Необольшевизм возвращается

Автор  14 декабря 2009
Оцените материал
(0 голосов)

Что скрывается за Кодексом нравственности экономики

Ярослав Романчук                                                                       декабрь 2009

Людоед не может учить гуманизму. Вор никого не убедит уважать собственность. Проститутку высмеют за продвижение семейных ценностей. Рокер смешон в защите культурной ценности попсы. В равной степени и по тем же причинам абсурдны стенания коммунистов и необольшевиков о нравственности плановой экономики. Моральный кодекс строителя коммунизма не мешал диктатурам пролетариата уничтожать десятки миллионов своих граждан. Бедным, босым, голодным и бесправным предложили красивую утопию свободы, равенства и братства. В весьма специфической интерпретации.

«Эффективные менеджеры» типа палачей Ленина и Сталина проводили индустриализацию и коллективизацию. Цена, в том числе жизни миллионов людей, не имела значения. Бесшабашные и безбашенные Хрущев и Брежнев обеспечивали полную занятость поднятием целины, строительством БАМа или мелиорацией болот Беларуси. Гиганты индустрии и другие прожекты поглощали труд и сбережения миллионов людей. Про коммерческий смысл, человеческие лишения и угрозы образования городов-призраков никто не думал.

Спасение ценой в 100 миллионов жизней

К счастью, мир спасся от коммунистической чумы. Ценой около 100 миллионов жизней и триллионов долларов сгнивших, незаработанных или пропитых активов и имущества. За 20 лет после падения Берлинской стены мы стали гораздо богаче. Свобода даже в ограниченном объеме обернулась благодатью. 3 – 5% населения стали предпринимателями. Вкупе со свободой валютных операций, поездок за рубеж, ликвидацией монополии на внешнюю торговлю они обогатили себя и общество.

Родовые пятна тоталитаризма глубоко въелись в тело общества. Судьбы миллионов людей разрушились. Кража сбережений через инфляцию, унижение нищетой на старость лет, безработица, убиение совдеповским лечением и полное отсутствие навыков самостоятельной адаптации к жизненным переменам – только за это можно поставить большой жирный крест на советской плановой экономике и ее политической монополии в виде КПСС. Растянувшийся более чем на 70 лет антигуманный, аморальный эксперимент заслуженно получил осуждение как католической, так и православной церкви.

Казалось бы, никому в голову не придет пытаться через 20 лет после того, как люди восстали против ненавистных коммунистических режимов, восстанавливать моральный кодекс строителя СССР-а. Однако «динозавры» отжившей, злой эпохи пытаются законсервировать Беларусь в виде своеобразного коммунистического Парка Юрского периода. Они разрабатывают Кодекс нравственности экономики и предлагают создать в нашей стране очередную новую модель развития страны. Опять не имеющую аналогов в мире. Белорусские идеологи замахнулись на статус Ньютона, Эйнштейна или Платона. Ну, по меньшей мере, Михаила Суслова, идеолога брежневщины.

Кризис заставил «крестоносцев неосоциализма» в Беларуси предпринимать более активные действия. Надо же успеть убедить А. Лукашенко и электорат, что в ухудшении жизни, в падении производства и экспорта, в банкротстве заводов и компаний, в безработице и угрожающе низком уровне белорусской системы здравоохранения, виноваты Запад и капитализм, а не централизация глупости и принуждение к централизованной плановой экономике.

К сожалению, центром интеллектуальной диверсии является Белорусский государственный университет (БГУ). Слава богу, что не весь, а лишь его отдельные заезжие коммивояжеры, пытающиеся продать у нас свой залежалый интеллектуальный продукт. Преподаватель БГУ Валерий Байнев при помощи единомышленников из администрации президента и органов так называемого «союзного государства» разрабатывают Кодекс нравственности экономики. Планы по повышению ее эффективности и конкурентоспособности провалены. Гордыня по поводу превосходства белорусской модели незаметно прошла. Белорусский Госплан держится на плаву только за счет внешних кредитов и поддержки Кремля. Теперь идеологи стараются найти очередную красивую обертку, чтобы «втюхать» людям лозунги «бедные, но с моралью», «нравственность коллектива», «благородно работать за «спасибо».

Обвинения Лукашенко в либерализме

В. Байнев сотоварищи говорят, что бизнесу и чиновникам морально сознательно ограничивать потребление. Ограничивать до уровня среднего соотечественника. Бизнес и чиновников нужно заставлять «заботиться о благосостоянии отечества». Равенство в потреблении – это равенство в нищете. Это казарменный вариант справедливости. Всем одни портянки и сапоги. Никаких излишеств в жилье и транспорте. Всем одинаковая похлебка. Развлечение – вечерние новости и идеологически выверенные книги. Если пить, то одинаковое пиво и неизменно белорусскую водку. Закуска – белорусская колбаса и выращенные в теплице помидоры. Чтобы не было искушений, импорт нужно запретить или резко ограничить (выдавать только членам профсоюза и «Белой Руси»). Валюта тоже потворствует греху, поэтому доступ к ней нужно резко ограничить. Незачем валютные вклады выдавать в «инструментах вражеского влияния» (долларах, евро). Наши аскетичные, благородные в своей скромности рубли моральнее.

Байневцы – необольшевики в фундамент своего Кодекса нравственности экономики заложили один базовый принцип – отказ от «разобщающей и паразитирующей» рыночной экономики. «Она с Запада нам имплантирована. Она уже достаточно обветшала и устарела, но эта доктрина сегодня доминирует». В. Байнев с пролетарской прямотой определил причины кризиса белорусской экономики. Первая – либерально-рыночные реформы. «Второй фактор нашего порабощения – монетарный». Очевидно, необольшевистский шаман имеет в виду деньги.

Эта несуразная чушь опасна своей кажущейся прямотой и простотой. Отказ от рыночной экономики – это переход в режим Госплана и Госснаба, т. е. обратно в централизованное хозяйство. В рынке решения принимаются потребители, инвесторы и предприниматели на основании информации об обмене товарами и услугами (цены). В социализме главными распределителями являются чиновники и политики. Они решают, сколько, чего и какого качества производить. Они сами устанавливают «справедливую» цену и норму потребления. Чтобы контролировать производство и потребление, они настаивают на государственной собственности на активы, в том числе землю.

Именно такая система работает сегодня в Беларуси. 80% всего богатства страны – в руках чиновников и политиков. Чтобы заплатить все налоги и полностью рассчитаться с государством белорус должен работать 258 дней или 71% календарного года. Производитель без разрешений, лицензий или получения квоты не может и шагу ступить. Его, как волка обложили нормами, инструкциями и процедурами. Шаг в сторону - и ты преступник. Это есть социализм во всем его смертельно опасном для творческих, предприимчивых, честных людей уродстве. Он не такой тоталитарный, как был в СССР. Нет железного занавеса, но суть осталась прежней. Благодаря тому, что Республика Беларусь отошла чуточку от БССР мы стали жить лучше. В. Байнев же через «союзное государство» ищет выход из кризиса в восстановлении Железного занавеса и всех институтов плановой экономики. Он называет действия белорусских властей «либерально-рыночными реформами» и призывает от них отказаться. Это серьезное обвинение А. Лукашенко, С. Сидорского и всей Вертикали в грехе либерализма.

Очевидно, виноваты они и в совершении второго греха, который привел к кризису. Белорусские власти тратят огромные усилия для «выбивания» из того самого Запада кредитов. Им ох как не хватает этих самых «вражеских» долларов и евро. Вот они и втягивают нашу страну в долговую яму. О том, как отдавать кредиты, правительство не думает.

Доктор экономических наук, которому БГУ платит деньги наших налогоплательщиков, считает, что именно либерализм и рынок довел Беларусь до кризиса. Паранойя! Или БГУ дрейфует в сторону Палаты № 6, или его руководству плевать, как его сотрудники дискредитируют как звание ученого, так и репутацию самого вуза. Оценки и предложения В. Байнева – это даже не марксизм. Это неудобоваримая каша бессмысленных концепций и эмоциональных метафор. Такой подход вполне приемлем для написания постмодернистских романов. Для этого нужно быть хотя бы Пелевиным. Однако выставлять такие суждения в качестве серьезной аналитики – это демонстрировать свою неадекватность или рассчитывать на лошизм тех, кто за такую чушь платит.

Фундаменты «нового» безумия

Профессор Байнев предлагает поставить новую экономическую модель Беларуси на три кита: «первый - государственная власть для служения, а не для корыстного стяжания. Второй – приоритетность обязанностей, а не прав у власти перед народом. Третий – первичность нравственного начала, а не только юридического».

Разберем байневские фундаменты по кирпичикам. В описании первого «кита» слово «новое» кажется неуместным. Неужели В. Байнев намекает на то, что сегодняшняя власть работает не для служения, а для воровства? В странах, которые превыше всего ценят политические свободы и права граждан (Норвегия, Швеция, Дания, Новая Зеландия, Ирландия и десятки других) государственная власть служит именно людям. Причем люди сами говорят, что она не ворует, что они ей доверяют. В свою очередь страны, которые испытывают острый дефицит политических и гражданских свобод, замечены в хроническом стяжательстве, воровстве и мошенничестве.

В странах, где нет конфликта интересов в органах госвласти (это когда один чиновник пишет законы, управляет собственностью, выдает лицензии частным конкурентам и контролирует их), гораздо меньше коррупции и стяжательства. В странах, где чиновники обязаны предоставлять полную информацию о своих доходах, а также обо всех расходах всех органов госвласти, коррупции и стяжательства на порядок меньше, чем в странах, где даже информация о бюджете страны является секретной.

Таким образом, первый фундамент байневской конструкции рассыпается в прах. Единственный способ сохранить его – полностью национализировать все активы, монополизировать внешнюю торговлю, упразднить политическую конкуренцию, надеть намордник на интернет и превратить страну в полицейское государство. Через эту идеологическую «новизну» диктаторы типа Ленина, Сталина и Гитлера или Мао Цзэдуна протянули сотни миллионов людей.

Второй фундамент «новой» экономической модели, которую предлагают Байнев и заказчики его трудов, является приоритетность обязанностей, а не прав у власти перед народом. Мы знаем, как служили народу члены Политбюро КПСС, как работала система столов заказов (для партхозноменклатурной элиты), как национальные, отраслевые, региональные кланы жили за счет других. Сегодня в Беларуси Вертикаль на всех углах кричит о том, как беззаветно и бескорыстно она служит народу. При этом 4/5 всех товаров роскоши покупают именно чиновники и крышуемые ими «политические предприниматели».

В странах, где ценятся политическая свобода и гражданские права, правительство – это институт, который граждане создали для предоставления определенных услуг. Существует контракт между гражданами и чиновниками, которые за счет налогоплательщиков должны оказывать людям определенные услуги. Как в любом контракте у каждой из сторон есть права и обязанности. Они одинаково важны для каждой из сторон. Чиновники – не бестелесные ангелы, которые питаются божьим духом. Они – такие же граждане, как мы все, только выполняют услуги от имени монополиста, т. е. государства. Бесчисленные попытки заставить «слуг народа» служить народу или обществу за бесплатно, за грамоты и медали, заканчиваются тем, что эти «слуги» захватывают органы власти и заставляют людей платить за все их прихоти. Несогласных и недовольных изолируют, оскорбляют или заставляют уезжать из страны.

У распорядителей чужого (чиновников и политиков) не может быть особых прав и обязанностей. Они должны быть стандартными, прописанным в Конституции. Основной же закон страны должен учитывать естественные, данные богом/всевысшим разумом/эволюцией права на жизнь и свободу. Правительство - это не незыблемый, объективный, непогрешимый орган. Правительство – это как парикмахерская, только вместо причесок мы ожидаем от него обеспечение безопасности и порядка. Нам и в голову не придет мысль требовать, чтобы парикмахер ставил свои обязанности перед народом (своими потребителями) выше своих прав. Иными словами, мы не ожидаем от парикмахера бесплатной стрижки. В свою очередь, парикмахер вправе требовать деньги за свои услуги, но не вправе обязывать нас платить за парковку своего автомобиля или за шампанское по вечерам. Каждый раз, когда идеологи требовали от власти (распорядителей чужого) обязанности в ущерб правам, страны скатывались в авторитарные или тоталитарные системы.

Наконец, третий «кит» необольшевицкой модели первичность нравственного начала, а не только юридического. Это значит, что закон – это понятие относительное. Если очень хочется, но закон запрещает, то можно. Во имя высших интересов и общественной нравственности. Что это такое будет определять чиновник и идеолог типа Байнева. От ситуации, когда молодых ребят хватают неизвестные люди в центре Минска и вывозят в лес до создания троек и вынесения внесудебных приговоров путь недалекий. Необольшевики-байневцы призывают поставить себя, идеологов новой экономической модели над законом, т. .е вне его. При этом они отнюдь не видят на месте хранителей нравственности священников. Или же нам предлагают некую модель клерикального государства, в котором поп и чиновник будут сидеть на одном троне? Так ведь это противоречит принципу отделения церкви от государства. Да и религий у нас больше, чем одна, православная. Да и сама православная церковь не претендует на то, чтобы забрать власть из рук государства и поставить себя над остальными религиями.

Создать некий идеологический центр, который бы определял, в какой ситуации руководствоваться первичностью нравственного начала, а в какой юридического, это, по сути дела, призыв создать Новую Инквизицию. Такая вот получается «уникальная идеология» от радетелей так называемого союзного государства: этатизм + инквизиция + клерикализм + шовинизм (восточные славяне – самые лучшие, моральные и перспективные).

Взвесьте мне 250 грамм честности, 125 грамм справедливости и 750 грамм равенства

В. Байнев сотоварищи доводят науку до такого абсурда, за которым начинается либо сумасшествие, либо блестящая идеологическая карьера в Вертикали. Посмотрите, на какие проекты использует деньги налогоплательщиков необольшевики из БГУ и администрации президента: «Мы на экономическом факультете разработали расчетные критерии нравственности экономики. И теперь мы можем подсчитать, какая экономика нравственная, а какая менее нравственная». Если так дальше пойдет, что Байнев в стенах БГУ введет единицу измерения предельной полезности, среднего труда и научится взвешивать чувства. Вот это будет прорыв. Полное совмещение естественных и гуманитарных наук. Нобелевская премия заждалась и бьет копытом по такому прорывному открытию.

Вдумайтесь на минуту в предмет исследований Байнева. Расчеты нравственности экономики. Мы привычно взвешиваем колбасу, меряем скорость, температуре и давление. А тут Байнев говорит о революционном открытии. Человечество научилось взвешивать (измерять) понятие «хорошо» и «плохо», «морально» и «аморально». Это покруче андронного коллайдера будет. Причем байневцы явно не претендуют на $5млрд. из ЕС. Им и пару миллионов долларов из бюджета «союзного государства» хватит.

Представьте себе устройство, которое 24 часа в сутки семь дней в неделю, 365 дней в году одновременно анализирует индивидуальные цели 9,6млн. белорусов, а также ход их выполнения. Поскольку целей у каждого белоруса в день может быть очень много, а у средней белоруски – все равно на 50% больше, причем они меняются гораздо чаще, то устройство для определения, что такое «хорошо» и что такое «плохо» должно поражать воображение всего человечества. Да, очевидно из-за того, чтобы «подлый Запад» не украл это ценнейшее изобретение, единицы измерения нравственности остается в секрете.

И тут появляется неказистый скромняга Байнев и видом постаревшего херувима говорит: «Целевой функцией нравственной экономики мы объявили расширенное воспроизводство нации. Не прибыль для избранных ради использования всех остальных в качестве приобретаемого на рынках труда ресурса, наряду со скотом, удобрениями и всем остальным, а именно расширенное воспроизводство нации, когда нас становится больше, когда наши мужчины становятся умнее, женщины красивее и добрее, а дети многочисленнее и улыбчивее».

Расширенное воспроизведение нации

Господа обыватели, ученые, налогоплательщики, политики и студенты! Перед нами «новый» социальный феномен – «расширенное воспроизведение нации». Если у вас не затряслись коленки от страха непонимания этой глубокой идеи, если у вас не обострился комплекс неполноценности из-за того, что вы не понимаете, о чем идет речь, значит, вы нормальный, вменяемый, трезвый и логически думающий человек.

Наука изучает реальную жизнь, а не фэнтази. В реальной жизни я понимаю, что такое расширить семью. Это значит родить ребенка или двух. У кого есть желание, здоровье и средства – можно трех. В стране, где есть хорошая работа, надежная защита от воров и преступников, прекрасные школы, качественные поликлиники, где на старость человек уходит с накоплениями всей жизни, людям в радость иметь большие семьи. Сегодня Беларусь такой страной явно не является. По крайней мере, судя по демографической катастрофе, в которой мы находимся.

В мире фантазий Байнева не видно индивидуального целеполагания. Зато есть политический постмодернизм. Мужчина встречает женщину в баре, покупает ей бутылку дешевого белорусского пива и, чтобы ускорить процесс, сразу приступает к делу: «Давай займемся расширенным воспроизведением нации». Если девушка замешкалась или быстро начала собирать вещи в сомнениях об умственном и эмоциональном состоянии партнера, мужчина добавляет: «Нечего ходить на работу, где тебя покупают, как скот. Давай займемся воспроизводством. От этого ты будешь добрее, а я умнее. Наши дети вообще будут улыбаться по жизни».

Возможны и другие варианты. Поскольку детей нужно много, а желания их заводить у взрослых людей мало, то во имя «новой нравственной модели экономики» нужно установить нормы рождения. А те, кто их не выполняет (в возрасте от 18 до 40 лет) будут, к примеру, платить налог в размере 15% начисленной зарплаты. Эти деньги пойдут на содержание детских домов и тех семей, которые регулярно воспроизводят себе подобных. Следуя этой логике можно далеко зайти. Например, социально желаемые могут быть дети у тех родителей, которые «беззаветно служат обществу», ведут аскетический образ жизни и радуются даже крохам благополучия. Да, еще те, кто поддерживает нравственную модель государственной экономики. Им могут быть созданы самые приоритетные условия для «расширения воспроизводства нации» (льготные кредиты на жилье, налоговые преференции, бесплатное обучение и лечение). Для остальных будут созданы жесткие условия перевоспитания.

Поскольку речь идет о ценности именно восточных славян и православных одновременно, но в концепции расширенного воспроизведения нации вполне возможны ограничения на браки вне этого плодоносного социума. Отсюда до евгеники рукой подать. Напомним, что евгеника – это научная и практическая деятельность по улучшению наследственности человека, по увеличению воспроизводства индивидов с признаками, которые рассматриваются, как ценные для общества или по сокращению числа тех, кого можно считать недоразвитым.

В свое время евгеникой активно интересовались фашисты. Они восхваляли арийскую расу и делали все для уничтожения евреев. Байнев своим кодексом нравственности экономики – дай ему волю – готов был бы воспроизводить покорных, аскетичных, не задающих лишние вопросы обывателей, честных, бескорыстных, работающих за скромную зарплату чиновников и политиков, а также безропотных потребителей всего белорусского даже по ценам выше мировых.

Вот такие ужасающие проекты финансируются, если верить Байневу, из бюджета так называемого союзного государства. Они жаждут принятия Кодекса хоть завтра, потому что «мы вымираем, героиновые наркоманы ходят среди нас». О том, кто продает героин, почему верноподданные Вертикали позволяют себе такое поведение, Байнев не пишет. Перечень первых предлагаемых мер позволяет нарисовать контуры мира, описанного еще Оруэллом в знаменитом романе «1984». Это «решительный отказ от пропаганды в СМИ дезинтегрирующих западных псевдоценностей: культа обогащения без труда, превосходства роскоши, потребления, еды, секса… Пропаганда наших восточнославянских нравственных идеалов: любви к отечеству, служения своему народу, уважения к труду, коллективизма, сотрудничества и взаимовыручки, семьи, здорового образа жизни».

Скажи серости «нет»

Гнусно и противно. Грязно и мерзко. Опасно и рискованно. Сам по себе Байнев, к счастью, не распоряжается бюджетом страны, не отдает приказы силовым структурам и принимает законы. Однако он, как жалкая копия Сергея Кара-Мурзы, Александра Проханова и Михаила Леонтьева в России, олицетворяет живучую в нашей стране идеологию необольшевизма, извращенного марксизма и ностальгирующего совка. У Байнева есть и покровители, и заказчики, и единомышленники, в том числе в администрации президента, Совете Министров, министерстве образования, а также совместных белорусско-российских интеграционных структурах. Кто-то такого человека принял на работу, подписал с ним контракт. Кто-то позвал его поучаствовать в творческом коллективе по разработке кодекса нравственности экономики. Кто-то дает ему помещения для его творческой деятельности.

Мы слишком часто брезгливо проходим мимо серости и дерьма. Мол, оно такое неказистое. Воняет – ну и пусть. Особо никому не навредит. Кто-то уберет. Может, само засохнет? Сколько раз история доказывала, что тихони с огромными комплексами внутренней неполноценности, шептуны с драйвом внутри и мессианским огнем в голове способны поворачивать колесо истории вспять если не для всего мира, то для отдельных стран.

Не будем обвинять некое «общество» в том, что оно, мол, не готово к реформам. Не будем списывать собственную интеллектуальную и гражданскую трусость на социальную инертность. Чуть ли не в каждом госоргане есть люди, которым место либо на нарах, либо на должности грузчика. Чтобы подальше от людей, от студентов и учеников. Если это агрессивное меньшинство еще больше объединиться, всем нам несдобровать. Байневщина, как форма необольшевизма в условиях углубляющегося экономического кризиса, может завести нас в глубокую, черную … дыру. Т. е. цивилизационный тупик. Молчать нельзя, кричать! Если каждый из нас именно так поставит запятую, шансы нашей Беларуси на быстрое очищение от идеологической и псевдонаучной скверны резко увеличатся.

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!