Бухгалтерия постсоветской интеграции

Бухгалтерия постсоветской интеграции

Автор  03 апреля 2017
Оцените материал
(3 голосов)

Выйдет ли Беларусь из ЕАЭС?

Какие бы интеграционные проекты не затевали на постсоветском пространстве, получается СНГ, аморфное, расплывчатое и склизкое. Евразийский экономический союз (ЕАЭС) ещё в ясельном возрасте, а с него уже сыпется дезинтеграционная труха. В своё время Европейский союз правильно начал интеграцию с угля и стали. Свободный рынок этих двух товаров призван был создать доверие ко всем участникам интеграционного процесса, продемонстрировать решимость больших и малых стран работать по единым нормам и стандартам. На постсоветском пространстве такими товарами могли быть нефть и газ.

Сами нарвались

Инициатива о реинтеграции посредством создания единого рынок этих товаров могла исходить исключительно из Кремля. Однако для российских властей своя рубашка оказалась ближе к телу. Газ и нефть стали источниками богатства олигархов, политиков, силовиков и идеологов, в том числе из Украины и Беларуси. Во второй половине 2000-ых эти товары снова вошли в состав геополитического оружия России. Белорусскому руководству не удалось канализировать его использование по отношению к себе в мирное русло. Нынешние попытки апеллировать к равенству условий хозяйствования для производителей Беларуси и России обречены на провал. Этого самого равенства никогда не было. Едва ли оно появится после очередного демарша А. Лукашенко и обострения газового конфликта.

Белорусское руководство почти 20 лет имело газовые и нефтяные преференции, а не единый энергетический рынок. Тем не менее, оно один за другим подписывало интеграционные соглашения с Россией и другими постсоветскими странами.

Так в 2000г. был подписал договор о создании Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС). В октябре 2007г. Беларусь, Казахстан и Россия подписали договор о создании Таможенного союза. В декабре 2009г. главы трёх стран согласовали план действий по формированию Единого экономического пространства (ЕЭП). Оно должно было начать полноценную работу с начала 2016г. В 2014г. был подписан договор о создании Евразийского экономического союза (ЕАЭС), который начал действовать с начала 2015г. Россия всё время обещала приступить к созданию единого рынка без изъятий и ограничений, но по ключевым для Беларуси товарам – нефти и газу – создание единого рынка откладывалось на неопределённое время. А. Лукашенко уповал на свою способность договариваться с Кремлём в режиме пакетного соглашения и ассиметричных действий (вы нам – газ и нефть по льготным ценам, я вам гарантии партнёрства против НАТО, защиту русского языка, единое информационное пространство и членство в ОДКБ).

Резкое снижение цен на нефть и нефтепродукты не только не ускорило процесс создания единого рынка энергоресурсов в ЕАЭС, а наоборот обострило жадность энергетических монополий России. Этот тренд усилился существенным ростом влияния представителей «Русского мира». Они никогда не считали Беларусь самостоятельным, независимым государством. Поэтому в свете острого конфликта России с Грузией и Украиной, сирийской авантюры, обострения противостояния с США и ЕС они потребовали ликвидировать историческую оплошность и совершить реальное присоединение Беларуси к Российской империи.

Масло в огонь подлила позиция Беларусь по торговле с/х продукцией с Россией в контексте введения санкций в отношении стран Евросоюза. А. Лукашенко не поддержал решение Кремля и не присоединился к этим санкциям. Имел полное право. Впрочем, если бы ЕАЭС был бы полноценным таможенным союзом, то решения о введении торгового эмбарго должны были бы принимать консенсусом все его члены. В. Путин сотоварищи явно не были готовы передавать наднациональным органам такие полномочия. А. Лукашенко же продолжал вести себя в прежней манере, рассчитывая на то, что статус «единственного верного союзника» позволит ему сохранить как российский энергетический грант, так и возможность почти свободного экспорта с/х продукции на рынок РФ.

Ошибки – катализаторы

Не исключено, что так бы и было, если бы не целая серия громких ошибок, которые совершили белорусские власти. Они явно переборщили в асимметричности ответа на интеграционную политику Кремля. Отказ белорусского правительства платить за газ по $132 за 1000м3 в условиях резкого ухудшения финансового положения «Газпрома» резко активизировал противников А. Лукашенко в руководстве России.

Второй фактор, который усилил раздражения Кремля – существенный рост товарного экспорта Беларуси в Украину. По итогам 2016г. он составил $2,85 млрд., что на 13,2% больше, чем в 2015г. Из этой суммы на нефтепродукты пришлось $1,75 млрд. (61,4%). Это оказалось почти на $50 млн. больше, чем в 2015г. В физическом объёме экспорт нефтепродуктов в Украину в 2016г. вырос на 34,7%. Метафора «белорусские топливо заправляет украинские танки на Донбассе» возымела эффект в кругах, которые формируют внешнюю политику Кремля.

Третий фактор – экспорт с/х продукции из третьих стран из Беларуси в Россию. Речь идёт о пресловутых креветках, экзотических фруктах, якобы мясных продуктах из Украины и молочных продуктов из польского молока. Главный санитарный шлагбаум России С. Данкверт стал объектом жёсткой критики самого А. Лукашенко. Анекдотические случаи поставок из Беларуси товаров третьих стран, которые там не производятся, добавили остроты в белорусско-российские отношения.

Четвёртый фактор – это слабые попытки белорусских властей нормализовать отношения с Евросоюзом и США. В Москве полно «экспертов», которые интерпретируют их, как изменение стратегического курса официального Минска, чуть ли не предательство союзнических отношений. Поскольку Москва давно окунулась в эпоху пост-правды, гибридных и информационных войн, то даже такие экзотические версии воспринимаются полисимейкерами в России за чистую монету.

Пятый фактор - грубое передёргивание в среде сторонников «русского мира» находят робкие попытки белорусских властей спасти белорусский язык и культуру, а также восстановить историю той территории, которую сегодня занимает Беларусь. В свете курса Кремля на единый взгляд на историю такого рода поход интерпретируется чуть ли не как ревизионизм и опасное отклонение от русскоцентричной версии истории.

Наконец, нельзя сбрасывать со счетов личные отношения руководителей Беларуси и России. Многие знатоки кремлёвских коридоров власти утверждают, что не только А. Лукашенко и премьер-министр Д. Медведев – «закоренелые друзья». Президент В. Путин и глава Беларуси тоже являются «заклятыми партнёрами». В условиях, когда Владимира Путина ведущие западные СМИ и политологи считают самым влиятельным политиков мира, постоянная доминация позиции А. Лукашенко в белорусско-российских отношениях не может не раздражать хозяина Кремля и его ближайшее окружение.

Энергетические товары vs нематериальные активы

Инструменты убеждения Кремлём руководства Беларуси известны. Цены на газ и нефть, условия их поставки и оплаты, режим уплаты нефтяной пошлины (или налоговый маневр), выделение кредитов, правил доступа товаров из Беларуси на российский рынок – вот на что рассчитывает российское руководство в плане принуждения своего союзника к порядку, каким его видит В. Путин.

Инструменты А. Лукашенко не так очевидны и однозначны. Использование каждого из них нужно сопровождать мощной информационной кампанией, на которую у официального Минска не так много ресурсов. Первый инструмент в модификации бухгалтерии белорусско-российских отношений – цена транзита на разные товары. Речь не идёт о введении некого прямого платежа на товары из России и в Россию, а, например, об экологическом сборе, платеже на восстановление целостности полесских болот или взносе на нейтрализацию последствий аварии на Чернобыльской АЭС.

Второй инструмент – объявление моратория на участие Беларуси в проекте «Союзное государство» и «ЕАЭС» или на отдельные договора в рамках этих проектов. Главное – напугать, снять информационные сливки, а не выйти из этих проектов.

Третий инструмент – приостановление членства в ОДКБ, введение ежегодного платежа за российские военные объекты в Беларуси, а также отдельно оплаты за предоставление России услуг по защите её западной границы. Белорусские власти могли бы интерпретировать действия Кремля в энергетической и с/х сферах, как подрыв системы национальной экономической безопасности. При этом А. Лукашенко постарался бы максимально плотно напрячь своих партнёров в российских силовых структурах, чтобы добиться восстановления энергетических отношений.

Четвёртый инструмент – припугнуть Российскую православную церковь угрозой расширения сферы влияния Ватикана. Визит Папы римского Франциска был бы очень важным элементом применения этого сценария. РПЦ традиционно поддерживает союз Беларуси и России. Ответственные лица этой организации наверняка нашли бы возможности поговорить по душам «с рабом божьим Владимиром» на предмет его взаимоотношений со славянскими, православными братьями.

Пугать Россию введением ограничений для её производителей при товарных поставках на белорусский рынок бессмысленно. Ассортиментные перечни, неформальный региональный протекционизм белорусских исполкомов, институт специмпортёров эффективно блокируют российские товары в белорусской рознице. Введение эмбарго имело бы небольшой экономический эффект при высоких рисках нарваться на ответные протекционистские меры.

Пятый инструмент – изменение решения по Белорусской АЭС. Российское атомное лобби сильно заинтересовано в реализации этого проекта. Любые сомнения в надёжности этого объекта, способности российской стороны реализовать его, в экономической целесообразности БелАЭС грозят репутационными и, с высокой степенью вероятности, экономическими потерями для России, которая претендует на расширении своего присутствия на рынке ядерной энергетики.

Шестой инструмент – отключение или резкое ограничение трансляции российских телеканалов в Беларуси, которые явно доминируют в информационном пространстве Беларуси.

Трудно сказать, на какую сумму официальный Минск может оценить все эти нематериальные активы. Так или иначе, получение хоть каких-то уступок со стороны Кремля возможно только лишь в рамках интеграционных проектов. Поэтому на повестке дня белорусского президента едва ли появится предложение выйти из Союзного государства или ЕАЭС. А вот поиски вариантов монетизации своего пребывания в них наверняка продолжатся.

Другие материалы в этой категории: « Правда про «ЕАЭС»

 

 

Подпишись на новости в Facebook!

Новые материалы

апреля 17 2017

Праздник не удался

2 апреля 2017г. – странный праздник, День единения народов Беларуси и России. Накануне А. Лукашенко предупредил о хрупкости союзного строительства. Правительство РБ в предпраздничной манере…