Небедная Беларусь

Автор  24 мая 2011
Оцените материал
(0 голосов)

О «фамильном серебре» Беларуси

Ярослав Романчук,  май 2011

Отношения между Медведевым/Путиным (Тандемом) и А. Лукашенко полностью перешли в формат прагматичных жестких коммерческих переговоров. Доверия нет, зато есть общие интересы. У Кремля есть деньги и желание купить. А. Лукашенко по зарез нужны деньги, но он не хочет продавать «фамильное серебро» страны. А другое Кремлю не нужно. Вот и совершают они n-нный раунд переговоров.

Кремль не спешит наброситься на Беларусь и сожрать ее с потрохами. Он ведет себя, как уверенный в себе стратег. Загнанный в угол руководитель Беларуси наоборот потерял былую уверенность и вальяжность. Отношения кредитора последней надежды с близким к отчаянию заемщиком по определению не могут быть равными. При этом обе стороны понимают, что для общей выгоды лучше договариваться, чем ссориться вдрызг. Цена вопроса – десятки миллиардов долларов в активах и политическая власть над Беларусью.

Время – кнут и пряник в одном флаконе

Время – союзник Медведева/Путина. Сегодня Россия на коне. Внешнеполитическом и экономическом. В декабре 2010 года Тандем РФ «убедил» А. Лукашенко подписать все нужные им договоры о таможенном союзе и едином экономическом пространстве. У наших соседей нефть прет, бюджет переполнен, инвестиционных проектов масса, платежный баланс – в большом плюсе. А еще Кремль правдами и неправдами заставил ЕС и США вновь считаться с собой.

А. Лукашенко же наоборот, рассорился с Западом. Он заблокировал для себя возможность получения от него кредитов и инвестиций. Беларусь приперта к стенке острым валютным дефицитом. Он является следствием огромного дефицита платежного баланса. На пороге кризис производства, бюджета и разрушение предвыборной социальной благодати. Время – киллер политика А. Лукашенко и его основной президентской темы – стабильности. Ее нет в экономике, а после теракта 11 апреля есть сомнения в том, что она есть в жизни.

Переговоры В. Путина и А. Лукашенко традиционно идут очень сложно. Стороны знают друг друга, как облупленные. Блефовать нет смысла. С одной стороны, Тандем Путин/Медведев накануне своих парламентских и президентских выборов  не заинтересован в сильной дестабилизации Беларуси. Союзник все-таки, партнер по расPR-енному Таможенному союзу, гарант транзита энергоресурсов на Запад. Сотрудничество с нашей страной добавляет электоральной поддержки любому российскому политику в президентской кампании. С другой стороны, сейчас самое время показать настоящую природу белорусской экономики и разрушить миф о ее преимуществах перед российской публикой. Поэтому В. Путин продолжает балансировать. Ему спешить некуда. Свою политическую должность в России он наверняка получит. А вот в отношениях с А. Лукашенко он все больше ведет себя, как прагматичный китайских бизнесмен. Цена, прибыль, рентабельность, контрольный пакет акций – такой вокабуляр наверняка преобладает в закрытой части переговоров, а для широкой публики сохраняется стандартный набор слов: углубление интеграции, унификация законодательства, стратегическое партнерство и языковое братство.

В. Путин знает, что в Беларуси есть «шоколадные», ценные активы на продажу. Российский бизнес не прочь их приобрести. А. Лукашенко просит кредитов, но продавать активы не хочет. Или готов был бы, но не контрольные пакеты и по очень высоким ценам. В руках у Тандема мощный кнут, он же пряник в зависимости от времени применения. Пряник – это многомиллиардный кредит сегодня, кнут – это затягивание переговоров по кредиту на неопределенное время.

На переговорах с А. Лукашенко в руках у Кремля много козырей. Главными их них являются доступ белорусских товаров на российский рынок, транзитные потоки энергоресурсов, условия поставки нефти и газа, совместные сделки по торговле оружием и т.д. Их можно использовать в разных комбинациях. Цена пряника может вырасти до 15% ВВП или же сократится до 3-5% ВВП. Все зависит от условий продажи белорусских активов.

Понятно, что В. Путина не интересуют коммерческие объекты стоимостью ниже $1млрд. Это не его уровень. А. Лукашенко же готов продавать убыточные и малые предприятия. При этом в Беларуси есть активы, которые купят, невзирая на особенности политического режима. Российские кредиты являются как раз тем катализатором, который должен помочь сторонам сблизить свои позиции.

Рейдерство или честная покупка?

Продавать активы во время кризиса всегда горько и неприятно. Хорошую цену за них едва ли получишь. Не продавать тоже нельзя: кредитов не дадут. Ответ на вопрос, является ли поведение Кремля по отношению к Беларуси рейдерством, нужно начинать с указания на причины кризиса. В нашем случае валютный, производственный и грядущий кризис не Россия нам импортировала. Наше правительство само брало кредиты. Мы сами «топили» ресурсы в сомнительных инвестиционных проектах. Не российские, а белорусские чиновники печатали в массовом порядке белорусские рубли и игнорировали дефицит платежного баланса. Никто, кроме родной бюрократии, не мешал белорусским производителям диверсифицировать рынки сбыта. Не А. Кудрин и Э. Набиуллина, российские министры, навязали нам худшую в мире налоговую систему. Это сделано руками белорусских Минналогов и Минфина. Не Центральный банк России привязывал белорусский рубль к корзине валют. Это делали П. Прокопович сотоварищи.

За ошибки нужно платить. Долги нужно отдавать. Экономику нужно очищать от шлаков, проводить ее детоксикацию. Нормальный ритм работы экономики нужно восстанавливать. Без денег сделать все это невозможно. В этой ситуации готовность России предоставить официальному Минску кредит является дружественным поведением партнера, а не грубым рейдерством. Если вы хотите помочь другу, который попал в ловушку ликвидности, вы должны не только дать ему денег, но и помочь выстроить такую политику, чтобы впредь кризисы не повторялись. Отсюда вполне логические и разумные рекомендации А. Кудрина начать приватизацию и провести либерализацию. Раз белорусские власти не могут управлять активами так, чтобы не доводить до кризиса, значит, нужно поменять собственника. Заметим, что Россия не говорит, что продавать госактивы нужно исключительно российским предприятиям. Ничто не мешает А. Лукашенко санкционировать продажу активов на открытом аукционе. С другой стороны, кредитор, который дает заем в $1млрд. должен иметь определенные гарантии возврата денег. А. Кудрин и его начальство хотят видеть выход на положительный кэш флоу. Поэтому требование России начать рыночные реформы являются скорее выражением конструктивного сопереживания, а не заманиванием в ловушку. Тем более что примерно то же самое нашей стране предлагал МВФ.

У правительства Беларуси есть другие опции. Можно не принимать условия России и отказаться от ее кредитов. Тогда придется на пальцах объяснять белорусам, почему у них зарплата из $500 стала $250, а цены удвоились. Можно попросить кредит у международных банковских структур. Они выдвинут еще более жесткие условия, чем Россия. Можно попросить кредит у МВФ. При этом желательно наладить диалог с его основными акционерами, т. е. с США и ЕС. Для этого нужно для начала выпустить из тюрьмы всех политических заключенных, прекратить преследования независимых СМИ и общественных организаций. Даже если все это официальный Минск сделает, то условия получения кредита от Фонда наверняка будут включать и приватизацию, и либерализацию цен, и снятие ограничений на валютном рынке.

У А. Лукашенко не осталось полностью выигрышных для него вариантов выбора. Он должен определиться с ценой, которую он готов заплатить за кредиты и за возможность проведения в стране хотя бы частичных рыночных реформ. Или же он должен назвать цену, за которую эти самые реформы в Беларуси сделают другие.

Дюжина стратегических коммерческих целей Кремля в Беларуси

В. Путин держит паузу и ждет. Он понимает, что А. Лукашенко есть что продать, есть чем заинтересовать большой российский бизнес. Малый его не интересует. Российский руководитель понимает также, что даже в условиях проведения открытых аукционов у российских миллиардеров будет гораздо больше шансов, чем у европейских, арабских или американских. Кремль, в первую очередь, интересуют стратегические, инфраструктурные компании, а также основные экспортеры. Важно также установить контроль над финансовой инфраструктурой. Информационный рынок Кремль тоже интересует, но на данном этапе он не ставит вопрос о приватизации БТ и ОНТ. На «мелочевку» (молокоперерабатывающие заводы, МТЗ, МАЗ, «Горизонт», «Атлант») Кремль размениваться не собирается.

Топ-10 белорусских активов, которые хотела бы купить Россия с прицелом на стратегическую долгосрочную перспективу доминации в Беларуси, выглядит следующим образом:

  1. Белтопгаз. В этой структуре работает около 30 тысяч человек. Данное госпредприятие является розничным монополистом по продаже газа. Здесь есть газоснабжение, добыча торфа, производство газового оборудования. Оценочно данное предприятие стоит ~$10 – 15млрд.
  2. Белоруснефть. Добывает нефть, работает в нефтегазовом секторе. В его состав входит газоперерабатывающий завод, сервисные предприятия, более 60% всех заправок Беларуси. Экспертная оценка стоимости данной структуры (100% с нефтяными резервами) ~$2 – 5млрд.
  3. Беларусбанк. Это финансовое учреждение составляет более половины банковского сектора страны. Трудно понять, где в нем заканчивается государство, а где начинается бизнес. Беларусбанк имеет 37 филиалов, 99 центров банковских услуг, 1842 отделения и 192 обменных пункта. Покупатель такой структуры ориентируется не только на финансовые показатели, но и на доступ к этой инфраструктуре. Экспертная оценка стоимости данной структуры (100% акций) ~ $7 - 10млрд.
  4. Белгосстрах. Государственный монополист в сфере страховых услуг. Покупатель данной компании стазу становится лидером страхового бизнеса страны. Он получает 7 филиалов, 118 представительств, 5 центров продаж и 5000 точек продаж страховых услуг. Экспертная оценка стоимости - $1 – 2млрд.
  5. Белтелеком. Государственный монополист на рынке целого ряда телекоммуникационных услуг. Владеет сетью магистральных волоконно-оптических линий связи, обеспечивает передачу междугородного и международного трафика, а также работу наземной сети телевизионных и радиовещательных каналов. Экспертная оценка стоимости - $2 – 2,5млрд.
  6. Белэнерго. Данное предприятие управляет белорусской энергетикой, производит и передает электрическую и тепловую энергию, владеет сетями и генерирующими мощностями. Монополист чувствует себя прекрасно, хотя и работает в режиме жесткой фиксации цен. Если продавать одним предприятием, не разбивая на областные энергетические компании, не выделяя генерацию и дистрибуцию, то оценочная стоимость предприятия составляет $5 – 8млрд.
  7. Беларуськалий. Один из мировых лидеров калийного рынка. Один из главных добытчиков валюты для Беларуси. Экспертная оценка стоимости данной структуры (100% акций) - $15 – 20млрд.
  8. Белорусская железная дорога (БЖД). Монополист в сфере ж/д транспорта. 6 отделений, 366 крупных и малых станций. Эксплуатационная длина БЖД – 5,5тысяч км. Экспертная оценка стоимости данной структуры (100% акций) - $7 - 10млрд.
  9. Белпочта. Государственный монополист в предоставлении многих почтовых услуг в стране. Имеет обширную сеть по всей Беларуси, оказывает широкий спектр услуг, в том числе в области связи. Экспертная оценка стоимости данной структуры (100% акций) - $500 - 1млрд.
  10. Нефтеперерабатывающие заводы (Мозырьский НПЗ и Новополоцкий НПЗ «Нафтан». Современные нефтеперерабатывающие заводы, развитая логистика, олигополия на рынке нефтепродуктов Беларуси. Экспертная оценка стоимости государственных пакетов в данных структурах ~ $2 - 3млрд.
  11. Белтрансгаз. Транспортные услуги в сфере газоснабжения. Владение и управление магистральными трубопроводами, газохранилищами, компрессорными станциями. Экспертная оценка стоимости государственного пакета в данной структуре ~$1 - 2млрд.
  12. Белорусский металлургический завод (БМЗ). Производство проволоки, стабильных труб, строительных металлических изделий. Экспертная оценка стоимости данной структуры (100% акций) - $1 – 2млрд.

Оценка стоимости данных предприятий исходит из наличия в стране макроэкономической стабильности, отсутствия политических рисков (национализация), а также с учетом финансового состояния и амортизации производственных активов. За данные двенадцать объектов белорусское правительство может получить в бюджет от $53,5 до $79,5млрд. В случае резкого роста валютных рисков, разбалансирования системы государственных финансов, социальной дестабилизации стоимость данных активов может упасть в разы. В этом явно не заинтересован продавец, да и для покупателя нужно быть осторожным, чтобы не увлечься игрой на понижение и в результате не получить бедную, неплатежеспособную страну с политическими потрясениями.

 

 

Подпишись на новости в Facebook!

Новые материалы

февраля 20 2017

20 инновационных идей. Для начала.

Александр Лукашенко опять требует от своей Вертикали новых, свежих идей. Это как требовать от «Запорожца» прыти «Мерседеса», как ожидать от старой клячи дерзости рысака. Вот…