Адресная конфискация

Автор  17 сентября 2012
Оцените материал
(0 голосов)

Будут ли только по-настоящему бедные получать госдотации

Ярослав Романчук

Обязательным элементом концепции «белорусская мечта» является приобретение своей квартиры/дома. Среднему белорусу нужно работать около 15 лет, чтобы ее купить. Желание сократить время накопления на жильё и его цену толкает белорусов на разные ухищрения. Часть из них вполне законна, как налоговая оптимизация. Льготный кредит на так называемое социальное жилье стал той приманкой, которая подтолкнула десятки тысяч вполне благополучных белорусов к бюджетной кормушке. Прикинуться бедным и нуждающимся у нас в стране умеют. Приобрести по две-три квартиры чиновникам – за счастье, особенно когда ЖКУ стоят копейки.

В погоне за жилищной халявой

Выполнить хотя бы часть формальных критериев на право получения льготного кредита на социальное жилье не составляло большой проблемы, особенно для номенклатуры и широкого круга их близких. Сократив время приобретения квартиры, как минимум, втрое, а ее рыночную стоимость, как минимум, вдвое, многое белорусские «бедные» начали сдавать свое, уже не социальное жилье в аренду. Социальным оно было только на этапе выбивания льготного кредита. Нет ничего аморального и предосудительного в таком поведении. Кредит обслуживается. Долгов по ЖКУ нет. Семья и страна тоже довольны – растет наш средний класс.

А. Лукашенко санкционировал щедрые программы льготного финансирования строительства так называемого социального жилья. Он сам признался в том, что правительство сознательно пошло на реализацию такого проекта, принимая все негативные издержки инфляции и высокой налоговой нагрузки. И на этот раз благими намерениями была вымощена дорога в ад. В очередной раз хотели, как лучше, а получилось, как всегда.

Государство, действительно, тратило триллионы рублей на строительство жилья. В 2000г. жилищный фонд страны составлял 212,1 млн. м2, а в 2011г. – уже 237 млн. м2, почти на 25 млн. м2 больше. В 2000г. в среднем на одного жителя приходилось 21,3 м2 жилья, а в 2011г. – 25м2. В 2000г. было построено 39,4 тысячи квартир, а в 2011г. – 69,8 тысяч. Пиковое значение было достигнуто в 2010г. – 84,7 тысяч. квартир.

Деревня активно перебиралась в город. Жители малых городков стремились попасть в областные центры. С 2000 по 2011г. городской жилищный фонд увеличился на 26,5 млн. м2, до 161,5 млн. м2, а сельский сократился на 1,6 млн. м2., до 75,5 млн. м2. Все, кто мог, старались построить себе или своим детям квартиры в Минске. Жилищные программы льготного кредитования, безусловно, активизировали миграцию белорусов из деревень в город.

Действительно, власти относились к жилью, как к экономическому приоритету. При этом они не учли изменение стимулов людей и чиновников. По плану на социальное жилье могли претендовать только малообеспеченные, многодетные семьи, которые без внешней помощи не скопили бы на квартиру даже за всю жизнь работы. В процессе реализации госпрограммы «жилье» понятие «малообеспеченный» и «нуждающийся в улучшении жилищных условий» расширилось так же быстро, как растет очередь в белорусских магазинах за дешевой колбасой.

На конец 2000г. на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий состояло 568,3 тысячи семей. На конец 2011г. таких было 849,2 тысячи, т. е. на 280,4 тысячи домашних хозяйств больше. Причем в городах число нуждающихся за 11 последних лет увеличилось на 225 тысяч семей, более чем на 41% по сравнению с 2000г., а в сельской местности – в 3,2 раза, до 80,9 тысяч. Идея получить дешевый дом в рамках программы «агрогородки» оказалась весьма заманчивой. Заметим, что в списке нуждающихся на конец 2011г. было только 200 ветеранов и 19,6 тысяч многодетных семей. Они составляют только 2,3% от всех зарегистрированных нуждающихся. Молодых семей на начало 2012г. в списке было 383,5 тысяч или более 45% от общего числа нуждающихся.

Такая динамика обескуражила А. Лукашенко. Строим, строим, обременяем людей и бизнес инфляцией и высокими ставками по кредитам для малого бизнеса, а число «малообеспеченных» и «социально незащищенных» постоянно растет. Если в 2000г. 24,2 тысячи семей улучшили свои жилищные условия, то в 2001г. таких уже было 47,7 тысяч. Среди них многодетных семей оказалось только 4,1 тысяча (8,6%).

Нет сомнений, что большая половина жилья, которое строилось при щедрой поддержке государства, попала в руки не той целевой группы, ради которой вся госпрограмма «жилье» и затевалась. Номенклатуре было выгодно размывать критерии нуждаемости в жилье, чтобы на законных основаниях претендовать на бюджетную помощь. Принцип «рука руку моет» между разными ведомствами и министерствами работал безотказно. Всем, в том числе сотрудникам Минфина, КГК и других контрольных органов нужно дешевое по цене и вполне приличное по качеству жилье. Жилищная программа расширялась при молчаливом одобрении национального и местного чиновенства, депутатов и людей в погонах. Они были готовы терпеть много, даже низкую зарплату, чтобы только получить социальное жилье при щедрой господдержке. Холодный, прагматичный расчет показывал, что с учетом жилищного бонуса месячные доходы госслужащего увеличивались даже до $4-7 тысяч.

Очевидная несправедливость

И вот А. Лукашенко открыто возмутился тем, что жилищные бюджетные и коммунальные ресурсы тратятся не по назначению, т. е. не на тех людей, которые реально, без методологических особенностей являются малообеспеченными и нуждающимися. Он пригрозил конфисковывать жилье, которое было построено якобы нуждающимися, но сегодня сдается в аренду. Этот эмоциональный всплеск едва ли будет подкреплен конкретными действиями. Главы страны столкнется с номенклатурным саботажем, если захочет по-пролетарски махать шашкой и по-шариковски, отбирать и снова делить. Коллективная порука номенклатур по жилищной теме очень сильна.

Вторая угроза по жилищной тематике ближе к реализации, но сопряжена с целым рядок непреодолимых сложностей. Речь идет о потреблении всеми домашними хозяйствами вне зависимости от уровня дохода дотируемых жилищно-коммунальных услуг. Чем богаче семья, тем больше у нее квартира/дом, тем больше государство его дотирует. Для семьи с совокупным доходом $1500-2000 гораздо проще заплатить за все ЖКУ $100, чем такую же суммы выложить семье учителя и врача, рабочего и библиотекаря. Эту несправедливость требует устранить глава страны.

Раздавать пачками приказы несложно. Совсем другое дело их выполнять. Марксисты-ленинцы на словах тоже хотели свободы, равенства и братства, но диктатура пролетариата не нашла лучшего способа убеждения, чем конфискация и расстрел. В случае с повышением стоимости жилищно-коммунальных услуг для белорусских богатых все далеко не так просто и линейно. Во-первых, распорядители чужого (политики и чиновники), особенно верхушка госслужбы и номенклатуры, а также их деловые партнеры, сами попадут в категорию «обеспеченный». Платить в три раза больше за ЖКУ, чем сегодня и чем менее состоятельный сосед совсем не хочется.

Во-вторых, надо будет решить острейшую проблему, кого, собственно, считать, состоятельным и даже богатым. Неких объективных критериев не существует. Чиновникам самим придется думать, кого и почему вносить в список белорусских богатых. Здесь поле для творчества просто безгранично. Тем более что А. Лукашенко рекомендовал просто заходить в квартиры, описывать все, что там есть, сравнивать с декларацией о доходах и на этом основании решать, попадает ли семья в категорию «богатая» и, соответственно, под тройной счетчик ЖКУ.

В-третьих, система сбора информации, ее обработки – это большие издержки. В руки контролеров, которые будут решать, попадает ли семья в категорию «богатый», будут находиться большие полномочия. Здесь взяток может быть в разы больше, чем в ГАИ, налоговой или на таможне. Богатые и влиятельные с высокой степенью вероятности смогут откупиться и не попасть в категорию ЖКУ х 3, а вот средний класс получит по полной программе. В погоне за жилищно-коммунальной справедливостью мы можем выпустить из бутылки страшного джинна коррупции и злоупотреблений.

Представим несколько возможных критериев оценки. Издавна признаками благополучия считалось наличие телевизора и холодильника. Сегодня этот критерий явно не работает. В каждой семье чуть ли не по 2 телевизора. В среднем на 100 семей приходится 128 холодильников. Может, компьютер? Опять же компьютеры по итогам 2012 года будут почти в 60% семей. Автомобиль? Тоже не подходит. Более 55% белорусских семей имеют автомобиль, и он давно перестал быть предметом роскоши. Сторонники равенства наверняка предложат критерий по доходам. Например, 20% семей с самыми высокими располагаемыми ресурсами, будут считаться богатыми. Их доход в 4 раза больше дохода тех, кто находится в 20% людей с наименьшими доходами. Чисто арифметически при таком подходе в группу по уплате ЖКУ в тройном размере попадает около 750 тысяч семей, в которых проживают более 1,9 млн. человек.

Возьмем еще один, более точный денежный критерий – доход Br2 млн. и больше на душу населения. В 2011 году 3% домашних хозяйств имело среднедушевой располагаемый доход более Br3 млн. Еще 6,6% домашних хозяйств находились в рамках Br2,1 млн. – Br3 млн. За первое полугодие 2012г. ситуация существенно улучшилась. По уровню среднедушевых располагаемых ресурсов во II квартале 2012 года более Br3 млн. рублей уже имело 10,5% домашних хозяйств. От Br2 млн. до Br3 млн. имели еще 21,6% семей. Это уже почти треть или около 1,2 млн. семей. Или более трех миллионов человек. Они могут стать жертвами номенклатурных попыток обеспечить справедливость цен на ЖКУ.

Логично рассмотреть еще один критерий – долю расходов на жилищно-коммунальные услуги в общем объеме потребительских расходов. В их структуре на жилищно-коммунальные услуги в 2011 году составили всего 5,5%. Для сравнения в 2005г. было 9,1%. На алкогольные напитки и табак белорусские семьи тратили в среднем 3,4%, на мебель и предметы бытового назначения - 7,8%, а одежду и обувь – 10,8%. 20 процентов самых состоятельных семей в 2011 году тратили на ЖКУ 3,9% потребительских расходов, а 20 процентов самых малообеспеченных – 7,8%. По итогам II полугодия доля расходов на ЖКУ снизилась до смехотворных 3,9% от всех потребительских расходов, а на алкогольные напитки – 2,7%. Правительство может поднять тарифы на ЖКУ и установить, к примеру, что все те, кто не тратит на ЖКУ более 10% потребительских расходов, будут платить их полную стоимость. В таком случае почти 90% домашних хозяйств попадет под новый трехкратный тарифный план по ЖКУ.

Понятное дело, что реальные нуждающиеся смогут получить адресные дотации именно на оплату ЖКУ. Однако в этой сфере до социальной ориентации и порядка тоже далеко. В 2011г. объем социальных выплат, включая пенсии, пособия, стипендии, страховые возмещения, составил 12,1% ВВП. Это 20% в объеме денежных доходов населения. 39,3% домашних хозяйств сообщили о наличии льгот и выплат. Для сравнения в 2000г. таких было 62,2%. Сокращение числа льготников существенное, но все равно каждые две из пяти семей получают льготы. Бюджетную поддержку на жилищно-коммунальные услуги получали 4,6% домашних хозяйств (в 2000г. таких было 13,2%).

Таким образом, задача заставить богатые белорусские семьи платить в три раза больше ЖКУ по сравнению с сегодняшним уровнем сложнее, чем кажется на первый взгляд. А. Лукашенко приказал решать ее совсем не с того конца. Вместо того чтобы приказать начать полноценную институциональную реформу секторов ЖКХ, власти снова делают акцент на ручное управление, распределение, а не на создание и укрепление рыночных механизмов. До сих пор А. Лукашенко не реализовал ни одной реформы, которая бы противоречила интересам национальной и местной бюрократии. Жилищно-коммунальная тема является одной из самых чувствительных для нее. Поэтому ожидать буквального исполнения приказов главы государства не приходится. Нам следует ожидать механического увеличения тарифов на ЖКУ, для всех. Богатым Беларуси очень понравилось быть под крылышком коллективных дотаций. Не платить же тысячи долларов в месяц на содержание коттеджей и шикарных квартир.

 

 

Подпишись на новости в Facebook!