Демонстрация перед саммитом или новая стратегия? Когда старые схемы мешают жить по-новому

Автор  13 июня 2006
Оцените материал
(0 голосов)

Тема повышения цен на газ «Газпромом» для Беларуси прочно вошло повестку для белорусско-российских отношений. Конфликт пока даже не вступил в «горячую» фазу. Складывается впечатление, что стороны разминаются, тестируют решимость и арсенал друг друга. Как на ристалище, когда всадники разъехались по разные по разные стороны и готовы вступить в бой.
    Конфликт на лицо, но до сих пор не совсем ясно, насколько стороны готовы его обострять и есть ли у каждой из них стратегия выхода из него. Нет сомнений, что это ни в коем случае не экономическое противостояние. Россия попыталась сделать все, что могла в рамках предложенной парадигмы так называемого союзного государства, чтобы глубоко, вплоть до объединения интегрировать Беларусь. 

Ярослав Романчук  

 «Пряников» было предложено немало: чрезвычайно низкие цены на газ, уникально льготные схемы поставки сырой нефти, «зеленая улица» для белорусских товаров на российском рынке, беспрепятственная выдача кредитов правительством РФ, а также разрешение белорусским предприятиям продавать свои товары через систему госзакупок, особенно на уровне субъектов Российской Федерации. Кремль даже закрывал и пока продолжает закрывать глаза на то, что Беларусь прямо и косвенно дотирует свои предприятия и демпингуют российских конкурентов на их внутреннем рынке. Те, не получая помощи из бюджета, не имеют ценовой гибкости.
    Не менее важными и ценными для официального Минска были политические «пряники». Безусловная поддержка российским МИДом, Думой, правительством и Кремлем (полный государственный консенсус) всех действий белорусского режима во внутренней и внешней политике, легитимизация Россией всех белорусских псевдовыборов – монетизировать эту поддержку нельзя, но ее значение для укрепления и сохранения стабильности белорусского режима огромно.
    Еще одним элементом широкомасштабной кампании поддержки официального Минска Россией является информация. Поддержка региональных и центральных СМИ, мягкий нейтралитет российского ТВ, который в нужное время выпускало на экран нужных людей с нужными для белорусского электората тестами. Наконец, была и пока продолжается поддержка человеческим капиталом. Не только Зюганов и Жириновский, Рушайло и Лавров, но также Фрадков, Грызлов, Иванов, Патрушев, Алексий второй и сам Путин с разной степенью интенсивности и открытости поддерживали действия А. Лукашенко.
    Трудно найти еще одну внешнеполитическую тему, по которой наблюдалась бы такая консолидированная, практически консенсусная политика России. Почему? Славянская дружба? Ностальгия по совместному прошлому? Скорее острое желание в кратчайшие сроки жить в одном государстве. По правилам России, а не Беларуси.
    Декларации отделить мух от котлет осталась не реализованной. Время для формирования наднациональных органов ушло. Беларусь же, получив беспрецедентную финансовую и экономическую поддержку России, не собирается расставаться ни с экономической, ни тем более с политической властью. Стороны зашли в тупик. Статус кво, т. е. политика ничего не менять, безусловно, в пользу А. Лукашенко. Он, получив стулья ранним утром, не собирается расплачиваться за них в той «валюте», которая устраивает кредитора.
Конфликт, вероятно, будет накаляться, потому что он выгоден сторонам. В. Путин и Кремль могут получить основания для подключения к «диалогу» тяжелой артиллерии. Таковой в отношении Беларуси являются мировые цены на газ и нефть, а также ответный торговый протекционизм в экономики, прекращение поддержки во внешней политике и информационном обеспечении белорусского режима. Именно эти аргументы могут привести к появлению в Беларуси новой, пророссийской силы или же изменению позиции А. Лукашенко. По крайней мере, на это рассчитывает Кремль. Ему важно не перегнуть палку, потому что существует риск сначала экономической и социальной дестабилизации, а потом – политической. Какой смысл владеть «Белтрансгазом» и получить контроль над нефтепереработкой, если большинство населения и элит Беларуси будет все чаще выкрикивать лозунги «Россия, убирайся!»
Конфликт, безусловно, выгоден и белорусскому лидеру. История его взаимоотношений с Кремлем даже неискушенного в политике человека убеждает, что А. Лукашенко не отдаст ни капельки суверенитета, не продаст «Белтрансгаз», не введет российский рубль вместо белорусского и не пойдет на формирование наднациональных органов. С точки зрения официального Минска и его интересов операция по встраиванию и использованию России в схемы для реализации своих планов у А. Лукашенко получилась гениально. На российские деньги и ресурсы резко поднять самоидентификацию белорусов, создать мощный номенклатурный клан, контролирующий всю экономику и нейтрализовать политических конкурентов – и все это продолжалось не год и не два, а, как минимум, десять. Сила интеграционной риторики, манипуляции российскими политиками и чиновникам, которые зарабатывают на белорусско-российских торговых схемах, позволяло поддерживать щедрость Кремля.
Официальный Минск после событий в Украине, Грузии и Молдовы чувствует, что надо начинать расплачиваться. Чтобы этого не делать, опять же нужен конфликт. Новые цены на газ, ревизия схем поставки сырой нефти – прекрасный повод всю ответственность переложить на Россию. Предлог уже найден – повышение цен является нарушением договора о едином экономическом пространстве и обозначает его развал. С таким же успехом поводом для выхода из договора могло быть изменение порядка уплаты НДС в начале 2005 года, но А. Лукашенко нужны были еще два года беспрецедентно хорошей мировой конъюнктуры на нефтепродукты, дешевого газа и открытого российского рынка. Он это получил, в придачу – политическую поддержку сначала на референдуме, потом на президентских выборах, сохранив, разумеется, жесткий протекционизм в отношении российских товаров на белорусском рынке.
    Какой бы ни была новая ценовая политика России в отношении Беларуси, любые изменения будут интерпретироваться официальным Минском, как предательство интеграционной идеи. Официальный Минск получит возможность восстановить таможенную границу, обвинить во всем Россию и без ее участия начать приватизацию, т. е. трансформацию политической власти в экономическую. Скорее всего, это будет распределение активов среди политически лояльных людей, а не открытая, честная продажа на аукционе. Возможно, лоббисты А. Лукашенко в Кремле получат определенную долю взамен на лояльность и продолжение лоббирования интересов белорусских властей.
    А. Лукашенко нужна элегантная стратегия выхода из ситуации социалистической плановой экономики, потому что источники поддержания белорусского «чуда» вскоре пересохнут. С другой стороны, надо искать новые источники и сторонников. Номенклатура и большой бизнес Беларуси, частный и государственный – вот с кем, вероятнее всего, начнет делиться экономической властью А. Лукашенко. Для сохранения политической власти компромиссы с Россией или Западом стоили бы ему гораздо дороже. Когда большому количеству дисижнмейкеров в России и в Беларуси нужен конфликт, он неизбежно наступает. Любой схеме получения политической или экономической ренты рано или поздно приходит конец. Сегодня признаков грядущих перемен много. Однако нельзя однозначно сказать, что они наступят. Тем более нельзя с высокой вероятностью сказать, каковая будет их интенсивность. Поэтому сложно точно прогнозировать последствия изменения поведения России. Если изменения коснутся только газа, то никаких драматических последствий в Беларуси не будет. Власти уже готовят предприятия и домашние хозяйства к повышению цен на газ. Виновник предстоящего затягивания поясов известен. Он, по версии властей, и должен стать консолидирующей темой 2007 – 2008 гг. Если же повышение цен на газ будет сопровождаться ревизией нефтяных схем, то удар по белорусской экономике может достигнуть 15 – 20% ВВП. Ни для одной, даже самой конкурентной экономики в мире такой удар не прошел бы бесследно. Кремль наверняка это понимает, поэтому постарается не доводить ситуацию до критической. Однако координировать силу удара очень сложно, поэтому перегибы вполне возможны. В течение 12  -18 месяцев после повышения цен на газ власти Беларуси вынуждены будут пересмотреть свою бюджетную политику, политику обменного курса. Ни встанут перед проблемой инфляции и ухудшения финансового состояния банковской системы. Это приведет к тому, что тысячи предприятий не в состоянии будут вовремя выплачивать зарплату, подавать вои товары и обеспечивать то, на чем зиждется сегодняшняя белорусская власть – стабильность. Поскольку интенсивность слишком многих фактов остается неизвестной, нет смысла гадать, сколько месяцев или лет продержится белорусская экономика. С позиции тысяч малых и средних белорусских предприятий уже сегодня она не выдерживает давления. Как только число таких предприятий превысит некую критическую массу, в стране неизбежно произойдут политические изменения. Кремль хотел бы управлять этим процессом, но в реальности им не в состоянии будет управлять никто. Это как с перестройкой. Хотели чуть подчистить, подкрасить и подчинить социализм. А вышло, как всегда.
    Каждая из сторон будет вести себя в лучших традициях византийской политики. Едва ли кто-то осмелится назвать вещи своими именами и официально объявит о кончине союзного государства. К сожалению, смелых политиков с ясным видением будущего в наших странах практически нет. Тема союзных отношений будет открыта до тех пор, пока для одной из сторон ее сохранение будет наносить политический и имиджевый урон. К саммиту Большой восьмерки белорусско-российские отношения едва ли успеют накалиться до такой степени, чтобы В. Путин и российский МИД присоединились к мнению Большой семерки. Однако и сильного заступничества ожидать едва ли приходится. Белорусский вопрос будет обсуждаться на уровне министров иностранных дел, но кроме общих фраз от этого обсуждения едва ли стоит чего-то ожидать. Инерционность в политике Кремля и МИДа РФ по-прежнему сохраняется. В ситуации отсутствия у В. путина и его коллег стратегии развития отношений с Беларусью единственное, что остается делать, что отстаивать точку зрения «Беларусь – это наш вопрос. Не ваше дело. Мы сами разберемся». Поскольку и у Запада такой стратегии нет, то стороны останутся при своем: Запад при своих политических декларациях и минимальной помощи белорусской оппозиции. Кремль – с газово-нефтяным и информационным «оружием» наготове.
    Фазы острого противостояния можно избежать. Во-первых, лоббисты А. Лукашенко в Кремле легко не собираются отказываться от своей ренты. Во-вторых, в ситуации острого политического и психологического конфликта не исключено, что стороны начнут думать о реальном партнерстве в рамках взаимоотношений двух демократических, рыночных государств, а не рассуждать в категориях давно почившей советской империи. Так или иначе, информационных поводов в белорусско-российских отношениях до конца 2006 года будет еще немало.

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!