Страна непуганных конфискадоров

Автор  07 апреля 2006
Оцените материал
(0 голосов)

Кому в Беларуси жить хорошо? На этот совсем не праздный вопрос отвечать становится все легче. Как показывают многочисленные социологические опросы и эмпирические наблюдения, резко уменьшается количество людей, которые довольны своими доходами, уровнем правовой защиты и качеством жизни. Размер бюджетной кормушки сокращается, просителей становится все больше. Неизменным остается одно: власть чиновника над производителем и потребителем. Индекс экономической несвободы угрожающе растет. В обиход белорусской экономической политики прочно вошло грозное явление "конфискат". Право распределять чужие деньги и богатство досталось нам по наследству от коммунистов. Белорусской спецификой является повышение статуса конфиската в ранг составной части государственной политики.  

На прошлой неделе А. Лукашенко принимал премьер-министра В. Ермошина, главу Администрации президента М. Мясниковича и ряд других товарищей с целью обсуждения мер по "совершенствованию работы с обращением в доход государства имущества, конфискованного при незаконных перевозках на территории республики". Сам факт, что данная проблема, по мнению А. Лукашенко, стала "одной из важнейших в функционировании экономики нашего государства", порядок ее обсуждения и принятые решения еще раз подтверждают опасения экспертов: нынешнее правительство не собирается пересматривать свое отношение к частной собственности, к имуществу своих и иностранных граждан, к формированию доходной части бюджета. Проведенные кадровые изменения на высшем уровне имеют на данном этапе чисто формальный характер. На самом острие пирамиды принятия экономических решений по-прежнему находится один человек. Разница между его положением сегодня и 3 года назад заключается в том, что пирамида угрожающе сузилась и зашаталась, не имея сильной восточной и внутренней экономической опоры. Приходится прибегать к экстраординарным мерам и расширять практику узаконенного грабежа беспечно решивших заниматься экономической деятельностью в Беларуси или просто по воле географического положения решивших переехать через нашу республику транзитом. Власть "приперло": сеять и строить не на что, кормить скот не за что и нечем, зарплаты и пенсии повышать – нет ресурсов, не хватает оборотных средств, а парламентские и президентские выборы не за горами. Вот и приходится "совершенствовать", "упорядочивать", "систематизировать" и наказывать за непостроение воздушных замков на очень зыбком белорусском песке.

Беларусь опять не поняла мир


Неправда, что мир не использует наши слова в своем обиходе. Наряду с "nomenklatura" "apparatchik" и "valyutchik" Беларусь внесла свой вклад в мировой вокабуляр – слово "konfiscat". Обратите внимание, какие слова получают от нас граждане мира: не из области высоких технологий, телекоммуникаций, робототехники или биогенетики, а из сферы разрастающейся и мутирующей бюрократии. У них люди творят и производят полезные человеку вещи и услуги. У нас чиновники выдумывают способы, как поглубже залезть в чужой карман и обвинить при этом человека в антисоциальном, аморальном поведении. В цивилизованных странах государство и есть для того, чтобы защищать имущество граждан, права собственности. Конечно, есть случаи конфискации товаров, производство и торговля которыми уголовно наказуема. Печально, но даже в демократической Америке под видом борьбы с наркотиками, проституцией или предоставлением услуг (к примеру, медицинских) без лицензии полиция захватывает имущество простых граждан, автомобили и затем забывает компенсировать моральные и материальные издержки, если не доказывает виновность подозреваемых. По данным Washington Post, только в одной из 11 служб, имеющих право конфисковывать без суда, на складах скопилось автомобилей, лодок, домов и другого имущества на 1,5 млрд. Usd. В 1986 г. было конфисковано имущества всего на 27 млн. Usd, в 1991 – 644 млн. Usd, а в 1993 г. – уже свыше 2 млрд. Usd, что составляет около 0,05% доходной части американского бюджета. Просто захватывающие темпы роста. Про права собственности американская Фемида умалчивает, а получить свое имущество назад очень сложно: надо заплатить 10% стоимости имущества (потом эти деньги не возвращаются) и приличную сумму адвокату. Проходят годы, пока гражданин может вернуть свое имущество. В странах с так называемой рыночной экономикой конфискация происходит под "благородным" предлогом: борьба с наркотиками, защита населения от услуг неквалифицированных специалистов, защита окружающей среды или борьба с отмыванием денег. Благо, что подобные разборки не касаются подавляющего числа людей, живущих в рамках позволяющего хорошо зарабатывать закона. Можно утверждать, что, с редкими изъянами, частную собственность на Западе забрать просто так очень накладно. В первую очередь для чиновника, на которого можно подать в суд и который, прежде всего, не видит в бизнесмене врага.

Конфискат как идеология экономики

В Беларуси, как всегда, своя специфика. У нас конфискуют за то, что поощряется в цивилизованном мире: за торговлю банальными товарами народного потребления (совсем не наркотиками и оружием). Белорусский законодатель рассуждает по-своему правильно: сначала надо напринимать кучу декретов и инструкций, установить массу запретов, ограничений, заставить получать разрешение на производство и перемещение любого товара из пункта А в пункт Б. И потом за нарушение или по подозрению за нарушение десятков тысяч букв закона или их духа ввести норму – конфисковать имущество, которое в той или иной степени помогало совершать "преступление". А преступником в Беларуси может стать каждый, кто решает хоть как-то улучшить свое существование. Директора крупных и малых предприятий, предприниматели, туристы, транзитники, торговые партнеры белорусских компаний – над всеми висит занесенный топор правосудия и конфиската. Везешь лишнюю (по инструкции чиновника) палку колбасы, кусок сыра или масла – забирают машину. Получается, что колбаса у нас приравнивается к наркотикам. Наказание вопиюще не соответствует "преступлению". Если солдат в армии не вычистил сапоги, его надо заставить стирать одежду всего взвода. Или если студент прогулял занятие в пивбаре, то ему в качестве компенсации надо проставить пиво всему курсу. А государство при этом конфискует всю месячную выручку бара, как пособника в совершении "преступления".

Наивный интеллигентный человек может посоветовать обратиться в суд на нерадивого чиновника, который не понимает политику доброжелателей из высшей власти. Они, мол, защищают простого человека. Какой суд, какая процедура обжалования действий правоохранительных органов, какой механизм компенсации за нанесенный гражданину ущерб, какие наказания для нарушителей закона в погонах и "футлярах"? Закон надежно защищает бюрократа от посягательств со стороны простого гражданина. Данные вещи не прописаны в нормативной базе, поэтому издержки обращения в суд чрезмерно высоки, а шансы выиграть спор близки к нулю.

Государство заботится о наполняемости бюджета нетрадиционными способами. И делает это вполне успешно. За 1999 год система магазинов, складов и распределительных пунктов "Конфискат" получила товаров на 7 трлн. рублей, что составляет около 1,5% доходной части бюджета. Много это или мало можно представить в сравнении с некоторыми расходными частями бюджета. Так, на развитие малого и среднего бизнеса в бюджете 1999 года было предусмотрено всего 0,5 трлн. BRB, на поддержку науки – 10 трлн. BRB, на культуру и искусство – 2 трлн, а на государственные СМИ – 3,5 трлн. То есть бюджетных поступлений от конфискованного товара хватило бы, чтобы полностью закрыть вопрос по идеологической обработке населения через СМИ и по некоторым другим важным статьях расходов. Анекдотично выглядит вопрос поддержки малого и среднего бизнеса. Забрать у незаконопослушных транспортников и торговцев товара и имущества на 7 трлн., чтобы потом щедро поделиться с начинающими бизнесменами 7% данной суммы. Производители в рыночной экономике идут на разные маркетинговые трюки, чтобы убедить потребителя купить товар. Реклама приобретает самые разнообразные формы. Реклама сети магазинов "Конфискат" – это реклама порочных экономических практик, которые доминируют в экономике. Приходит в подобный магазин простой человек, и задает вопрос по ценам и ассортименту, происхождению товара. А ему говорят, что все это добро отобрали у "жуликов" и "бiзнесменау", которые хотели нажиться на честном народе. И так постепенно все больше людей превращается в соучастников этой аморальной схемы превращения человека в Шарикова.

Ценовые качели


Одни из самых интересных вопросов с конфискатом – это формирование цены. Удивительно, как это до сих пор не разработаны детальные инструкции по этому поводу, почему не поднята на научный уровень столь важная государственная тема. Потенциал получения ренты в данной сфере, по сути дела, сравним с высокодоходными бартерными зачетными схемами и перераспределением дешевых бюджетных ресурсов на сельское хозяйство и строительство. Известно, что конфискованное имущество продается по бросовым ценам, которые меньше рыночных (по автомобилям, импортному ширпотребу) в 5 – 10 раз. Это позволяет судить о потенциальном размере откатов для лиц, которые непосредственно распоряжаются арестованным и конфискованным имуществом. Раз есть такой лакомый кусок, то всегда найдется масса чиновников, которые захотят им распорядиться. Неизвестно, по каким ценам А. Лукашенко оценил конфискат: по тем, которые указаны в счет-фактурах, по продажным рыночным или по тем, по которым реально прошла реализация товара. Здесь поле для ценовых игр на конфискованные товары различных органов, служб и чиновников безгранично. Практика значительного занижения цены отмечалась на первом этапе раскрутки программы "конфискат". Сейчас наблюдается другая крайность, по которой очень четко отслеживается мотивация чиновника. Милиционеру, таможеннику, налоговому инспектору доводят своеобразный план по выявлению нарушений и сбору определенной суммы штрафов. Когда не было системы жесткого контроля и учета, можно было беспрепятственно занижать цены и реализовывать товар "налево". Сейчас, когда сам А.Г. через своего надежного человека решил взяться за конфискат, риск быть уличенным в продаже товаров по заниженным ценам резко возрос. Поэтому сейчас при продаже конфиската ответственные лица выставляют завышенные ценники: пусть лучше сгниет на стоянке или на складе (за это ответственность не предусмотрена), чем у вышестоящего начальника или контролера возникнут подозрения в неких махинациях. Практика завышения цены позволяет рапортовать о росте эффективности работы правоохранительных органов и бдительности иных стражей экономического порядка. А у нас премии дают за количественные показатели. При этом никому не приходит в голову мысль о причинах столь бурного роста объемов конфискованного имущества. Если налоговые и контрольные органы находят нарушения у 90% субъектов, то власть делает вывод не о порочности законодательства, а грешности человека. Неужели у такого "порочного" народа может быть такое невинное правительство?

Приказано конфисковывать централизованно

Очевидно, субъекты настолько заигрались, что А. Лукашенко решил централизовать систему принятия решений по конфискату, замкнув его на... Департамент по гуманитарной помощи. Это высокая оценка деятельности данной структуры по организации распределения гуманитарной помощи из-за рубежа главным полисимейкером страны. Им было отмечено, что по данному каналу оппозиция уже поддержки не получает. Неужели некие конфискационные схемы были замкнуты на оппозицию, что потребовало кардинального пересмотра данной сферы? Ближе к правде предположение, что не поставленный в рамки четких инструкций чиновник превратился в "жулье". В сытое время и при небольших объемах с этим можно было бы смириться, а сегодня, когда правительство испытывает серьезные финансовые проблемы, пришло время считать каждую копейку. О правах собственности уже никто не заикается. Ущерб для имиджа страны, потерянные инвестиции, вконец добитое доверие к обновленной команде реформаторов полупенсионеров, озлобленность белорусов, россиян и других иностранцев по факту узаконенного грабежа – вот та высокая цена, которую заплатит Беларусь за 20 млн. Usd ежегодно конфискуемых товаров. Понятно, когда Департамент по гуманитарной помощи оказывает помощь пенсионерам, инвалидам, детям. В этом случае распределяется добровольная помощь. Не будем здесь говорить о том, как это делается и почему должна существовать подобная структура. Совсем другое дело, когда данный орган будет реализовывать или распределять товары, которые были отняты у людей силой. Такое робингудство – забрать у одни и отдать другому – еще никогда хорошо не заканчивалось. Подобные распределители богатства "по справедливости" становились народными героями гораздо позже своей кончины на костре или на виселице. Управление подобной смесью морально полученных и аморально конфискованных товаров наверняка ударит по авторитету Департамента по гуманитарной помощи.

"Все, что твое – мое", – говорит государство


Белорусская власть принесла очередную черную метку собственнику, хозяину. В государственную программу "Конфискат" четко укладывается политика по отношению к банкам и крупным предприятиям. Нет, их товар и денежные ресурсы прямо никто не конфискует. Для этого существует ряд других схем, успешно раскручиваемых в этом году. Когда государство заставляет предприятия поставлять в закрома родины зерно по фиксированным ценам, строить жилье, заготавливать сено и корма, когда оно принуждает банки финансировать колхозы и закупку горюче-смазочных материалов, то оно, по сути, конфискует большую часть денежных средств. Сегодня в Беларуси нет принципиального значения, где находятся деньги, на счету Минфина, государственного предприятия или частного банка. Правительства А. Лукашенко выстроили четкие механизмы перекладывания чужих денег на общественные нужны сверх обязательных налогов и сборов. Директора предприятий вынуждены тратить время и ресурсы на поиски кормов, на организацию неких бартерных схем, чтобы уменьшить размер "добровольного" оброка. По мнению правительства, такие инвестиции более продуктивны, чем занятие чисто профессиональной деятельностью, Понятна радость руководителя Нацбанка, который также получил подшефный колхоз: хоть здесь можно будет похвастаться какими-то реальными достижениями. Человеку даже с очень богатым воображением трудно представить Председателя Центробанка России Геращенко, согласовывающего план посевной с директором подшефного совхоза. Раз уж идет речь об интеграции, то почему бы нам не передать россиянам наш производственный и фискальный опыт? Вместо углубления специализации труда в Беларуси происходит обратный процесс превращения каждого более-менее экономически состоятельного предприятия в Робинзона Крузо, вынужденного и одежду шить, и обувь делать, и дома строить. Идеология конфиската предполагает превращение экономики страны в тысячи необитаемых островов в коммунальном архипелаге, огражденном от внешнего мира высоким забором антипредпринимательских, антиинвестиционных, антиэкономических законов.

Гуманитарная помощь чиновникам продолжается. Привыкшие паразитировать на бесплатных бюджетных ресурсах, они хватаются за одну из последних соломок. Все отчетливее маячит на экономическом горизонте Беларуси силуэт: нет, это не призрак коммунизма, это такое большое черное, ругается, бьется и кусается. Из шести букв, но не Родман. (бывшая легенда американского баскетбола, известная своим экстравагантным поведением).
 

 

 

Подпишись на новости в Facebook!

Новые материалы

апреля 17 2017

Праздник не удался

2 апреля 2017г. – странный праздник, День единения народов Беларуси и России. Накануне А. Лукашенко предупредил о хрупкости союзного строительства. Правительство РБ в предпраздничной манере…