«Крепкий хозяйственник» как инструмент сохранения кадровой монополии

«Крепкий хозяйственник» как инструмент сохранения кадровой монополии

Автор  29 августа 2017
Оцените материал
(0 голосов)

У белорусских распорядителей чужого (политиков и чиновников) есть культ крепкого хозяйственника. Это человек, который прошёл путь от обыкновенного работника на одном из промышленных предприятий/с/х организаций до должности директора. Потом он уходил на повышение в исполком, партком, министерство, правительство или другой орган власти. И там, основываясь на полученные знания и опыт на уровне предприятия, он становился номенклатурным начальником.

Логика такого карьерного роста проста: раз человек пробился на заводе, значит, толковый мужик, хороший специалист. Никто особо не вникал в причины карьерного роста на предприятии, не оценивал финансовые результаты деятельности этого самого «крепкого хозяйственника», тем более не задавал вопрос, насколько полученные знания и навыки на заводе (фабрике) соответствуют требованиям работы на должности в органе госуправления.

Сегодня логика кадровой работы Вертикали власти такова. Можно быть хоть дважды магистром бизнес администрирования, защитить кандидатскую работу по государственному управлению, написать много книг по экономике, о трансформации государственных и общественных институтов, но это меркнет по сравнению со статусом «крепкий хозяйственник».

«Крепкий хозяйственник» - это инструмент сохранения контроля старой партхозноменклатурой над кадрами для органов государственного управления. При его помощи каста государственных «жрецов» эффективно блокирует попадание на ключевые посты в органах госуправления чужих/нелояльных/слишком умных.

Сегодня в белорусском правительстве доминируют эти самые «крепкие хозяйственники». Я не знаю ни одного примера успешного управления ими государственных коммерческих организаций. Премьер-министр Андрей Кобяков работал на Рогачевском заводе «Диапроектор» (Гомельская область). Не слышно об успехах этого предприятия, его финансовых результатах и стабильных дивидендах для акционеров. Вице-премьер Владимир Семашко руководил ПО «Горизонт», был одним из руководителей «Интеграла». И что сегодня с этими былыми флагманами советской промышленности? Без господдержки они бы давно поросли травой. Может, вице-премьер Анатолий Калинин может продемонстрировать качественную работу Барановичского коммунального унитарного производственного предприятия «Водоканал». Вы не слышали об успехах колхоза имени Ленина Житковичского района, о региональном прорыве Кормянского райисполкома. А ведь именно там закалялся крепкий хозяйственник Михаил Русый. Коммерческих и финансовых успехов нет – а мы в стране имеем непотопляемого вице-премьера. Наконец, «серый» кардинал (главный жрец) кадровой политики Беларуси Михаил Мясникович. Он закалялся, как инженер в «Минскводоканале», в Управлении предприятий коммунального обслуживания Мингорисполкома. Потом пошла карьера в партийных и советских органах. У нас до сих пор коммунальное хозяйство – «черный ящик», нереформированный и беспощадный.

Есть, конечно, резкие исключения. Их допускают в органы власти, когда нужно ликвидировать опасное нагромождение инвестиционных, управленческих и потребительских ошибок, но на фоне крепких хозяйственников они выглядят почти как инородные тела. Они большой погоды не делают.

Сегодня каста крепких хозяйственников успешно внушает А. Лукашенко, что они знают, что делают, что модель управления экономикой вполне себе качественная. И ездят эти начальники по заводам и фабрикам. И раздают направо-налево деньги налогоплательщиков под обещания обеспечить рост валовых показателей. И нет на них никакой управы, потому что А. Лукашенко, не имея опыта управления промышленным предприятиям, испытывает пиетет перед статусом крепкого хозяйственника, считая, что он даётся раз и навсегда, и не требует ни подтверждения, ни верификации, ни просто проверкой здравым смыслом.

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!