От выходца из затратной экономики

Автор  04 мая 2006
Оцените материал
(0 голосов)

Лишняя неделя подготовки послания явно не пошла А. Лукашенко на пользу. Некоторые эксперты высказывали предположение, что АГ внесет коррективы в свой спич, прослушав прагматичное, либеральное и деловое послание В. Путина. Не тут-то было. Остапа, как говорят, опять несло. Опять по тем же ямам и выбоинам, с тем же набором фразеологизмов и «пусторечий». «Я прекрасно понимают, - твердит он, - что всем нам, выходцам из затратной экономики, не привыкшим считать ресурсы, трудно перестроиться». Судя по тексту послания, А. Лукашенко не перестроился. «Трудно эту науку осваивать».  

В самом начале АГ попытался придать Посланию чисто рабочий характер, противопоставляя мирный, спокойный характер жизни с Беларуси бушующими вокруг экономическим катаклизмами. Это, мол, выступление В. Путина ждали с нетерпением, потому что «Россия в «бореньях» определяет стратегию своего развития. Россия на распутье». Это, мол, «сегодня во многих крупнейших государствах, в том числе в Европе и Соединенных Штатах Америки - основных центрах экономического развития нашей планеты, наметились то спады, то всплески производственной активности. А в результате - страшный хаос». Не совсем ясно, почему АГ не видит четко выбранный, не однократно подтвержденный курс нашего восточного соседа на сотрудничество с НАТО, ЕС и ВТО, на частную экономику с понятными для каждого человека правилами игры, на либеральные ценности и создание мощного малого и среднего бизнеса. В речи АГ не было «сенсационных откровений и крутых поворотов», хотя это именно Беларусь стоит на распутье. Именно белорусское правительство не знает, как выплатить зарплаты и пенсии, как распродать растущие складские запасы товарных неликвидов, как сдержать рост цен и повысить рентабельность, как, наконец, привлечь в страну иностранные инвестиции и создать сотни тысяч новых рабочих мест. В. Путина трудно представить, подписывающим план очередной пятилетки. Он не срывает «планы влиятельных сил за рубежом и их доморощенных прихлебателей», а ведет с западными политиками и бизнесменами спокойный диалог, убеждая Шредера списать долги СССР, Буша и Солану – подписать договор с НАТО по принципу «19 + 1», Берлускони – лоббировать продвижение России в ЕС. Для А. Лукашенко «время сенсаций и поворотов прошло», когда он получил власть. К сожалению, основные испытания перед тысячами белорусских предприятий, перед миллионами занятых в промышленности и сельском хозяйстве, перед раздутым административных аппаратом еще впереди. АГ не только практически изгнал КНГ ОБСЕ из Минска, но и сумел поссориться с Всемирным банком на предмет такой аполитичной и социальной программы, как туберкулез/СПИД. Главным итогом 2001 года А. Лукашенко считает то, что «мы выстояли и сохранили страну, мир и спокойствие людей». Во-первых, не понятно, кто такие «мы», потому что миллионы граждан себя к им явно не относят, раз популярность АГ в апреля составила всего 25%. Во-вторых, ни одна международная организация и страна не объявляла Беларуси войну или санкции наподобие иракским для Беларуси. Даже Дж. Буш не включил РБ в «ось зла». В-третьих, спокойными сотни тысяч рабочих и пенсионеров, которые по итогам I квартала не получили пенсии и зарплаты, которые вынуждены платить за медицинские услуги, не назовешь. Гордиться «намеченным курсом», когда именно он является корнем всего социального и экономического зла, это, мягко говоря, не совсем адекватно оценивать ситуацию в стране. У Лукашенко – большой, у Путина - маленький Интересно было услышать оценку белорусско-российских отношений российского президента в интерпретации А. Лукашенко: «И Россия признала (Владимир Владимирович это мне прямо сказал), что Беларусь является наиприоритетнейшим направлением действий Российской Федерации». А вот сам ВВП в своем послании Беларусь не упомянул ни разу. Стратегия экономических реформ Беларуси и России во многом носят прямо противоположный характер. В. Путин требует от правительства создать такую экономику, в которой «люди могли свободно трудиться, без ограничений и страха, - зарабатывать для себя и для своих детей». Он понимает, что «начинающему бизнесу крайне важна возможность встать на ноги. Между тем, непродуманные либо недоработанные проекты часто ставят наше предпринимательство не на ноги, а на уши». Призыв к административной, судебно-правовой и налоговой реформе – это признаки того, что В. Путин делает ставку на малый бизнес. А. Лукашенко также призывает граждан зарабатывать деньги, убеждая, что для этого в Беларуси созданы все условия. «Пусть зарабатывают. Тем, кто не может, мы поможем. Тех, кто не хочет, попробуем заставить. Ну а кто не может, не хочет и вообще бежит от труда, ну что ж...» Даже трудно представить, что может последовать за этим многозначительным многоточием. Белорусское руководство пробует экспериментировать с принципиально новой формой предпринимательства – из-под палки. Результат предсказать очень легко – дальнейшее бегство капитала, расширение серой экономики и тюремной жилплощади, а также высокая безработица. А. Лукашенко принципиально не согласен с тем, чтобы большую часть ВВП производил малый и средний бизнес. По его мнению, «есть только один перспективный путь - модернизация и перевооружение крупных производств… Так зачем же нам наши гигантские высококооперированные предприятия сегодня ломать, делить и рушить. На них нужно опираться. И государство в своей политике будет опираться, прежде всего, на эти гиганты, которые до сих пор нас кормят и содержат». Очевидно, спичрайтеры и правительство не дружат с цифрами и фактами, если говорят, что гигантские промышленные предприятия кормят Беларусь. Кого, кроме чиновников, директората, своих работников и десятков, если не сотен, посреднических структур, кормит МТЗ, МАЗ, ПО «Азот», гродненское и могилевское «Химволокно»? Делать торговый оборот и зарабатывать чистую прибыль – это далеко не одно и то же. В это убедились чешские промышленные гиганты, которые ради выручки продавали себе в убыток станки и оборудование, но, в конце концов, были проданы с молотка. Ни в одной стране упавшего социализма индустриальыне «динозавры» не выжили. Неужели в Беларуси реально воссоздать климат Юрского периода? Пусть правительство посчитает, на какую сумму белорусские гиганты получают льгот, сколько «подарков» в денежной и другой форме на протяжении последних 10 лет получили эти «кормильцы», и тогда не было бы никаких иллюзий на предмет их экономической и социальной значимости. Но есть одно несомненное преимущество у крупных предприятий по сравнению с малых бизнесом. Как говорит Айн Рэнд, на одну шею веревку набросить гораздо проще. Правительство уже 10 лет опирается на «свои гиганты», не понимая, что они не в состоянии создавать новые рабочие места, наполнять бюджет, не говоря уже о модернизации всей экономики. На самом деле, нет никакого противоречия между развитием большого и малого бизнеса. Главное, чтобы один не развивался за счет другого. Если российские, немецкие или американские инвесторы предложат план сохранения того же числа рабочих мест на «Азоте», «Горизонте», «Химволокно» - хвала им и почет. Но если им запрещать реализовывать свои бизнес-планы, то в Беларусь не дождется инвестиций и на месте промышленных гигантов наверняка получит социально-экономические бомбы с часовым механизмом. Имитация любви к частнику Сколько бы не имитировал А. Лукашенко любовь к частной собственности, все равно реальные чувства не скроешь. В то время как В. Путин жестко настаивает на частной собственности на землю, приватизации российских монополий, частной науке и фундаментальных исследованиях, А. Лукашенко и мысли допустить не может, что частный бизнес будет на равных конкурировать с государством. Согласно его видению, место частника в экономическом хоре – на подпевках, на побегушках, но никак в роли солиста. Иначе как можно объяснить такое жесткое неприятие самого факта, что пенсии разносят частные структуры, а не государство? «Простой пример, безобразный пример, который в течение двух месяцев должен быть устранен, - доставка пенсий: в Минске 43 процента пенсионеров обслуживают частные структуры (это почти 2 процента от суммы пенсионных выплат). "Белпочта" (при неполной занятости) - спит, и это никого не волнует». Он задает вопрос: «Неужели мы сами не можем это делать?» «Мы» - это государство. Они – это частники. Вот такой у нас раздел на «наших» и «ненаших». А. Лукашенко понимает, что «свободный ресурсов у государства нет, и мы активнее должны подключать рыночные механизмы». По его мнению, государство должно поддерживать не все среднее и малое предпринимательство, а только «отвечающее национальному характеру белоруса, ответственного и осмотрительного, живущего своим трудом». Таким образом, кто и в какой форме получит поддержку, станет ясно только после принятия Указа, разъясняющего суть национального характера белоруса. Белорусская версия Библии? А. Лукашенко по-прежнему уверен в своей правоте по вопросу приватизации. Превратив в пустой звук само понятие «частная собственность», он считает, что «мы сохранил свои предприятия в рабочем состоянии и имеем возможность провести приватизацию в интересах всего общества, а не отдельных групп людей. Словом, тот факт, что наши соседи устроили приватизацию через банкротство, через остановку предприятий, довели до нищеты людей на них, а затем за бесценок приватизировали, - этот путь нам неприемлем. Мы подняли свои предприятия с колен. Я не говорю, что они уже абсолютно эффективны и конкурентоспособны. Но они пользуются спросом сегодня на мировом рынке». В этой фразе, как в зеркале отражены типичные заблуждения советского человека. Закулисные сделки за спиной парламента, СМИ и общественности без участия западных и белорусских бизнесменов – разве это народный способ продать нефтехимию и машиностроение? Это и есть способ раздачи собственности в пользу отдельных групп. Цену объектов не должны определять чиновники, а аукционы и фондовые рынки, поэтому литовцы, поляки или эстонцы поступили абсолютно рационально, по-народному, продав за символическую сумму тысячи объектов. При этом проблема нищеты в частной экономике Литвы, Польши или Латвии стоит гораздо менее остро, чем в Беларуси. Эгоцентрик Лукашенко по-прежнему считает, что мир вращается вокруг Беларуси, что нью-йоркский Wall Steet, лондонский Сити и деловой мир Франкфурта ждут белорусской приватизации больше, чем роста индекса Доу Джонса. Приподнятые на недолго с колен дотациями и льготами отечественные предприятия, в конечном итоге, оказались бесцеремонно опущенными… Их продукция нужна, в основном, на стремительно сужающемся сегменте российского рынка. Называть его «мировым» можно только в том случае, если синонимом «мира» считать Советский Союз. Попытки придать приватизацию белорусской нефтехимии вселенский характер вызывает лишь саркастические улыбки знатоков. Ни в одном из сколь нибудь значимых экономических журналов и газет, ни в бизнес передачах Bloomberg, CNBC или BBC нет даже упоминания «о масштабном явлении в экономической жизни всего Европейского региона». Грустная правда жизни заключается в том, что Европа совершенно спокойно развивается без Беларуси, которая решила проэкспериментировать сама с собой. Там нет активного желания ее изолировать, равно как и нет стремления к размещению своих денег в нашей экономике. Зато там есть чуть ли не универсальное безразличие к стране, руководство которой только и думает, как стать Союзом-бис. Апофеозом рассуждений АГ о приватизации может служить привлечение помощи Всевышнего: «..белорусским парламентариям сам Бог велел проявлять ответственный государственный подход, а не заниматься прожектерством и лоббированием с целью понижения или создания льготных условий приватизации для тех или иных субъектов». Интересно, в какой из книг Ветхого или Нового завета говорится о приватизации? Если так дальше пойдет, то у нас появится белорусский вариант священного писания.

Делайте вал, товарищи
АГ не перестает использовать вместо традиционных названий «правительство», «кабинет министров» характерное для его концепции государственного управления «новый экономический штаб». Удивительные задачи ставит перед группой растерянных чиновников Лукашенко: «экспорт белорусских товаров и услуг за год должен вырасти на 6,5% и составить около 9 миллиардов долларов, … агропромышленный комплекс - в текущем году предусмотрен его прирост на 3 – 4%. Предстоит произвести 6,5 миллиона тонн зерна, больше 8 миллионов тонн картофеля, больше 5 миллионов тонн молока…, жилье - должно быть построено до 3 миллионов квадратных метров..» За первых два месяца 2002 г. экспорт снизился на 6,2% при одновременном увеличении экспорта на 2,2% (по сравнению с аналогичным периодом прошлого года). Рост с/х производства в первом квартале оказался меньше прогнозного в 2 раза (1,8%). По итогам 2001 г. было собрано 5,15 млн. тонн зерна. В этом году при сокращении посевных площадей, отсутствии новых технологий в производстве получить 6,5 млн. т.– это несбыточный прогноз. Перед выборами 2001 г. фигурировала цифра 7 млн. т., которую быстро забыли. В 2001 г. картофеля вырастили на 7,8 млн. тонн. (минус 11%). Аграрники не знают, как бороться с долгами, а им – давай вал. Кризис животноводства подтверждает сам Лукашенко: «В конце 2001 года и в начале этого года мясо и молоко белорусского производства становятся неконкурентоспособными не только на внешнем, но и на своем, родном белорусском рынке». Не лучше ситуация и в строительстве. По оценкам правительства, в Беларуси около 10 тысяч объектов незавершенного строительства. Чиновники считают, что все это богатство стоит чуть ли не 70 трлн. рублей. Их ждет горькое разочарование, когда они вдруг решат продать эти стройки. Выручка может оказаться в сотни раз меньше. Уместно вспомнить, что по всей стране пустует жилых домов и квартир площадью 1 млн. м2. Зачем вкладывать деньги туда, где они не принесут ни прибыли, ни социальной пользы, особенно в сельской местности, где за бесценок можно купить пустующие дома? А. Лукашенко раздает приказы, не особо утруждая себя анализом реальности целевых показателей. «Я не буду раскрывать технологию решения этих задач: правительство, министры, специалисты в отраслях – люди квалифицированные, они знают, что, как и когда делать». В том-то и проблема белорусской экономики, что никто из официоза не может ответить на вопрос «как». Я не встречал ни одного министра, который бы не показывал пальцем на потолок или не ссылался на вышестоящую инстанцию, когда речь заходила о принятии конкретных экономических решений. Золото партии нашли в Беларуси В своем послании. Лукашенко в очередной раз подчеркнул особый характер бюджетной политики. Есть, оказывается, в нашей стране, стратегический золотой запас, который используется, когда надо покупать чиновникам «Мерседесы», строить хоккейные дворцы или организовывать дожинки. Может, золото КПСС каким-то чудесным образом материализовалось в Беларуси? Высказывание А. Лукашенко заслуживает пристального внимания не только миссии МВФ и Всемирного банка, но и кладоискателей: «Ну, я что, из бюджета эти деньги взял? Да ни копейки из бюджета не взял. Где взял - это мое дело. Я законно их взял. Я ни у кого не отобрал, не украл и себе не взял». За подобные высказывания президентов Литвы, Польши или Германии СМИ и общественность вынудили бы уйти в отставку. А в Беларуси приближенные ко Двору бизнесмены вынуждены платить за доступ к «телу» отчислениями на всевозможные общенародные стройки. Именно они лоббируют свои проекты по поставкам лекарств и организации медуслуг, по строительству и импортозамещению. Созданная А. Лукашенко кормушка в виде дотаций, льгот или монополии на определенном рынке товаров или услуг – это как раз та модель отношений «бизнес - государство», против которой активно выступает В. Путин. Нынешнее белорусское руководство она вполне устраивает, поскольку стабильно генерирует козлов отпущения. А вот про экономическую свободу, конструктивный дух предпринимательства А. Лукашенко не сказал ни слова, в очередной раз разминувшись на идеологическом поле со своим российским визави. Отцы - идеологи послания При написании послания спичрайтеры активно использовали мысли известных идеологов прошлого. А. Лукашенко часто пользуется методикой менеджмента Иосифа Сталина. В работе 1929 года также были проблемы с посевной и дожинками, с коррупцией и контролем со стороны государства. Статья Сталина «О хлебозаготовках и перспективах развития сельского хозяйства» вполне могла бы стать частью послания А. Лукашенко:  «Я видел несколько раз представителей вашей прокурорской и судебной власти. Почти все они живут у кулаков, состоят у кулаков в нахлебниках и, конечно, стараются жить в мире с кулаками. На мой вопрос они ответили, что у кулаков на квартире чище и кормят лучше. Понятно, что от таких представителей прокурорской и судебной власти нельзя ждать чего-либо путного и полезного для Советского государства. Непонятно только, почему эти господа до сих пор еще не вычищены и не заменены другими, честными добросовестными советскими людьми». Кризис хлебозаготовок – это не чисто белорусская проблема начала XXI века. Судя по принятой в РБ концепции реформирования сельского хозяйства, А. Лукашенко вполне разделяет мнение Сталина относительно причин плохого состояния дел на селе: «Во-первых, растет и богатеет деревня. Вырос и разбогател, прежде всего, кулак. Три урожая не прошли даром. Хлебных излишков в этом году не меньше, чем в прошлом, так же как промтоваров в стране в этом году не меньше, а больше, чем в прошлом году…» «Вместо того чтобы обуздать спекуляцию, наши заготовительные организации повели бешеную конкуренцию между собой, подрывали единый фронт заготовителей, вздували цены на хлеб и невольно помогали спекулянтам и кулакам срывать советскую политику цен, ухудшать рынок, снижать заготовки». Надо отметить существенное отличие белорусской и сталинской модели: в конце 20-х годов XX века в СССР было гораздо больше частных производителей. В контексте борьбы с лоточниками, собственниками ларьков и торговых палаток в Беларуси уместно вспомнить отношение к малому бизнесу Иосифа Сталина: «Мы говорим часто, что развиваем социалистические формы хозяйства в области торговли. А что это значит? Это значит, что мы тем самым вытесняем из торговли тысячи и тысячи мелких и средних торговцев... Мы говорим, что развиваем социалистические формы хозяйства в области промышленности. .. это значит, что мы вытесняем и разоряем, может быть, сами того не замечая, своим продвижением вперед, к социализму тысячи и тысячи мелких и средних капиталистов – промышленников».. Очередным идеологом правительства А. Лукашенко является небезызвестный Никита Хрущев. Его отношение к сбережению и инвестированию вполне совместимо с ментальными схемами А. Лукашенко. В книге «Жить в мире и дружбе!» во время своего визита в США в сентябре 1959 года Хрущев заявил: «Хочу, чтобы меня правильно поняли. Одно дело, когда человек имеет пару ботинок и хочет иметь еще две – три пары, имеет костюм, а хочет иметь несколько, имеет дом, а хочет построить для себя лучший. Это законное стремление. Социализм не ограничивает вкусов и потребностей людей. Но совсем другое дело, когда человек имеет фабрику, а хочет иметь две, владеет одним заводом, а хочет получить десять. Ясно, что ведь ни один человек, даже вместе со всей своей семьей, даже если бы ему было дано прожить не одну жизнь, не может заработать личным трудом миллион, а тем более миллиард долларов. Этого можно добиться только в том случае, если присваивается чужой труд». Пусть бросит в меня камень тот, кто считает, что А. Лукашенко и его команда думают иначе.

Другие материалы в этой категории: « Шум и ярость Посадили в одиночку »

 

 

Подпишись на новости в Facebook!