Плата за интеграцию

Автор  18 июня 2012
Оцените материал
(0 голосов)

Валюта, конституция и приватизация в обмен за газ, нефть и рынок РФ

Ярослав Романчук

Медовый месяц третьего президентского срока Владимира Путина закончился. Камни разбросаны. Наступает период их собирать. Кремль решительно берет белорусского быка за рога. Руками посла России в Беларуси Александра Сурикова и премьер-министра Дмитрия Медведева. Первый прямым текстом намекнул на необходимость введения российского рубля, ускорение приватизации и подписания Конституционного акта. Второй предложил создать экспертный совет стран ЕЭП по защите единого экономического пространства от нестабильности глобального рынка. Снова через единую валюту и, разумеется, через создание того самого единого рынка. Кремль категорически не хочет повторения судьбы Союзного государства и других провальных интеграционных инициатив. А. Лукашенко же твердо стоит на своем. Мол, мы не нахлебники. Дешевый газ и нефть – это плата России за поддержку Беларусью интеграции, а приватизацию мы, белорусы, будем делать, когда захотим, с кем захотим и как сговоримся по цене.

Миссия Сурикова

Кремль уполномочил посла Александра Сурикова объяснить своему тёзке, главе Беларуси, смысл стратегической цели В. Путина на шестилетний срок. Реинтеграция постсоветского пространства должна стать реальным проектом, не скатиться в череду формальных заседаний, собраний и форумов и существенно увеличить политическую и экономическую власть России, как минимум, в Беларуси и Казахстане, а по максимуму – в Украине и Армении. На Беларуси, как некогда предлагал А. Лукашенко, Кремль предлагает обкатать конкретные схемы трансферта полномочий.

Россия не скрывает своего представления о «едином экономическом пространстве», которое в ближайшие два-три года нужно преобразовать в Евразийский союз. Назовем его основные элементы. Первое – военный союз, российское вооружение и стандарты – и чтобы никакого НАТО. По этому вопросу у официального Минска особых возражений нет. Беларусь нашла в России оборонный зонтик, а оборонный заказ в рамках общего рынка и экспорта вооружений – это хороший бизнес. Мы России – включение своей территории в их сферу влияния (нематериальный актив), они нам – деньги и возможность разместить свои ракеты у порога Польши.

Второе – политически значимые наднациональные структуры в виде назначаемого/полуизбираемого парламента или законодательного собрания, союзного правительства (типа Еврокомиссии) и судебного органа, решения которого обязательны для всех сторон. Эта тема то всплывает, то снова исчезает. Все зависит от особенностей политического цикла в Беларуси и России. Обычно эту тему поднимают до выборов, чтобы в очередной раз увлечь избирателей интеграционным светлым будущим. На этот раз А. Суриков поднял вопрос сразу после президентских выборов в России. Ему нужно объяснить и согласовать смысл политических понятий «единый» и «равный». Если Евразийский союз – единое политико-экономическое пространство, то и органы управления должны быть едиными, правила игры – одинаковыми и обязательными для всех участников интеграционного проекта.

С этим как раз выходит большая проблема. Ни в России, ни тем более в Беларуси никогда не было и нет единых политических, правовых, судебных прав и правил для всех. Т. е. нет того, что в западном мире принято считать демократией и правовым государством. Это прекрасно знает А. Суриков. В этом уверен А. Лукашенко. Миссия российского посла заключается в том, чтобы объяснить главе Беларуси, что в межгосударственных, наднациональных органах все будет демократично, честно и без подвыподвертов. При этом, разумеется, Россия, как большая страна, военная «крыша» и источник всяких углеводородных благ должна иметь больший вес и полномочия. В интеграционном проекте по версии Кремля должно быть так. Каждая страна в наднациональных органах имеет один голос, но если она большая, продает нефть, газ и доступ к своему внутреннему рынку, то два или в особых ситуациях даже три. ВВП России более чем в 30 раз больше белорусского, население – в 15 раз. Белорусская финансовая система не превышает 3% российской, что при 100-процентной зависимости Беларуси от поставок нефти и газа формирует у Кремля свое представление о равенстве.

Кремль может помочь упасть

В. Лукашенко делает все, чтобы отвертеться от этой кремлевской формулировки единства и равенства. Поэтому проект Конституционного акта Союзного государства заболтали и сняли с повестки дня. По мнению белорусского президента, Единое экономическое пространство должно действовать на равноправной основе, а все документы исходить из того, что «большое и малое государства имели равные права и возможности. Недопустимо, если где-то что-то получилось у одного государства, а остальные [государства ЕЭП] начинают его наклонять и давить».

Эта позиция официального Минска не нова, но посол А. Суриков по приказу своего Кремлевского начальства делает очередную попытку. По их мнению, обстоятельства на этот раз существенно изменились. Зависимость экономики Беларуси от России резко выросла, а отношения с Западом «заморозились». Намек на то, что очередного финансового кризиса Беларусь не проживет, касается, конечно же, не страны, а ее политического руководства. Мол, при зарплате меньше $200 в месяц и пенсии менее $90 даже терпеливый, толерантный белорусский народ не выдержит.

Кремль четко представляет, как подтолкнуть Беларусь к очередному кризису. Для этого не нужно инициировать торговые войны, закручивать нефтяные вентили, бряцать газовыми задвижками или клацать рубильниками. Достаточно действовать в строгом соответствии с буквой и немного с духом стандартов ВТО. Они обязывают Россию резко увеличить конкуренцию на своем внутреннем рынке, увеличить цены на газ и электроэнергию до мировых. Эти меры, несколько антидемпинговых кейсов, отказ в предоставлении очередных кредитов – все это вместе может столкнуть Беларусь в рецессию с печально известными для населения и бизнеса инфляцией и девальвацией.

Такой сценарий существует гипотетически. Реальным его может сделать блокировка официальным Минском двух важных для России процессов – приватизации и перехода на российский рубль.

Миссия Лукашенко

Перед А. Лукашенко стоит очень сложная задача. Он должен убедить Россию поддержать для Беларуси особые условия конкуренции, когда та вступила в ВТО и готовится к внешнеторговой экспансии. «Если на то пошло, давайте поделим наши рынки. Но если вы вступили в ВТО, и у вас позиция поменялась, то мы договаривались, что Единое экономическое пространство - это святое. Все остальное – производно. Если мы начинаем терять с вашим вступлением в ВТО, вы должны подумать о том, как нас поддержать. Вот в чем вопрос. То есть должно быть порядочно все. В противном случае мы разрушим нормальный экономический и даже политический процесс, начавшийся после избрания Владимира Путина, который немало об этом говорил. Только порядочные отношения!»

Как и почему святость ЕЭП должна входить в противоречие с ВТО президент Беларуси не уточнил. Не дал он Кремлю рекомендаций по поводу ранжирования международных обязательств России по приоритетности. Мол, сначала ЕЭП, а потом ВТО, а не наоборот, как будто страны договорились создать ЕЭП не по правилам Всемирной торговой организации.

Не прояснил он суть понятия «нормальный экономический и политический процесс», но прочно, воедино связал долженствование России с порядочным отношением к Беларуси.

А. Суриков – слишком опытный дипломат, чтобы принимать такого рода причинно-следственные связи. Кремль дает понять, что помогать Беларуси по-особому он готов, только если А. Лукашенко начнет приватизацию и введет российский рубль. Эти два процесса - приватизация среди них гораздо важнее – являются своеобразными шлюзами для финансовой помощи белорусскому правительству с одной стороны и для доступа наших товаров на российский рынок с другой.

Миссию Лукашенко осложняет Китайско-белорусский индустриальный парк. Кремль не думал, что официальный Минск так быстро и буквально начнет реализовывать положительный опыт китайских свободных экономических зон с прицелом, разумеется, на рынок России. Он даже готов на компромиссы по приватизации, но он сделал слишком высокие ставки на китайский проект, чтобы от него легко отказаться. «Если идет приватизация, значит, здесь может быть только круглый стол, переговоры. Ну а если Россия сегодня боится, что наш общий рынок единого таможенного пространства заполонят какие-то дешевые подделки из других стран, тогда не надо было его создавать. Мы еще не успели его создать, а сегодня уже сыплются заявления, которые разрушают это Единое экономическое пространство».

ВТО достаточно лояльно относится к созданию особых торговых и таможенных блоков. Особые правила доступа на рынок дискриминируют других, но такого рода союзов так много, что ВТО их просто регистрирует. А вот у России совершенно иное представление о едином таможенном пространстве. Оно предполагает единый таможенный режим, согласованный список тарифных и нетарифных ограничений, а также унифицированные способы поддержки производителей. Китайско-белорусский парк является зоной с особым налоговым и регуляторным режимом. Миссия А. Лукашенко заключается в том, чтобы убедить Кремль относиться к этому проекту, как к «порядочному», партнерскому способу конкуренции, в том числе налоговой, в рамках единого рынка. Россия же может рассматривать этот Парк, как «дырку» в едином таможенном пространстве, источник потенциальной контрабанды. А. Суриков весьма однозначно высказался по поводу производства китайских автомобилей в Беларуси, хотя в данном случае следовало бы говорить о выполнении Беларусью правил по локализации производства. А так Москва дает понять, что по целому ряду чувствительных для себя рынков Беларусь должна принимать российские правила игры. То же самое касается рынка с/х товаров. На нем даже в России в течение ближайших пяти лет должны установиться правила игры ВТО. Беларуси к ним еще очень далеко. Это понимает А. Лукашенко, поэтому и требует от России защиты своих интересов. Она же готова рассматривать разные компромиссы, но только по своим правилам. Китайско-белорусский индустриальный парк в эти правила явно не входил.

В ответе А. Лукашенко на обильные оценочные суждения и рекомендации российского посла А. Сурикова видны его серьезные опасения. Он в категоричной форме не одернул представителя России, когда тот заговорил о кризисе: «Рухнем мы, не рухнем, переживем мы очередной кризис без российских денег или не переживем - это, знаете, вопрос открытый, который можно сегодня обсуждать и дебатировать». Итак, дискуссия по поводу очередного кризиса в Беларуси объявляется открытой.  

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!