МВФ вывел формулу Неудач и проблем белорусской экономики

Автор  27 марта 2006
Оцените материал
(0 голосов)

Можно по-разному оценивать роль Международного валютного фонда в Аргентине и России, Турции и Мексике. Политика МВФ в отношении Беларуси остается последовательной, рациональной и прагматичной. На основании опубликованных в конце февраля 2002 г. Фондом двух серьезных докладов по состоянию экономики в нашей стране, можно сделать три главных вывода: 1) правительство РБ не готово получать кредиты международных организаций, 2) достижения в валютно-денежной сфере эфемерны и не подкреплены адекватными мерами в сфере финансовой стабилизации и либерализации, 3) МВФ отказывается быть донором для страны, которая отвергла рынок в пользу плана. 

Так растем или падаем?

23 января 2002 года, выполняя требования статьи IV устава МВФ, Исполнительный совет Фонда завершил консультации с Республикой Беларусь. Это ежегодная процедура, которая предполагает посещения экспертами фонда страны, сбор и обработку информации и дальнейшее ее обсуждение с официальными лицами. На основании услышанного и увиденного управляющий директор МВФ посылает правительству страны доклад, который описывает отношение фонда к социально-экономическим процессам. Напомним, что в прошлом году фонд провел программу мониторинга, которая не завершилась началом переговоров по выделению кредитов stand-by. С тех пор прошло уже почти полгода, а позиции МВФ и Беларуси по принципиальным позициям не сблизились ни на йоту. Международных экспертов не обведешь вокруг пальца 4-процентным ростом ВВП. Они ему знают цену, поэтому и утверждают, что за ним скрывается «замедление экономической активности, которое выражается через рост запасов не реализованной продукции, объема не денежных операций, внутренней задолженности, низким уровнем прибыли и инвестиций, а также в снижающейся конкурентоспособности». Обратим внимание еще на один цифровой ряд. МВФ оценивает долларовый ВВП Беларуси в 2000 г. в $ 12 млрд. 728 млн. (в 1998 г. было аж $ 15,12 млрд.). Достаточно консервативный подсчет валового продукта в 2001 г. в долларах США дает нам цифру максимум в $12,1 млрд. Получается, рублевый рост ВВП в 4,1% эквивалентен падению на 5% в долларовом выражении. А по сравнению с 1998 годом наша экономика в долларовом выражении сжалась на целых 20%! Вот вам еще один яркий пример магии курсов и методики подсчета.

Монетарное «А», фискальное «Б», структурное «Фе»

Среди позитивных мер Фонд отметил снижение инфляции, удержание единого курса в режиме номинального якоря к российскому рублю, улучшение счета текущих операций, увеличение резервов (они все-таки не покрывают месячного объема импорта), некоторую ценовую либерализацию, а также определенные подвижки в структурных реформах. Этот позитив ласкает ухо, прежде всего, представителей Нацбанка, но бездействие или во многих случаях противодействие стабилизационным мерам Минфина и других министерств, выполняющих указания сверху, успешно нейтрализовали все то хорошее, что было сделано. Рост реальной зарплаты, не подкрепленный увеличением производительности труда, «оказал негативное воздействие на прибыльность предприятий, инвестиции и бюджет». Политика административного повышения заработной платы «может поставить под угрозу перспективу обеспечения экономического роста на среднесрочную перспективу». За 2001 г. дефицит бюджета увеличился в 3 раза, «долги по бюджетному финансированию и по уплате налогов начали накапливаться с начала года, особенно на местном уровне». Как известно, только сбалансированными монетарно-фискальными мерами можно обеспечить успех экономических реформ. Сказав монетарное «А», правительство не решилось сказать фискальное «Б», даже не тронув проблемы структурных реформ. В этом контексте директора МВФ «посоветовали властям пересмотреть параметры фискальной политики и ее цели в 2002 году для того, чтобы привести фонд заработной платы в соответствие с динамикой производительности труда в экономике. В противном случае будет существовать угроза дальнейшего роста задолженности, давления на бюджет, предприятия, банки, а также усилятся ожидания ослабления монетарной политики». Это весьма точный прогноз, который, к сожалению, полностью сбывается в первом квартале 2002 г. Осталось дождаться неизбежного удешевления денег для госпредприятий и банков, множественности курсов – и Беларусь в третий раз наступит на одни и те же грабли. МВФ особо подчеркнул, что «рациональная фискальная политика является основой успешной, вызывающей доверие политики обменного курса». Смысл этой простой аксиомы пока не дошел до тех людей в белорусском правительстве, которые принимают решения. А, может, и дошел, но боязнь реформ и не возможность тотального административного контроля ситуации после их проведения парализуют волю и заставляют выбирать давно дискредитировавшую себя политику.

Специалисты фонда почему-то считают позитивным принятие нового инвестиционного кодекса, который, по их мнению, «предоставляет новые гарантии для внутренних и иностранных инвестиций». Не понятно, как можно было сформировать такую точку зрения на документ, который в очередной раз подтверждает норму внесудебной конфискации имущества компании по решению чиновника не самого высокого уровня. Очевидно, МВФ посчитал, что любой документ вместо отмененного Декрета №40 – это просто благо, и поспешил заявить, что это и есть признак приверженности белорусской власти структурным реформам. Однако данное положение следует рассматривать не как кредит доверия правительству, а как попытку стимулировать проведение реальных структурных реформ. «Директора выразили озабоченность сохранением высоких рисков в среднесрочной перспективе. Они отражают наличие структурных дисбалансов в реальном секторе. Их нужно решать без промедления, чтобы сохранить позитивные тенденции в сфере стабилизации и либерализации».

А была ли тенденция?

В решениях правительства трудно разглядеть тенденцию, т.е. серию последовательных, целенаправленных мер для построения рынка. Отмену нескольких указов и постановлений можно записать в актив экспертов МВФ, политиков из России и здравомыслящего компонента в структурах белорусской власти. Но некой системы, плана что ли, здесь нет. Иначе, зачем было блокировать сделку по «Крынице»? Это к вопросу о правах собственности. Зачем заставлять «Азот» или «Беларуськалий» продавать удобрения колхозам по цене на 70% ниже себестоимости? Зачем запрещать тому же «Азоту» экспортировать удобрения в течение марта – мая, когда на них в это время существует самый высокий спрос на мировом рынке? Это к вопросу о сокращении государственного вмешательства в экономику. Зачем освобождать «Брестский электроламповый завод» до конца 2003 года от уплаты таможенной пошлины и НДС на сырье и комплектующие и давать «Брестскому электромеханическому заводу» отсрочку по уплате задолженности в бюджет и государственные бюджетные фонды в течение 2003 года? Зачем заставлять банки выдавать этому предприятию кредиты на выплату зарплаты? Это к вопросу о равных условиях хозяйствования и самостоятельности банков. Зачем «предписывать» ОАО «Мотовело» выпускать шесть мотоциклов для пинской команды «Автомобилист» по мотоболу, если расчетная цена такого мотоцикла (кстати, копированного с испанской модели фирмы GAS-GAS) гораздо выше, чем качественного западного аналога? Это к вопросу о вмешательстве бюрократии в работу предприятия. Зачем заставлять Совмин и Нацбанк «решать вопрос финансирования» ПО «Гомсельмаш» для производства и закупок зерноуборочных комбайнов? Это к вопросу о реформировании банковского сектора, сохранения вкладов населения и закрепления достижений в монетарной сфере. Таким образом, на каждое предостережение МВФ правительство дружно отвечает принятием мер прямо противоположного рекомендуемым характера.

Наивно полагать, что советы международных экспертов обеспечить прозрачность финансовых потоков, включая президентский и другие внебюджетные фонды, как можно скорее перейти на международные нормы измерения выпуска промышленной продукции будут услышаны. Когда экономический рост обеспечивать нечем и не за что, когда не то, что на инвестиции – на зарплату денег катастрофически не хватает, статистические манипуляции остаются чуть ли не единственным инструментом для создания иллюзии благополучия и процветания. Поэтому причины, по которым МВФ «не мог поддержать финансовую программу властей на 2002 г.» понятны. Беларуси осталось рассориться с российскими инвесторами по поводу приватизации предприятий «Белнефтехима», убедительно «попросить» «Газпром» и РАО ЕЭС профинансировать посевную и можно будет уверенно заявить, что правительство сделало все возможное для экономической самоизоляции страны.

 

 

 

Подпишись на новости в Facebook!

Новые материалы

мая 25 2017

Адвокаси Кэмп интеллектуальных и гражданских активистов 2017

Мир наизнанку. Параметры нового нормального   Аналитический центр «СТРАТЕГИЯ» Научно-исследовательский центр Мизеса Время: 21 июля (пятница) – 25 июля (вторник) 2017г. Место: комфортный пансионат на…