Ярослав Романчук

Ярослав Романчук

Чего ждать от концовки 2017-го

Опубликовано в Тенденции августа 28 2017

Хроническая стагнация или новое качество роста?

Правдами и неправдами белорусские власти заканчивают I полугодие 2017г. с формальным ростом ВВП примерно на 1%. За январь – май 201г. промышленность под прямым воздействием бюджетных анаболиков выросла на 6%. Экспорт товаров при неожиданно благоприятной конъюнктуре цен вырос на ~20%. Даже производительность труда увеличилась на 2%, обогнав темпы роста реальной зарплаты (1,5% за январь – апрель 2017г.). Сельское хозяйство удержалось в плюсе (на 0,1%), чего не скажешь об инвестициях в основной капитал. Они «просели» на 5,5%. Этот показатель продолжает минусовать уже четвёртый год подряд.


Новые дорогие деньги в топку старой экономики

Технократы Министерства финансов выполнили поставленное перед ними задание. В бюджете правительства появились $1,4 млрд. На такую сумму белорусские власти продали евробондов. Новый кредит стал очень дорогим заимствованием. Первая сумма в $800 млн. была предоставлена на 5,5 лет под 7,125% годовых, вторая - $600 млн. под 7,625% годовых. больше. Иностранцы были готовы купить белорусских гособлигаций на $3,1 млрд. Оно и не удивительно, ведь белорусские власти предложили цену в 3 – 3,5 раза выше, чем для стабильных, рыночных стран. В условиях, когда более $4 трлн. ценных бумаг обращается в зоне отрицательных ставок процента (т. е. берущим в долг доплачивают, размещающие депозиты платят за возможность хранить их в банке 1 – 3%) радоваться размещению евробондов под 7,1% и 7,6% годовых – это как купить 10-летний «Опель» за $20 тысяч долларов и объявить это успешной, удачной сделкой.


Нематериальные активы – это активы или нет? Интеллектуальная собственность – это собственность или нет? Криптовалюты – это деньги или нет? Эти серьёзные проблемы, которые рассматривает, в том числе, экономическая наука. Данный материал посвятим феномену криптовалют в целом и биткойна в частности с точки зрения австрийской школы экономики. Ответим на базовый вопрос: «Являются ли криптовалюты в целом и биткойн в частности настоящими деньгами?»

Существует точка зрения, что развитие современных технологий изменили не только способ производства товаров и услуг, общения и обмена между людьми, но чуть ли не законы экономики. Её сторонники считают, что развитие всего с приставкой «e-» (e-government, e-money (cryptocurrencies), e-commerce) превратило старую экономическую теорию в целом и теорию денег в частности в «динозавра». Подобные разговоры активизировались в конце 1990-ых, когда в мировой экономике активно надувался e-bubble или пузырь так называемых доткомов. Тогда многие компании, которые существовали только в виртуальном пространстве, имели рыночную капитализацию выше, чем коммерческие структуры с большими материальными активами и солидной историей производства товаров и услуг. 10 – 15 лет после обвала компаний, которые надували e-bubble, в мире начали набирать популярность разные электронные записи, виртуальный набор цифр. Они получил название «криптовалюты» или электронные деньги. Одно дело – назвать некое новое явление словом «деньги». Другое дело – быть им.



Есть в центре Минска один уголок. Пока ещё есть. Попав в него, иностранцы удивляются: «Это Минск?» Уж очень привлекательна там свободная атмосфера, непринуждённость и бесшабашная беспечность. То, что ценит молодёжь, то, что любят туристы.

Удивляются потому, что Беларусь задыхается без свободы. А тут такое, прямо в центре Минска, по соседству с храмами...Резервация относительной свободы самовыражения, место практической реализации идиомы sowing wild oats.


Результаты финансового состояния коммерческих организаций Беларуси за январь – апрель 2017г. позволяют сделать целый ряд выводов о состоянии белорусской экономики.

Первый вывод: в экономике накопилось около 2,5 – 3 тысяч «мёртвых» предприятий. Формально на 1.05.2017г. убыточными числились 1676 коммерческих организаций. Если эту цифру дополнить теми предприятиями, которые прочно подсели на господдержку и разного рода преференции, а также добавить к этому числу тех, кто представляет креативную бухгалтерию, чтобы избежать наказания, то получится как раз эти самые 2,5 – 3 тысячи коммерческих «трупов». Они разлагаются, заражая всю экономическую систему.


Вице-премьер Владимир Семашко продолжает радовать нас парадоксами. Оказывается, оптимальный объём нефти для переработки в Беларуси – 18 млн. тонн. Получатся, что в 2015г., когда Беларусь закупила у России 22,9 млн. тонн, мы скорее думали о нефтяных баронах России, чем о собственном благополучии? В 2016г. случился скандал. Россия поставила нам 18,2 млн. тонн нефти, что почти на 6 млн. тонн меньше того, что хотела белорусская сторона.


Вице-премьер Владимир Ильич Семашко ответил на мою критику:

«Романчук [руководитель Научно-исследовательского центра Мизеса, кандидат в президенты в 2010 году Ярослав Романчук] пишет: вот, деньги спалили, цифры называет фантастические и так далее. Но надо понимать: когда писался бизнес-план, рынок был таким, что, например, квадратный метр ламинированного ДСП стоил 180—190 долларов. Сегодня за счастье считаешь продать его за 105—110 долларов, цена почти в два раза упала. Например, ламинат, на пол который кладется, стоил 5—6,5 доллара за квадратный метр, сегодня стоит 2,2—2,3 доллара — в два раза упала цена. Потом курс обвалился», — сказал чиновник журналистам 13 июня в Дзержинске (Минская область) на презентации холдинга «Амкодор-Семаш».


Продолжаем собирать факты по теме, является ли белорусское правительство хорошим хозяином. Под правительством мы понимаем не только Совмин, а всю Вертикаль власти, включая Администрацию президента, Национальный банк, Совмин, министерства и исполкомы – всех тех, кто ставит свою подпись под проектами документов, кто подписывает платёжки по канализации денег налогоплательщиков.


Второй тракторный завод в Беларуси? Хоть три, лишь бы за деньги налогоплательщиков или под их гарантии. Так рассуждают белорусские власти. Поскольку новых идей у них нет, они занимают дублированием существующих проектов. Рядом и известными государственными предприятиями появляются частные аналоги, но на государственные деньги или по гарантии правительства. Вот так рядом в Беларуськалием появился Славкалий. Если бы этот проект сделать народным, т. е. убедить сотни тысяч беларусов вложить свои деньги в него, то нужные $2 млрд. (на депозитах население держит около $7,3 млрд.), нанять профессиональных менеджеров, внедрить стандарты корпоративного управления, вывести народный калийный комбинат на IPO в Варшаве, Лондоне или Нью-Йорке – и вот тебе пример инклюзивного народного капитализма.


Страница 7 из 242

 

 

Новые материалы

Подпишись на новости в Facebook!