворечивая система предпочтений .
Людвиг фон Мизес, представитель австрийской школы, в книге «Теория и история» много внимания уделяет рассмотрению ценностных суждений. Он приходит к выводу, что «история дел человеческих (а значит и действий, рассматриваемых экономикой?) должна изучать ценностные суждения, побуждающие людей действовать и направляющие их поведение» . В то же время он четко отделяет праксеологию (как следствие и экономику) от этики и психологии. Экономика, по мнению Мизеса и Ротбарда, не должна заниматься содержанием целей человека, а только отношениями между целями и средствами .

Тенденции развития экономической теории привели к явлению, получившему название «экономического империализма». Используя экономические методы для анализа социальных явлений, данное направление зарекомендовало себя новаторскими подходами в рассмотрении внерыночных ситуаций путем их формализации и рационализации человеческой деятельности по аналогии с рыночным сектором.
Наиболее общее определение экономики как науки, которая, по мнению Г. Саймона, «изучает процесс распределения ограниченных ресурсов между множеством конкурирующих целей, открыло путь для вторжения экономической теории в сферу политологии и других сопредельных наук, что породило у экономистов некоторое высокомерие по поводу осуществляемой ими цивилизаторской миссии» .
    Постепенное размывание границ экономики, которая до ХХ века занималась рыночным сектором, дает основание для шуточного определения Р. Швери предмета экономической теории: «Экономика – это то, чем занимаются экономисты». Поскольку сфера интервенции экономической науки чрезвычайно широка, то наряду с анализом проблем самоубийства, дискриминации и семейных отношений существуют разработки в области религии с использованием экономического подхода.
Г. С. Беккер, основатель школы экономического империализма, в статье «Экономический анализ и человеческое поведение» он предлагает смелую гипотезу о том, что почти все человеческие смерти являются самоубийствами – в том смысле, что они могли бы быть отсрочены, если бы больше ресурсов инвестировалось в продление жизни . То есть, иногда люди жертвуют большей продолжительностью жизни ради других целей, которые хотят достигнуть. Человек становиться наркоманом, курильщиком, алкоголиком в случае, если отрезок жизни, которым он жертвует, представляет собой недостаточную ценность, чтобы оправдать издержки, связанные с отказом от потребления вредных продуктов или чтобы начать заниматься спортом. В этом контексте теряется различие между «самоубийствами» и «естественными смертями». Таким образом, моральное осуждение со стороны религии к самоубийцам в широком смысле относится чуть ли не к каждому человеку.
Л. Мизес говорит о том, что нельзя недооценивать фактор насилия при продвижении определенных идей . Христианство популярно не сколько по причине «истинности», столько военным победам  в крестовых походах, деятельности инквизиции и т.д. Еще одна причина неизменной ценности христианства заключается вовсе не в ее вечной актуальности, а в привычном и традиционном поведении людей. Можно сказать, что большинство людей не выбирают религию, а слепо следуют традиции или воле родителей. То есть поход в церковь, молитва – это не действия, а заданное поведение.
Таким образом, поскольку посещение церкви и религиозность вообще во многом обусловлена привычным, даже скорее традиционным образом действий, то рассмотрим экономическую интерпретацию такого поведения через Г. С. Беккера.
Прорыв в анализе считавшихся ранее нерациональными традиционно-привычных действий (не учитывая австрийскую торию рациональности) состоялся благодаря тому, что Беккер отказался от неоклассической предпосылки о независимости текущего выбора от выборов, совершенных в прошлом.
Привычное поведение по Беккеру – такое поведение, когда для него характерна положительная зависимость между прошлым и текущим потреблением. Такие блага называются в экономической теории взаимодополняющими. К ним относятся  по словам Беккера «курение, употребление героина, любовь к мороженному, бег трусцой, посещение церкви, привычка лгать и нередко интимная близость с определенным партнером» . Тогда традиционное поведение – привычки, чувствительные к потребительскому выбору, сделанному в далеком прошлом.
    Вредные привычки характеризуются такой ситуацией, когда увеличение текущего потребления блага отрицательно влияет на будущую полезность (пьянство – на здоровье). Таким образом, люди, мало задумывающиеся о будущем, больше склонны к вредным привычкам. Соответственно полезные привычки – положительное влияние на будущую полезность. Это значит, что люди ценят будущие эффекты своей текущей деятельности. К такой «полезной привычке» Беккер относит и религиозность.
После исследования эмпирических данных выяснилось, что люди подверженные зависимости от вредных привычек более склонны к преступности, а люди религиозные – к законопослушности. На самом деле такая зависимость может быть чисто статистической, не коррелированной – это всего лишь говорит о том, что люди склонны по-разному оценивать будущие последствия во всем своем поведении: как по вопросу вредных привычек, так и по отношению к закону.
Религиозность же оказывает благотворный эффект тем, что позволяет держать себя в узде  с большим успехом. Это во многом связано с верой в загробную жизнь – заставляет людей более умеренно и строго осуществлять свой текущий выбор. С этически-ориентированной точки зрения на экономическую деятельность, религиозность экономических субъектов способствует прозрачности бизнеса, честному партнерству и т.д.
    Привычное поведение во многом столь же рационально (хотя не так рационально как деятельность). В качестве примера можно упомянуть:
1.    экономия на издержках поиска информации (зачем искать и исследовать другие религии, выбирать другие пути решения проблем)
2.    уменьшение издержек при применении в измененных условиях – чувство покоя, психологический комфорт, когда совершается привычное действие (хождение в церковь по воскресеньям – определенный стабильный ритуал)
Почему привычное поведение считается нерациональным? Потому что оно влияет на поведение людей вне зависимости от подсчета выгод и издержек, их запирают в прошлом (locked in by the past) . Фактически люди перестают совершать выбор между альтернативами, о чем мы говорили выше.
Жизнь на социальное пособие – пагубная привычка, когда люди утрачивают самостоятельность и зависят от подачек государства. Поэтому некоторые семьи ведут себя якобы «нерационально», отказываясь от предложенных пособий, чтобы не выработать «привычку» или «зависимость» от социальных пособий.
    В целом, привычки являются отличными субститутами долгосрочных контрактов и других механизмов, связанных с принятием явных обязательств. Тогда ответ на вопрос, почему библия после 10 века не меняется, не адаптируется к реалиям современности, кроется в том, что чем дольше она существует в неизменном виде, тем больше вероятность, что ей будут следовать просто в силу привычки и традиции. Сильное влияние прошлого придает стабильность институтам и культуре.
Рассматривая религию нельзя обойти вопросы, связанные с альтруистическим и эгоистическим поведением. Несмотря на то, что полностью альтруистическое поведение является фикцией, рассмотрим поведение, максимально ориентированное на других людей или благородные цели и идеи. Беккер рассматривает эти два вида поведения в контексте теории экономики семьи, однако нам ничего не мешает расширить анализ на всех экономических агентов.
Тогда альтруисты максимизируют собственную полезность через максимизацию полезностей других людей. Родители могут водить детей в церковь, если даже не верят, в том случае, когда они уверены в том, что это окажет благотворное влияние. По статистике многие родители прекращают посещать церковь после того, как дети покинут дом.
Эгоисты – родители  озабочены помощью детей им в старости. Они растят детей – альтруистов или формируют у них чувство вины. Здесь Беккер делает важный вывод для государственной политики: если государство возьмет большую часть расходов на стариков, родители – эгоисты будут с детьми еще менее благожелательны, так как у них нет стимула в виде поддержки в старости.
Альтруизм и любовь членов семьи – лучший гарант защиты от опасности в течение всей жизни. Когда альтруизм недостаточен, что часто встречается, то навстречу выходит то, что называется социальными нормами и заставляет помогать нуждающимся членам семьи. Члены семьи усиливают чувство вины у тех, кто отказывает в поддержке. Социальные нормы, чувство вины и другие механизмы могут значительно смягчить недостаток инвестиций и защиты. Они могут заставить эгоистичных родителей инвестировать, а эгоистичных детей – заботиться.
Распространяя эти семейные принципы на религиозную общину, можно сказать, что нужный объем «альтруизма», помощи близким и бедным обеспечивается как раз религиозным законом. То есть моральный долг, сформированный в русле определенной религии, является важным фактором мотивации и поведения экономического агента.

5. ПРИЛОЖЕНИЕ: «ТАКСА АПОСТОЛЬСКОЙ КАНЦЕЛЯРИИ»

Иоанн XXII, папа римский с 1316 по 1334 год, впервые ввел в официальную практику продажу полных индульгенций за деньги. Прейскурант отпущения грехов представляет собой любопытный документ с точки зрения экономической составляющей: прощение предлагалось как за совершенные грехи, так и за будущие. Предположив, что цена прощения прямо связана с тяжестью греха, расположим их в порядке убывания:
    "Еретик,   обратившийся   снова  в  католическую  веру,  уплачивает  за отпущение 269 ливров. Сын сожженного или казненного еретика получает отпущение, уплатив 218 ливров 16 су" (так вот откуда известный советский принцип «сын за отца отвечает»!).
    "Клирик, желающий получить отпущение за  противоестественное распутство,  платит  219 ливров 15 су".
    "Если монастырь намерен изменить дисциплину, дабы установить более строгий режим, он вносит в казну 146 ливров и 5 су" (папа стирает  всякую  грань  между понятиями "порок" и "добродетель": все  превращается в источник дохода).
    "За  убийство  епископа или  прелата  - 131 ливр  14  су. Если  убийца  убил   несколько  священников  в  разное  время,  то  он уплачивает 137 ливров 6 су за первого и половину цены за каждого последующего".     "За убийство брата, сестры, отца или матери - 17 ливров 4 су". (первый убитый епископ оценивается в восемь раз дороже отца и матери).
    "Монахиня,  неоднократно  грешившая  в своем монастыре, а также за пределами его и  пожелавшая  стать аббатисой, уплачивает штраф в размере  131 ливра 15 су".
    "Женщина,  желающая приобрести  отпущение  и  в то же время  продолжать греховные сношения, уплачивает 87 ливров 3 су. Если в подобном  преступлении повинен муж, то и на него распространяется сия такса".
    "Тому, кто  нарушил  права  влиятельной особы,  а также за  контрабанду платить штраф в размере 87 ливров и 3 су".
    "Священник, желающий получить разрешение на сожительство с родственницей, уплачивает 76 ливров 1 су".
    "Клирик,  виновный  в  плотском  грехе  с  монахинями, племянницами или крестными дочерьми, получает отпущение за сумму в 67 ливров 12 су".
    "Отпущение за прелюбодеяние, совершенное мирянами, стоит  27 ливров. За
    кровосмешение прибавить 4 ливра".
    "Клирик, который не  в состоянии уплатить свои  долги и хочет  избежать преследования кредиторов,  должен  заплатить в канцелярию 17 ливров 3 су,  и долг его будет прощен" (как насчет мнения кредиторов?).
    "Отпущение и  гарантия против преследования за такие  преступления, как грабеж, кража, поджог, обходятся виновникам в 15 ливров 4 су".
    "За  нанесенное жене увечье  муж  вносит в канцелярию  3 ливра 4 су.  В случае,  если муж убил жену, он уплачивает 17 ливров 15 су. Если же убийство совершено с целью вступить в брак вторично, - 32 ливра 9 су".
    "Священник, лишивший  девственности девушку,  уплачивает 2 ливра 8 су".

 

 

Подпишись на новости в Facebook!

Новые материалы

января 09 2017

Аресты больших начальников крупных белорусских заводов

Арестованы большие начальники на заводах-фаворитах белорусской власти. Речь идёт о МТЗ, МАЗе, БелАЗе и Гомсельмаше. Задержаны за взятки. Так звучит официальная версия. «С 5 по…