Цена белорусской экономики

Автор  10 мая 2006
Оцените материал
(0 голосов)

Проблема оценки государственных активов Беларуси становится ключевой проблемой экономики. И директора, и министры понимают, что без реструктуризации белорусскому реальному сектору не выжить. Реформа реального сектора возможна только при условии привлечения серьезных инвестиционных ресурсов. Необходимость продажи имущества внутренним и внешним инвесторам очевидна и объективно оценивающим состояние экономики экспертам. И вот здесь управляющие государственным имуществом сталкиваются со сложнейшей задачей. В переговорах с инвесторами необходимо называть цену движимого и недвижимого имущества, земли и инфраструктуры – в общем, всех материальных и нематериальных активов. Ярослав Романчук
 

Поскольку все существующие методики определения цены содержат большой элемент субъективности, то, как и слишком низкая, так и слишком высокая цена может быть основанием для увольнения ответственного чиновника или даже принятия более жестких мер уголовного характера. Когда правительство не обладает достаточными полномочиями по распоряжению госимуществом, когда представители Минэкономики и отраслевых министерств не застрахованы от ревизии своих решений, то рациональным поведением является блокировка в той или иной форме реструктуризации, процедуры банкротства и реализации различных бизнес планов. Чтобы сдвинуть процесс с мертвой точки, мало утвердить список предприятий для акционирования и реструктуризации. Надо персонифицировать процесс принятия экономических решений. Чековая оценка Первые попытки ответа на вопрос «сколько стоит Беларусь» были предприняты в 1993 году, когда правительство решило распределить народное богатство по «кирпичикам», т.е. по чекам «Имущество». Как и количество этих финансовых инструментов, так и их стоимость определялась ответственными чиновниками по известной социалистической методике «потолок – мнение начальника – политическая целесообразность». Никто не проводил глубокий аудит активов по каждому предприятию, не оценивал их ликвидность, процент технологического и морального износа, не работал с дебиторской и кредиторской задолженностью. Был политический заказ дать некую цифру – вот ее и дали. Почти 430 млн. именных приватизационных чеков должны были символизировать общенациональный «пирог», который надо было поровну распределить среди 10 млн. граждан страны. Сегодня чек стоит 3500 рублей. Таким образом, правительство решило раздать имущества на 1,5 трлн. рублей, около $805 млн. или 7% ВВП. В такую сумму можно оценить легко реализуемые коммерческие активы Беларуси. Сюда, наверняка, не входит стоимость земли, естественных монополий и природных ресурсов, которые ни одно белорусское правительство пока не рассматривало в качестве полноценного рыночного товара. В рыночных странах совокупная стоимость активов государства и частного сектора в 3 – 10 раз больше годового ВВП. Чем быстрее проводятся экономические реформы, тем быстрее происходит капитализация страны и дорожают ее активы. Поскольку Беларусь еще не начинала комплексные рыночные реформы, то нет оснований оценивать их выше 100% ВВП, т.е. $12 млрд.

Альтернативные способы оценки
Для точного ответа на вопрос «сколько стоит Беларусь» такой методики оценки явно мало. Попытаемся применить иные, альтернативные способы, чтобы скорректировать оценку стоимости активов нашей страны. Оценщики часто используют метод замещения. Они считают, сколько бы стоило построение аналогичного здания, создания производства при использовании текущих цен на стройматериалы, технологии, инфраструктуру и т.д. Недостатки этого метода очевидны. Если для отдельного здания, на которое есть реальный спрос, ее еще можно использовать, то для всех промышленных, сельскохозяйственных, транспортных и других предприятий, многие из которых даже за даром никому не нужны, она явно не подходит. Главный недостаток – отсутствие информации о реальном спросе. Очередной метод предполагает оценку аналогичных продаж. Мы знаем, за сколько продавались аналогичные белорусским предприятия в России, Литве, Польше или Украине. Примеров продажи машиностроительных и электронных заводов, предприятий легкой и обрабатывающей промышленности предостаточно. Но опять же прямой перенос цены, скажем, польского рынка начала 90-х или украинского конца 90-х, не адекватен. Многие транснациональные корпорации, инвестиционные компании и банки уже давно приобрели себе производства, необходимые им для освоения внутренних рынков бывших соцстран. Они готовы были выложить много денег за чешские или словацкие заводы, польские или российские объекты. Зачем, к примеру, сегодня «Данону» покупать завод в Беларуси, если ему проще импортировать свою продукцию из России? Аналогичная ситуация сложилась по тысячам товарных позиций. Емкость белорусского рынка с ограниченной покупательной способностью населения и бизнеса лишает смысла крупные инвестиционные проекты, рассчитанные не на одну страну, а на регион. Сегодня трудно назвать крупный ТНК, который бы не имел своего завода у одного из наших ближайших соседей. Да и частные компании Украины, России, Польши и Литвы также не сидели без дела. Они интенсивно работали по расширении своей доли рынка в регионе. Российские и литовские мясные и молочные товары, польские строительные материалы и мебель, качественная эстонская и латвийская одежда – все это уже известно белорусскому потребителю. Поэтому маржа прибыли в большинстве секторов заметно снизилась. Беларусь не может похвастаться высокой производительностью труда и других факторов производства. Все эти факты говорят о том, что Беларуси не удастся продать свои заводы и фабрики на тех же условиях, на каких продавали страны Центральной и Восточной Европы. Более того, увеличивается риск покупки предприятий в нашей стране не для превращения их в высокотехнологические, современные производства, а для уничтожения потенциальных конкурентов. Поэтому если чиновники требуют от инвесторов за машиностроительный завод $100 млн. только потому, что за столько были проданы польский или словацкий аналоги, они игнорируют многие важные факторы реальной жизни. Наиболее вероятный ответ инвестора – отказ связываться с Беларусью. Для оценки активов по данной методике не надо сбрасывать со счетов качество государственного регулирования и защиты частной собственности. Покупка 25% акций в «Мажейкяй нафта» - это далеко не одно и то же, что покупка 25% «Нафтана» при существовании правила «золотой акции», процедуры внесудебной ликвидации предприятия и вседозволенности контрольных органов. По итогам сравнительного анализа качества предпринимательского климата в странах Центральной и Восточной Европы Беларусь прочно занимает место в последней пятерке. В список «грехов» Беларуси, конечно, входит отсутствие нормальной кредитной истории отношений с МВФ, Всемирным банком и ЕБРР, не выполнение базовых политических критериев ОБСЕ и Совета Европы. Следовательно, если поляки на протяжении последних 10 лет получили от приватизации $1000 на душу населения, то, скорректированная на все вышеперечисленные факторы Беларусь может рассчитывать на $100 – 200. Говорить об оценке стоимости всех активов белорусских предприятий по показателям отечественной фондовой биржи также нет оснований по причине реальной не функциональности последней. Прибыль – лучший индикатор Остается еще один способ, при помощи которого в нынешних условиях наиболее точно оценить стоимость активов Беларуси. Это метод оценки прибыльности. Сразу оговоримся, что в белорусских условиях и этот метод не дает точных результатов. Официальная прибыль от сдачи в аренду объектов недвижимости, бухгалтерская прибыль производственных и торговых предприятий – эти показатели в большой степени условны. Общеизвестно, как у нас сдаются в аренду помещения, особенно при распространенных монополистических практиках Управления делами Республики Беларусь. При опросе десятков руководителей частных и государственных предприятий я не обнаружил ни одного случая точного отражения в бухгалтерских документах реального состояния предприятия. Как бы то ни было, инвестору на стол кладут официальный баланс. Должен же он на каких-то цифрах оценить окупаемость инвестиций, посмотреть состояние производственной базы. Воспользуемся и мы показателем «прибыль» для оценки стоимости белорусской экономики. Логика здесь проста. Инвестор покупает объект для того в течение определенного периода «отбить» свои инвестиции. Допустим его бизнес-план рассчитан на то, что после 2 лет предприятие достигает уровня безубыточности и за три года он получает желаемый объем прибыли. При инвестициях в производство норма прибыли также не берется с потолка. Инвестор всегда рассматривает альтернативные варианты использования своих денег. Можно вложиться в ГКО США и стабильно получать 4% годовых. Можно поиграть на фондовых рынках мира с низкорисковыми ценными бумагами и иметь 5 – 7% годовых. ГКО многих развивающихся странах принесут инвестору 10 – 15% годовых. Поэтому вложения в белорусскую экономику должны приносить стабильному, стратегическому инвестору, как минимум, 7 – 10%. Поскольку таких на первом этапе реформ очень мало, то более спекулятивные компании будут рассчитывать на 15 – 20% прибыли от своих инвестиций. Достаточно сложно сегодня в Беларуси найти сегменты рынка, на которых можно было бы зарабатывать такие деньги. Если правительство не снизит страновые риски, то инвесторов будут интересовать преимущественно мелкие, быстро реализуемые, спекулятивные проекты. Так сколько же зарабатывает белорусская экономика? Начнем с промышленности. В 2001 г. данный сектор получил 1,3 трлн. рублей прибыли, что в реальном выражении на 34,2% меньше, чем в 2000 г. Получается, что в 2001 г. среднемесячная прибыль составляла 108 млрд. или около $85 млн. За 8 месяцев 2002 года прибыль составила 1 трлн. рублей, что на 27,5% меньше, чем за этот же период прошлого года. Среднемесячная прибыль составила примерно $69 млн. На основании этих данных, динамики спроса, а также учета финансового состояния промышленных предприятий допустим, что 2400 промышленных предприятий зарабатывают в месяц $60 млн. или $720 млн. в год. Это с учетом того, что выручка по бартерным схемам составляет 28,5% по всей промышленности, по электроэнергетике – 40,9%, химии и нефтехимии – 27,4%, станкостроении – 48,4%, тракторостроении – 53,2%. При учете всех обязательств предприятий перед бюджетом и кредиторами, при отмене налоговых льгот и различных видов корпоративной помощи, усилении конкуренции со стороны российских и западных производителей прибыль может сократиться на 25 – 40%. Корректировка годового объема прибыли дает нам «очищенную прибыль» в объеме $500 млн. Принимая во внимание изношенность основных фондов, необходимость погашения долгов и осуществления серьезных инвестиций в белорусскую промышленность, доведение качества продукции до европейских стандартов (в том числе экологических), разработку оригинальных белорусских брэндов (если речь не идет о производстве товаров под зарубежными марками), то разумно допустить, что двухгодовая норма прибыли, т.е. $1 млрд. – это максимум, за что можно купить все 2400 промышленных предприятий Беларуси. Получается, что средняя цена белорусского промышленного предприятия составляет примерно $420 тысяч. Если правительство планирует получить за «Белнефтехим» $300 млн., то цена одного предприятия в остальных секторах промышленности падает до $300 тысяч. Промедление приватизации последовательно ее уменьшает. Беларусь должна за энергоресурсы около $270 млн. Наш внешний долг составляет около $800 млн. В такой ситуации рассчитывать на золотой дождь инвестиций и на значительное улучшение государственных финансов после начала приватизации не приходится.

$7 млрд. – это много или мало?
Пользуясь данной методикой, легко посчитать, во сколько можно оценить всю производственную базу Беларуси. В 2001 г. Беларусь официально заработала 2,1 трлн. прибыли или около $1,62 млрд. За 8 месяцев 2002 года – $1 млрд. (в реальном выражении прибыль уменьшилась на 14,3% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года). Прогнозируемый объем прибыли за 2002 г. составит $1,4 млрд. или на 14% меньше, чем в 2001 г. С учетом объема внешнего долга, износа активов, отсутствия надежных формальных и неформальных институтов рынка, бартеризации и роста дебиторской и кредиторской задолженности стоимость производственного потенциала Беларуси можно оценить на $1,5 - 2 млрд. (без учета тех факторов производства, которые на сегодняшний день не капитализированы (земля, недра и т.д.). Отметим, что за 9 месяцев 2002 г. Минстат вообще не указал объем прибыли сельского хозяйства. Значит, данный сектор при реструктуризации не только не принесет прибыли, но потребует отвлечения бюджетных средств. Таким образом, у нас есть две полярные оценки стоимости производственных активов Беларуси: около 12 млрд. и 1,5 – 2 млрд. Условность первого показателя очевидна. Недостатки второй цифры известны. Если принять во внимание народную мудрость, что правда лежит где-то посередине, то на вопрос «сколько стоит Беларусь?» мы можем ответить $7 млрд. Пока никто не собирается начинать приватизацию. Да и никто не готов инвестировать такие деньги в нашу страну. Какую бы мы методику оценку активов мы не использовали, ясно одно: чем дольше правительство будет затягивать реструктуризацию и приватизацию реального и сектора, тем больше вероятность того, что Беларусь надолго остаться бедной страной третьего мира.

Прибыль разных секторов экономики Беларуси

Отрасль

2001 г. млн. USD

% от общего объема прибыли

2002 г. 8 месяцев

млн. USD

% от общего объема прибыли

промышленность

1020

66,5

540

54

сельское хозяйство

2

0,1

-

-

транспорт (включая трубопроводный)

254

 

15,7

182

 

18

связь

39

2,4

40

4

строительство

106

6,5

69

7

торговля и общественное питание

53

 

3,3

38

4

материально-техническое снабжение и сбыт

24

 

 

1,5

15

1,5

непроизводственные виды бытового обслуживания населения

1

 

 

 

0,06

1

 

ВСЕГО:

1620

100

1000

100

Источник: По данным Минстата  

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!