Куда ты пришла, Беларусь?

Автор  10 апреля 2006
Оцените материал
(0 голосов)

Наступил последний полный год нахождения "у руля" страны нынешней власти. Почти пять с половиной лет корабль белорусской экономики находится в руках у людей, которые учили экономику, процесс производства и распределения товаров и услуг по книгам Маркса, учебникам политэкономии социализма и советской географии. Страшно далеки они от понимания мотивов простого инвестора, производителя, потребителя и налогоплательщика. Непонятна им позиция людей с деньгами, которые предпочитают направлять потоки ресурсов и капитала в обход Беларуси. Потеряли они контакт с реальностью, ослепленные царской властью и неограниченными полномочиями распоряжаться деньгами и судьбами других. Они рисовали красочные картинки буйного экономического роста, восстановления разрушенных связей, эшелонированной социальной защиты населения – на 30 долларов среднемесячной зарплаты и на 15 долларов пенсии. Они приказали сельскому хозяйству, строительному сектору и экспорту расти. А "лидеры" выдохлись, не оправдав надежд, погрязли в неплатежах, отрицательной рентабельности и вымывании капитала. Они закрыли от общественного контроля способы распределения денег налогоплательщиков, создав отдельным коридорным бизнесменам божественные синекуры. Все это под лозунгом борьбы с коррупцией, с ненормированным потреблением, несанкционированной торговлей, неустановленным порядком покупки-продажи валюты. Они – это агэшники, т.е. Александр Лукашенко и его команда, полностью им назначаемая и контролируемая: правительство, Нацбанк, контрольные органы, спецслужбы, руководство концернов и агентств, крупных госпредприятий и банков. Сюда можно включить также ряд ученых и псевдоученых, которые в погоне за длинным рублем заворачивали очевидную ересь в научную и юридическую терминологию. Некоторые уже соскочили с белорусского "Титаника": кто по своей воле, кто по приказу капитана. Перед оставшимися стоят труднейшие задачи, объем и глубина которых напоминают образ цунами, который вкупе с зачастившими айсбергами наверняка пробьет ряд брешей в лоскуточной окончательно канализованной белорусской экономике.  

Куда ты пришла, Беларусь? Вышли мы все, 26 стран Европы и Азии, из блока одной социалистической системы. Белорусы были тогда одними из лучших: высококвалифицированная рабочая сила, мощная индустриальная база, высокая производительность труда, выгодное географическое положение, развитая инфраструктура, а также возможность использовать дармовые ресурсы России. То было давно. Нещадно эксплуатировали данные преимущества правительства Кебича и Лукашенко. Всему есть предел: терпению, ресурсам, деньгам, кредитам. Для того чтобы поддерживать социальность экономики, также необходимы ресурсы. В 1999 году население платило за свет, газ, общественный транспорт, квартиру 15 – 25 % от себестоимости, немного больше – за продукты питания. Почти даром… Люди часто не понимали, что реально платят гораздо больше, но в другом месте: отдавая государству часть своей реальной зарплаты и пенсии в виде инфляционного сбора, платя неподъемно высокие налоги от предприятий, доверяя банкам свои сбережения под отрицательную ставку процента, переплачивая за импорт, потому что в цене заложены те же налоги и курс валюты около миллиона, а не 300 тысяч. Платили же мы, белорусы, но не напрямую, а опосредованно. Правда, тех, кто работал больше, старался накопить и заинвестировать в будущее, заставляли платить гораздо больше. В результате белорусских творцов богатства и капитала стало гораздо меньше. Извращения фискальной политики Формы оплаты государственных закупок энергоресурсов, кормов и зерна отличались особой изощренностью. Характерна реакция местных вертикальщиков после доставки первых эшелонов кредитной пшеницы из Чехии. Они немедленно назначили встречи с представителями государственного и частного бизнеса, чтобы обеспечить поток "добровольных" пожертвований. Так было в течение 1999 года во время посевной, уборочной, заготовки и «назапашки» кормов и пополнения запасов мазута и топлива. Стандартные способы и методы финансирования госрасходов, с одной стороны, и оплаты по счетам со стороны госпредприятий – с другой. Собираемых налогов не хватает, ресурсы Национального банка подчищены почти под ноль, запас прочности банковской системы по бесплатной раздаче дотаций приблизился к опасной черте банкротства. Российская экономика после девальвации, дефолта и почти трехкратного сокращения бартера, МВФ и тем более частные иностранные кредиторы спокойно взирают на попытки белорусского правительства переместиться со 134 на 150 место по инвестиционной привлекательности, со 102 на 135 – индексу экономической свободы и с 68 на 90 –индексу восприятия коррупции. Спокойствие иностранцев объясняется тем, что их денег в нашей экономике почти нет, а о еще большей степени экономической самоизоляции можно будет говорить, когда белорусское правительство не в состоянии будет экспортировать калийные удобрения, химию, дерево и металл. Принимаемый по два раза в год бюджет не отражает полную реальную структуру доходов и расходов государства. Поскольку агэшники действуют по принципу "все вокруг хозяйское, все вокруг мое", то вполне логично было бы включить в доходную часть бюджета статью "добровольные пожертвования субъектов хозяйствования". Правда, по нашему законодательству данные проплаты можно делать только из прибыли. К концу 1999 года обращения власти к предпринимателям и банкирам участились, что свидетельствует о нарастании серьезных проблем в сфере бюджетной политики. В течение 1999 года заметно ухудшилось финансовое состояние предприятий промышленности, транспорта. Даже железная дорога на пассажирских перевозках имеет триллионные убытки, которые пока еще компенсируются перевозками грузов. Рентабельность обеспечена без учета необходимых капитальных вложений в ремонт и приобретение подвижного состава. Жесткость агэшников не распространяется на госсектор. Именно государство показало себя самым плохим хозяином и собственником. Энергетики не могут выбить долги с предприятий. Только в Могилевской области энергодолги составили около 12 трлн. BRB. Дотаций и ресурсной помощи явно на все не хватает. Типичная ситуация для 1999 года: дают единицам, а требуют от всех, кроме тех, кому дают. В этом и заключается суть белорусской политики стимулирования "эффективного" спроса и предложения. Стимуляция дошла так далеко, что Могилевский облисполком приостановил действие льготных рецептов на получение лекарств, потому что нет денег рассчитаться с "Фармацией". Угрозы местных властей об отключении электроэнергии, прекращении поставок газа практически не реализуемы без санкции агэшников, занимающих более высокие посты в иерархии экономической власти. До внутреннего дефолта – рукой подать

Государство само является генератором неплатежей в стране. Отсутствие финансовой дисциплины у хозяина, владеющего 85 % всех активов страны, безусловно, сказалось на состоянии как бюджетной сферы, так и предприятий и населения. Жизнь в долг продолжается. Работа на будущее практически невозможна. На 01.11.99 года дебиторская задолженность в целом по экономике составляла 901 трлн. BRB, из них просроченная – 386 трлн. BRB, в том числе свыше трех месяцев – 270 трлн. BRB, или 70 % от общей суммы. Для сравнения на 01.01.99 дебиторская задолженность составляла 299,3 трлн. BRB, т.е. за год увеличилась в 3 раза. Кредиторская задолженность на 01.11.99 года составила 1347,1 трлн. BRB. Из них просроченная была равна 540,9 трлн. BRB, в том числе свыше трех месяцев – 393,1 трлн. BRB, или 72,7 % от общей суммы. Напомню, что на 01.01.99 кредиторская задолженность составляла 461,3 трлн. BRB, т.е. фиксируем более чем трехкратный рост за год. При этом темпы роста долгов к концу года по сравнению с началом увеличились на 25 – 30 %. Поскольку денег у предприятий в ближайшей перспективе не появится, то представьте себе, что произойдет с дефицитом бюджета, если все эти огромные суммы посчитать, наконец, как убытки или недополученную запланированную прибыль. И это при том, что банки прокредитовали предприятия и население почти на 430 трлн. BRB. при среднегодовых процентных ставках "коммерческих" банков по кредитам в пределах от 30 % в январе до 60 % в конце года. И это при официальной годовой инфляции около 350 %. Я не случайно закавычил слово "коммерческий", потому что ни о какой экономике в отношениях "агэшники – банки", "банки – предприятия" речи быть не может. Если исходить из того, что экономика изучает постадийный процесс трансформации экономическими субъектами ресурсов и капитала в потребительские товары, предполагающий оптимизацию использования ограниченных ресурсов, то в белорусском варианте народного хозяйства мы может говорить лишь об общереспубликанском механизме вертикального и горизонтального перераспределения ресурсов по политическим и идеологическим схемам. На начало 2000 года даже по официальной статистике каждое пятое предприятие убыточно. Сумма убытков за 1999 год увеличилась более чем в 5 раз. В промышленности среди убыточных почти 60 % – государственные. Катастрофически не хватает собственных оборотных средств. По всем отраслям, кроме торговли, не дотягивают до установленных весьма льготных нормативов. К концу года кудесники от белорусской статистики и учета "нарисовали" рост рентабельности до 15 %, но данный показатель выбивается из общей картины финансового состояния реального сектора экономики. Несмотря на принятия ряда документов по экономии энергоресурсов, долг только по данной позиции, включая внутриреспубликанские расчеты, составляет около 460 трлн. BRB. Долг предприятий РБ превышает долги субъектов СНГ белорусам почти на 140 трлн. BRB. Есть еще один важный показатель для оценки общей финансовой ситуации – внешний государственный долг. В 1999 году Беларусь для его обслуживания заплатила почти 130 млн. Usd., почти в 2 раза больше, чем в 1998 году. При снижении в 1999-м на 20 % валютных поступлений в бюджет, неурегулированном долге предприятий в размере около 20 млн. Usd, Беларусь должна будет выложить очередные 130 млн. Usd в 2000 году. И здесь возникает принципиальный, я бы сказал, краеугольный, вопрос на наступивший год: "Будет ли Беларусь девальвировать свой рубль?" Если будет, то насколько и какой режим обменного курса и монетарную политику в целом она будет проводить? Фон(д)овый рынок – совсем без-ценные бумаги Чтобы жизнь для реального и финансового секторов медом не казалась, в конце года ситуацию с привлечением средств для предприятий рыночным путем (через фондовую биржу) усугубил Декрет № 43 "О налогообложении доходов, полученных в отдельных сферах деятельности". А. Лукашенко ввел то, от чего руками и ногами отбиваются англичане в борьбе с остальной частью ЕС – налог (ставки 30 и 40 %) на доходы по операциям с ценными бумагами. Да, в Беларуси нет фондового рынка – и еще долго не будет при сохранении такого отношения к развитию этого важнейшего института рыночной экономики. Наши соседи-конкуренты с удовольствием обслуживают свободные денежные ресурсы мира, развивая инфрастуктуру фондового рынка: в Венгрии его капитализация составляет свыше 13 млрд. Usd, в Польше – 22 млрд. Usd, Чехии – 12,5 млрд. Usd. Даже маленькая Словения имеет 2,5 млрд. Usd. При всей своей неразвитости и высокой рискованности рыночная капитализация фондового рынка России превышает 26 млрд. Usd. При ожидаемой рационализации политики при новом президенте эта цифра вырастет на порядок. При сохранении сегодняшних подходов правительства в области инвестиционной политики белорусские предприятия останутся без ресурсов как в форме иностранных кредитов, так и в форме прямых иностранных и портфельных инвестиций. Декрет № 43 устанавливает, что доходы банков, небанковских кредитно-финансовых учреждений, страховых и перестраховочных организаций, а также доходы иных юридических лиц облагаются налогом на доходы. Отмечается, что налог на доходы уплачивается кредитно-финансовыми учреждениями и страховыми организациями по ставке 30 процентов, иными юридическими лицами по доходам от операций с ценными бумагами – по ставке 40 процентов. К началу 2000 года в Беларуси работает около 1 750 акционерных обществ открытого и закрытого типа. Выпущено 2,3 млрд. акций на сумму 34,4 трлн. старых белорусских рублей, что по курсу Нацбанка на конец года составляет почти 110 млн. Usd, а по рыночному – около 38 млн. Usd. Вот вам и капитализация белорусского фондового рынка. Это меньше, чем средний ежедневный оборот фондового рынка Будапешта и Варшавы. Не зря количество профессиональных участников рынка ЦБ за два последних года уменьшилось почти на 50 % и составило всего 190 "единиц". Отметим, что правительственные аналитические институты не планируют увидеть рост активности на этом сегменте рынка в 2000 году, что находит отражении в дальнейшем сокращении участников. Краеугольная девальвация Очевидно, что для установления контакта белорусского производственного и финансового сектора с реальной жизнью необходима трехкратная девальвация с последующим снижением стоимости белорусского рубля на 5 – 7 % как минимум в течение года. Такой шаг резко увеличит нагрузку на бюджет страны и предприятий в плане обслуживания валютных долгов (по российскому рублю в том числе). Это разгрузит тех белорусских экспортеров, которые и так вынуждены покупать сырье и ресурсы по рыночному курсу, но полностью перевернет ситуацию в промышленности, сельском хозяйстве, жилищном строительстве и, конечно, в бюджетной сфере, где люди будут получать зарплату в "зайцах". Сильная девальвация – это необходимое белорусской экономике кровопускание, без которого ей невозможно будет эффективно конкурировать в Европе и даже в России. Сохранение трехкратной разницы между реальным и государственным курсом белорусского рубля на руку только валютчикам. Если за две недели после отмены ограничений по наличному обороту валюты (не совсем полному) банки увеличили объем ее покупки до 1 млн. Usd в день со стандартной величины с "убитым" рынком наличной валюты в 50 тыс. Usd, то можно согласиться с предположением, что в Беларуси серая экономика составляет 100 % официального ВВП. Это и есть рациональный ответ экономических субъектов Беларуси на желание агэшников загнать всех в стойло неоплановой экономики. Поскольку денег взять будет неоткуда, то все надежды опять лягут на печатный станок. В бюджете на 2000 год запланирована эмиссия в размере 76 трлн. BRB. Забавно вспомнить два предыдущих года. На 1998 год план был 7 трлн., а реально напечатали 34 трлн. На 1999 год план был 34 трлн. – напечатали почти 80 трлн. BRB. Учитывая данную динамику, необходимость сильной девальвации и расшивки неплатежей, в том числе по внешним обязательствам, данная цифра будет находиться в пределах от 200 до 500 трлн. неденоминированных рублей. С вытекающими отсюда инфляционными последствиями. С 01.01.2000 г. минимальная заработная плата в Беларуси увеличилась на 51,7 % (с 01.10.99) и составила 2 200 "новых" BRB, что также потребует значительного увеличения расходов на фонд ЗП. Сам факт, что за три последних месяца правительство вынуждено было более чем наполовину увеличивать минималку, говорит лишь о том, что реальные денежные доходы населения постоянно отстают от темпов фальшивомонетничества правительства. Знаковым является высказывание зампреда Нацбанка Н. Лузгина в конце 1999 года: "Пока у нас сохраняется довольно высокая эмиссия и отрицательное сальдо платежного баланса, конечно, у нас будет такой фактор, как девальвация белорусского рубля". Так что заверения ряда агэшников об ужесточении монетарной политики относятся к разряду благих пожеланий, а не реальных запланированных шагов. В течение 1999 года Нацбанк вел переговоры с российским руководством о некой единой или общей (что не одно и то же, по мнению правительства РБ) денежной единице. Трудно представить совместимость следующих параметров: план по инфляции в Беларуси – 150 %, в России – 30 %; рационализация экономической политики при пролиберальном Путине и хаотичность шагов оторванных от реальности агэшников; единой валютой Союза для россиян может быть только российский рубль с вытекающими последствиями для белорусов, в то время как белорусы никак не хотят смириться с потерей суверенитета над кнопкой печатного станка. Разве только Путин и К0 начнут реализовывать против Беларуси жесткую экономическую "антитеррористическую" акцию, направленную на наведение порядка в отдельно взятом регионе Союза. Алхимия торговли Падение внешнеторгового оборота почти на 25 % за год свидетельствует об ошибочности моновекторной ориентации Беларуси. Агэшники старались в полном объеме использовать дешевые товарные кредиты России, да и грех было не использовать, если дают. Но вместо того, чтобы за это время произвести структурную перестройку реального сектора, подтянуть старые и создать новые конкурентные на рынке стран СНГ и Европы предприятия, правительство предпочло решать краткосрочные задачи, многие из которых носили чисто идеологический характер. К чему, например, восстанавливать хозяйственные связи со многими российскими предприятиями, если цены на их комплектующие и сырье выше мировых? Зачем гнать бартер все менее ликвидных товаров взамен на ценные энергоресурсы, из которых можно было бы сделать что-то более прибыльное? Зачем нагружать госпредприятия давальческим сырьем, когда белорусские предприятия полностью забросили раскрутку своих торговых марок, добровольно уступая добытые кровью и потом торговые ниши? Зачем говорить о неком Союзе, когда даже зоны свободной торговли и единого таможенного пространства между Россией и Беларусью нет? Да, отрицательный торговый баланс с 1,5 млрд. Usd по итогам прошлого года удалось сократить до немногим более 400 Usd. За счет почти 20-процентного сокращения экспорта и почти 30 % сокращения импорта. Падение импорта вряд ли можно объяснить эффективной реализацией программы импортозамещения. Просто как у государства, так и у его субъектов в прошедшем году было гораздо меньше валюты, а частный сектор все больше уходил в нерегистрируемый сектор, где транзакционные издержки были на порядок ниже. Даже такое позитивное явление, как выравнивание счета текущего баланса и выход на положительную величину 1,2 % от ВВП (прогноз) с 6,6 % в начале 1999 года, говорит о чрезмерной несбалансированности внешнеторговых потоков. Странам Центральной и Восточной Европы обычно надо несколько лет, чтобы выправить ситуацию с расчетами по экспорту-импорту. Беларусь не предприняла никаких шагов для подготовки к переходу на чисто денежную форму расчетов с Россией, где тенденции к замене бартера во внутрифедеративных расчетах стали очень сильными. Поэтому следует предположить, что в 2000 году агэшникам не удастся увеличить легальный торговый оборот так, чтобы залатать дыры в негативных тенденциях производства реального сектора экономики. В республике отсутствует программа борьбы с бартером, а введенный товарообменный налог кроме чисто конфискационной функции роли не играет. Более того, при сильно завышенном курсе белорусского рубля и девальвации российского отечественная промышленность при помощи агэшников поставлена на колени. По Минпрому сальдо в торговле с Россией по-прежнему положительно, но годовое падение составило около 15 %. Доля бартера с 52,2 % в начале 1999 года увеличилась до 61 % в конце года. Ориентация на советский вал (догнать и перегнать уровень 1991 г.) при обязательной продаже 40 % валютной выручки  (правда, с массой оговорок для особых предприятий и отраслей), трехкратном разрыве между курсом Нацбанка и рынка, огромных трудностях при покупке валюты создали ситуацию, когда в физическом объеме торговля по многим позициям оставалась на уровне прошлого года или даже возрастала, а в денежном выражении шел большой откат. К примеру, Минский завод холодильников в "натуре" поставил товара больше на 106,5 %, в деньгах – около 85 %. У МАЗа ситуация и того хуже: на 11,5 % больше "натуры", а выручки только 67,8 % от прошлогодней. Пройдет еще год-два, и россияне уверенно займут те ниши своего рынка, где сегодня еще господствуют (преимущественно за счет цены и невозможности хоть как-то вынуть "живые" деньги) белорусские товары. К такой конкуренции белорусский реальный сектор не готов, а в Европу, даже постсоциалистическую нас просто так не пустят. Да и потребители этих стран избалованы выбором. Трудно себе вообразить ситуацию, когда ЦЕФТА, ВТО или тем более ЕС будут создавать специально под Беларусь некие особые режимы наибольшего благоприятствования в торговле. При сохранении старой парадигмы торговой политики сохранить объемы экспорта и импорта будет очень сложно. Можно предположить, что в 2000 году Беларусь ожидает очередное ухудшение параметров торговли, особенно во второй половине года, когда россиянам необходимо будет рационализировать свою экономику, ужесточить финансовую политику. Да, при небольшой либерализации, открытии экспорта и импорта за белорусские рубли можно ожидать небольшого оживления, но в первую очередь увеличится импорт, что потребует принятие мер оперативного реагирования по определению курса белорусских денег. А вот с этим у нас в стране самые большие проблемы. Приворизация  – античубайсовщина по-белорусски В год, когда такое больше влияние власть уделяла национализации, борьбе с принципом ограниченной ответственности и институтом частной собственности, как-то некорректно говорить о приватизации и об институциональных рыночных изменениях в целом. Это был страшный год для частного сектора. Некоторые собственники лишились своего имущества через процедуру пересмотра приватизационных решений. По официальным данным с 1991 года в Беларуси реформировано 3 040 субъектов, что составляет 25,1 процента государственных предприятий. Кстати, научно-исследовательский институт при Минэкономики выдает другую цифру – 3 876 предприятий за период до 30.08.99. Из них 1 101 преобразовано в ОАО (при сохранении контрольно-управляющих функций за государством), 678 выкуплены трудовыми и арендными коллективами, 353 проданы по конкурсу, а 906 – на аукционе. В негосударственном секторе экономики сегодня заняты 1 миллион 380 тысяч человек, что составляет 36,8 процента занятого населения. К сожалению, данных о том, сколько человек занято чисто в частном секторе, нет, но при учете предпринимателей, челноков, малого и среднего бизнеса эта цифра превышает полмиллиона. Это наиболее динамичная и перспективная в плане создания новых рабочих мест часть рабочей силы, будущий средний класс Беларуси. На 2000 год запланировано реформировать (это совсем не значит приватизировать) 345, а в 2001-м – 370 объектов государственной собственности. Таким образом, к концу 2000 года в белорусской экономике будут по-прежнему функционировать и прожигать ресурсы почти 12 000 государственных предприятий. Значит, вопрос о создании валютных резервов за счет продажи госсобственности в ближайшие два года даже не планируется? Вот она реальность прогнозов об ужесточении монетарной политики. Слова, слова… В то время как власть проводит приватизацию по принципу "закат солнца вручную", активы белорусских предприятий неуклонно дешевеют. Правительство не определилось с методикой оценки предприятий, не провело анализ наиболее эффективных для Беларуси форм и методов приватизации. Работа над ошибками по итогам институциональных изменений так и не была выполнена. Складывается впечатление, что агэшники просто не понимают необходимости формирования фундаментальных институтов рыночной экономики. Они уверены, что рынок может работать и с социалистическими институтами при тождественности политической и экономической власти. Как говорят, орел в неволе не размножается. Инвестор и предприниматель в белорусской "воле" разродиться прибылью и накопить богатство тоже не в состоянии. Болезненные вызовы 2000 года 2000 год – это год очень трудных вызовов для АГ и его команды. Опустим не менее сложные политические проблемы. Экономика явно выходит на первые роли. Можно говорить о десяти принципиальных альтернативах власти в области экономической политики на 2000 год. Конечно, многие факторы (российская внутренняя политика, цены на мировом рынке) находятся вне контроля А. Лукашенко. Еще никогда свобода его маневра не была так ограничена. Еще никогда ресурсы власти не были такими ограниченными. Еще никогда перспективы их получения на старых условиях не были такими мрачными. 1.    Девальвировать и отпустить курс или администрировать и держать его на "цепи". Дебаты будут идти о глубине девальвации.
2.    Печатать деноминированные бумажки с такой же скоростью или выйти на положительную ставку процента. Свободное плавание нового белорусского рубля в грязных административных водах или валютная привязка – вот вопрос вопросов.
3.    Провести внутренний дефолт и клиринг по долгам предприятий и бюджета с ужесточением финансовой дисциплины и широким применением механизма банкротства и санации или закрывать глаза на системную бесхозяйственность и спасать "точечные" проекты.
4.    Бартеризировать или нормализовать денежные отношения с российскими партнерами.
5.    Диверсифицировать торговые потоки или уповать на моногамные торговые отношения с Россией.
6.    Проводить точечную приватизации при сохранении "золотой акции" и права национализировать любой объект, даже если он государственным никогда не был, или создавать класс реальных защищенных собственников.
7.    Имитировать рыночное ценообразование в рамках закона и подзаконных актов или разрешить потребителю и производителю договариваться без посредника. Отменить госзаказ с фиксацией цен гораздо ниже себестоимости или дать хозяйствам и предприятиям некоторую степень экономической свободы.
8.    "Душить" реальный и финансовый сектор налогами старого и нового образца или кардинально пересмотреть фискальные отношения "государство – производитель" исходя из имеющихся институтов, ресурсов и традиций белорусского человека.
9.    Переводить население на 100 % оплату себестоимости жилищно-коммунальных, транспортных и иных общественных товаров (в том числе продовольствия) или продолжать практику перекрестного субсидирования и помощи не человеку, а предприятию.
10.    Оставить безадресной, хаотичной систему социальной помощи на основе регулирования цен на социально значимые товары, установления норм отпуска в одни руки и запрете несанкционированного вывода "стратегических" продуктов питания или вручать каждому бедному в руки (или на его личный счет) компенсационные выплаты. Наши соседи по европейскому дому имеют гораздо больше поводов радоваться, чем мы. Далеко не все у них безоблачно. Принятие многих болезненных решений еще тоже впереди. Правые ли, левые ли – они давно поняли факт объективной реальности: без интеллектуальных, технологических, финансовых ресурсов Европы и мира на их условиях, по их правилам игры, без их рынков сбыта и гарантий экономической свободы на рынках всех факторов производства, включая рабочую силу, не стать богатыми и стабильными, не обеспечить гражданам достойную старость и безоблачное детство. Разве не это является целью государственной политики? Разве не для этого мы избираем власть? Раз она этого не понимает, не хочет или не может учиться, раз она унижает собственных производителей, инвесторов и потребителей, то зачем она нам такая? Триумф силы убеждения над силой принуждения – это признак цивилизованного общества. Именно цивилизационный выбор предстоит сделать белорусской власти в 2000 году. Как видно из таблицы, по объему производства мы находимся на уровне двух других европейских страны на "Б" – Болгарии и Боснии. Не совсем приличная эта "б"-компания, потому что все страны ЦВЕ, сделавшие цивилизационный выбор, оставили нас далеко позади. Да и болгары еще в 1997 году решились на кардинальные перемены. В отличие от нас самое болезненное у них уже позади.
 

Среднемесячная зарплата в Usd (на 01.01.2000)

Беларусь – единица (35 Usd на человека)

Беларусь

1

Чехия

10,5

Венгрия

9,5

Польша

11

Словакия

7,4

Словения

27

Россия

1,7

Босния-Герцеговина

0,95

Болгария

3,4

Румыния

3,7

Эстония

8,9

Латвия

7

Литва

8

Украина

1,3

 

Объем прямых иностранных инвестиций на душу населения

Беларусь – единица (45 Usd на человека)

Беларусь

1

Чехия

28

Венгрия

46

Польша

21

Словакия

7,6

Словения

30

Россия

2,1

Босния-Герцеговина

3,2

Болгария

4,2

Румыния

4,25

Эстония

38,5

Латвия

20

Литва

15

Украина

1,2

 

Инфляция за 1999 г.

Беларусь – единица (300 %)

Беларусь

1

Чехия

0,006

Венгрия

0,03

Польша

0,025

Словакия

0,04

Словения

0,02

Россия

0,3

Босния-Герцеговина

0,01

Болгария

0,0017

Румыния

0,15

Эстония

0,012

Латвия

0,007

Литва

0,004

Украина

0,074

 

ВВП на душу населения (на 01.01.2000)

Беларусь – единица (1 300 Usd на человека)

(на основе статданных ЕББР и EIU)

Беларусь

1

Чехия

4,25

Венгрия

3,7

Польша

3

Словакия

2,9

Словения

7,5

Россия

1,4

Босния-Герцеговина

0,85

Болгария

1,01

Румыния

1,3

Эстония

2,85

Латвия

2

Литва

2,2

Украина

0,7

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!