Тенденции 949

Результаты финансового состояния коммерческих организаций Беларуси за январь – апрель 2017г. позволяют сделать целый ряд выводов о состоянии белорусской экономики.

Первый вывод: в экономике накопилось около 2,5 – 3 тысяч «мёртвых» предприятий. Формально на 1.05.2017г. убыточными числились 1676 коммерческих организаций. Если эту цифру дополнить теми предприятиями, которые прочно подсели на господдержку и разного рода преференции, а также добавить к этому числу тех, кто представляет креативную бухгалтерию, чтобы избежать наказания, то получится как раз эти самые 2,5 – 3 тысячи коммерческих «трупов». Они разлагаются, заражая всю экономическую систему.


А. Лукашенко заявил о новой триединой задаче. Ценам стоять, зарплате расти, занятости быть. Вертикаль взяла под козырек, старательно записав новую президентскую тройку - «цены - зарплата - занятость». И в привычной для себя манере принялась ее саботировать. Зарплата по $500 превратилась в зарплату в BYN1 тыс., и появилось условие - при росте производительности труда. Ну, понятное, дело, методологическое шаманство никто не отменял.


А. Лукашенко пожинает плоды сверхцентрализации. Из-за жгучего, доведённого на крайности недоверия ко всему и вся он оказался в ловушке институционального одиночества.

Назначение на должность помощника президента Александра Косинца показательно. А. Лукашенко ставит ему задачу подготовить объективный анализ и доклад о состоянии модернизации. О том, насколько качественно и эффективно были потрачены десятки миллиардов долларов.


Белорусские власти выдавливают мизерный рост сквозь слёзы. С 2011 года Беларусь находится в состояние secular stagnation (постоянный, хронический застой). Это состояние хорошо изучено и описано экономической наукой. Ещё в 1938 году кейнсианец Алвин Хансен описывал это состояние, как сильно неустойчивое восстановление экономики, которое «умирает» в самом зародыше или состояние депрессии ,которая поддерживает сама себя и не уменьшает число структурных безработных.

Кейнсианцы и другие интервенционисты предлагают разные формы и инструменты государственного вмешательства в экономику, как выход из состояния хронической стагнации. История убедительно доказала тщетность, опасность и даже разорительность выполнения таких рекомендаций, особенно в развивающихся, переходных странах.


Что ждёт белорусскую экономику во II полугодии 2017 года

В первой половине 2017 года белорусская экономика оставалась в зоне среднесрочной хронической стагнации. В период 2011-2016гг. среднегодовые темы роста ВВП страны составили всего 0,6%. Несмотря на то, что реальный ВВП Беларуси в январе – мае 2017г. вырос на 0,9%, структурный, системный и циклический кризис продолжает довлеть над экономикой. Положительная динамика отдельных предприятий и секторов в первой половине 2017г. является следствием краткосрочного конъюнктурного всплеска, который не имеет устойчивой природы. Даже сохранение темпов роста ВВП во II полугодии на 1-2% ВВП не будет признаком выхода на устойчивую траекторию роста. Даже по сравнению со среднемировыми темпами изменения ВВП Беларуси отстаёт в три раза, не говоря уже о динамичных странах Азии.

Для преодоления кризисных явлений в 2016г. - первой половине 2017г. белорусские власти пошли по пути стимулирования инвестиционного спроса, в том числе за счёт внешних и внутренних заимствований, а также канализации бюджетных ресурсов в коммерческие проекты, которые должны были дать быстрый результат. Сокращение доходов населения, рост тарифов на услуги инфраструктурных компаний при неизменно жёстком протекционизме внутреннего рынка – все эти меры дополняли пакет антикризисных мер. Предсказуемо они не обеспечили положительной макроэкономической динамики.


Активизация деградации

Белорусские власти продолжают работать в привычной для себя манере. Забрать у налогоплательщиков 40 – 43% ВВП и потратить их на номенклатурных фаворитов в надежде на их быстрый рост. Распорядители чужого (политики и чиновники) не утруждают себя анализом эффективности такой инвестиционной деятельности. Они работают в парадигме индустриализации середины XX века, когда машиностроение, автомобилестроение и 100-процентная с/х производство считались набором приличной развитой страны. С тех пор прошло более 70 лет. Мир стал свидетелем трёх «зелёных» революций. Мы стоит на пороге IV промышленной революции. Эксперты и политики обсуждают революцию на рынке труда в результате роботизации, 3D-принтинга, экономики взаимного пользования, беспилотных и летающих электромобилей и умных сетей. А в это время белорусские власти запланировали собрать с налогоплательщиков и канализировать миллиарды долларов в производство ... тракторов, грузовиков, обыкновенных легковушек, проволоку, дрожжи, белую жесть, туалетной бумаги и сотни зданий и сооружений совсем не инновационного предназначения.


Как живёт частное предпринимательство Беларуси

Исследовательский центр ИПМ представил результаты своего ежегодного опроса малого и среднего бизнеса Беларуси. В апреле – мае 2017г. было опрошено 404 человека. В 75,2% из них работает от 16 до 50 человек, в остальных – от 51 до 250. Промышленность представляли 29,4% респондентов, торговлю и ремонт – 24%, строительство – 17,6%, финансовую деятельность и операцию с недвижимостью – 9,7%. Ветеранами в опросе (регистрация до 1996г.) являются 11,2%, в период 2010-2016гг. были созданы 33,3% предприятий, участвующих в опросе. Строго соблюдено региональное представительство малого и среднего бизнеса (МСБ). Минск представлен 38,8% респондентов, а Могилёвщина – всего 7,4%, что соответствует развитости предпринимательства в этом регионе.


В Беларуси нет региональной политики. Руководитель района, тем более области без согласования и ведома главы страны не может принять ни одно значимое кадровое решение. Бюджеты формируются так, что районы вынуждены быть ходоками по выбиванию денег из республиканского бюджета и внебюджетных фондов. Даже если вдруг руководство одного района вдруг захочет радикально улучшить деловой климат, распродать коммунальную собственность и перестать вмешиваться в работу производителей товаров и услуг, оно не проживёт в своей должности и недели.


Китайский кабель стал лакмусовой бумажкой для определения качества инвестиционных проектов Китая в Беларуси. На деньги Поднебесной, с использованием её рабочей силы, технологий строится завод по производству сульфатной беленой целлюлозы на базе Светлогорского целлюлозно-картонного комбината (ЦKK). Первоначально завод должны были запустить в конце 2015г. Потом дата переносилась несколько раз. Последняя - 7 ноября 2017г. Не факт, что к этому сроку всё будет готово. Очередной камень преткновения - электрический кабель. Китайцы зарыли его в землю, хотя он не прошёл сертификацию в Беларусь. Дело нешуточное. Если на опасном химическом производстве использовать не подходящий для этих целей кабель, весь завод может взлететь на воздух, если, не дай Бог, случится ЧП.


Китайский вектор превращается в пустое махание флажками

А. Лукашенко опять улетел в Китай. Любит он эту страну. Совсем не за Гонконг, Шеньчжень, Макао или за феноменальный период более чем 35-летнего быстрого экономического роста. Скорее за щедрую кредитную линию, обещания инвестиций, создания высокотехнологичных рабочих мест, формальную приверженность социализму и возможность говорить о Китае, как о стратегическом партнёре. Глава Беларуси видит в Китае подтверждение своего мировоззрения и убеждений о превосходстве модели Большого государства. В Поднебесной президент Беларуси видит своеобразного большого брата. Из-за географии он менее навязчив и требователен, чем Россия. Из-за курса на возрождение былого мирового величия Китай ориентирован на долгосрочную перспективу. Значит, в краткосрочной перспективе с его VIP-партхозноменклатурой можно договариваться на взаимовыгодных условиях. Распорядители чужого (политики и чиновники) всех стран, особенно авторитарных, прекрасно понимают друг друга.


Лукашенко образца 2017-го года = Лукашенко-1994 минус 22 года

Очередное послание А. Лукашенко имело убаюкивающий эффект. Банально, избито, скучно и безнадёжно.

Без надежды на то, чтобы зажечь искры в глазах беларусов.

Без надежды на реальные перемены.

Без надежды на то, что власти, наконец, выучат ошибки, которые она делала более 20 лет.


Беда. Кадровая катастрофа. Должностная несуразность. Интеллектуальный конфуз. Есть такие люди на верхушке власти. Они выполняют функцию шлагбаума, тормоза и консерватора старого "болота".

Сегодня Пётр Петрович Прокопович не занимает неких высоких постов в Администрации президента и Совмине. Он является главой Совета по развитию предпринимательства. Этот неказистый орган, тем не менее, имеет доступ к А. Лукашенко. П. Прокопович продолжает мистически флюидами своих стойких убеждений влиять на президента.

Форменной издёвкой является назначение на должность председателя Совета по развитию предпринимательства человека, который всю жизнь верой и правдой служил модели Госплана, централизованного планирования, огосударствления всего и вся. Это как назначить атеиста руководителем епархии или поставить алкоголика во главе общества борьбы за трезвость.


Экономику Беларуси в первые четыре месяца 2017г. можно сравнить со старым медведем после зимней спячки. Его подняли, а разбудить забыли. Сделали несколько уколов адреналина и довели повышенный план по заготовке мёда. Цветы испугались холодов и снега. Пчёл пока нет, но приказ обеспечить валовые показатели доведены до каждого. И никто не отказался. Опять «как бы сделать всё по-новому, чтобы оставалось всё по-старому?» Участились аресты руководителей крупного бизнеса и важного чиновничества. Это для увеличения эффективности военной системы управления экономикой, которую поставили в военное положение. Расти неудобно, бежать невозможно, даже ползти вперёд требует сильного напряжения мышц, жил и нервов. Всё больше коммерческих организаций работает с потухшими глазами, зажатыми поясами и хронической головной болью от финансового состояния.


2 апреля 2017г. – странный праздник, День единения народов Беларуси и России. Накануне А. Лукашенко предупредил о хрупкости союзного строительства. Правительство РБ в предпраздничной манере заявило, что никакого долга по газу у Беларуси перед Газпромом нет.

Лидеры России В. Путин и Д. Медведев обошлись сухими строчками поздравлений в стиле пошлых открыток из дешёвых киосков. Их дополнил министр сельского хозяйства России Сергей Ткачёв, констатируя стремление Беларуси и других партнёров по ЕАЭС «стать входными воротами, или, если угодно, задней дверью, российского рынка».


Итак, очередной раунд политического бокса между А. Лукашенко и В. Путиным закончился. Подведём предварительные итоги. Сверим результаты с целями, которые ставили перед собой каждый из президентов.

Первое. Перед встречей официальный Минск не признавал газовый долг. После встречи он его признал. Более того, правительство России чётко зафиксировало свою позицию (она оставалась неизменной до и после встречи президентов): сначала Беларусь оплачивает газовый долг, а только потом, с 2018 года, Россия предоставляет ей скидку на газ. Какой будет скидка, по какой цене будет покупать газ Беларусь в 2017г., на каких условиях будет выделен кредит в счёт оплаты газа (в $750 - 800 млн.) и какой, в итоге, с учётом всех затрат будет цена газа, который Беларусь потребила в 2016г., неизвестно. Поскольку речь идёт о КРЕДИТЕ, то, понятное дело, он будет выделен под определённый процент. Едва ли он будет меньше 5% годовых, ведь белорусский Минфин сам берёт в долг на внутреннем рынке под 5 - 6% годовых. Значит, в конечном итоге, с учётом всех затрат белорусские власти заплатят за газ по цене ~$140 за 1000 м3. А ведь хотели платить по "справедливой" цене в $73 - 83. Отметим ещё одну победу Кремля. Создание единого рынка газа опять отложено, а ведь А. Лукашенко настаивал на том, чтобы он заработал, если не с 2016-го, то хотя бы в 2017-го года.


Второй год подряд идут сложные переговоры белорусского правительства с "Газпромом" по газу. Вроде бы разговаривают без переводчиков. Вроде бы два союзника. Вроде бы договоры составляли профессиональные юристы. Вроде бы за 25 лет узнали друг друга досконально. Ничего не помогает.

После встречи с премьер-министром России Дмитрием Медведевым премьер Беларуси Андрей Кобяков констатировал улучшение ситуации в торговле между Беларусью и Россией. Пресс-секретарь премьер-министра Беларуси Владислав Сычевич вообще заявил, что то Беларусь вообще ничего России за газ не должна. С его точки зрения, долга за газ нет. Вот это surprise! Тогда о чём правительства и президенты ведут спор уже 15 месяцев? Так, упражняются в словоблудии?


Премьер-министр Андрей Кобяков излучает оптимизм. Он в очередной раз заверяет нас в окончании плохих времён. Мол, рецессию мы победили. Вот - вот ВВП перейдёт в зону роста. Следом оживёт рынок труда, встрепенутся зарплаты и белорусский Госплан/Госснаб опять покажет средний палец сторонникам свободного рынка.

Его оптимизм разделяет вице-премьер Владимир Семашко. Он уверяет вам, что переговоры по нефти и газу закончились победой Беларуси.


Лукашенко и Путин в классической дилемме

Точной характеристикой взаимоотношений А. Лукашенко и В. Путина могут быть слова из песни известного певца Криса де Бурга "Мы не можем жить вместе, и не можем жить порознь. Это классическая дилемма между разумом и сердцем". Про президентов Беларуси и России явно не скажешь, что они – сладкая парочка. Эмоционально они очень разные. Интеллектуально и по бэкграунду между ними пропасть. Один старается не выйти из политически выгодной роли батьки. Другой позиционирует себя, как политический мачо, защитник традиционных ценностей. А. Лукашенко не намерен отказываться от перформанса "Интегратор". В. Путин полон решимости консолидировать свою власть в рамках ЕАЭС. Лидер Беларуси пытается понравиться Западу и заручиться его кредитной, инвестиционной поддержкой, правда, на своих условиях. В. Путин противостоит США и ЕС, активно

Каким бы твёрдым не было мнение сердца не жить вместе, разум даёт Лукашенко и Путину единую установку "Вы обречены жить вместе". Разумом они видят большое совпадение ценностей, идеологии и оценок. Оба - православные атеисты, которые считают распад Советского Союза глобальной катастрофой. Оба против демократии и свободы, открытой конкуренции и частной собственности. Президенты Союзного государства считают, что человек для государства, а не наоборот. Они делают ставку на государственный бизнес, силу принуждения (а не убеждения) и славянское братство, правда, в сильно усечённом виде. Действительно, по взглядам на жизнь они братья, несмотря на то, что продолжают выяснять, кто старший и главный. Каждый из них прекрасно понимает и искусно манипулирует своим народом. Будучи талантливыми политиками, системным и прагматиками, они не могут позволить себе поддаться эмоциям и в двусторонних отношениях рубануть с плеча. Поэтому 3 апреля в Санкт-Петербурге была очередная, рабочая встреча президентов. Они вместе продолжают имитацию проекта "Союзное государство", понимая всю политическую обречённость быть вместе.

Главный итог – решения в рабочем режиме

А. Лукашенко был заинтересован поставить точки над «i» в напряжённых спорах по газу и нефти. Хотелось получить конкретные цифры, чтобы по дороге домой в своём самолёте за чашкой кваса в известном жесте ликующе воскликнуть «Yes! Я их сделал!» Не получилось. Пришлось прилагать медийные усилия, чтобы объяснить номенклатуре, бизнесу и обществу, что это была всё-таки его победа. Акценты о встрече были сдвинуты в сторону безопасности, что вполне объяснимо на фоне теракта в Санкт-Петербурге.

Глава Беларуси прекрасно понимает, что думы В. Путина очень далеки от такой мелочёвки, как «цена газа для Беларуси», «условия поставки нефти для союзника», «претензии Россельхознадзора к поставкам с/х товаров из Беларуси» или «выполнение белорусским правительством условий кредитования по линии ЕФСР». Его гораздо больше занимает противостояние с Америкой в Сирии, влияние на ход критически важных президентских выборов во Франции и парламентских – в Германии, состояние конфликта с Украиной, организация хотя бы временной коалиции с Китаем против Трампа, планирование очередной изящной победы на президентских выборах у себя в стране весной 2018г.

Попытка капитализации темы «безопасность» гораздо разумнее и прагматичнее, чем акцент на качестве белорусских сырок, колбас или тракторов. «Мы не собираемся воевать, но уроки из прошлого извлекли. В этом контексте шел разговор с Путиным по основному вопросу» - заявил А. Лукашенко. В контексте теракта он предусмотрительно не стал бросаться цифрами. Мол, если бы не наше подставленное военное плечо, если бы не белорусская защита вашей спины, то Россия заплатила бы, скажем, $150 млрд. за последние 20 лет.

Попадание в эмоциональную струю главы Кремля должно было обеспечить вербальную поддержку Путиным основных пунктов повестки дня Беларуси. Этой цели президент Беларуси частично добился. Лидер России заявил, что белорусско-российские проблемы будут решены в десятидневный срок. Это лучше, чем констатация нелицеприятных для официального Минска фактов по газовому долгу, торговле санкционными товарами или продаже Украине топлива из дешёвой российской нефти. Большего ожидать не было оснований.

Как оказалось после встречи, цена на газ в 2017г. останется примерно на уровне 2016-го года. Обратим внимание на слово «примерно». Разница между $132 (цена 2016-го года) и $141 (заявленная Газпромом цена для Беларуси на 2017г.) небольшая. Компромисс в этих пределах – это уж точно не ценовая победа белорусских переговорщиков. Не менее оглушительным является поражение белорусских властей в проблеме газового долга. Накопленные $726 млн. всё равно нудно будет заплатить. Иначе не видать скидки на 2018г. Её размер будет обсуждаться в рабочем порядке. Иначе не видать поблажек по нефтяному бизнесу. А. Лукашенко эти очевидные провалы попытался представить, как свою победу: «То, что мы сегодня платим приличную цену за газ, это факт. Мы нашли развязки по этому вопросу, и Россия компенсирует нам это расхождение в нынешней цене и реальной цене за счет реэкспорта нефти. На нефть цены сейчас приемлемые, тут у нас проблем нет и не будет. Мы заканчиваем в ближайшее время модернизацию наших нефтеперерабатывающих заводов, хотя они и сейчас очень высокого уровня. Но закончим - выход светлых нефтепродуктов будет 95%, тогда вопрос по нефти отпадет сам по себе. Мы сможем с любого рынка покупать нефть, перерабатывать у себя и получать соответствующую прибыль. Это россияне тоже понимают».

В этой фразе видно всё: мухи и котлеты, политизация нефтяного и газового бизнеса, попытка мелкого шантажа Кремля фьючерсом технологической модернизации белорусских НПЗ. На В. Путина и его нефтяного альтер эго в лице Игоря Сечина такие аргументы едва ли подействуют. Они направлены не на них, а на беларусов. А. Лукашенко делает всё, чтобы поддержать свой статус чуть ли не единственного политика в мире, который ладит и иногда даже может противостоять всемогущему В. Путину. Понятное дело, в интересах Республики Беларусь. Главе Кремля не с руки возражать и публично спорить с такой интерпретацией смыслов взаимоотношений с белорусским визави.

Не гнобите – помогите!

В. Путин не стал вдаваться в подробности отношений Беларуси и России по торговле с/х продукцией. Без особых проблем стороны договорились до инспекции контрольными органами России с/х производителей Беларуси. А. Лукашенко продолжает гнуть свою аграрную линию, позиционируя себя, как защитника интересов обыкновенных российских потребителей продовольствия, которые страдают от российских бандитов с большой дороги и высоких чиновников, которые «владеют огромными латифундиями»: «В сельском хозяйстве у нас, кстати, практически нет проблем: мы четко формируем программы на каждый год, в том числе и по поставкам продовольствия, особенно в Российскую Федерацию. Например, в Российской Федерации сегодня дефицит молочных продуктов - семь миллионов тонн. Мы поставляем туда четыре миллиона. На три миллиона еще свободный рынок не закрывается. А надо закрывать, чтобы цены не поднимались».

Глава Беларуси в надежде на маркетинговое и рыночное невежество россиян утверждает, что белорусские с/х производители практически не являются конкурентами российским, поскольку рынок-то в России свободен: «То, что у нас цены ниже и качество выше, не повод для того, чтобы нас гнобить и не пускать на рынок… И цены… Это не тот случай, когда можно наживаться на кошельках или карманах россиян. Ведь наша продукция не столько премиум-класса, а для обычных людей. Хотя мы и премиум производим. Но, в основном, поставляем в Российскую Федерацию для обычных людей… Мы переработку сельхозпродукции привели в соответствие с мировыми стандартами».

Нет сомнений, что вход на российский рынок жёстко контролируется, причём далеко не всегда рыночными методами. Никому не секрет, что российские власти – это один сплошной конфликт интересов. Документальный фильм о Димоне тому лишнее подтверждение. Однако едва ли В. Путин будет активно вмешиваться в аграрные дела. Поэтому белорусскому руководству, как бы оно этого не хотело, всё равно придётся вести переговоры с Д. Медведевым, А. Дворковичем, С. Данквертом, министром финансов А. Силуановым и министром экономического развития М. Орешкиным, а также с руководством Газпрома и Роснефти. И нет ни одной проблемы, которая была бы снята с повестки дня руководства РБ и РФ после питерской встречи А. Лукашенко и В. Путина.

Глава Беларуси не мог не признать: «Я не скажу, что нам удалось добиться тех результатов и прийти к той цели, которую мы изначально для себя обозначили. Это был некий компромисс, но для нас очень выгодный». Выгода пока только в декларациях, в надежде. Можно согласиться с утверждением президента Беларуси, что «между нашими странами не осталось нерешенных вопросов». Между странами не осталось, а вот между министрами, директорами, топ-управляющими бизнесов, регуляторами и финансистами их не убавилось. Белорусско-российское интеграционное шоу must go on. Заклятые друзья-братья погружаются в эпоху новых вызовов в сфере безопасности, финансовой устойчивости и добрососедства.


Успеет ли Беларуси за три года создать финансовый рынок?

29 марта 2017г. Совет Министров постановлением № 229/6 принял «Стратегию развития финансового рынка Республики Беларусь до 2020 года». Вкупе со Стратегией институционального развития Национального банка Беларуси на 2017 – 2020 годы» этот документ описывает контуры развития рынка денег и финансовых инструментов. Власти ставят перед собой осторожные рыночные цели. Больше конкуренции, разнообразнее финансовые инструменты, больше частной собственности, международные стандарты и чёткая система ответственности – Стратегия вполне вписывается в программу построения в Беларуси смешанной рыночной экономики. Нет сомнений, что многие в Нацбанке и Минфине знают, каким должны быть монетарная политика и финансовый рынок. Открытым остаётся вопрос, кто им даст их проводить так, как написано в двух принятых документах.


Аналитическое обоснование к Национальной платформе бизнеса Беларуси – 2017 «От взаимопонимания к взаимодействию»

2016-ый год вошёл в экономическую историю Беларуси, как год накопления негативных явлений и издержек затяжной рецессии, эрозии институтов экономической политики и затянувшейся инвестиционной паузы. Правительству не удалось купировать спад внутреннего и внешнего спроса, рост долгов и неплатежей, ухудшение финансового положения коммерческих организаций, накопление напряжения на рынке труда.

Структурный кризис углубился. Детоксикация проблемных активов не состоялась. Регуляторная, налоговая, торговая и институциональная политика не привела к появлению новых источников экономического роста и развития. Меры по достижению макроэкономической стабилизации были противоречивыми, поэтому имели лишь ограниченный, краткосрочный эффект. Сохранились высокие инфляционные и девальвационные ожидания. Характер подготовки и принятия актов законодательства не позволил коммерческим организациям улучшить качество корпоративного планирования и адаптации к правовой, регуляторной среде.


Страница 1 из 48

 

 

Новые материалы

июня 22 2017

Товарищ Шлагбаум против Зыбицкой: защищайся if you can.

Есть в центре Минска один уголок. Пока ещё есть. Попав в него, иностранцы удивляются: «Это Минск?» Уж очень привлекательна там свободная атмосфера, непринуждённость и бесшабашная…

Подпишись на новости в Facebook!