Финансы и деньги: революция 2016 года

Финансы и деньги: революция 2016 года

Оцените материал
(3 голосов)

Деньги: конец 25 летней бифуркации

«Всемирно-историческое значение» 2016 года состоит в том, что в Беларуси начнется возврат к «нормальным» деньгам, включающий варианты бумажных, металлических и электронных денег. 25 лет, и более, страна представляла собой странный феномен одновременного обращения квазиденег, когда стоимость можно было в зависимости от «вкуса» и фантазий полисимейкеров измерять в долларах, евро, условных единицах, базовых величинах. Что угодно, разве что не в удавах и обезьянах.

Как скроена денежная система, так будут работать (или имитировать работу) финансы, которые у нас также очень специфичны. Расчеты налогов, бюджетирование в условиях «качающихся денег» создают массу проблем. То налоговые и бюджетные танцы с «эффектом Танци», то великолепные призы олимпийским чемпионам в долларах, то штрафы «basic». Но при этом взятки исправно исчисляются и даются в долларах (евро менее удачный вариант). Да и само общество привыкло к тому, что чиновники одалживают кредиты в долларах, а не в российских рублях или китайских юанях.

Денежная революция 2016 года – это и психологический императив. Покупкой новых кошельков с карманами для монет дело не закончится. Целое поколение выросло в номиналистической денежной среде с потрясающей воображение инфляцией. В сотни миллионов процентов, что сделало наши финансовые институты странными заведениями. В 90-х годах банки работали с отрицательной ставкой процентов, потом сбережения также рушились в ходе девальваций. И ничего?

Естественно, возникает вопрос: а как инсталировались системы финансовых услуг? При отрицательной ставке процентов все превращалось в квази процессы, начиная со сбережений и заканчивая инвестициями. Капитал в белорусских рублях мог (и реально был) обесцениваться вдвое в течение одного года. И это при молчаливом сопении (совместных действий, экономического со пения бизнеса и власти) национального предпринимательства.

Финансовые потоки в Беларуси достаточно консервативны. Половина средств течет через бюджет – вот вам и поле развертывания финансовых услуг. Каких? Самых разнообразных – от налогов, до растрачивания бюджетных денег. Конечно, есть казначейство, но его работа в целом не на виду. Нет и системы текущего мониторинга бюджетных расходов, хотя в ряде банков есть некие правила, ограничивающие расходование целевых средств. Но, на то они и правила, чтобы их обходили.

Очевидно, самыми прибыльными могли быть финансовые услуги по бюджетным потокам. Помнится, как в начале 90-х годов, при уникальной инфляции, мои коллеги во власти стали создавать подкрышные банки. Скажем деньги вузов (из бюджета) прибирали к своим рукам банки (их тогда называли коммерческими) и с удовольствием давали кредиты другим субъектам «рынка». По сути это была двухтраковая экономика, с перекачкой финансовых ресурсов из сектора правительства в сектор бизнеса.

Потом эти механизмы стали элиминировать. Финансовые потоки приобрели четкость. Хотя и не всегда. В начале 2000 годов сложилась новая ситуация. Наши экономисты обнаружили, что примерно с 2004 года денежные ресурсы домашних хозяйств стали превышать денежные ресурсы предприятий.

Это было важным моментом в развитии финансовой активности. Более того, стала формироваться новая хозяйственная философия. В чем суть ее? Хотя и до сих пор данный процесс не понимается многими полисимейкерами.

Вроде просто – новые источники доходов финансового сектора переместились в сферу деятельности, услуг для домашних хозяйств. Или для физических лиц, как это часто формулируется в банковском сообществе. Те, кто раньше запустил механизмы обслуживания сотен тысяч, миллионов субъектов финансовых потоков, получил стратегическую перспективу. И неплохо стал ориентироваться в данном растущем сегменте, доходствуя аппетитно, казалось бы, от небольших трансакций. Но это как комары – много и тучами. И банки поймали птицу удачи. Хотя далеко не все.

Кстати, на сегодняшний день проблемы у крупных предприятий, ставка на обслуживание госсектора подвела многие банки к опасной черте. Они могут посыпаться вслед за динозаврами промышленности эпохи развитого социализма.

Эти проблемы являются стратегическими. Они системно опасные, а создание банков-помоек не решает в целом данное опасное качество большого количества предприятий. Фактически мы стали заложниками союза банков и промышленного (+аграрного) сектора государственной чеканки.

Сейчас степень риска такой хозяйственной и финансовой философии возрастает неприятными темпами.

Услужливые финансы: дверь в будущее?

Что мы имеем в начале 2016 года? Общую отрицательную динамику практически всех секторов экономики. Падение внешних продаж на 1/5 и уменьшение потоков валюты. Спасает ситуацию резкое падение уровня жизни, это когда зарплата упала с 600 долларов до 300. Объективно уменьшение спроса привело и к уменьшению предложения, хотя далеко не везде. Но «указивки» на рост производства стали более опасными, чем простое последующее банкротство.

Процесс бифуркации в экономике захватил и производство, и обращение. Какие-то механизмы обновления должны уже сейчас появиться. Или создаваться в условиях хаотизации доходов и расходов? Что же происходит? Как выстраивать стратегию и политику развития финансовых институтов?

Сначала обнаружим данность. Финансовый рынок в стране находится в интересном положении. Его фактически нет, но при этом торговля деньгами и ценными бумагами идет по странным правилам. Банки есть, внешне ухожены, но что внутри – секрет для самих банкиров. Пролеты в операциях можно реально проследить по продажам банками имущества должников. Разоренных, благодаря тупой привычке брать кредиты в безнадежной ситуации. Ставки в 30%, 20%, 15% по сути являются запретительными. Наши «хозяева», управляющие предприятиями бывшей (вообще, и нынешней) общественной собственности раздвигают горизонты нормальной экономической практики и…берут..берут деньги.

С последующей «неотдачей». И большие и средние и малые «субъекты» под залог такое напридумывали, что список заложенного имущества, распродаваемого банками, может стать отдельной книгой. Причем даже весьма веселой. Хотя не по ситуации, казалось бы.

А теперь главное. Перемены должны быть серьезными, системными. Иначе нынешнее поколение постсоветских людей будет строить коммунизм еще 70 лет. В чем суть происходящего?

К лету 2016 года доллар будет соотноситься с нашим рублем в рамках 1:2. Это хорошее соотношение. Можно много спорить, как долго продержится такой курс, но все в наших руках. Особенно важна жесткость позиции Национального Банка. Хотя его лоббисты могут охаивать и подводить мины замедленного действия в решения правительства, декреты, указы. Косвенно топить новый белорусский рубль. Прямо они это побоятся сделать.

Именно в этом месте национальный бизнес и банковское сообщество должны создать единую заградительную линию. В денежной революции 2016 года важна стойкость и, хоть ВЧК создавай! Рубль давно уже имеет право стать национальной денежной единицей. Общество и экономика заждались этого.

И настает время «неуслужливых» финансов. Трудное время, когда деньги становятся деньгами, когда девальвации и качание на финансовых убыточных качелях надо оставить в прошлом. Наигрались с этими штучками вдоволь, все правительства с 1991 года по наше время, все лидеры Национального банка всласть натешились своим могуществом рвать экономику на части, рубить опоры нормального бизнеса, опускать уровень жизни своего населения.

Вот и революция. Коренное изменение финансовой жизни. Никаких отрицательных ставок процентов, никаких кредитов под запретительные ставки. Разве что для экономических самоубийц. Удивляет, что финансовая полиция скромно сидит, когда берут абсолютно провальные кредиты. Когда на глазах миллионов людей предприятия доводятся до банкротства. Ни одного парламентского слушания, ни одного процесса над «убийцами в белых рубашках».

Странности такого рода нам уже непозволительны. Если идти в будущее, то с нормальными решениями. С финансовыми потоками, которые взвешены и сбалансированы. С деньгами, именно рублями, которые также трудно заработать, как и доллары.

Сами финансовые институты требуют прополки и оздоровления. Банки едва ли вызывают чувство гордости за родную экономику. Красивые офисы при отсутствии эффективной кредитной политики, опять же, вызывают настороженность. Джипы и авто не для всех – визитная карточка плохого банка. Знаю одного из директоров банковского сектора, который «присутствовал» при разорение 3-х банков (работал в них на руководящих должностях), но следил за дресс-кодом, строил квартиры и «дом в деревне».

Очень укрепил свой авторитет в собственных глазах. Но на деле именно такие банкофилы должны быть «вне игры». Восхитительная серость и посредственность, рассевшаяся в банковских офисах опустошает не только карманы наших людей, но и доверие к экономической элите страны. Социально опасная серость выросла весьма в последние годы.

Формально финансовый мир является производными, отраженным от реальной экономики. Пока у нас виртуальный интегральный «финансофил», который не работает по рыночной методологии. Прирабатывает, подрабатывает на ошибках полисимейкеров. Сам себя, по существу, банкротит в долгосрочном периоде.

С 1 июля надо закрыть дорогу неэффективным финансам. Сделать деньги полноценными. А банковский сектор будет торговать качественным товаром – белорусским рублем. И все расчеты в евро, базовых величинах, условных единицах отправить в музей белорусской экономики. Вы думаете - его нет? Посмотрите в окно – сплошь и рядом экспонаты этого музейного заведения.

Но впереди другое денежное и финансовое измерение. Иного пути не должно быть.

 

 

Новые материалы

июня 22 2017

Товарищ Шлагбаум против Зыбицкой: защищайся if you can.

Есть в центре Минска один уголок. Пока ещё есть. Попав в него, иностранцы удивляются: «Это Минск?» Уж очень привлекательна там свободная атмосфера, непринуждённость и бесшабашная…

Подпишись на новости в Facebook!