Особенности человеческого развития и способов его измерения Анализ доклада ООН «Человеческое развит

Автор  27 марта 2006
Оцените материал
(0 голосов)

Публикация «Доклада о развитии человека. Углубление демократии в фрагментальном мире» за 2002 год предшествовала крупнейшему за всю историю Организаций объединенных наций форум в Йоханнесбурге, который был посвящен проблемам устойчивого развития планеты. Эта тема является главной идеологемой не только в деятельности ООН, но и Всемирного банка, десятков международных неправительственных организаций, которые принимают активное участие в обсуждении глобальных проблем мира. За последние 20 лет можно констатировать формальную институционализацию многих международных неправительственных структур (к примеру, OSHA и Green Peace). Они явно переросли статус обычных неправительственных организаций и стали активно влиять на политику ООН, Всемирного банка, МВФ, ВТО или ОЭСР. Доклад за 2002 год является отражением не только существующих на Земле проблем, но и отражением идеологического mainstream, с позиции которого и представлен анализ развития человеческого потенциала.  

Идеологическая основа ИРЧП и концепции устойчивого развития После провала социалистической модели, глубоких системных сдвигов на европейском континенте идеология коллективизма и интервенционизма проводится под весьма привлекательными для общественности лозунгами «устойчивое развитие человечества», «ответственное поведение корпораций», «защита прав человека», в том числе экономических. Они получили развитие как отражение политики, направленной на нейтрализацию так называемой «неолиберальной гегемонии». Академическая и университетская среда Запада, которая является источником подобной идеологии, исходит из глубоко ошибочного предположения, что проблемы современного мира – бедность, высокая смертность в неразвитых странах, неграмотность, загрязнение окружающей среды, истощение ресурсов, глобальное потепление – являются следствием реализации либеральной социально-экономической политики. Многочисленные факты и анализ политики богатых и бедных стран позволяет сделать прямо противоположный вывод: мир страдает как раз от недостатка либерализма, эффективных институтов защиты частной собственности, свободной торговли и механизмов решения экологических проблем в рамках гражданского и уголовного права. Объем субсидий и дотаций в промышленно развитых странах составляют около $1 млрд. в день, т.е. в 6 раз больше, чем общий объем помощи . Гражданин бедной страны, который продает свои товары на глобальной рынке, сталкивается с торговыми барьерами в два разы выше, чем типичный гражданин из развитой страны. Рынки с/х продукции, текстиля, металлов США, ЕС, Японии прочно защищены высокими тарифными и нетарифными барьерами. В отчете секретариата ОЭСР 2000 г. указывается, что «поддержка производителям в конце 90-х вернулась на уровень 1986-88 годов», т.е. периода, который был отмечен высокой степенью протекционизма». В последнее время мы наблюдаем усиление влияния на процесс выработки политики и идеологии международных организаций представителей так называемого «железного треугольника», который состоит из правительства, большого бизнеса и профсоюзов. По мнению Дэвида Хэндерсона, профессора Центра развития ОЭСР, «они заручаются поддержкой широкого общественного мнения, которое состоит из тех, кто находится вне процесса принятия решений и чей доход и занятость не зависит от того, вопроса, по которому принимается решение» . По его мнению, существует неформальный коллективистский альянс нового тысячелетия. Он состоит из большого бизнеса, профсоюзов, НГО, журналистов, общественных фигур, религиозных, политических лидеров и чиновников, а также агентств большинства международных организаций. «Причиной силы такого альянса, широкого членства в нем является то, что ее доктрина включает в себя 3 очень привлекательные концепции: права человека, корпоративную социальную ответственность и устойчивое развитие». Кто хотел бы отрицать или ограничивать права человека? Кто предпочел бы, чтобы корпорации действовали безответственно? Кто выступил бы за развитие, которое было бы не устойчивым? Все три принципа интерпретируются в коллективистском контексте. С либеральной точки зрения расширение списка «позитивистских» социальных и экономических прав или дополнение к длинному списку резолюций ООН – это не признак успеха. Ф. Хаек говорил: «Бессмысленно говорить о праве на условие, исполнение которого не составляет ничей долг». Отчеты о человеческом развитии предыдущих лет разделяют идеологию коллективистского альянса нового тысячелетия. Так одной из основных тем доклада Human Development Report 1999 была глобализация и то, что она расширяет число жертв и потерпевших. Особый упор был сделан на негативные последствия глобализации в виде растущей маргинализации бедных стран и бедных людей, увеличивающееся неравенство и нестабильность. Воспринимаемое неравенство в доходе как внутри страны, так и между странами считается примером дискриминации. Данный тезис вкупе с алармистским консенсусом, согласно которому из-за действий человека Земля движется к экологической катастрофе, является главной идеологемой многих документов ООН, Всемирного банка и ряда экологических НГО. Они считают существующую систему несправедливой и призывают к большей интервенции государства. Страны и люди называются «лишенными», «обреченными», «исключенными из социума», «disenfranchised» (лишенными фрэнчайзинга). При этом не дается никакого пояснения этим терминам, не объясняется суть экономических процессов, которые приводят к негативным экологическим, социально-экономическим последствиям для тех или иных стран. Не достаточное внимание уделяется анализу формальных и неформальных институтов переходных стран, установлению реальных причинно-следственных связей между существующими кризисными явлениями и действиями значимых акторов (правительства, бизнеса, международных организаций, финансовых посредников). Стремление выработать некую шкалу сравнения, описать явление «устойчивое развитие», придать ему некую научность привело к разработке методологии индекса развития человеческого потенциала (ИРЧП) и дальнейшей ее популяризации. Попытка сделать рейтинг благосостояния и благополучия 173 стран мира, выявить закономерности устойчивого развития – это весьма субъективный, оценочный и релятивистский процесс. Индекс, выведенный на основе данных из 22 совершенно разных организаций мира, начиная от МВФ, ЮНИСЕФ и заканчивая Международной организацией труда и Межпарламентским союзом, не может претендовать на научность и объективность. Сегодня, когда даже к таким показателям или методикам, как ВВП или «паритет покупательной способности» предъявляется очень много претензий, выработка некого комплексного индекса, который агрегирует агрегаты, имеет явно идеологический характер. Определение уровня благополучия той или иной страны в принципе не может иметь научной основы, поскольку понятие «благополучие», «удовлетворение», «устойчивое развитие» адекватно относить к человеку, но не к концепции «государство», «регион», «страна». Поэтому именно идеология оценки разных, не связанных никакими причинно-следственными связями показателей особо важная для выработки отношения к ним и ответа на вопрос: «Можно ли на основе ИРЧП делать вывод о перспективности, социальной направленности, экологической ответственности и экономической перспективности проводимой сегодняшними правительствами политики?» Одно остается очевидным. Разработку и продвижение индекса развития человеческого потенциала можно считать удачным PR-овским ходом, при помощи которого можно привлечь внимание мировых СМИ, парламентов и правительств, НГО и бизнеса к разным общечеловеческим глобальным проблемам. Не существующие связи Когда в один индекс включаются такие факторы, как продолжительность жизни при рождении, равенство полов, доступ к питьевой воде, уровень образования и охвата начальным и средним образованием, доход на душу населения по паритету покупательной способности и десятки других более мелких показателей, то полученный результат подвержен разного рода интерпретациям. Очень легко интерпретировать значение индекса и ссылаться на не существующие причинно-следственные связи. Одной из основных проблем ИРЧП является определение доли каждого из количественных и агрегатных показателей. ИРЧП рассчитывается на основе следующих данных: ожидаемая продолжительность жизни при рождении, уровень образования, степень охвата населения образованием, ВВП на душу населения по паритету. При этом он агрегирует индексы продолжительности жизни, образования (он разбивается на два индекса) и ВВП. По мнению авторов доклада, он отражает такие параметры, как «продолжительность жизни и здоровье», «знания», «приличный уровень жизни». Индекс бедности для развивающихся стран (HPI-1) включает также такие параметры, как «доля населения, которая не имеет доступа к воде улучшенного качества», «доля детей с весом ниже нормы». Индекс бедности для выбранных стран ОЭСР (HPI-2) имеет другой состав показателей. В него включены такие факторы, как «доля населения, которые не имеют базовых образовательных навыков», «доля населения, которая живет за чертой бедности», «долгосрочная безработица». Индекс гендерного развития (GDI) агрегирует индекс равного распределения продолжительности жизни (обоих полов), образовательный индекс и индекс дохода. Измерение гендерного распределения власти призван отражать степень участия в политических и экономических процессах и системе принятия решений, а также объем полномочий по распределению ресурсов представителями обоих полов. Большинство из данных индексов и агрегатных величин является отражением долгосрочных трендов, анализ которых в краткосрочной перспективе 1 – 3 года не имеет особого смысла. Демографические, экономические, образовательные тенденции – это результат взаимодействия сотен разных факторов, как минимум, в течение последних 20 – 50 лет. ИРЧП по определению не может отражать качество нынешней социально-экономической, инвестиционной, торговой, демографической и образовательной политики. Бессмысленно обсуждать перемещение страны, скажем, с 53 на 56 или с 25 на 31 место как в краткосрочном, так и в долгосрочном периоде. Некорректная интерпретация методики подсчета ИРЧП позволяет политикам и идеологам делать прямо противоположные и часто взаимоисключающие выводы. Аморфность и субъективность, широта охвата и сильная степень агрегирования создает благоприятные условия для арбитрального установления причинно-следственных связей. Авторы Доклада 2002 утверждают, что данный труд – это «прежде всего, посвящен идее, что политика так же важна для успешного развития, как и экономика. Устойчивое сокращение бедности требует справедливого роста, но также требует того, чтобы бедные люди имели политическую власть». Не вызывает сомнений акцент на необходимость демократии, которая гораздо эффективнее обеспечивает устойчивое развитие. Но не подвергается анализу причины очевидного провала демократии в ряде стран. По мнению авторов доклада, индекс представляет собой «простую сумму измерения трех параметров концепции развития человеческого потенциала: жить долго и в здравии, быть образованным и иметь нормальный уровень жизни». Перемещение с седьмого в шестой десяток стран во второй половине 90-х расценивается официальным Минском, как подтверждение удачного цивилизационного и экономического выбора. Тот факт, что Беларусь находится по ИРЧП выше других стран СНГ, является достаточным основанием для оправдания проводимой социально-экономической политики и авторитарной модели, которая имеет серьезный дефицит демократии, блокировку принципа разделения властей и верховенство закона. Пропагандисты и идеологи Администрации президента устанавливали не существующие в природе причинно-следственные связи. Они приписывают себе все то хорошее, что поднимает белорусский ИРЧП, и списывают на политических оппонентов и противников советской идеологии те факторы, по которым наша страна заметно отстают от других. И без глубокого анализа понятно, что количество врачей и учителей, детская смертность и число инвалидов и больных тяжелыми заболеваниями, включая СПИД, доступ к питьевой воде, количество коек в больницах и школьных парт – это не результат системных реформ А. Лукашенко на протяжении последних 8 лет. Как позитивные, так и негативные (прежде всего, серьезнейшие структурные искажения и диспропорции) результаты десятилетий развития нашей страны в рамках СССР будут еще долго определять уровень ИРЧП в нашей стране. Более того, кто бы ни был главой Беларуси в следующие 10 лет, он все равно не сможет резко улучшить или ухудшить долгосрочные демографические и социальные тренды, совершить скачок в рейтинге ООН на 30 – 40 позиций. Их анализ имеет некий смысл лишь во временном интервале 20 – 30 лет. Вывод официального Минска о перспективности проводимой им политики на основании индекса развития человеческого потенциала в существующей системе острого дефицита демократии противоречит духе и букве самого Доклада-2002. В нем указывается, что в 1980-ых и 1990-ых 81 страны значительно продвинулись по пути демократии, и сегодня в 140 из 200 стран проводятся многопартийные выборы. «Глобализация приводит к еще большей взаимозависимости, но мир кажется еще более разделенным и фрагментированным на бедных и богатых, тех, кто имеет власть и кто ее не имеет, тех, кто приветствует новую экономику и тем, кто приветствует другой путь.. С точки зрения экономики, политики и технологии мир никогда не казался более свободным или более несправедливым» . Тезис о том, что мировая экономика развивается слишком медленно, что бедные все равно остаются бедными, перекликается с призывом сделать что-то. Как правило, это «что-то» имеет форму государственного вмешательства в процесс распределения ресурсов как на национальном, так и на наднациональном уровне. В последнем случае институтами для выполнения таких функций, очевидно, рассматриваются ООН и Всемирный банк. Одной демократии мало Ни один автор Доклада-2002 не взял бы на себя ответственность объяснять относительно высокое 56-е место Беларуси сегодняшней социально-экономической политикой государственной власти. В этом году основной тезис проекта прост и понятен: «политика так же важная для успешного развития, как экономика». С этой политологической аксиомой согласится левый и правый, либерал, и социал-демократ. Главная проблема заключается в том, как снижать количество бедных людей, как добиться высоких темпов экономического роста и накопления богатства, как обеспечить бедным людям защиту от тех богатых, которые при помощи органов государства лишают их возможности вырваться из нищеты. ООН считает, что наделение бедных людей политической властью, построение «сильных и глубоких форм демократического управления на всех уровнях общества» является лучшим способом добиться последовательного развития человеческого потенциала. В ответ критикам этой точки зрения и сторонникам «управляемой демократии» в переходных, развивающихся странах, ООН отвечает, что демократия не хуже других форм правления обеспечивает экономический рост и обеспечивает выполнение социальные потребностей граждан, особенно во время кризисов. При этом многие страны, которые стали демократическими, (их число за последние 15 лет увеличилось до 140) переживают разочарование и отчаяние. В Докладе отмечается, что правительства этих стран не смогли обеспечить своим гражданам рабочие места, предоставить необходимые социальные услуги, гарантировать физическую безопасность. В результате имел место откат к авторитарным методам управления. Манипуляция выборами, изменение конституции, отказ от принципа разделения властей – все это имело место в десятках стран мира. Даже при формальном сохранении демократических процедур во многих странах отмечается нарушение прав меньшинства и политической оппозиции. По результатам одного из опросов «Гэлоп Интернэшнл» (50 тысяч респондентов во всем мире) только один из десяти жителей мира считает, что правительство выражает интересы народа. К сожалению, эксперты ООН при дискуссии о бедности и социальных пороках практически не уделяют внимания экономической свободе, правам частной собственности и свободной торговле, не объясняют причин глубокого разочарования людей концепцией «большого государства». В индексе развития человеческого потенциала этим факторам не уделяется достаточного внимания. Создается впечатление, что демократия чуть ли не автоматически должна решить проблемы бедных стран. Мы легко можем назвать несколько десятков демократических стран, которые на протяжении десятилетий не могут вырваться из группы «развивающихся». При этом нет ни одной страны мира, которая бы имела высокий индекс экономической свободы и оставалась бы бедной. Невозможно найти государство, которое бы на государственной собственности построило свое благосостояние. Недооценка этих факторов – это основной недостаток «Доклада-2002». Частные экономики не воюют и не голодают 127 государств, в которых живет 34% населения мира, развивались медленнее 3,7% в год или вообще сокращали ВВП. Тем не менее, авторы Доклада отмечают, что доля людей, живущих в предельной нищете, сократилась с 29% в 1990 году до 23% в 1999 г. Опять же существует прямая зависимость между индексом экономической свободы и темпами экономического роста, но информации об этом в Докладе нет. Второй важнейшей проблемой мира, по мнению экспертов ООН, является детская смертность. 81 страна мира (более 60% населения Земли) не смогут выйти на заданный ООН рубеж по сокращению этого показателя к 2015 году. Зоной бедствия является Африка, одновременно экономически самый несвободный континент. К тому же, данный регион по-прежнему представляет собой арену боевых действий. В целом в мире в 1990-ых 3,6 млн. людей погибло в гражданских войнах и «только» 220 тысяч (сокращение на 2/3 по сравнению с 1980-ыми годами) – в конфликтах между государствами. Количество беженцев увеличилось на 50%. Случаи, когда бы экономически свободные страны, считающие священной частную собственность, воевали бы друг с другом, историей не зафиксированы, но эту причинно-следственную связь авторы Доклада также забыли указать. ООН отмечает, что при сохранении сегодняшних темпов экономического развития мир справится с голодом только через 130 лет. Чтобы сократить на половину число людей, живущих на $1 в день, надо обеспечить ежегодный экономический рост в развивающихся странах в 3,7%. За последние 10 лет это удалось только 24 странам, включая Китай и Индию. При этом Китай с уровнем налогов в ВВП чуть больше 10% развивался гораздо быстрее. В 1975 году доход китайца составлял 1/21 дохода среднестатистического показателя по ОЭСР, а в 2000 г. – уже 1/6, в то время как более социализированная Индия сократила отставание только с 1/14 до 1/10.     Для понимания концепции устойчивого развития, роли государства в этом процессе напомним о выводах одного исследования, которое было проведено Всемирным банком . Эксперты проанализировали экономические и экологические аспекты политики Китая, Коста-Рики, Ганы, Индонезии, Мексики, Марокко, Филиппин, Польши, Шри-Ланки, Туниса и Зимбабве. Один из выводов данного исследования заключается в том, что внутренняя экономическая политика имеет огромное значения для обеспечения устойчивого развития. Самыми благоприятными для природы формами государственного поведения были «изменение обменного курса или ставки рефинансирования, сокращение дефицита бюджета, рыночная либерализация, открытие страны для внешней торговли, усиление роли частного сектора, усиление правительства и рыночных институтов вкупе с рыночной ценовой политикой в области промышленности и сельского хозяйства». С другой стороны, «во многих развивающихся странах неуместные попытки стимулировать развитие отдельных регионов или секторов создало целый ряд проблем, искажений на товарном, секторальном, макроэкономическом уровне, в структуре цен. В результате чего имела место экономическая неэффективность системы, стагнация, которая ведет к чрезмерной эксплуатации ресурсов и загрязнению окружающей среды». Авторы исследования посчитали, что, как минимум, 30% всего объема загрязнения Китая – это результат не эффективных механизмов плановой экономики . И проблема не только в субсидиях. Проблема в самой природе социализма. Экономист Майкл Бернстам представил убедительное количество доказательств того, что свободный рынок используют энергию и природные ресурсы более эффективно, чем социалистические экономики . Как заметили эксперты Pearce и Warford «централизация власти означает признание деградации окружающей среды» . Социалистическая система представляет собой серьезную угрозу для устойчивого развития и с/х производства. Государственная интервенция усиливает неуверенность в плане реализации прав собственности и выполнения контрактных обязательств, что также имеет негативный эффект на окружающую природу. После того, как жители трущоб в Индонезии получили права собственности на свои жилища, инвестиции домашних хозяйств в инфраструктуру гигиены утроились. Второй вывод исследования заключается в том, либерализация вкупе с промышленными субсидиями может привести к негативным для окружающей среды последствиям. Принятие мер по стимулированию экспорта или программы либерализации торговли без отмены субсидий и экономических преференций по использованию различных природных ресурсов ведет к их чрезмерной эксплуатации. Экономическая либерализация вкупе с плохой отчетностью по экологическим стандартам государственных предприятий, неадекватной реализацией прав собственности или слабым финансовым посредничеством склонны к искажению стимулов по эффективному управлению ресурсов. Третий вывод – «меры, направленные на достижение макроэкономической стабилизации направлены также на получение пользы для окружающей среды». К примеру, высокие процентные ставки, которые имеют место во время экономических кризисов, сильно подрывают устойчивость производства. Инфляция также резко сокращает стоимость произведенных и не проданных товаров (по фиксированных ценам). Активная монетарная и фискальная политика в последние десятилетия были самыми главными причинами недооценки интересов будущих поколений, поскольку удерживались чрезвычайно высокие процентные ставки. Налоговая политика также имеет серьезное влияние на справедливость между поколениями. Так подоходный налог стимулирует текущее потребление. Он приводит к двойному налогообложению (самой суммы дохода и потом процентов по ним). Четвертый вывод экспертов Всемирного банка заключается в том, что во многих развивающихся странах, даже в развитых странах, нет институциональных возможностей для введения и применения законодательства по охране окружающей среды, на котором настаивают зеленые. Регулирование большого количества потенциально опасных для экологии производств требует огромных ресурсов и знаний. Поэтому использование рыночных механизмов гораздо предпочтительней и дешевле. Пятый вывод из исследования заключается в том, что различные программы либерализации могут иметь и негативный эффект, но только краткосрочный на различные природные ресурсы (за счет снижения способности государства контролировать использование этих ресурсов бедными). И еще один вывод исследования – экономическая либерализация ведет к экономическому росту, который, в свою очередь «генерирует новые экономические возможности и источники для благосостояния, что повышает эффективность борьбы с бедностью и снижает давление на окружающую среду». Республика Беларусь, проводя сильно интервенционистскую политику, повторяет ошибки десятков развивающихся стран, которые декларировали приверженность экологической политике и стремились обеспечить устойчивое развитие путем введения ограничений на торговлю и обмен капиталом и ресурсами. Ограничение белорусским правительством прав собственности, недооценка необходимости построения формальных и неформальных институтов рыночной экономики, консервация искусственной (т.е. не рыночной) структуры производства и занятости, резкое ограничение демократии и институтов гражданского общества – все это блокирует устойчивое развитие страны сегодня и резко снижает потенциал страны в будущем.
   
Скрытая симпатия к Марксу
Одним из основных идеологем ООН является проблема неравенства доходов. Доклад отмечает позитивное влияние глобализации, но противопоставляет «богатство новых экономических возможностей» с нищетой 2,8 млрд. землян, которые по-прежнему живут менее чем на $2 в день. Доклад не утверждает, что 1% богатых мира, которые имеют такой же ежегодный доход, как 57% людей всего земного шара, являются причиной бедности, но призывы к более справедливому распределению звучат, опять же без четкого описания механизмов распределения и указания на то, каким образом происходит «эксплуатация» бедных богатыми в рамках одной страны и бедных стран богатыми в рамках глобальной экономики. Муссирование того факта, что 5% самых богатых людей мира имеет доход в 114 раз выше дохода 5% самых бедных вряд ли способствует созданию атмосферы дружбы и взаимопонимания между странами «первого» и «третьего» мира, зато эффективно подпитывает марксову теорию классовой ненависти и эксплуатации. Очевидно, коллеги К. Аннана, не допустили бы, чтобы политические партии США тратили на президентские и парламентские выборы в 2002 г. более $1 млрд. в то время как сотни тысяч человек ежегодно умирает от СПИДа. Международные чиновники с удовольствием бы взяли на себя ответственность строить «современные институты» в бедных странах на деньги налогоплательщиков из государств «Большой семерки». Только вот гарантий в успехе такого проекта никто дать не может. Бедные страны Африки, Индия и Китай не имеют адекватных институтов для эффективного управления ресурсами органами государственного управления. При этом у них нет реальных механизмов воздействия на богатые страны, которые путем высоких тарифных и нетарифных ограничений, т.е. торгового протекционизма, разрушает рабочие места в тех странах, куда потом направляет помощь. Этот аспект справедливо отмечен в Докладе, но критика основных меркантилистов мира (ЕС, Япония и США) выглядит очень мягкой. ООН призывает строить в бедных странах институты государства, общества и рынка. Но как можно это делать, к примеру, в типично социалистической Северной Корее, в которой с 1995 года около 2 млн. человек (10% населения) умерло с голода? В 1958 – 1961 гг. транснациональные корпорации также не воевали с Китаем, правительство которого в этот период приговорило 30 млн. человек к голодной смерти. К сожалению, ООН четко не указывает на социалистическое, тоталитарное государство, как на важнейшую причину нищеты, голода и правовой незащищенности гражданина. Представители данной организации по-прежнему верят в то, что государство в бедных странах может эффективно создавать рабочие места, подменять рынок в системе образования и здравоохранения и бороться с нищетой высокими налогами, регулированием цен, торговым протекционизмом и обязательными государственными программами социальной помощи. Пример белорусской экономической политики нам наглядно показывает, что устойчивое развитие страны на идеологических догмах авторитаризма и централизованного распределения капитала и ресурсов не обеспечишь. Доклад также делает важный акцент на важность развития гражданского общества. В 1914 году в мире работало 1083 неправительственные организации. К 2000 г. их было уже более 37 тысяч, причем почти 20% были образованы в 1990-х. К примеру, Индия имеет более 1 млн. НГО, Бразилия - - 210 тысяч. Темпы роста третьего сектора в Индии значительно опережают темпы роста ВВП. НГО развитых стран ежегодно получают 7 млрд. международной помощи, причем многие государства находятся в зависимости от дотаций на протяжении десятилетий. Данные факты являются свидетельством не только роста сознательности богатых, но и того, что правительства стран Запада наделили НГО особым налоговым статусом, который позволяет скрывать доход и платить меньше налогов. Общеизвестно, что многие организации третьего сектора превратились в своеобразные бизнесы с огромной лоббистской силой. Учет только численности НГО безотносительно от эффективности их работы, возможности третьего сектора влиять на политику правительства может свидетельствовать не о пути к устойчивому развитию, а, возможно, об особом интересе доноров к данной стране в данных исторический период. Развитие гражданского общества является необходимым условием для обеспечения устойчивого развития, усиления человеческого потенциала, но в авторитарной стране сами НГО не могут подменить деятельность государства, которое несет ответственность за создание законодательного фундамента политической и социально-экономической модели. Содержательный характер деятельности третьего сектора, его идеология, характер взаимоотношений с органами власти и бизнесом имеют решающее значение в определении его значения для устойчивого развития. «Лицо» Беларуси

Назовем основные оценки, которые получила Беларусь в рамках данного исследования. По «субъективным индикаторам качества управления» Беларусь имеет следующие оценки: по «государственному устройству» оценка минус 7 (как и Куба и Ливия), по «гражданским свободам» и «политическим правам» - 6 (по шкале от 7 до 1, где 1 – максимальная свобода). По «свободе прессы» Беларусь имеет 80 баллов по шкале от 100 до 0 (самая свободная), по «законности и порядку» - 4 (по шкале от 0 до 6, где 6 – лучшая оценка), по «эффективности госуправления» - минус 0,99 (по шкале от –2,5 до +2,5 -  показатель высшего качества). Средняя продолжительность жизни в Беларуси составляет 68,5 лет, ВВП на душу населения по паритету покупательной способности - $7544, а значение ИРЧП составляет 0,788 (в 1990 г. было 0,809, т.е. за последние 12 лет наблюдается незначительное ухудшение на 2,6%). У нас 100% людей имеет доступ к улучшенным источникам питьевой воды, на 100 тысяч населения приходится 443 врача. В среднем взрослый белорус выкуривает 2043 сигареты в год. Беларусь имеет очень хорошие оценки по системе образования, расходуя на нее 5% ВВП. За последние 10 лет по ИРЧП мы так и не догнали Литву, Эстонию и Латвию, которые в отличие от нас имеют положительную динамику данного индикатора. Снизу Беларуси активно подпирает Китай, который улучшил свой ИРЧП на 16%. Качество проводимой сегодня социально-экономической политики индекс учитывать не может по определению. В целом в Докладе противники глобализации найдут для себя гораздо больше аргументов, чем сторонники свободного рынка и торговли. Идеологически ООН все еще остается под влиянием социалистических романтиков и утопистов, которые верят в способность чиновников нейтрализовать так называемые «провалы» рынка. Многие отмечают необходимость реформ Организации объединенных наций, только вот плана превращения данного международного дискуссионного клуба в более эффективную, финансово прозрачную, действенную структуру пока нет. Достижения человечества
-    С 1990 г. 800 млн. людей получили доступ к более качественной питьевой воде, 750 млн. улучшили санитарно-гигиенические нормы;
-    С 1970 по 2000 г. детская смертность у детей до 5 лет сократилась с 96 до 56 на 1000 новорожденных;
-    С 1990 по 1998 г. охват детей начальным образованием вырос с 80% до 84%;
-    С 1980 года 81 страна значительно продвинулась по пути к демократизации. 33 военных режима были заменены гражданскими правительствами;
-    В 140 из почти 200 стран мира проходят многопартийные выборы;
-    В 125 странах мира (62% населения) имеет свободную прессу;
-    С 1970 по 1996 г. число ежедневных газет в развивающихся странах увеличилось более чем в 2 раза, с 29 до 60 экземпляров на 1000 человек, число телевизионных станций увеличилось в 16 раз. Поражения человечества
-    к концу 2002 г. почти 22 млн. человек умерло от СПИДа, 13 млн. людей потеряли от этой болезни одного или двух родителей. 40 млн. человек живут с вирусом иммунодефицита. Из них 90% живет в развивающихся странах;
-    каждый день более 30 тысяч детей в мире умирает от излечиваемых болезней;
-    100 млн. женщин считаются пропавшими по причине детоубийства и селективных абортов;
-    ежегодно 500 тысяч женщин умирают в процессе деторождения или во время беременности;
-    113 млн. детей школьного возраста не ходят в школу. 97% из них живут в развивающихся странах;
-    из 854 млн. неграмотных 544 млн. составляют женщины;
-    В 2001 г. 37 журналистов погибли при исполнении своих обязанностей, 118 были брошены в тюрьмы, более 600 подверглись физическому насилию или запугиванию;
-    Гражданин бедной страны, который продает свои товары на глобальной рынке, сталкивается с торговыми барьерами в два разы выше, чем типичный рабочий из развитой страны;
-    С/х субсидии в промышленно развитых странах составляют около $1 млрд. в день, т.е. в 6 раз больше, чем общий объем помощи.
 

Индекс развития человеческого потенциала 2002 г.

Страна

Ожидаемая продолжительность жизни при рождении

ВВП на душу населения по ппп 2000 г.в $

Индекс образования

ИРЧП в 2002 г.

ИРЧП в 2000 г

1. Норвегия

78,5

29918

0,98

0,942

0,901

6. США

77

34142

0,98

0,939

0,914

33. Чехия

74,9

13991

0,89

0,849

0,835

37 Польша

73,3

9051

0,94

0,833

0,792

42 Эстония

70,6

10066

0,95

0,826

0,822

49 Литва

72,1

7106

0,93

0,808

0,816

55 Куба

76

Нет данных

0,9

0,795

Нет данных

56. Беларусь

68,5

7544

0,92

0,788

0,809

60. Россия

66,1

8377

0,92

0,781

0,824

80 Украина

68,1

3816

0,92

0,748

0,795

96. Китай

70,5

3976

0,8

0,726

0,625

105 Молдова

66,6

2109

0,9

0,701

0,759

Источник: «Доклад о человеческом  развитии за 2002 год.

 

Лучшие и худшие страны по Индексу развития человеческого потенциала ООН. Сравнение с индексом экономической свободы CATO

Страна

Место по ИРЧП

Ожидаемая продолжительность жизни при рождении

ВВП на душу населения по ппп 2000 г.в $

Место по индексу экономической свободы CATO

Индекс эконом. свободы

Норвегия

1

78,5

29918

24

7,3

Швеция

2

79,7

24277

19

7,4

Канада

3

78,8

27840

8

8,0

Бельгия

4

78,4

27178

15

7,5

Австралия

5

78,9

25693

8

8

США

6

77

34142

3

8,5

Исландия

7

79,2

29581

11

7,7

Голландия

8

78,1

25657

8

8

Япония

9

81

26755

24

7,3

Финляндия

10

77,6

24996

11

7,7

Сьерра Леоне

173

38,9

490

109

5

Нигер

172

45,2

746

97

5,5

Бурунди

171

40,6

591

92

5,6

Чад

166

45,7

871

92

5,6

Центр афр. Респ-ка

165

44,3

1172

109

5

Мали

164

40

615

92

5,6

Малави

163

40

615

116

4,7

Рванда

162

40,2

943

101

5,3

Бенин

158

53,8

990

82

5,8

Кот Д’ивуар

156

47,8

1630

80

5,9

Источник: «Доклад о развитии человека» за 2002 год., «Экономическая свобода мира: 2002 г. годовой отчет» CATO, Frazer Institute

 

Самые экономически свободные и несвободные страны мира. Сравнение с индексом развития человеческого потенциала ООН.

Страна

Место по индексу экономической свободы

Индекс экономической свободы

Место по ИРЧП

Индекс ИПРЧ

Гонконг

1

8,8

23

0,888

Сингапур

2

8,6

25

0,885

США

3

8,5

6

0,939

Британия

4

8,4

13

0,928

Новая Зеландия

5

8,2

19

0,917

Швейцария

5

8,2

11

0,928

Ирландия

7

8,1

18

0,925

Австралия

8

8,0

5

0,939

Голландия

8

8

8

0,935

Канада

8

8

3

0,940

Финляндия

11

7,7

10

0,930

Конго

123

3,2

155

0,431

Мьянмар

122

3,3

127

0,552

Гвинея Бисау

121

3,8

159

0,414

Алжир

120

4,1

106

0,697

Беларусь

120

4,2

56

0,788

Украина

119

4,5

80

0,748

Того

116

4,7

141

0,493

Россия

116

4,7

60

0,781

Малави

116

4,7

163

0,400

Зимбабве

114

4,8

128

0,551

Румыния

114

4,8

63

0,775

Источник: «Доклад о развитии человека» за 2002 год., «Экономическая свобода мира: 2002 г. годовой отчет» CATO, Frazer Institute

 

Рейтинг бывших соцстран по индексу экономической свободы и по Индексу развития человеческого потенциала

Страна

Место по индексу экономической свободы

Индекс экономической свободы

Место по ИРЧП

Индекс ИПРЧ

Эстония

35

7,1

42

0,826

Чехия

38

7

33

0,849

Латвия

47

6,8

53

0,800

Венгрия

51

6,7

35

0,835

Литва

60

6,5

48

0,808

Словения

73

6,1

29

0,879

Словакия

82

5,8

36

0,835

Польша

89

5,7

37

0,833

Хорватия

92

5,6

48

0,809

Албания

97

5,5

92

0,733

Болгария

97

5,5

62

0,779

Румыния

114

4,8

63

0,775

Россия

116

4,7

60

0,781

Украина

119

4,5

80

0,748

Беларусь

120

4,2

56

0,788

Источник: «Доклад о развитии человека» за 2002 год. «Экономическая свобода мира: 2002 г. годовой отчет» CATO, Frazer Institute

 

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!