Пустить газ в глаза

Пустить газ в глаза

Автор  27 апреля 2016
Оцените материал
(1 Голосовать)

Новый виток ассиметричных договорённостей

Цена рукопожатия Александра Лукашенко и президента Турции Реджепа Эрдогана видится по-разному из Минска и Москвы. Для В. Путина турецкий лидер - предатель, источник сильного раздражения и геополитического напряжения. Для Кремля он нерукопожатный. Для белорусского лидера хорошие отношения с руководителем Турции - это шанс расширить сотрудничество с новой динамично развивающейся страной, которая приобрела значительный опыт инвестиций и международной кооперации. Турецкие и российские бизнесмены стали жертвами острейшего политического кризиса. В привычной себе манере белорусское руководство решило попробовать себе в роли посредника. За одно и получить дополнительные деньги на реализацию антикризисных мер.

Турецкий вектор

В 2015г. мы продали в Турцию товаров на $142 млн. и ввезли оттуда $488 млн. Мелочи. Только полпроцента белорусского товарного экспорта и 1,6% импорта. Тем не менее, контекст Беларуси в ЕАЭС ставит весьма привлекательную перспективу белорусско-турецких отношений. До конфликта товарооборот между Турцией и Россией приближался к $35 млрд., из которых ввоз турецких товаров в Россию составил ~$7 млрд. На продовольственные товары приходилось ~$1,2 млрд. Почему бы не попробовать перенаправить хотя бы часть товарных потоков Турции в Россию через Беларусь? И это только один из интересов А. Лукашенко к руководителю Турции.

На начало 2015г. Турция привлекла в свою страну $115,6 млрд. прямых иностранных инвестиций. Это говорит о вполне успешной интеграции этой страны в международную систему разделения труда. Турецкий бизнес заинвестировал за рубеж $66,3 млрд. Такая экспансия свидетельствует о готовности турецких предпринимателей окучивать рынки разных стран. По индексу экономической свободы Турция в 2016г. заняла 79-ое место (Беларусь – 157-ое), в индексе Doing business 2016 Турция на 55-м месте, Беларусь – на 44-м. В 2015г. госрасходы Турции составили 37% ВВП, Беларуси – 42,6% ВВП.

В период 1997-2007. среднегодовые темпы роста турецкой экономики составили 4%, в 2010 – 2015гг. – 5,2%, в том числе 3,8% в 2015г. ВВП Турции на душу населения приближается к $10 тысячам. Находящаяся на стадии бума турецкая экономика обладает ресурсами для внешней экспансии, особенно в контексте выпавшего российского рынка. Сам бог велел наращивать экономическое сотрудничество со страной, ВВП которой в 2015г. составил $734 млрд. Это в 13,5 раз больше, чем ВВП Беларуси. Для сравнения в 1961 году ВВП Турции был всего $8 млрд.

Главной экспортной позицией России в Турцию (69%) были минеральные продукты. Заместить их Беларусь едва ли сможет. А вот продукция химической промышленности, древесина и изделия из металлов – это вполне белорусская номенклатура. Официальный Минск c удовольствием бы привлёк турецкий бизнес, который продавал в Россию текстиля, одежды и обуви на $1,6 млрд. Производители машин и оборудования поставляли на российский рынок товаров более чем на $2 млрд. Белорусские машиностроители мечтают перехватить хотя бы часть этого рынка. Наконец, лакомым куском являются поставки на российский рынок турецких металлов и изделий из них (более $4,2 млрд.). Белорусский БМЗ с удовольствием бы посотрудничал с турецкими производителями в этом сегменте рынка. Нет сомнения, что точек соприкосновения между белорусским и турецким бизнесом достаточно. Однако большинство из них связано с характером взаимоотношений между Россией и Беларусью. И вот здесь начинается товарная, торговая и регуляторная неопределённость.

Разные представления об изъятиях и ограничениях

Ключ к успеху белорусско-турецких проектов находится в Кремле. Понятное дело, что турецкие инвесторы могли бы вдохнуть жизнь в десятки белорусских заводов и фабрик, но не в правилах правительства Беларуси впускать чужаков на свой внутренний рынок. А вот выполнение плана по развитию экспорта при помощи иностранцев – всегда пожалуйста.

Перед А. Лукашенко встаёт нелёгкая задача убедить своего большого партнёра по ЕАЭС не препятствовать реализации турецких проектов в Беларуси. Формально, белорусская сторона права. Если товары, производимые турками в Беларуси, будут иметь достаточную локализацию, то они спокойно могут получить соответствующие сертификаты от Беларуси и России и беспрепятственно продаваться в странах Евразийского экономического союза. Де-факто Кремль может затаить обиду и сделать ассиметричный ответ на внешнеполитическую деятельность А. Лукашенко, его дружеские отношения с руководителями Грузии, Украины и Турции, активность по нормализации отношений в ЕС и США могут ужесточить позицию России по интерпретации евразийских договорённостей.

Главные инструменты воздействия – это традиционно три позиции: нефть и нефтепродукты, газ и кредиты. Правительство РФ неоднократно указывало на необходимость поставки определённого объёма нефтепродуктов на российский рынок, переработанной из дотационной российской нефти. Белорусская сторона настаивает на рыночных, т. е. мировых, а не договорных ценах при поставках бензина и дизельного топлива. Разногласие может обостриться, если на то появится политическая воля.

Нет согласия по ценам на газ. Белорусское правительство не устраивает цена $142,37 USD за 1 тыс. кубометров. Премьер-министр А. Кобяков озвучил своё представление о справедливой цене на газ - $80 за 1000м3. Российская сторона возмутилась такой однобокой интерпретацией. В лучшие времена глава Беларуси мог бы попросить руководство России войти в положение союзника и помочь преодолеть кризисные явления во имя престижа и репутации Союзного государства. Сегодня он этого сделать не может. Не хватает веских аргументов, особенно когда идеологи русского мира остро критикуют А. Лукашенко за национализм, оппортунизм и нарушение партнёрских отношений.

Наконец, проблемы могут возникнуть с выделением последующих траншей российского кредита. Оснований для этого можно найти предостаточно. Принятые правительством документы по экономической политике нельзя назвать реформаторскими. Их реализация не ведёт к ликвидации источников кризиса, а к увеличению зависимости Беларуси от внешних кредиторов. Российские власти устами заместителя министра финансов, вице-премьера или представителя Евразийского банка развития (ЕАБР) может заявить о необходимости выполнения белорусским союзником условий кредитного договора. И не отложить выделение денег на неопределённый срок.

Формально нарушений нет. Инвестиционные проекты иностранных государств в Беларуси ни на йоту не нарушают букву и дух договора ЕАЭС. Грузинский, украинский или турецкий бизнес свободны вкладывать инвестиции в Беларусь, производить товары и продавать их без препятствий в ЕАЭС. Так бы было, если бы ЕАЭС был тождественен ЕС. Но это не так. Поэтому ответ российского руководства может быть эмоциональным и ассиметричным. Ничто не мешает Кремлю не мешать российским производителям молока, мяса, металлов, химических товаров и т.д. активизировать лоббистские действия против белорусских конкурентов под эгидой выполнения требований ВТО. А сколько крови может попить белорусским переговорщикам российское правительство при получении согласии России на вступление Беларуси в ВТО, особенно в сфере аграрного производства.

Выяснение отношений между белорусским и российским руководством грозит стать многосерийным сериалом по изматыванию друг друга. Поскольку у России в этом перетягивании канатов гораздо больше ресурсов и сил, то А. Лукашенко должен будет придумать и применить некие новые козыри. Например, появится на международной конференции по мирному урегулированию региональных конфликтов в компании Р. Эрдогана, П. Порошенко, М. Саакашвили в вышиванке.

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!