Обреченность

Автор  20 марта 2007
Оцените материал
(0 голосов)

Белорусская система разрушит сама себя

Одни говорят про карму, судьбу или обреченность. Другие делают исторические параллели. Трудно комментировать мистику и веру. На самом деле, экономика Беларуси развивается по неумолимым законам экономической теории. Избежать системного кризиса, безработицы, роста цен, дефицита бюджета, падения реальных доходов населения и конкурентоспособности не удастся. И это не козни США, ЕС или даже России. Это не действия оппозиции или независимых СМИ. Катализаторы процесса неизбежной перезагрузки белорусской экономики находятся внутри самой системы власти. Она начинает пожирать сама себя, потому что никогда не была единым целым, а лишь набором структур и организаций, временно объединенных единством цели. Данное единство подходит к концу.

Ярослав Романчук

Согласно австрийской теории социализм разваливается, во-первых, по причине плохой координации и конфликтов внутри госструктур управления. Во-вторых, он рушится из-за невозможности экономического расчета и, следовательно, по причине аккумуляции долгов и инвестиционных ошибок. В-третьих, он обречен из-за отсутствия ответственных за убытки людей и структур, в-четвертых, по причине блокировки института банкротства и, в-пятых, из-за недооценки роли предпринимателя и его инновационной деятельности, связанной с «творческим разрушением». Все эти факторы в разной степени присутствуют в Беларуси. Белорусскую власть и экономику раздирают пять мощных конфликтов, противостояний, которые во многом будут определять содержание и ход экономической политики в ближайшие 12 – 18 месяцев.

Конфликт № 1. МВД против КГБ

Чем дольше А. Лукашенко будет хранить молчание по поводу таких ключевых вопросов, как приватизация, иностранные инвестиции, ревизия схем распределение бюджетных ресурсов в контексте потери нефтегазовой ренты, тем больше инициативы будут принимать на себя разного рода силовые структуры. Слабость главы государства, его нерешительность и растерянность интерпретируется многими генералами и полковниками, как сигнал к подготовке или началу прихватизации активов. Абстрагируясь от разных небольших силовых подразделений, можно сказать, что главная борьба разворачивается между МВД и КГБ.

Сразу оговоримся, что это не борьба добра со злом. Представители обеих организаций сильно заинтересованы в создании прочной материальной базы для своего будущего устойчивого развития. У них есть физическая сила, большой объем инсайдеровской информации, связи с директоратом и ответственными чиновниками, а также глубокие знания системы принятия решений. Такого набора факторов нет больше ни у кого. Это делает каждую из этих организаций еще более опасной с точки зрения создания и легализации капиталов, превращения Беларуси в номенклатурно-олигархическую управляемую демократию. Тем более что обе организации создали себе прекрасное прикрытие для активизации: якобы мощная оппозиция, недремлющие силы Запада, оппозиционные СМИ или российские олигархи. Типичным примером «развода» политического руководства на страхах были две кампании: запугивание террористами и гонения на Союз поляков накануне президентских выборов-2006.

Разумеется, конфликт милиции с органами безопасности нельзя считать черно-белым. Не все то, что в погонах, можно сразу же назвать оборотнем. Тем не менее, именно от позиции этих двух организаций, их влияния на А. Лукашенко во многом будет зависеть содержание и ход вхождения Беларуси в частный рынок. Если в России, Украине или Польше много миллионеров появилось из среды инженеров, математиков и партхозработников, то в Беларуси высока вероятность того, что большинство нуворишей будет иметь опыт работы в КГБ и МВД.

Конфликт № 2. Нацбанк против Минфина

Температура конфликта внутри структур управления государством увеличивается по линии «Нацбанк – Минфин». Даже в теории переходной экономики одним из самых опасных противоречий является плохая координация монетарной и фискальной политики. До 2002г. Минфин с большим преимуществом переигрывал Нацбанк. Государство сделало себе «кормушку» в виде дешевых ресурсов Нацбанка и преференций госбанкам. Через ведомство Н. Корбута проходит почти половина ВВП. При этом ни Минфин, ни тем более Минналогов не несут ответственность за эффективность финансируемых ими госпрограмм и проектов.

            Нацбанк сумел убедить руководство страны в необходимости стабильности рубля и обменного курса лишь несколько лет назад. Добиться положительных результатов помогла щедрая валютная выручка от экспорта нефтепродуктов, металлов и удобрений, а также доверие населения. Оно воспроизвело старую советскую привычку хранить деньги в банке, поэтому и несло сбережения на рублевые и валютные вклады.

            Нельзя сказать, что Нацбанк через кровь, пот и слезы добивался относительной денежной стабильности. Конфликт с Минфином проходит в латентной фазе. С 2007г. он резко обострился.

Задачи перед структурами стоят прямо противоположные, если продолжать работать в рамках существующей экономической системы. Доступ к дешевому кредиту и бюджетным инвестициям был одним из ключевых источников белорусского роста. Сегодня для обеспечения устойчивого роста нужна либерализация цен, доступ на финансовый рынок иностранного капитала, существенное снижение налоговой нагрузки и ликвидация десятков бюджетных инвестиционных проектов. В идеале Нацбанк и Минфин должны работать, как одно целое. В Беларуси же каждая из этих структур жестко отстаивает и лоббирует свои интересы. При этом нельзя сказать, что эти интересы только государственные. Склонность к коррупции будет возрастать по мере накопления финансовых проблем и напряжения в банковской и бюджетных сферах. Ведь именно под лозунгом «сохранения стабильности» можно инициировать многие коррупционные схемы. Причем есть много способов скрыть их под ширмой защиты национальной безопасности или сохранения стабильности.

            Ни Нацбанк, ни тем более Минфин нельзя назвать в полной мере последовательными рыночниками. В этих структурах работают разные люди. Если А. Лукашенко начнет больше внимать голосу Нацбанка, вероятность сокращения издержек реформ увеличится. Для оптимального проведения реформ нужно было бы добиться марьяжа ведомств П. Прокоповича и Н. Корбута. Сделать это в рамках нынешней структуры власти невозможно. Поэтому конфликт между ними неизбежно будет расшатывать слабеющую плановую экономику.

Конфликт № 3. Администрация президента против Совмина

Общеизвестно, что де-факто правительство Беларуси называется администрацией президента. Здесь вырабатываются все ключевые решения. Сюда ведут связи самых мощных белорусских лоббистов. Администрация президента прямо или косвенно распоряжается от имени народа огромными материальными активами Беларуси. Здесь проходят согласование для назначения на должность директора, судьи, силовики, депутаты и руководители исполкомов. Отсюда начинается и здесь заканчивается формирование бюджета страны и его инвестиционные приоритеты. Особенно нравится представителям администрации президента отсутствие ответственности за ошибки и результаты принимаемых решений. Для этого есть узаконенный мальчик для битья в виде Совета Министров.

Как деньги делить, так администрация, а как конфликты разруливать, так Совмин. Иерархия отношений между данными органами ни у кого не вызывает сомнений. Однако когда А. Лукашенко говорит о передаче инициативы в руки С. Сидорскому по решению конфликта с Россией, по обеспечению энергетической безопасности и привлечению инвестиционных ресурсов, то последнему может показаться, что, наконец-то, реальная власть у него в руках. Он начинает командовать, позволяет своим подчиненным озвучивать разные схемы привлечения ресурсов и поставок энергоресурсов. У него появляются более тесные связи с отдельными министрами и их заместителями, с директорами и контролерами.

В администрации очень настороженно относятся к укреплению Совмина. Согласовывать документы становится все тяжелее. По мере усложнения экономических задач напряжение между Совмином и администрацией будет нарастать. Инсайдеры в обеих структурах понимают, что развитие в рамках старой плановой системы невозможно. Однако никто не хочет первым донести до А. Лукашенко это пренеприятное известие. Во-вторых, каждый хочет остаться у руля в тот период, когда начнется разбор государственных активов. Ведь даже на продаже убыточных предприятий можно неплохо заработать (одна земля чего стоит). Ну а если постараться и помочь предприятию попасть в хронические убытки, снизив тем самым продажную цену, то «подъем» на одной сделке вообще может составлять миллионы долларов. Так или иначе, количество конфликтов между администрацией и Совмином неизбежно. Оно обязательно будет расшатывать устои существующей власти.

Конфликт № 4. Центр – регионы

Практически все областные бюджеты на 40 – 50% финансируются из Центра. Нет ни одного руководителя региона, который имел бы независимые рычаги для проведения региональной политики. Губернаторам и мэрам выгоднее дружить с чиновниками в администрации президента и иметь хорошие связи в Совмине, чем развивать бизнес и привлекать инвесторов. Тем более что Центр не дает права местным органам власти начать полноценную приватизацию.

            На фоне резкого сокращения энергетического гранта и падения доходов от продажи нефти регионы вынуждены будут увеличить требования к Центру. Республиканские власти уже ответили им: «Зарабатывайте сами». Как можно зарабатывать, когда именно Центр виноват в создании антипредпринимательского делового климата, чиновники из Минска не объясняют.

Отсутствие четких указаний развязывает руки местным чиновникам. Они получают возможность монетизировать свою власть на местном уровне. Понимая, что выполнить приказы из Центра нереально, они ориентируются на инсайдерский захват потенциально прибыльных активов, земли и недвижимости. Прикрытие – поиск дополнительных источников финансирование расходов областного и районного уровня. Вполне вероятно, что регионы захотят большей самостоятельности в определении параметров инвестиционной политики и распоряжении своим имуществом.

            Центру рост самостоятельности регионов и увеличение расходов на их содержание едва ли понравится. Интенсификация конфликтов неизбежна. Борьба между областями за сокращающийся бюджетный пирог грозит перейти в открытую перебранку. Ведь именно региональные власти первыми столкнутся с социальным недовольством. Если же местные власти вовремя и в надлежащем объеме не кормить, они могут не проявить нужного рвения на выборах.

Конфликт № 5. Руководство концернов и крупных госпредприятий против Совмина

Минсельхозпрод, Минпром, Белнефтехим и Беллегпром, как крупные отраслевые холдинги, испытывают серьезные проблемы с адаптацией к новым ценам на энергоресурсы, к неизменно высоким налогам и растущей конкуренции с российскими товарами. Они требуют дотаций, льготных цен, торгового протекционизма и приказов правительства и местных органов власти покупать их товары на внутреннем рынке. Плюс льготные кредиты и реструктуризация долгов в придачу. Совмин понимает, что выполнить все пожелания концернов и монополистов невозможно – нарвешься на острый бюджетный кризис, еще больший конфликт с Россией и недовольство населения. Он пытается рулить по-старому, но при этом, чтобы энергоэффективность откуда-то появилась и рентабельность не упала. И все это при сокращении льгот и дотаций, запланированном росте зарплаты и запрете на увольнения рабочих.

            Совместить задачи концернов и Совмина просто невозможно. Неизбежно появление группы особых промышленных любимчиков, своеобразной касты неприкасаемых. Скорее всего, это будут заводы с числом работающих от 3000 тысяч и выше. С остальными Совмин будет пытаться перейти на более жесткий разговор, требовать инноваций и диверсификации рынков сбыта. Однако, как гласит теория социализма австрийской экономической школы, отвечать за убытки будет некому, да и институт банкротства едва ли заработает. Правительство не будет сечь себя же за плохое качество госуправления.

            Все пять мощных конфликтов в рамках белорусской системы управления экономикой запрограммированы. Сегодня их нельзя избежать, не ломая институционально-административные рамки. При этом их слом также обрекает страну на период неопределенности и ухудшения социально-экономических параметров. Что бы ни делал А. Лукашенко, его вертикаль обречена. Опции ее сохранения без стадионов с колючей проволокой и введения полной госмонополии нет. Могильщиками существующей системы стали ее несущие институциональные конструкции. И дело не в конкретных личностях или должностях. От перемены чиновников местами система не заработает. А. Лукашенко должно быть не очень уютно смотреть за тем, как взращенные им же структуры и кадры старательно выполняют принимаемые им же указы и декреты, а в результате происходит эрозия власти, сбои в экономике и формирование циничных, прагматичных кланов, готовых разорвать на части «хрупкий сосуд». Такова теория социализма. Беларусь ее в очередной раз подтверждает.

Другие материалы в этой категории: « Невыполнимый договор Новая матрица »

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!