Кризис систем в белорусской экономике

Автор  07 сентября 2015
Оцените материал
(1 Голосовать)

Несмотря на оптимистические заявления высших государственных лиц, белорусская экономика продолжает находиться в лихорадочном состоянии. С некоторыми оговорками, количество всевозможных рисков, которые способны усугубить положение, в III квартале 2015 г. может только увеличиться.

ВВП Беларуси с начала года находится в красной зоне, что достаточно непривычно, так как ранее средние темпы роста экономики были не менее 3-5% в год. При этом падение ВВП за I полугодие в размере 3,3% является по-своему уникальным событием. Только чуть более 19 лет назад – по итогам I квартала 1996 г. – валовой продукт Беларуси сокращался больше, чем на 3%. И это не учитывая тот факт, что к подсчету ВВП в нашей стране остаются вопросы, ведь в очередной раз дефлятор оказался намного выше индекса потребительских цен: 121,3% против 115,4%. Таким образом, от еще большего падения, которое можно наблюдать на цифрах, экономику частично спасает рост цен.

По мнению Минэкономики Беларуси, экономический рост ускорится в последние месяцы этого года. Официально цель остается прежней – прирост ВВП на 0,2-0,7%. Однако международные организации сохраняют негативные оценки: МВФ прогнозирует падение валового продукта на 2,3% (прогноз сделан в апреле); ЕБРР – минус 2,5% (май); Всемирный банк – минус 3,5% (июнь); ЕЭК – минус 4,2% (июнь).

Принять объективный факт наличия в экономике рецессии без искусственного поддержания главного макроэкономического показателя – было бы правильной стратегией. Ведь действия, с помощью которых правительство планирует подъем, могут только ухудшить ситуацию. А серьезного реформирования системы, согласно официальным заявлениям, не планируется.

Во-вторых, с экономической точки зрения не важно, упадем ли мы на 3,3% или прирастем на 0,7% ВВП. Проблема заключается в том, что Беларусь уже вошла в долгосрочный негативный тренд. Если средний рост ВВП страны за прошлые две пятилетки был на уровне 107,5% (2001-2005) и 107,3% (2006-2010) соответственно, то за период 2011-2015 гг. среднее значение экономического роста, в лучшем случае, составит 102,1%. И это при сохранении российских энергетических субсидий примерно на том же уровне (согласно оценке Всемирного банка, около 13% ВВП).

Таким образом, сложности в отечественной экономике – это не временное явление, вызванное внешними причинам. Это полноценный кризис, который скрывает под собой целый список рисков для будущего развития Беларуси.

Три кризиса

В Беларуси на лицо не только конъюнктурный, но также структурный кризис и кризис государственного управления.

Конъюнктурный кризис в первую очередь выражается в экономическом спаде России, который усугубляется падением цен на нефть (основной экспортный товар соседнего государства). Так, ВВП России по итогам II квартала 2015 г. сократился на 4,6%, что на 0,2 п.п. хуже прогноза, сделанного Минэкономразвития в конце марта текущего года.

Сжатие внутреннего рынка основного торгового партнера Беларуси приводит к соответствующему спаду внешней торговли нашего государства: за январь-май, по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, белорусский товарный экспорт сократился на 28,3% или на 4,4 млрд долл. (по направлению России – на 34,8% или на 2,1 млрд долл.). Официальная позиция такова, что спад экспорта в основном связан с изменениями цен, но это не совсем соответствует действительности.

Согласно данным Белстата, индекс физического объема всего экспорта за пять месяцем года составил 99,5% от уровня соответствующего периода прошлого года. При этом индекс средних цен действительно просел до 72%. Однако в части торговых взаимоотношений с Россией, Беларусь имеет спад физического объема экспорта на 17,2% (многим ниже, чем в целом по всем странам), при проседании индекса средних цен «только» до 78,8%.

Что касается торговых взаимоотношений со странами вне СНГ – именно на них приходятся основные поставки нефтепродуктов из Беларуси – стоимость экспорта в их направлении упала на 32,3%. Физический объем за этот период возрос на 24,9%. При очистке приведенных показателей от энергетических товаров получается иная картина: стоимость упала на 13,4%, а объем возрос на 8%. Последнее означает, что

(а) сокращение на мировом рынке цен на нефть за предыдущие двенадцать месяцев более чем в два раза определенно сказалось на валютной выручке Беларуси, получаемой от экспорта нефтепродуктов;

(б) компенсация полученных потерь обеспечена за счет роста физических объемов поставок этой категории товаров (в том числе за счет переориентации потоков обязательной продажи нефтепродуктов с российского рынка на европейский).

Таким образом, конъюнктура внешних рынков для Беларуси действительно выглядит не наилучшим образом. И именно на решение этой проблемы направлена политика властей.

Они предполагают, что расширение внешних рынков (в основном за счет небольших стран с малым объемом внутреннего рынка) для поставок белорусской продукции может изменить ситуацию к лучшему. Однако компенсировать 4,4 млрд долл. потерь с помощью такой стратегии за короткий промежуток времени практически невозможно. А в долгосрочной перспективе – продолжительное отсутствие выпавших валютных поступлений от экспорта может повергнуть систему в еще больший кризис.

Стратегия ожидать, пока ситуация изменится, также не подходит, так как ставит белорусскую экономику в еще большую зависимость от внешних факторов.

Аналогичная ситуация и с надеждой на быструю отдачу от инвестиционных проектов, которые были реализованы в рамках модернизации. Как показывают факты, часть из этих проектов уже нуждается в государственной поддержке из-за недостаточного спроса на их продукцию. В частности, после почти 2 млрд долл. вливаний в деревообработку, за I полугодие 2015 г. объем производства в этом секторе экономики сократился на 4,1%, а запасы продукции на складах превышают месячную норму.

Цементная отрасль получила не многим больше 1 млрд долл. с надеждой выйти к 2015 г. на объем производства в 9,5 млн тонн в год и экспортом в 4,3 млн тонн. Однако по итогам I полугодия на цементных заводах Беларуси произведено всего 2,1 млн. тонн цемента (84,1% от прошлогоднего значения), а его экспорт за пять месяцев и вовсе сократился почти на 40% в стоимостном выражении. К тому же, согласно данным Минфина, чистый убыток трех основных производителей цемента (Белорусский цементный завод, Кричевцементношифер, Красносельскстройматериалы) за I квартал составил 119,3 млрд руб.

При этом ждать быстрой адаптации государственных предприятий к изменившейся ситуации не стоит. В условиях апатии, равнодушия и даже коррупции на разных уровнях управления госпредприятиями, а также забюрократизированности процесса принятия решений достигнуть быстрой перестройки производственного сектора невозможно. А в экономике по объему произведенной продукции сохраняется до 70% государственного сектора. И это отражение структурного кризиса, который также тесно связан с кризисом управляемости.

Последнее можно кратко подтвердить словами Александра Лукашенко, сказанными в ходе встречи с главой Администрации Президента Александром Косинцем в апреле текущего года. «Есть, наверное, не просто впечатления, а основания для выводов, для принятия каких-то существенных решений по эффективности работы Администрации Президента… У нас, надо прямо сказать, если не катастрофа, то есть некая вольница. Некоторым должностным лицам надо по два раза напоминать то, что Президент принимал решения по каким-то проблемным вопросам», – цитирует президента БелТА.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!