Четыре зубра экономической политики

Автор  20 июля 2015
Оцените материал
(1 Голосовать)

Опасная привычка гадить, а не ладить

Белорусские власти зациклились. В условиях системного, структурного и конъюнктурного кризисов их понятийный аппарат скукожился до справочника терминов марксизма-ленинизма. Их ценностные установки сформировались преимущественно в процессе нетрезвого обмен мнений в бане. В результате в ловушке оказалась вся страна. Вместо того чтобы предпринимать адекватные меры по выходу из этого капкана большинство людей и бизнесов тратят львиную долю усилий и ресурсов, чтобы поудобнее устроиться в этой западне. Для них точка опоры - это их пятая точка. Она срослась с диваном и плевать хотела на политический и гражданский активизм.

Можно указывать на псевдонаучные и идеологические основы поведения белорусских властей. Распорядители чужого и их идеологи поддерживают К. Маркса, не читая, осуждают Л. фон Мизеса, не зная, отвергают свободный рынок, не представляя, как он работает. Для объяснения поведения белорусской Вертикали лучше прибегнуть к психологическим и поведенческим характеристикам распорядителей чужого. Страх, жадность, зависть и невежество – вот четыре зубра (не называть же их в нашей Синеокой китами) текущей экономической политики.

Страх

Страх. Распорядители чужого (политики и чиновники) боятся честной, открытой конкуренции. Отсюда особый режим проведения политических кампаний. Отсюда кулуарные, непотические, земляческие процедуру назначения на «вкусные» должности как в Вертикали власти, так и у руля значимых бюджетных ресурсов и активов.

Чиновники охвачены страхом публичной оценки их способностей. Поэтому они никогда не согласятся на открытые дебаты с конкурентами, тем более на прохождение тестов на профессиональные знания и пригодность. Они даже создали специальный университет для получения корочек – Академия управления при президенте Беларуси. Сами финансируют, сами друг друга учат, оценивают, присуждают степени и поддерживают друг друга в порочной густой сети сплошных конфликтов интересов. В отличие от выпускников Гарварда, Стэнфорда или Оксфорда алюмни президентской Академии управления не афишируют свои связи и возможности. Они сторонятся открытого чэлледжа со стороны выпускников не только престижных вузов мира, но даже от профессионалов из других белорусских университетов. Из-за страха такой интеллектуальной конкуренции смотрящими над лучшими вузами Беларуси поставлены верные церберы Вертикали. Они следят за тем, чтобы не допустить несанкционированной свободы мысли в рамках научных исследований.

Распорядители чужого до коликов боятся потерять власть. Понятное дело президент, но даже мало-мальски значимый начальник в исполкоме, концерне, Совмине, министерстве или одном из десятков контролирующий органов не представляет свою жизнь вне номенклатурной сети, эффективно проводящей только деньги налогоплательщиков. Они боятся быть вне обоймы, потому что там, с их точки зрения, их ждёт мир «звериной конкуренции». Моральные, психологические издержки лизоблюдства, подхалимажа и холуйства для них гораздо ниже, чем материальные потери и разрушение социальных номенклатурных связей в результате выпадения из группы значимых распорядителей чужого.

Жадность

Жадность – второй зубр белорусской экономической политики. Распорядители чужого упорно не хотят делиться экономической властью. Приватизация давно на приколе. Из-за марксистского ценообразования и применения более чем 20 инвестиционных условий белорусские власти более пяти лет не могут продать простые коммерческие объекты. Поросший сорняками Гродненский аэропорт, Брестское пиво, Минский хлебозавод № 1, Гродно-Азот, МТС, Криница, Гомельдрев, Минский маргариновый завод и десятки других предприятий – они не приобрели новых хозяев из-за жадности распорядителей чужого.

Когда государственные коммерческие развалины власти хотят продать по цене высокодоходных, современных активов, чудаков для такого рода сделок нет. Нет ни одного примера, когда бы государственный менеджмент сумел вывести из кризиса предприятие, которое годами не может получить нового владельца. Однако порядок приватизации остаётся прежним. В нём есть только одно рационально объяснение упорству властей. Распорядители чужого, которые подсели на бюджетные потоки и государственные ресурсы, блокируют любые попытки начать даже малую приватизацию. Им лично она не нужна, поскольку сохранение более 75% активов в руках распорядителей чужого – это гарантия сытой жизни для целых номенклатурных династий. Рост рыночной капитализации, доли на рынке, доходности на акцию в их планы явно не входит.

По всей стране в свете острого промышленного кризиса около 5 млн. м2 недвижимости неэффективно используется или вообще заброшено. Чиновники зубами вцепились даже в «мёртвые» активы. Пресловутая собака на сене лежала не на гнилом, дурно пахнущем с/х продукте. Белорусские распорядители чужого же не над златом чахнут, а над грустными, грубыми развалинами былой промышленной славы. От жадности.

Складские запасы устойчиво превышают 80% среднемесячного объёма производства, но государственные заводы и фабрики упорно отказываются работать с предпринимателями. Мол, мелочёвка только путается под ногами. Упорство, с которым распорядители чужого и «красные» директора продолжают работать в рамках старой, советской матрицы, нельзя объяснить только невежеством. Здесь гораздо больше жадности.

Зависть

Зависть – третий зубр белорусской экономической политики. Она поразила не только органы госуправления, но и население в целом. Зависть объединяет верхи и низы сильнее, чем патриотизм. Чиновникам и пролетариату в одинаковой степени мозолят глаза дорогие иномарки и коттеджи бизнесменов. Они не могут допустить мысль о том, что заводы, пароходы и самолёты могут быть частными и честными одновременно. В предпринимательстве они видят смесь жуликоватости, прохиндейства и пройдошливости. Поэтому грубые выпады главы государства, руководителей правительства в отношении предпринимателей не порождают бурю негодования, а лишь кухонно-саркастическое «так им и надо».

Зависть лежит в основе белорусской налоговой системы, процедур по выдаче лицензий и разрешений, а также порядка работы контрольных органов. В капиталистической экономике три важнейших общественных института цивилизуют зависть: частная собственность, свободная торговля и открытая конкуренция. Они делают деструктивное проявление зависти коммерчески не выгодным, несущим большие издержки для социального капитала. В Беларуси таких институтов против инкорпорации зависти в процесс принятия решений органами госуправления, в управление государственной собственностью и регулирование частной нет.

Зависть движет широкомасштабными перераспределительными механизмами. Чтобы богатые и «ушлые» не наживались на толерантных и памяркоуных, зависть велит регулировать цены и норму прибыли. Народ не против. Он снова предоставил распорядителям чужого инструменты для монетизации их власти. Бороться за равенство доходов можно вечно. Главное, чтобы была возможность излишки нажитого «честным» трудом прятать в офшорах и зарубежных активах.

Невежество

Страх, жадность и зависть не имели бы такого мощного синергетического эффекта без невежества. В Беларуси оно приобретает свои уникальные формы и очертания. Население и чиновники в дружном консенсусе хотят жить, как в Швеции. Для них Швеция – удачная попытка создания социализма. Вот только сами шведы возмущаются, когда их считают страной победившего социализма. 23-е место в мире по индексу экономической свободы, в десятке лучших стран мира по надёжности защиты прав частной собственности и качеству госуправления, прочная культура поддержки свободной торговли – всё это признаки капиталистической, свободной Швеции. Однако белорусские чиновники упорно не замечают всего этого, делая акцент лишь на высоких госрасходах. Невежество создаёт иллюзию движения в правильном направлении.

Белорусские власти не знают, насколько эффективными были государственные инвестиции десятков миллиардов долларов. Качественного аудита государственных программ, равно как и точной оценки эффекта от предоставляемых льгот (налоговых, таможенных, кредитных) у белорусских властей нет. Чиновники прячутся за этим «блаженным» для них невежеством и продолжают канализировать деньги налогоплательщиков в традиционные для архаичной структуры белорусской экономики проекты и программы.

Невежество накрывает органы госуправления в сфере образования, здравоохранения и пенсионного обеспечения. Не зная современных форм существования этих секторов экономики, чиновники продолжают настаивать на государственной монополии. Там привычно, удобно, часто выгодно самим распорядителям чужого, да и лениво напрягаться, изучать международный опыт, тем более убеждать А. Лукашенко начать реформы.

Невежество в сфере денежно-кредитной политики (Нацбанк не в счёт) оправдывает застревание Беларуси в зоне хронически высокой инфляции. Невежество Минфина/Минналогов в сфере налогообложения и госрасходов развивающихся, институционально слабых стран позволяет заявить им о том, что в Беларуси создана оптимальная налоговая система.

Самое опасное невежество белорусских властей – в сфере экономической науки. Экономистов вроде бы много, а настоящих учёных – теоретиков так же мало, как футболистов мирового уровня. Без качественной экономической теории древо Беларуси жизни зеленеет и цветёт только в садах VIP-номенклатурных начальников. Зато поля все засеяны, города чистые, дороги аккуратные, заводы дымят, общественный транспорт прилежно ездит по расписанию, занятость полная (в официальной статистике) и ГАИшники редко берут взятки.

И жить бы нам в таком режиме не один десяток лет, если бы не деньги. Своих остро не хватает, а чужие в виде дорогих кредитов с каждым годом выбивать всё тяжелее. Только образование устойчивого гэпа между обязательствами и активами может подтолкнуть белорусские власти к изменению статус-кво.

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!