Государственное регулирование 374

А. Лукашенко вышел в свет с очередным посланием Национальному Собранию и народу Беларуси. Внимательный анализ документа позволяет лучше понять, что происходит в кабинетах. Простой белорусский человек, промышленник, аграрий, торговец – все ожидают перемен. Запад рассчитывает на переход к благоразумию. Россия во главе в новым энергичным президентом также не склонна переливать из пустого в порожнее. Ожидание затягивается. Нервы напряжены. Свои и российские ресурсы изрядно истощены. Перемены неизбежны. Все понимают, что они могут начаться только с реформы одного человека, который раздал кучу обещаний и взвалил на себя тяжелый груз ответственности.  


После последней установочной лекции А. Лукашенко и общей фотографии члены Палаты Представителей-I (ПП) закончили четырехлетнюю придворную службу. В период необходимости системных экономических реформ парламент может либо значительно ускорить, поддержать преобразования, служить своеобразным толкачом, катализатором, либо всячески сдерживать приход нового, быть тормозом. Белорусская Палата не была ни первым, ни вторым, потому что для влияния на экономические процессы необходима значимая институциональная роль. Главные Оскары получают всегда лучшие актер и актриса. Есть еще награды за роль второго плана. Эпизодически появляющиеся на сцене артисты из массовки не представляют интереса ни для кинокритиков, ни тем более для зрителей.  


На прошлой неделе А. Лукашенко принимал отчет правительства. Вроде бы традиционное, рутинное мероприятие для поддержания вертикали в боевом состоянии. Ан, нет, тревога витала в воздухе. Неудовлетворенность и неуверенность АГ, скрытая злоба и легко заметное раздражение уязвимым положением правительства и отраслевых концернов. Довольных почти не осталось. Село требует свыше 1 млрд. Usd - ему предлагают поискать в своих сараях и сусеках. Промышленность домогается оборотных средств – ей говорят о святом долге чуть ли не бесплатной поставки техники, удобрений и топлива. Строительству нужны бюджетные деньги в виде почти дармовых кредитов для почти социально не защищенных получателей квартир. Экспорт пытаются стимулировать все, придушив одновременно импорт, цены и банки. Кулуарные нарекания чиновников и директората постепенно трансформируются в публичные пререкания с АГ, что еще недавно было немыслимо. Вера в благие намерения без твердого подкрепления профессионально разработанными бизнес-планами улетучивается. Администрация и правительство надеются на чудо. «Чудо» не знает, с какой стороны взяться за разлетающуюся в разные стороны централизованную социалистическую экономику. Склеить нельзя, не склеить – опасно. В такой атмосфере проходил отчет правительства по результатам работы экономики в 2000 году.  


Вторая предвыборная программа первого президента за 7 лет не изменилась На втором Всебелорусском народном собрании была свобода слова. Для того чтобы ею насладиться, надо было сделать совсем немного: пройти через горнило назначения на местном уровне, убедить вертикальщиков и идеологов, что оппозиционной ереси и критического настроения к власти у тебя нет, записаться заранее выступить в прениях, подготовить доклад и утвердить его, а потом – шаляй-валяй. Полная свобода слова. Немногие имели право отрываться от бумажки и позволять себе вольнодумство. Экономическую политику прошлого и планы на будущее можно было критиковать только в рамках «социально ориентированной экономики рыночного типа». Впрочем, это была первая такая массовая встреча кандидата в президенты со своим потенциальным электоратом. Причем проведена она была не за счет добровольных пожертвований, а за счет бюджета.
 


Весна на носу. Стрелочники полетели с насиженных мест. Только на белорусском экономическом Олимпе миграция имеет обратное направление: с "теплых" номенклатурных кабинетов в … немилость к А. Лукашенко, в тюрьму либо небытие? На почетную пенсию с грамотой и благодарностью или в ссылку на дипломатическую службу? Для экономической политики Беларуси абсолютно безразлично, что будет лично с С. Лингом. Он не был фигурой знаковой, мощной, влиятельной настолько, чтобы говорить об этапе Линга, о выборе целостной последовательной модели развития Беларуси. Полное согласие с позицией А. Лукашенко, М. Мясниковича, И. Титенкова, И. Долголева и иных влиятельных лиц с бывшей и теперешней обоймой власти. Более того, очень трудно найти отличие в макроэкономических взглядах всех белорусских премьеров, включая В. Кебича и М. Чигиря. Винегрет марксистских штампов, общих схем из стандартного учебника по "Экономикс" 80-го года издания и обрывки парадигм (часто несовместимых) перехода от социализма к рынку, от тотального госрегулирования к мягкой модели народного капитализма с человеческим лицом и "видимой" рукой государства. В Беларуси никогда еще не было принципиальной содержательной смены премьер-министра, смены команд, имеющих свои твердые убеждения на предмет реформирования экономики. В Чехии, Польше, Эстонии и других более продвинутых странах сторонники быстрых системных реформ сменялись приверженцами политики "мягкой посадки". Сторонники тотальной приватизации заменялись на тех, кто считает, что и государственные предприятия могут успешно конкурировать в глобализирующемся рынке. Правого кейнсианца Е. Гайдара сменил "красный директор" В. Черномырдин, на место монетариста Л. Бальцеровича пришел сторонник теории спроса Г. Колодко. Через некоторое время они опять поменялись местами. Принадлежность к определенной экономической школе, течению делает экономиста прогнозируемым для международных и отечественных экспертов. Это очень важно для формирования рациональных ожиданий для всех экономических субъектов, особенно иностранных инвесторов и представителей транснациональных корпораций (ТНК).  


Когда вы неправильно выставляете громкость, то индикатор зашкаливает на красную зону. Когда вы перегреваете двигатель машины, то положение стрелки в красном секторе указывает на опасность. Что бы вы ни делали, есть некие пороговые болевые пределы, которые указывают вам на явную угрозу. Для здоровья, благополучия, удовольствия очень важно определить параметры своего красного сектора и стараться не нарушать его границы. Есть такие показатели и в экономике. На уровне фирмы это рентабельность, отношение долгов к активам и другие критерии ликвидности. На уровне экономической системы это размер внешнего и внутреннего долгов, активы Нацбанка, износ основных фондов, число бедных, уровень сбережений и инвестиций. Недавно были опубликованы важнейшие показатели экономической безопасности Беларуси на 2001 – 2005 годы. Правительство определило границы красного сектора, вхождение в который грозит резким увеличением издержек для всей страны, обнищанием населения и потерей конкурентоспособности реального сектора. Еще свежи в памяти похвалы экс-премьер-министру С. Лингу, вице-премьеру В. Долголеву за хорошую работу. Симптоматично, что данный документ опубликован при новом правительстве. Быть беззащитными стрелочниками новые люди в старой обойме не хотят. Государственные мужи как-то без энтузиазма отреагировали на появление данного документа. Не было продолжительных селекторных совещаний, разбора "полетов" с привлечением всех силовых структур, а ведь анализировать есть что. Белорусская экономика глубоко вошла в красный сектор опасности, а правительство не предпринимает адекватных мер, чтобы ее оттуда вывести. Автомобиль не может долго работать с горящей красной лампочкой, показывающей отсутствие масла, и стрелкой тахометра на пределе – горит двигатель. Аппаратура при перегрузке также выдыхается.  


Закон «Об информационной безопасности» явно спугнули. Вынашивался он где-то в недрах Совета Республики и близлежащей Администрации президента, Совбеза еще шеймановского розлива – и все было тихо и спокойно. Оппозиция не шумела, независимая пресса и без того имела много информационных поводов. Стоило одному из проектов появиться на свет в России, как вся взрывоопасная дремучесть белорусских законотворцев вышла наружу. Сейчас Н. Чегринец может сколько угодно оправдываться, мол, не тот проект взяли, не так поняли. Ход мысли авторов, структура документа, цели и задачи законопроекта, перечень основных угроз и способы обеспечения информационной безопасности – все характеризует взгляд авторов на информацию в современном мире. Как на ладони видна их идеология, их убеждения, навеянные временами холодной войны. При всей бесполезности Совета Республик и Палаты подобные законопроекты, пусть даже они и не станут законами в их первоначальном виде, являются источником опасности для стабильности белорусского общества. «Достойные» люди, которых, оказывается, кто-то избирал в Совет республики, вдруг оказываются причастными к весьма опасным «перлам», из которых оставшиеся «твердоголовые» белорусской власти в тысячелетие глобализации собираются соорудить новую информационную стену. А «палатники» и так называемые «независимые» уговаривают Запад признать их в качестве полноценного законодательного органа. При всей своей полноценности они не замечают такой мелочи, как подготовки Закона «Об информационной безопасности» 


Информационную революцию некоторые белорусские чиновники понимаю по-своему, по-большевистски. Не знаешь – научим, не хочешь – заставим. Раз за окном век глобализации, где уровень информированности имеет ключевое значение, значит, каждый гражданин обязан быть частью мирового потока знаний. Благородная цель. Правильные рассуждения. Это если мы говорим об общей теории, о благих намерениях. Когда чиновник говорит о важности информации, ты, поддавшись порыву чувств, рисуешь самые радужные перспективы: крупные предприятия вне зависимости от формы собственности бесплатно подпишутся на Financial Times и Economist, на «Коммерсант» и «БГ», подключат к Интернету и научат работать отделы снабжения, рекламы и сбыта, за счет местных бюджетов проплатят создание web-страничек и разместят рекламу как в стране, так и за рубежом. В самых смелых предположениях можно дойти до того, что государство в погоне за информированностью откроет бесплатные курсы английского языка для служащих как госпредприятий, так и частных фирм, будет рассылать дайджесты экономической прессы, таблички с указанием внутренних и мировых цен, создавать банк бесплатной правовой информации и бизнес-проектов. Для полного счастья можно за счет бюджета оплатить обучение топ-менеджмента у ведущих мировых консалтинговых и аудиторских фирм (JP Morgan, Moody’s, Standard & Poor’s, PricewaterhouseCoopers и др.)… Форм информационной помощи много. Были ли бы деньги.  


С большей определенностью можно отвечать на вопрос, who is Mr. Putin, когда речь идет о новой экономической политике. Разработке новых концептуальных программ, постановке конкретных задач предшествовали щедрые и во многом пустые словоизвержения. Сейчас слова начали приобретать плоть. Пошли первые законопроекты. Российская Дума "проглотила" 13-процентный плоский налог на доход физических лиц. Губернаторы дружно рапортуют о поддержке идеи о 7 административно-территориальных округах во имя унификации федерального законодательства, в том числе по важным экономическим позициям. Бурно обсуждалось и введение единого социального налога. Все эти идеи и многое другое можно найти в "Стратегии развития Российской Федерации до 2010 года", подготовленной фондом "Центр стратегических разработок". Этот документ персонифицируют фамилией нынешнего российского министра экономики и торговли Германа Грефа, но в его разработке участвовало много известных ученых-экономистов. Фамилию каждого из них можно было бы выносить на титульный лист. Анализ данного документа весьма полезен для Беларуси. Наша страна находится в большой зависимости от российского рынка. Можно некоторое время игнорировать динамику процессов в Европе, США, Азии. Изменения в России не замечать нельзя. Более того, поскольку у белорусских полисимейкеров нет возможности влиять на параметры экономической политики Кремля, то необходимо очень серьезно подготовиться к нововведениям на Востоке, чтобы не проснуться в день "Х" и вдруг понять, что белорусский бартер для частных демонополизированных российских компаний не нужен, что цены на белорусское продовольствие выше тульских или питерских, что российские регионы выпускают товары лучше и дешевле наших, поэтому сотрудничество может сводиться лишь к обмену "высокими" делегациями и опытом, правда, не понятно каким. Реализация хотя бы половины положений программы Грефа сильно поменяет российскую экономическую картинку и характер взаимоотношений между нашими государствами. Есть некоторые косвенные признаки того, что белорусское правительство начинает это понимать, но о серьезной подготовке системных контрмер, вернее мероприятий, по защите интересов отечественного производителя, налогоплательщика и потребителя пока не слышно. Плод зреет. Возможно, засуха поможет ему упасть на нужную голову быстрее, чем мы можем этого ожидать.  


Совещания, встречи, нагоняи. Монологоподобный диалог, интеграционная инерция, поиск новых кандидатов и предчувствие перемен. В далекие 20-е Ленин и K0 запустили НЭП, нахлебавшись национализации банков, промышленности и сельского хозяйства. В более близком 1988 году советские граждане проснулись в один весенний день в новой стране – компартия легализовала кооперативы, создав для них очень либеральное законодательство. Поляки также помнят такой день – январь 1990 года, когда произошла либерализация цен и пустые прилавки по мановению "невидимой руки" рынка наполнились товарами. В истории каждой страны есть даты, когда принимались или вступали в силу законы, которые переворачивали ход национальной истории. Такие дни, события не возникают спонтанно. Им предшествует активное противоборство, сотрудничество различных сил. Назревают конфликты, заканчиваются ресурсы, невтерпеж хочется иных условий хозяйствования, полномочий для других людей – новой раздачи карт. Поскольку развитие событий в нынешней Беларуси весьма напоминает конец 80-х Советского Союза, можно предположить, что и в нашей стране будет некий закон, декрет, событие, которое повернет колесо белорусской истории в другую сторону. Если хватит ума, власти придумают некий красивый лозунг, чтобы оправдать смену курса и внушить населению, что новые ориентиры – это для их же благополучия. Может быть иначе: банально найдут козлов отпущения и заведут заезженную пластинку на той же ржавой шарманке. Какое-то время эти меру помогут: наиболее активные и голодные успокоятся, кредиторы переведут дыхание, наблюдатели начнут отсчет очередных 100, 40, 9 дней. В конечном итоге, приведут новых людей и поставят решать старые наболевшие проблемы.  


Каково оно, лицо частного бизнеса Беларуси? Открытое или испуганное, уверенное или загнанное, целеустремленное или обреченное? Каковы его проблемы (сбыт, технологии, конкуренция, налоги, контролеры, бандиты)? Кто ему друг – западный инвестор, предпринимательский союз и инкубатор, налоговик, местный чиновник и политик? Ответы на все эти и многие другие интересные вопросы можно найти в опросе негосударственного сектора, который проводился Международной финансовой компанией в 30 городах из 6 областей страны. В нем участвовало 1 052 человека. По организационно-правовому признаку были опрошены 31,5% ООО, 2,6% обществ с дополнительной ответственностью, 8,1% унитарных предприятий и 43,3% – индивидуальных предпринимателей.  


Белорусская власть больна равенством. Болезнь своеобразна, носит ярко выраженные социалистические симптомы. За столько лет еще никто не претворил в жизнь принцип «каждому по труду и заслугам», но стараются. Для себя, любимых. Идея равенства весьма популярна как среди рабочих, так и среди интеллигенции. Тот факт, что у соседа на одну корову больше, машина круче, беспокоит среднестатистического белоруса больше, чем собственное благосостояние. Идея равных условий хозяйствования также весьма популярна. Она даже нашла свое отражение в Конституции РБ. Статья 13 устанавливает, что «государство предоставляет всем равные права для осуществления хозяйственной и иной деятельности, кроме запрещенной законом, и гарантирует равную защиту и равные условия для развития всех форм собственности».  


Белорусское экономическое "чудо" погубят четыре вещи: энергия, сельское хозяйство, строительство и дураки. Первые три "киллера" входят в число приоритетных направлений работы правительства. Последний – это саморазвивающийся, благополучно растущий внутренний ресурс. Правительство начало серьезно задумываться над тем, как прожить зиму, чтобы не замерзнуть поодиночке, и не загубить весь реальный сектор. А. Лукашенко также понял, что сильно перегнул палку и начал предпринимать робкие попытки хоть немного снизить налогово-административное бремя. Вот и налог на бартер с 1 августа 2000 г. отменили (Указ президента № 395 от 17.07.2000), вернее приостановили, велев Совмину до 1 марта 2001 г. "внести предложения о взимании с юридических лиц и индивидуальных предпринимателей рентного сбора при осуществлении внешнеторговых бартерных операций". Обратите внимание на дату, до марта 2001 г., как будто с этого времени финансовое состояние предприятий-экспортеров кардинально улучшится, и они смогут вернуться к данному налогу. А, может, до этого времени произойдет некое политическое событие типа выборов президента? Указ отменяет данный бартерный оброк только на договоры, заключенные, но не исполненные до 1 августа 2000 года. Опять поощрили тех, кто медленно запрягает и не спешит с выполнением первого приказа. Как показывает белорусская экономическая практика, лучше подождать до второго, который отменит первый.  


На Западе часто задают вопросы: "Когда в Беларуси поумнеют? Когда перестанут экспериментировать с социализмом? Когда белорусы поймут, что платят огромную социальную цену за то, что идут не в ногу с цивилизованным миром?" После каждого телевизионного шоу Александра Лукашенко (АГ), которое является своеобразной кульминацией работы аналитических и властных структур, ответ звучит в тонации "не в этой жизни". Съезд депутатов советов всех уровней до боли напоминал помпезные коммунистические съезды, но без лоска, уверенности и идеологической преданности. АГ старался придать событию некую значимость, но получился обычный стандартный нагоняй, партхозактив, только в новом зале. Заезженные фразы, нахмуренные брови и много, много ностальгии о совдепии, о мощи супергосударства, когда все боялись и уважали… 10 лет бурных экономических реформ региона ничему не научили белорусскую власть. Она по-прежнему живет в утопическом летаргическом сне, который давным-давно нарисовали Сен Симон, Фурье, Маркс и Ленин. Наступает пробуждение. Оно обещает быть болезненным и бурным. После съезда становится ясно одно: какое бы классное вино ни пытались залить в старые белорусские бутылки, оно тут же скиснет. Нынешнее экономическое руководство страны неисправимо, необучаемо и некомпетентно. Когда АГ говорит, что "наш народ – социалистический народ, от слова социальная справедливость", он во многом прав, но вся проблема в том, что и справедливость и социальность каждый понимает по-своему. А что делать тем, кто не считает себя социалистическим? Уезжать из страны или покорно трудиться на коллектив? Когда руководство страны идет на поводу у толпы, то это всегда приводит к нищете и социальным бунтам. Ни в одной стране Центральной и Восточной Европы не проводили референдумы о программе реформирования экономики. Элита была очень ответственна и находила способ объяснять непопулярные меры. А. Лукашенко по-прежнему уверен, что "не надо пытаться внизу и здесь наверху сделать то, что не понимают люди. Это обречено на провал. Это принесет страшные последствия. Прежде чем делать, надо убедить тех, кто за тобой должен идти". Очевидно, съезд советских депутатов или депутатских советов идти должен. В сегодняшней системе власти у него нет выбора.  


Кому на Беларуси жить хорошо? Если иметь в виду экономическую среду обитания, то отвечать на этот вопрос становится все проще. Не сильно покривишь душой, если скажешь, что никому. Даже те непотопляемые всепогодные предприятия, которые при любых президентах, правительствах и парламентах получают льготные кредиты, чувствуют себя неуютно. Всем нужен платежеспособный спрос. Всем нужны "живые" деньги и надежные клиенты. Верить в тезис о невозможности банкротства государства становится все труднее. Какое предприятие сейчас уверено в финансовой надежности своей клиентуры? Тем более что падает конкурентоспособность белорусского реального сектора. Все труднее добывать валюту и заставлять компании возвращать ее в страну. Реальные кредиты дорожают, условия заимствования ухудшаются, давление со стороны российских сырьевиков увеличивается. Не зря цифры летних соцопросов говорят о том, что лучше стали жить лишь около полпроцента населения. Даже если некие представители концернов, директората и увеличили свое личное состояние на очередные сотни тысяч долларов, то проблема легальной реализации своих возросших возможностей в этой стране по-прежнему остается нерешенной. 


Очевидно, совсем плохо стало в коридорах власти с идеями и здравым смыслом. Раньше хоть какое-то наукообразное обоснование принимаемых законодательных актов было. Мол, стимулирование спроса, инвестиций через госструктуры. Заинвестировал 1 USD госсредств, присовокупил мультипликатор и акселератор – и доложил наверх, что белорусская экономика реагирует совсем как рыночная. С каждым годом оправдывать вредные для белорусского homo economicus законы и идеи становится все труднее. Причина банальна: исчерпан арсенал приемлемых для общественного мнения идей как марксистской, так и кейнсианской школы. Власть хаотично ищет возможности и формы еще раз обмануть человека, отобрать у него деньги, ресурсы и время. Она пытается наполнить новым содержанием общепринятые экономические понятия. Создается впечатление, что некто просто открывает толковый словарь экономических терминов и начинает в неком известном ему одному порядке обкатывать разные слова. Или словарь у наших полисимейкеров маленький, или нравится буква "Д", но к деноминации нас возвращают уже третий раз. Указ президента № 613 "Об изменении нарицательной стоимости денежной единицы Республики Беларусь и масштаба цен" от 19.10.99 предписывает убрать три ноля с белорусских денег. Калькуляторов не хватает, чернила много уходит, чтобы нули крутить. Политически некорректно называть человека миллиардером или миллионером, когда он на хлеб с маслом может с трудом заработать. Кошельки все больше напоминают хозяйственные сумки, с которыми неудобно ходить на базар. Издержки владения белорусской наличностью действительно начинают раздражать.  


Многие из нас попадали в ситуацию, когда им не отдавали долги. Горько, обидно и жалко. Обидно вдвойне, когда должник, промотав ваши кровные, невинно смотрит в глаза и разводит руками, мол, так получилось. Обидно втройне, когда, не спрашивая, залазят в твой карман, берут, сколько надо, и возвращают, сколько посчитают нужным, или вообще ничего. В такой ситуации человек чувствует себя использованным, обманутым, незащищенным. О какой защите можно говорить, если государство, правительство, чья работа – следить за соблюдением законности, само первым нарушает договорные финансовые обязательства. Само меняет правила игры задним числом. Само без суда и следствия забирает имущество, товары, блокирует работу компаний и предприятий. В ответ на обоснованные возмущения звучит сокровенная фраза социалистической презумпции виновности: "А докажи, что ты не преступник". Директора госпредприятий оправдываются перед поставщиками комплектующих, ресурсов и рабочими. Банкиры оправдываются перед клиентами и акционерами. Руководители сельхозпредприятий оправдываются перед банками, "Минсельхозпродом" и простыми колхозниками. Все они оправдываются перед правительством и вышестоящим начальством. А глава государства не оправдывается. Он лишь обвиняет и наказывает очередную партию им же назначенных чиновников и руководителей. 


Кому в Беларуси жить хорошо? На этот совсем не праздный вопрос отвечать становится все легче. Как показывают многочисленные социологические опросы и эмпирические наблюдения, резко уменьшается количество людей, которые довольны своими доходами, уровнем правовой защиты и качеством жизни. Размер бюджетной кормушки сокращается, просителей становится все больше. Неизменным остается одно: власть чиновника над производителем и потребителем. Индекс экономической несвободы угрожающе растет. В обиход белорусской экономической политики прочно вошло грозное явление "конфискат". Право распределять чужие деньги и богатство досталось нам по наследству от коммунистов. Белорусской спецификой является повышение статуса конфиската в ранг составной части государственной политики.  


Всепогодная, всесезонная тема Беларуси – ценообразование. Она очень хорошо продаваема для потребителей и производителей, для всех вместе, когда они сидят рядом в большом казенном зале и чувствуют вспотевшую спину и твердый локоть друг друга, под энергетическим напором очередного общереспубликанского совещания. Работают целые институты, тратятся триллионы рублей, доклад за докладом падает на стол тех немногих лиц в государстве, которые реально принимают экономические решения. Структура таких “аналитических” документов очень похожа: сначала объяснение причин, почему провалились предыдущие меры по административному регулированию цен (курса, объема производства и т.д.), затем о виновнике всего провала - о частном секторе, челноках, международном кризисе, российских олигархах. В заключение – предложения по введению нового набора тех же видоизмененных мер. «Наказать», «запретить», «лицензировать», «санкционировать», «не пущать» – риторика, набившая оскомину за годы нищего “светлого” прошлого.
 


Страница 18 из 19

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!