Невыносимая легкость бытия белорусского государственного предприятия

Автор  07 апреля 2006
Оцените материал
(0 голосов)

Кому на Беларуси жить хорошо? Если иметь в виду экономическую среду обитания, то отвечать на этот вопрос становится все проще. Не сильно покривишь душой, если скажешь, что никому. Даже те непотопляемые всепогодные предприятия, которые при любых президентах, правительствах и парламентах получают льготные кредиты, чувствуют себя неуютно. Всем нужен платежеспособный спрос. Всем нужны "живые" деньги и надежные клиенты. Верить в тезис о невозможности банкротства государства становится все труднее. Какое предприятие сейчас уверено в финансовой надежности своей клиентуры? Тем более что падает конкурентоспособность белорусского реального сектора. Все труднее добывать валюту и заставлять компании возвращать ее в страну. Реальные кредиты дорожают, условия заимствования ухудшаются, давление со стороны российских сырьевиков увеличивается. Не зря цифры летних соцопросов говорят о том, что лучше стали жить лишь около полпроцента населения. Даже если некие представители концернов, директората и увеличили свое личное состояние на очередные сотни тысяч долларов, то проблема легальной реализации своих возросших возможностей в этой стране по-прежнему остается нерешенной. 

Мы не будем говорить об изношенности основных производственных фондов страны на 75%, о низкой производственной и финансовой дисциплине и резком дефиците профессиональных менеджеров, финансистов и маркетологов. Каждый внутренний фактор достоин отдельного анализа. Интересно посмотреть, как внешняя среда помогает государственному предприятию выживать и конкурировать в динамично меняющемся мире. Директора могут быть самыми большими патриотами, искушенными стратегами, но в стране, где основные экономические решения принимаются государством, они контролируют всего 20% всех факторов, которые влияют на успех того или иного проекта. Остальное – в руках многочисленных чиновников, расположенных в жесткой иерархии и оплачиваемых соответственно. Государственное предприятие в Беларуси работает примерно в такой же среде, как строители жилья без страховки на побережье Мексиканского залива, где каждую неделю бушуют смерчи, штормы и прочие природные напасти. При этом без надежного прогноза погоды, потому что экономический термометр (цены) и барометр (деньги) не выполняют свои функции. Правительство Беларуси предпочитает использовать эти традиционные инструменты для декоративно-идеологических целей.

Председатель советов директоров (ПСД) всех белорусских предприятий

Главным среди институтов, которые необходимо учитывать при организации и планировании работы госпредприятия, является, безусловно, президент. Его полномочия по управлению каждым конкретным предприятием практически не ограничены. При этом полностью отсутствуют механизмы ответственности за последствия принимаемых решений. Наоборот, если очень много нормативных положений, которые четко определяют иерархию стрелочников, начиная от какого-нибудь начальника цеха до руководителя отраслевого министерства или концерна. В Беларуси любое предприятие любой формы собственности может стать либо изгоем, либо любимчиком вне зависимости от результатов хозяйственной деятельности. Главное, чтобы… И вот здесь возникает самая большая проблема белорусской госсистемы управления и распределения ресурсов и капитала: нет четких и понятных критериев оценки. Если ты руководишь крупным провинциальным предприятием, стабильно получаешь прибыль, инвестируешь в новые технологии, создаешь рабочие места, исправно платишь налоги, то это не значит, что тебя оставят в покое органы государственной власти (лучший вариант) или предложат некие деньги на развитие или поддержку. Ты можешь попасть в немилость к ПСД страны, если имел неосторожность публично высказаться о проблемах предприятия или отрасли, если отдал слишком мало денег на "социально значимые" программы общереспубликанского сбора средств (типа посевных, уборочных, горюче-смазочных), если твое понимание справедливости, нормы, выгоды и морали не совпадает с его. Всего не перечислить. Представьте себе психологическое состояние среднего директора госпредприятия, когда в момент совершения некоего действия он не знает, получит он медаль на грудь или пулю в лоб. В подвешенном состоянии стратегически верные решения принимать очень сложно. Когда президент принимает решения по различным корпоративным мелочам (например, разрешение на иностранные инвестиции свыше 10 тысяч долларов, освобождение от обязательной продажи валюты) у него не остается времени на выполнение своих функциональных обязанностей по реализации стратегии развития страны. Иначе он бы так хаотично не метался, внося по несколько раз изменения в издаваемые декреты и указы. Так в Декрет № 14 от 04.08.97 года "О некоторых мерах по упорядочиванию экономических отношений" в 1999 г. были внесены изменения декретами № 10 от 16.03.99 г., № 15 от 08.04.99 г., № 25 от 28.06.99 г., № 28 от 15.07.99 г. Получается, что для ПСД страны (вернее различным лоббистам вокруг него) каждый месяц приходили в голову идеи, догоняющие, перегоняющие или опровергающие предыдущие. Приведем пример еще одного мучительного поиска истины. В Указ № 52 от 08.02.95 г. "Об установлении порядка регулирования экспортно-импортных и валютных операций и повышении ответственности за нарушение законодательства в области внешнеэкономической деятельности" вносились изменения и дополнения указами: № 108 от 19.03.1996 г., № 142 от 12.04.1996 г., № 398 от 04.10.1996 г., № 48 от 14.01.1997 г., № 231 от 23.04.1999 г., № 317 от 08.06.99 г. А с 1.02.2000 г. вступил в силу Указ № 7 "О совершенствовании порядка проведения и контроля внешнеторговых операций", который вообще отменил Указ № 52. Надо быть большим фантазером, чтобы в этих шараханиях и метаниях видеть некую стройную логическую, социально ориентированную систему.

ПСД страны с мизерным КПД

Президент РБ может легко и непринужденно назначить или уволить директора любого государственного предприятия. Равно как и премьер-министра, вице-премьеров, которые курируют различные направления, министров экономики, финансов, имущества, предпринимательства и инвестиций. Возглавлять многочисленные силовые структуры, органы госконтроля, прокуратуру, суды, отраслевые концерны без санкции президента невозможно. Равно как и получить доступ к земле, недвижимости и деньгам. При этом надо контролировать ход выполнения отданных приказов. Ни один самый гениальный человек в мире не справился бы с таким объемом обязанностей. Microsoft, General Motors управляются многочисленной командой лучших в мире профессионалов. Бюджеты этих компаний в несколько десятков раз превосходят ВВП Беларуси. А ведь президент – это не только ПСД страны. У него еще куча других дел. Значит, можно предположить, что на уровне высшего руководства страны нет глубокого анализа происходящих событий. Решения принимаются хаотично и спонтанно. Важнейшие документы месяцами лежат без надлежащего внимания. Определяющим фактором в определении параметров экономической политики является способность отдельных чиновников подсунуть на подпись и пролоббировать те или иные решения. ПСД страны "подвесил" все предприятия, но и его "подвесило" ближайшее окружение, лишив объективного анализа динамично развивающихся экономических процессов.

Министерства и концерны


Министерства и концерны выполняют функцию приводных ремней, мальчиков на побегушках ПСД страны, хотя формальные полномочия данных структур достаточно обширны: "…регулируют работу предприятий всех форм собственности…, владеют, пользуются и распоряжаются государственным имуществом, находящимся на их балансе, …создают целевые фонды…, разрабатывают экономические нормативы эффективности хозяйствования подведомственных предприятий…, принимают совместные с областными и Минским городским исполнительными комитетами меры по совершенствованию деятельности и развитию соответствующей отрасли экономики или сферы управления…". Все перечисленное и многое другое означает или много или ничего. Нормативная и реальная жизнь у нас сильно отличаются. Главное – кто кого назначает, контролирует и за что может снять. Понятно, что рука, подписывающая бюджет и распределяющая деньги страны в легкой привязке к нему, лишающая других даже возможности оценки эффективности потраченных средств, весомее, чем даже десятки рук, просящих помощи или робко пытающихся задать вопрос. С другой стороны, формально широкие полномочия министерств и концернов – это возможность спихнуть с себя всю ответственность за экономические провалы.

Уровень профессиональной компетенции, знания сути проблем на уровне министерств на несколько порядков выше, чем на президентском, а наличие реальных рычагов управления, полномочий – на несколько порядков меньше. Есть в данной среде (особенно на среднем уровне управления) много интересных предложений по реформированию экономики, но страх, отсутствие стимулов и уверенности в завтрашнем дне заставляет их залечь на дно. Концерны, первые ростки структурной перестройки в Беларуси, – это не что иное, как министерство с правом заниматься хозяйственной деятельностью. Вопросы собственности, финансовой и имущественной ответственности здесь не решены. Подчинение Совмину, т.е. наличие прямого канала выбивания денег и возможности дискриминации не примкнувших ПО, НПО, ООО или ЗАО, не является эффективной институциональной формой решения корпоративных задач. Сегодня ведется подготовка к "тихому" акционированию и реальной приватизации "Белтрансгаза", "Белтелекома" и "Белэнерго". Интенсивность этих процессов в каждом из данных монополистов разная. Тенденции развития данных отраслей в России, Западной и Центральной Европе не оставляют шансов для Беларуси работать в старом просовдеповском режиме, когда чисто корпоративные вопросы и споры решаются не на совете директоров и в суде, а при помощи все того же ПСД страны.

Прогнозы – главный хлеб министерств

Чем реально заняты работники министерств? Главное – это составление прогнозов, концепций, научных программ на всевозможные случаи жизни. Неважно, что они не научны и в подавляющем большинстве случаев выполняются с большими погрешностями. Второе – это составление отчетов по выданным заранее прогнозам и утвержденным программам, объяснение причин провалов, обязательное выявление позитивов. Писать надо как можно больше, непонятнее, с частым использованием экономического жаргона и банальных многофункциональных фраз типа "российский фактор", "финансовый кризис", "неблагоприятная мировая конъюнктура". А заканчивать надо стандартными предложениями типа "надо совершенствовать механизмы государственного управления экономикой", "социально ориентированная экономика – это правильный стратегический выбор". Компьютерщики и программисты в Беларуси сильные. Можно было бы заказать им программу, которая бы вместо сотен специалистов Минфина, Минэкономики, Минпрома и других "минов", "промов" и "продов" выдавала при вводе определенного набора цифр прогнозы, оценки и предложения. Научности и объективности в них было бы столько же, сколько и в нынешних документах. А вот экономия для бюджета – колоссальная, а вреда для экономики было бы гораздо меньше. Хотя и эту выигрышную ситуацию наверняка испортили бы инструкцией о необходимых квалификациях и требованиях к программистам. Она была бы составлена так, что обеспечивала бы полную занятость работников разогнанных министерств.

Итак, помимо ПСД страны, в гипотетический совет директоров среднего государственного предприятия входит 4 представителя Совмина (по одному из Минэкономики, Минфина, Мингосимущества, Минпредпринимательства), от ГНК, ГТК и отраслевого концерна. Без представителей местных и контрольных органов власти и собственно представителей самого предприятия мы имеет 8 человек. Продолжаем формирование Совета директоров.
Как здесь обойтись без Комитета госконтроля, Совбеза, Госкомитета по финансовым расследованиям, пожарной службы, органа стандартизации, сертификации и контроля за ценами? Никак. В Беларуси около 20 институтов контроля имеют право проверять те или иные аспекты деятельности предприятия. Пять основных объектов государственного контроля это 1) использование госсобственности, 2) оборот отдельных категорий товаров (драгметаллы и камни, черные и цветные металлы и так по всей товарной номенклатуре), 3) обращение денежных средств и ценных бумаг, в т.ч. иностранной валюты; 4) государственная дисциплина цен и 5) порядок осуществления внешнеэкономической деятельности. Каждое из этих положений требует детальной расшифровки, множество нормативных актов, чтобы в конце концов чиновник принял решение, как ему велит вышестоящий начальник или исходя из личной заинтересованности. Знаковым при определении критериев эффективности или глубины нарушения является слово "государственный", которое, как и слово "чуть- чуть", имеет для каждого человека индивидуальное значение. Даже такие близкие, на первый взгляд, экономические партнеры, как Беларусь и Россия, по-разному понимают слово "минимум": в Беларуси минимальный размер уставного фонда для ОАО – 10 000 МЗП, а России всего 1 000; для ЗАО и ООО в Беларуси – 3 000 МЗП, в России 100 МЗП. Интересно, кто это из наших двух стран страдает экономическим империализмом?

При таком количестве контрольных органов без дублирования функций обойтись просто невозможно. Каждый из проверяющих имеет право на получение информации, доступа на территорию, ревизию и конкретные санкции. Инструкции, которыми руководствуются различные органы, противоречат друг другу, поэтому найти нарушения даже малоопытному человеку не составляет большого труда. Тем более, если он одержим непреодолимой страстью вершить разумное, доброе, справедливое за 50 Usd официальной зарплаты.

"Работать надо, а не маркетингом заниматься"

Да, не забудем благородную налоговую службу и Министерство статистики и анализа, которые специализируется по разработке и внедрению десятков обязательных для ежемесячного заполнения и предоставления форм. Формально гарантированная конфиденциальность под легкий шелест зеленых купюр легко превращается в неформальное предоставление информации заинтересованным лицам. Не было еще в белорусской практике случая наказания должностного лица за несохранение тайны экономической информации. Нет механизмов компенсации убытков предприятию оттого, что их финансовую и корпоративную подноготную узнали конкуренты. В Беларуси столько нищих чиновников и проверяющих, наделенных большими полномочиями, что нет нужды заинтересованным западным корпорациям и спецслужбам инвестировать в "Эшелон". За ширмой мифической угрозы с Запада контрольные органы как будто не замечают дренаж мозгов российскими частными корпорациями. Молодой белорусский специалист с хорошим западным образованием, знанием языков и современных технологий управления при размещении объявления о поиске работы получает до 10 предложений из России. Получит он предложения и от белорусских госпредприятий, но вряд ли соблазниться на нищенскую зарплату и перспективу возможного получения жилья от предприятия через 10 лет. Тем более, после эйфории вливания в коллектив приходит отрезвление, которое знаменуется словами директора или главного бухгалтера: "Твои западные схемы и иностранные слова типа "маркетинг" и "менеджмент" нам здесь не нужны. Работать надо". Надо понимать – лопатой, киркой или серпом. Когда экономические, психологические и культурологические издержки переезда из Беларуси в Россию или Украину уменьшатся (а процесс идет стремительно), тогда перед белорусским реальным сектором и тем более органами государственного управления встанет явная угроза остаться в дураках с дураками и неучами.

После завершения процесса формирования гипотетического Совета директоров среднестатистического государственного предприятия получаем следующую картину: а) представители республиканских, местных органов власти, включая концерны, – 9 человек, б) представители контрольных органов – 5 человек (по минимуму), в) представители собственно предприятия (директор и два его заместителя, главбух, главный инженер) – 5 человек. Как ни крути, представители государства (14 из 19 человек) имеют квалифицированное большинство при голосовании по любому вопросу. А права младших, мелких акционеров, коими являются рабочие и управляющие предприятий в Беларуси, повсеместно нарушаются. Защиты от судебной власти, естественно, нет, потому что ее также назначает ПСД страны. Вот и приходится госпредприятиям пребывать в состоянии невыносимой легкости бытия, которое, как мы знаем по известному фильму, заканчивается весьма трагически.
 

Динамика удушения бизнеса в РБ  

 

1997

1998

1999

Количество нормативных актов*

1 787

2 031

2 084

Законодательные акты президента (по регулированию экономической деятельности)  **

23

24

43

Количество органов, выдающих лицензии

26

38

50

Количество лицензируемых видов деятельности

70

100

Более 150***

* В 1991 г. количество нормативных актов составляло 507.

** В 1996 г. было принято всего 3 декрета по регулированию экономической деятельности. В 1995 г. было принято 527 указов. В 1999 – 789.

*** 57 постановлений Совмина. Сертификацию в РБ регулирует 76 нормативных актов.

 

 

Подпишись на новости в Facebook!

Новые материалы

мая 18 2017

Далеко за рамками здравого смысла и порядочности

Белорусские власти не перестают шокировать, раздражать и делать такое, что хватаешься за голову и кричишь: «Неужели это возможно?» 12 мая 2017г. премьер-министр правительства Беларуси Андрей…