Тревожный отсчет

Автор  10 апреля 2006
Оцените материал
(0 голосов)

На прошлой неделе А. Лукашенко принимал отчет правительства. Вроде бы традиционное, рутинное мероприятие для поддержания вертикали в боевом состоянии. Ан, нет, тревога витала в воздухе. Неудовлетворенность и неуверенность АГ, скрытая злоба и легко заметное раздражение уязвимым положением правительства и отраслевых концернов. Довольных почти не осталось. Село требует свыше 1 млрд. Usd - ему предлагают поискать в своих сараях и сусеках. Промышленность домогается оборотных средств – ей говорят о святом долге чуть ли не бесплатной поставки техники, удобрений и топлива. Строительству нужны бюджетные деньги в виде почти дармовых кредитов для почти социально не защищенных получателей квартир. Экспорт пытаются стимулировать все, придушив одновременно импорт, цены и банки. Кулуарные нарекания чиновников и директората постепенно трансформируются в публичные пререкания с АГ, что еще недавно было немыслимо. Вера в благие намерения без твердого подкрепления профессионально разработанными бизнес-планами улетучивается. Администрация и правительство надеются на чудо. «Чудо» не знает, с какой стороны взяться за разлетающуюся в разные стороны централизованную социалистическую экономику. Склеить нельзя, не склеить – опасно. В такой атмосфере проходил отчет правительства по результатам работы экономики в 2000 году.  

А. Лукашенко правомерно сказал, что прошедший год действительно «является завершающим в выполнении основных направлений социально-экономического развития Республики Беларусь на период 1996 – 2000 гг., утвержденных Всебелорусским народным собранием в 1996 году». Пятилетка стратегических ошибок, игнорирования рационального опыта разных стран мира, перенос убыточных западных схем на белорусскую социалистическую действительность привели к потере конкурентоспособности тысяч предприятий, драгоценного времени и к «проеданию» ресурсов государства, бизнеса и простого человека. На самом деле, не экономика была главной темой отчета. Для власти важно было придумать такие схемы, слова и оправдания, чтобы при очень плохой игре сделать иллюзию успеха, обкатать предвыборные лозунги, посмотреть на реакцию «первого круга» подчиненных. Вряд ли серьезные аналитики предполагали, что в год президентских выборов АГ решится на серьезный анализ выбранной шестью годами раньше стратегии и тактики, тем более на публичное признание ошибок. При этом многие конкретные шаги правительства сегодня являются немым укором власти. Хорош индекс да не тот Трудно было спичрайтерам и советникам подобрать те индикаторы и показатели, по которым Беларусь неплохо бы смотрелась на фоне других. Индекс развития человеческого потенциала ООН – это синтезированный показатель, который дает порой удивительные результаты. По нему многие развитые, богатые страны выглядят хуже, чем некоторые постсоциалистические. Количество коек, школьных парт, выпускников вузов вкупе с оценкой валового продукта по не существующему в природе паритету покупательной способности не дает адекватного представления о реальном состоянии дел в экономике. ООН – это далеко не самая ведущая организация, являющаяся законодателем мод в сфере экономического анализа. Но за неимением ключевых экономических рейтингов и при длинном списке тех, в которых Беларусь замыкает десятки и пятерки наихудших стран, АГ ухватился за данные ООН, представив их «как важнейший критерий развития государства». 57 место в мире из двухсот было расценено как успех: выше из стран СНГ никого нет. Незаметно власть меняет шкалу сравнения. Раньше пытались тягаться с США и ЕС, потом – с Польшей, Чехией и Балтийскими государствами. Сейчас приличным выглядит сравнение только со странами СНГ, да и то не со всеми. Придворным аналитикам остался последний редут – сравнение с «передовыми, прогрессивными» странами быстро развивающейся Африки. Очевидную ляпу допустили спичрайтеры, которые нагло соврали, включив в доклад А. Лукашенко следующую ссылку на Европейский банк реконструкции и развития. Мол, ЕБРР высокого оценил индекс качества государственного управления. По данному показателю, Беларусь «непосредственно следует за Чехией и опережает все страны СНГ, а также Литву, Хорватию, Болгарию, Румынию…» Из последнего отчета ЕБРР явственно следует, что Беларусь входит в последнюю тройку 26 переходных стран региона, имея по некоторым главным показателям самые плохие индексы. Быть лучше только Таджикистана или Туркменистана – это не достижение, а полный провал экономической политики. Но прикрыться авторитетными организациями всуе АГ смог, очевидно, понимая значимость рейтингов собственных государственных служб.

Цифровая обманка
Странные превращения творятся у нас и с ВВП. По мнению А. Лукашенко, «Беларусь имеет 7.000 Usd, Россия – 6.821 Usd, Украина – 3.350 Usd, Казахстан – 497 Usd. Таким образом, мы опережаем Казахстан почти в 15 раз». Опять весьма оригинально подобраны цифры. Взята методика паритета покупательной способности, которую серьезные полисимейкеры никогда не станут использовать в качестве некой отправной точки. Приведем данные полюбившейся президенту организации ЕБРР и не менее авторитетной Economist Intelligence Unit. По итогам 2000 года, ВВП на душу населения в Казахстане составляет около 1160 Usd на душу населения. Тот же источник дает по Беларуси показатель 810 Usd. По России ВВП на душу населения – 1.330 Usd, в Украине – 640 Usd. Как видите, ситуация, мягко говоря, отличается от радужной картинки СНГэшного благополучия. Так что сравнения с иностранными государствами у АГ явно не получились. Да, внешнего долга в Беларуси немного, но кто и под что нам может дать? А вот внутренний долг, кредиторская и дебиторская задолженности только за последний год выросли более чем в 3 раза. Поэтому как-то несуразно звучит вывод: «эти цифры свидетельствуют о том, что 6 лет назад белорусский народ осознанно и верно избрал долгосрочную стратегию развития страны и много сделал для ее реализации». Непонятно, о каких цифрах идет речь. По прямым иностранным инвестициям на душу населения за период 1990 – 2000 мы опережаем лишь Боснию, Узбекистан и Таджикистан. По уровню зарплаты мы опережаем только азиатские страны СНГ, Украину и Молдову (но Казахстану мы проигрываем). Капитализация фондового рынка у нас никакая, потому что сам рынок никакой. Зато по инфляции – впереди планеты всей. Так что твердых фактов и цифр, подтверждающих правильность стратегии, АГ так и не привел. Не потому, что не хотел, а потому, что они не существуют в природе. Это я еще не говорю о стартовых условиях, когда Беларусь по уровню жизни была недосягаемой  и для Казахстана, и большей части России.

Словесные непонятки
Бахвальством звучат слова: «Нам предстоит большая работа, чтобы войти в число передовых стран мира». Их можно рассматривать, как заявления баскетболистов минского РТИ войти в НБА или футболистов «Торпедо» Кадино побороться с «Манчестером» за кубок чемпионов. Как выполнять такие задачи, пусть даже с принятым бюджетом и прогнозом, А. Лукашенко ответить не смог. Он – стратег. Он ставит задачи, а выполнять их должны другие люди, которые уже на заседании начали придумать причины невыполнения тех самых заданий. «Основное внимание должно быть уделено обеспечению устойчивой и макроэкономической стабилизации, закреплению положительных тенденций социально-экономического развития». С ростом цен не справились. АГ дает задание снизить цены до 2,5% в месяц, повысить покупательную способность населения, улучшить финансовое положение предприятий, увеличить объем инвестиций, снизить долю бартера и дать зарплату 100 Usd. Все одновременно и в рамках госсобственности, тотального регулирования, лицензирования и ценообразования. А. Лукашенко не мог не затронуть кадровый вопрос. По его мнению, «для того чтобы работать сегодня, есть все. Поэтому надо серьезнейшим образом спрашивать с руководителей министерств и ведомств за отношение к делу». Входят ли в это «все» деньги, полномочия и ответственность, сказано не было, но уверен, что большинство присутствующих на собрании так и не поняли, откуда взять это магическое «все». Экономические и управленческие рецепты типа «нужно, чтобы каждое предприятие работало, а произведя продукт, реализовав его, получив деньги – заплатило зарплату и купило для следующего оборота необходимое сырье и материалы…» звучат, как инструкция по безопасному пользованию столовой ложкой: «снять оберточную бумагу, тщательно сполоснуть, высушить мягким полотенцем и широким концом поднести к тарелке с супом». Где взять или как сварить суп здесь, не сказано. Главное – получить задание. «Блеяние ягнят» Члены правительства и руководители всевозможных концернов один за другим брали слово и носовые платки, для того чтобы стирать испарину со лба. Владимир Ермошин по долгу службы и реальному положению в иерархии системы принятия решений должен был вторить А. Лукашенко. Он решил, что в 2000 году Беларусь продолжала двигаться по пути экономического подъема. Премьер не стал оригинальничать и в подтверждение привел лишь ряд макроэкономических показателей, поведение которых можно объяснить, зная систему сбора статистической информации, премирования чиновников и директоров и собственно методику самих показателей типа ВВП. Стороннему наблюдателю за экономику так и хочется определить линейную взаимосвязь «вырос ВВП – улучшилась жизнь населения», «увеличился объем госинвестиций – белорусы стали жить лучше». В природе таких причинно-следственных связей нет. Да, благосостояние 0,1% населения в краткосрочной перспективе стало заметно выше, но если брать в сумме всех белорусов и ставить хотя бы среднесрочные цели, то накачка ВВП за счет государственных инвестиций и потребления без системы страховки в виде института банкротства и эффективной судебной системы – это уверенный путь к системным катаклизмам. В. Ермошин знает, что делать: «Основными целями социально-экономического развития страны в текущем году правительство считает закрепление положительных тенденций макроэкономической стабилизации в стране, осуществление комплекса мер, направленного на дальнейшее повышение жизненного уровня населения… Экономическая политика в 2001 г. будет подчинена реализации следующих приоритетов: противодействие росту цен во всех секторах народного хозяйства, замедление темпов среднемесячной инфляции до уровня не более 2,5%, снижение доли бартерных операций, зачетных схем и увеличение доли денежных расчетов…, развитие агропромышленного комплекса и сопряженных отраслей, развитие жилищного строительства с максимальным использованием внебюджетных источников финансирования…» После такого списка приоритетов и задач вообще непонятно, что же реально собирается делать правительство. «Закреплять тенденции», «повышать уровень», «развивать отрасли» - это все чиновничьи отговорки ничегонеделания, спрятанные за банальные фразы из лексикона советского работника Госплана или сотрудника ЦК. Как бы вы отнеслись к человеку, который бы заявил вам, что его главным приоритетом является похудение, а также рост мышечной массы, регулярное пятиразовое питание, 10-часовой сон, отсутствие резких физических движений и толстый слой шоколада после всего? Каннибалы экономики А. Лукашенко, как по сценарию, не мог скрыть своего недовольства работой сельского хозяйства. «Вы позавчера подумали о стратегии, а сегодня вы отчитываетесь за 2000 г. Что все время на стратегию кивать? Как я могу вам верить, что в первом квартале что-то сделаете, если я у вас спрашиваю: «В третьем квартале прошлого года сделали? Не сделали. В четвертом сделали вместе с губернатором и правительством? Не сделали. А говорите мне сейчас, что в первом сделаем. А где гарантии, что будет сделано? Где гарантии, если вчера провалено, позавчера провалено, а завтра что-то будет сделано? Как я могу вам верить?» Правильно, верить нельзя. Для этого нет ни институциональных, ни финансовых, ни кадровых оснований. Этот же вопрос можно адресовать и самому АГ, когда он грозится раздать реальные полномочия. В реальной же жизни работает очень интересный механизм: пусть Палата решится на подвиг и 2/3 отменит указ президента. Есть еще декрет. Пусть Конституционный суд совершит акт, близкий к суициду и отменит декрет. Так есть еще такая маленькая правовая бяка – распоряжение президента. Ему придается статус нормативно-правового акта и ни одна инстанция в мире отменить его не сможет. Если позавчера не дал реальных механизмов власти, вчера не передал ответственность и ресурсы для правительства и частного сектора, то где гарантии, что не обманет завтра? Ответ ответственного за село чиновника вызывает восторг: «Ту стратегию, о которой вы говорите, она применяется в республике. Ведь все свиноводческие комплексы, которые сконцентрированы в Главжилпроме мы именно таким подходом и делаем». Он говорит о разделении «ответственности раз и навсегда. Не может кто-то один у нас отвечать за все это дело». Предложить приватизацию колхозов и перерабатывающих предприятий язык так и не повернулся. Верхом служебного подхалимажа можно считать изречение: «Я готов сегодня нести любую ответственность, Александр Григорьевич. Любое ваше решение будет правильным, но все же ответственность надо разделить по каждому». АГ отреагировал: «Что я должен сделать, чтобы разделить у вас ответственность?» Ответ последовал молниеносно: «Ничего». Интересен и диалог с главным строителем страны. АГ: «Почему жилье сегодня стало недоступным людям? Почему такая стоимость строительства? Что вы будете делать с этим?» Ответ: «Александр Григорьевич, это самый большой вопрос, над которым мы работаем. Что касается индексации и отслеживания в течение года, то я вам, как и обещал, то мы этот вопрос очень тщательно отслеживаем. Одним из доказательств является то, что у нас в строительной отрасли самая низкая рентабельность. Это говорит о том, что мы держали пульс, руки на этом показателе достаточно жестко». Как капитан команды КВН, Лукашенко среагировал быстро: «Так лучше бы вы не держали». Просто уверен, что после такого доклада В. Путину министр строительства России сразу же остался бы без работы. Додуматься ставить себе в заслугу то, что мало зарабатываешь, может только тот, для которого крокодилы летают не только «низэнько», а на любой высоте. Откровения В. Кокорева по промышленности были похожи на признания честного чистого мальчика-первокурсника, впервые столкнувшегося с прелестями экономической теории. Он считает, что «село тоже должно работать. Я сейчас занимаюсь восстановлением банковской системы. Прихожу в банк, а у них забрали все деньги. Деньги сегодня можем дать, а село говорит, откровенно, прямым текстом, хлебокомбинаты: «Нам дали под правительственные гарантии. Вернем, когда появятся деньги». Не так должен работать механизм. Если ты взял кредит, то должен его вернуть. Только потом можешь взять второй. А мы ему хотим дать как-то сверху второй кредит… Поэтому сегодня из села надо взять все, что только можно. Ничего тут страшного нет. Пусть продадут продукцию, сыр, мясо, колбасу, молоко, купят часть удобрений, часть топлива, часть правительство поможет, часть госрезерв поможет, часть правительство на себя возьмет, и таким образом мы решим. Но если мы поставим задачу «все дадим», то ничего не дадим. Не сможем дать». АГ сказал еще жестче: «Из села для села, для них, надо выжать все, не надо для вас, для нас… Но есть объективные вещи. Вот на причину объективного характера мы должны им помочь». Опять все беды села и промышленности будут списывать на Гольфстрим, оппозицию и падение уровня воды в Амазонке. Один в ранге вице-премьера открывает себе прописные экономические истины, другой – на шестом году «реформ» снова закрывает глаза на бесхозяйственность. Это же так объективно, что просто грустно. В результате А. Лукашенко посчитал работу правительства удовлетворительной. Он в очередной раз поставил стандартный набор задач, назвав их почему-то «конкретными делами». Подводит Беларусь субъективный фактор. АГ недоволен субъектами в правительстве. Субъекты все больше недовольны друг другом и самим АГ. Отсчет финальной стадии социалистического эксперимента начался. Ура, товарищи?
 

Другие материалы в этой категории: « Экономические результаты палаты-I Шаляй-валяй »

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!