Профанация науки и инноваций

Автор  09 апреля 2012
Оцените материал
(0 голосов)

КГК подтвердил горькую правду про белорусскую науку

Ярослав Романчук

Комитет государственного контроля (КГК) иногда делает очень полезные дела. Особенно когда анализирует использование бюджетных средств. В начале апреля Коллегия КГК рассмотрела результаты проверки по использованию бюджетных средств, выделенных на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы. Результат получился ожидаемым и предсказуемым, но в устах КГК он звучит сенсационно: от выделенных государством денег на науку и исследования нет пользы. Т. е. сотни миллиардов рублей налогоплательщиков попросту ушли в песок. Избранные коммерческие и государственные структуры обещали нам научные прорывы и инновационное развитие. На самом деле громкие, правильные слова о поддержке науки были всего лишь способом выманить себе бюджетный кэш. Перед нами убедительное доказательство очередного провала государства. Оно взялось за науку и инновации, обещало прорывные открытия и технологии – получился большой пшик. Если бы сторонники государственного интервенционизма обращали внимание на факты, то у честных людей после ознакомления с результатами проверки КГК, должен был бы произойти сдвиг создания и отказ в пользу рыночных способов поддержки науки и инноваций.

Наука как прибежище для бесхозяйственности

Председатель Комитета госконтроля А. Якобсон констатирует, что мы «не можем похвастать прорывными инновациями, передовыми технологиями. Часть новой продукции, технологий, созданных за бюджетные средства, остаются невостребованными, не дают ощутимого эффекта». Это приговор тем формам и механизмам поддержки науки и инноваций, которые приняты в нашей стране. Наука стала красивой ширмой, которой пользуются сотни госпредприятий и организаций для выкачивания денег из бюджета. Обычные дотации, субсидии или субвенции выдавать немодно, да и партнеры по ЕЭП и внешние кредиторы недовольны. Если те же деньги назвать «инвестиции в научную, исследовательскую и опытную производственную деятельность», табу снимаются. Белорусские власти начали явно злоупотреблять такими методами финансирования далеких от настоящей науки коммерческих и околокоммерческих проектов. КГК вовремя сделал свой анализ, потому что такого рода практики могут стать очередным яблоком раздора в отношениях с Россией.
    Под видом финансирования науки в Беларуси происходит финансирование тупиковых проектов, или просто за счет этой статьи бюджета пополняется оборотный капитал госпредприятий. В условиях дорогих кредитов безвозмездная помощь бюджета как раз кстати. О том, что на полученные деньги нужно произвести что-то инновационное и прорывное, помнят единицы.
    Три года назад организации Минпрома в рамках государственных научно-технических программ обещали А. Лукашенко и правительству наладить выпуск оборудования, комплектующих для радиоэлектронной и автомобильной промышленности. Дело благородное и, безусловно, прибыльное, если производить по-настоящему современные, нужные рынку товары. Минпромовские начальники и «крышуемые» ими директора взяли из бюджета на благородное дело миллиарды рублей – и ничего не сделали. Сегодня эти деньги подлежат возврату в бюджет. Попользовались бесплатной обороткой и все. Br1млрд. три года назад и сегодня – это явно не одно и то же. А кто компенсирует потраченное впустую время? Как оценить издержки упущенной выгоды? Если бы белорусские промышленники честно сказали А. Лукашенко, что они не могут выпускать современные товары в сфере электроники и автомобилестроения, тогда, возможно, руководители страны начали бы искать возможности привлечь в Беларуси тех производителей, которые могут. Обман, намеренный или из разряда «так получилось», требует радикальной ревизии взаимоотношений между правительством и коммерческими предприятиями всех форм собственности в сфере научных разработок.
    По данным КГК, «не начат или ничтожно мал выпуск 26 новых изделий промышленного оборудования, комплектующих для сельхозмашиностроения, автомобилестроения, а также другой продукции, разработка которой была завершена в 2008 – 2009 годах и профинансирована Минпромом за счет средств инновационного фонда на общую сумму 3,6 млрд. рублей». Это еще одно подтверждение тезиса о том, что Минпром и директора государственных промышленных организаций вводят политическое руководство страны в заблуждение. А. Лукашенко, М. Мясниковичу и руководителям всех силовых и контрольных структур страны вместе взятым легко повесить лапшу на уши о больших достижениях белорусской науки, засыпать их терминами и техническими деталями, нарисовать красивую картинку о том, как белорусские комбайны, сеялки и грузовики будут на равных конкурировать с «Вольво», «Рено», «Мерседесом» и уверенно бороздить просторы мирового рынка.

Убийственные факты лженаучной деятельности

Комитет госконтроля непроизвольно становится на позицию тех, кто выступает против государственного финансирования науки. А. Якобсон указывает на то, что «все меньшая часть инновационных фондов используется непосредственно на инновации. Более половины средств идет на финансирование капитальных вложений, а на научно-исследовательские работы и реализацию Государственной программы инновационного развития - всего около 11%». В этом признании кроется горькая правда. Получается, что между желанием государства поддержать НИОКР и положительным результатом от такой работы – целая пропасть.
Государственная наука обречена порочной системой мотивации основных участников процесса. У распорядителей чужого (политиков и чиновников) есть стимул создать электоральную иллюзию поддержки прогрессивного развития страны на основе современных научных достижений. Под это они выбивают деньги из бюджета, в том числе формируя специальные фонды. Их партнеры по осваиванию денег из бюджета – директора преимущественно государственных заводов и бюджетные организации. Придавать наукообразный вид разного рода проектам «красный директорат» научен еще с советских времен. Приукрасить их умными словами с приставками «нано», био», «микро» или «техно» большого ума не надо. Одним для плана, звезд на погонах, повышения по службе и, не исключено, откатов, нужно раздать бюджетные деньги. Другим их оприходовать, т. е. получить бесплатную оборотку и возможность получить на карман легкие деньги. В редких случаях деньги могут идти, действительно, на реальные научные проекты, которые потом воплощаются в конкретные товары. Таких, если судить по анализу КГК, около 10%. Получается грандиозный обман. Из 10 рублей, которые чиновники, политики и директорат получают на науку и инновации, только один рубль реально идет на эти цели.
    Результатом государственной поддержки часто являются товары, которые никому не нужны и разработки, которых никто не заказывал. Во многих случаях на стыке государственного бюджетирования и госзаводов получаются товары и технологии такого качества, что их даже бюджетные организации не хотят брать. «В 2010 году для организаций Минздрава разработана технология изготовления пневматических шин для оказания неотложной травматологической помощи, на что Минпромом из республиканского бюджета выделено 260 млн. рублей. Выпуск шин в 2011 году должен был составить 2 тыс. комплектов, однако их производство до сих пор не начато из-за отсутствия интереса к таким изделиям у медицинских учреждений». В этой ситуации уместно было привести фамилии авторов, лоббистов и реализаторов этого и подобных проектов. Мало только назвать. Надо сделать так, чтобы они впредь не имели права касаться ни одного рубля бюджетных денег, в том числе на зарплату.
    Вот еще один пример. «В рамках реализации программы инновационного развития Минтрансу в декабре 2010 г. надлежало организовать серийное производство беспилотных летательных аппаратов. На эти цели было израсходовано 662 млн. руб. инновационного фонда, изготовлен опытный образец, однако серийное производство беспилотного летательного аппарата не начато до настоящего времени. Выяснилось, что пока отсутствует нормативно-правовая база, определяющая порядок организации и проведения полетов таких аппаратов».
Сделали нечто, а потом поняли, что использование «Его» в Беларуси запрещено. Согласовать все вопросы на этапе изготовления, изучить рынок параллельно созданию опытного образца, очевидно, не входило в планы бюрократов и их подрядчиков. Зачем напрягаться, если персональной ответственности за замороженные деньги нет? Не удивлюсь, если опытный образец летального аппарата осядет где-нибудь на даче одного из его изготовителей. Потом его растащат на детали для ремонта близлежащих строений. Такова будет судьба почти $300 тысяч денег налогоплательщиков. Ни науки, ни прогресса – только маленькие радости для нескольких человек. Очевидно, их радости есть воплощение государственной версии научного и технологического прогресса Беларуси. К сожалению, такие радости доступны преимущественно гражданам, тесно связанным с правительством. Распорядители чужого себя тоже не забывают. Так для Минстройархитектуры в 2009 – 2010 гг. организация электронного архива была оплачена из инновационного фонда в размере 350 млн. руб. Оказывается, услуги технических работников и секретарей тоже можно назвать инновационной деятельностью, если их пролоббировать под соответствующим «соусом».

Их научные воздушные замки и надежды – наши деньги

Комитет госконтроля только в трех министерствах выявил неэффективное использование бюджетных средств на сумму Br6,7 млрд. использование бюджетных средств с нарушением законодательства на сумму Br5,4 млрд. Заметим, что все эти деньги выдавались задолго до резкой девальвации и высокой инфляции 2011 года. Наказание нарушителям тоже выбрано любопытное. Поскольку с получателей бюджетных ресурсов взять нечего, государству оставалось только увеличить свою долю в негосударственных организациях на Br8,1 млрд. Вдумайтесь только в такой способ национализации частных активов. Сначала взять кэш из бюджета, потратить его по своему усмотрению, а потом представить некий отчет о выполненных работах. Если не прокатит, государство «наказывает» виновника вхождением в его капитал. После этого начинается очередной виток борьбы за бюджетные деньги под лозунгом «поддержим национальную науку».
За периметром этого порочного круга остаются те предприниматели, у которых государство забрало честно заработанные деньги в виде налогов и пообещало доступ к новым прорывным технологиям. К сожалению, правовых процедур, через которые они могли бы заставить государство компенсировать убытки и потери, нет. Как и нет адекватной оценки Комитетом госконтроля глубины научного провала, осуществляемого на деньги налогоплательщиков.
Контролеры – люди государственные. Они надеются, что распорядители чужого смогут принять адекватные организационные меры в рамках государственных схем и институтов и в следующий раз получить желанные высокотехнологические, наукоинтенсивные товары. Надежда умирает последней, а вместе с ней каждый раз «умирают» сотни миллионов долларов из карманов доверчивых и не имеющих выбора налогоплательщиков.

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!