К нам идет секвестр Какая страна – такой и бюджет

Автор  24 марта 2006
Оцените материал
(0 голосов)

На прошлой     неделе Министр финансов Николай Корбут представил Палате представителей проект закона «Об утверждении отчета об исполнении республиканского бюджета за 2002 год». Когда экономика растет бурными темпами (свыше 5% ВВП), когда внутренний товарооборот и внешняя торговля в первом квартале 2003 г. увеличиваются на 9,4% и 29% соответственно, когда в начале года правительство имело профицит бюджета, депутаты вправе были ожидать торжественного отчета министра-победителя, чья стратегия и тактика фискальной политики оказалась правильной. Вместо этого Н. Корбут завел старую пластинку: «Денег не хватает, ситуация сложная, 2004 год будет еще хуже» - и огорошил депутатов тем, что заявил о неизбежности первого в этом году бюджетного секвестра.  

К пересмотру доходной и расходной части бюджета правительству и Палате не привыкать. Так в 2002 году указы президента дважды корректировали бюджет – 16 и 30 декабря. Такие сроки корректировки можно скорее назвать бюджетной подгонкой под реальность, а не следствием фискального планирования. Из года в год ситуация повторяется. Фискальные грабли – любимый с/х инструмент нынешнего правительства строителей, инженеров и сантехников. Н. Корбут, несколько подавленный и растерянный, не мог объяснить, как при растущей экономике уже после первого квартала может возникнуть необходимость бюджетного секвестра. Долги и неплатежи не возникают на ровном месте. Реальный сектор в течение одного года не может вдруг стать убыточным. Банковскую систему одним – двумя плохими кредитами не развалишь. Проблемы бюджета, о которых говорил министр финансов, отражают явный, растущий кризис экономики и сложившейся системы управления. В 2002 году правительство не смогло остановить рост долгов, неплатежей и неликвидной продукции. Бюджет сразу же почувствовал потерю белорусскими предприятиями внутренней и внешней конкурентоспособности. Многие показатели утвержденного отчета по республиканскому бюджету за 2002 год свидетельствуют об этом.

Экономика разучилась зарабатывать

Закон о бюджете на 2002 г., за который голосовали депутаты ПП НС, установил доходы республиканского бюджета в размере 3893,7 млрд., расходы – 4238,4 млрд. и дефицит в размере 344,8 млрд.. Исполнительная власть скорректировала данные показатели следующий образом: доходы были увеличены на 4,3%, расходы – на 7%, дефицит – на 38,3%. По итогам года план по доходам был выполнен на 110,5% (4486,9 млрд. рублей). Республиканский бюджет израсходовал 4465,3 млрд. (17,5% ВВП) или 98,4% от уточненного плана. С дефицитом бюджета вообще получилась магия. «В ходе исполнения республиканского бюджета достигнуто превышение доходов над расходами в сумме 21,6 млрд. рублей», в первую очередь, за счет продажи акций «Славнефти» на сумму 402,8 млрд. рублей. На первый взгляд, ведомству Н. Корбута можно поаплодировать. Но он сам призывает к осторожности и очередному секвестру, т.е. к очередному затягиванию поясов как для налогоплательщиков, так и для сидящих на бюджетной игле. И вот почему.

Экономика страны сильна тем, сколько она способна зарабатывать, продавая свои товары и услуги. Товарооборот может быть каким угодно большим, но если на выходе предприятия остаются без прибыли, то это свидетельствует о производственном и финансовом кризисе. В бюджете на 2002 г. была предусмотрена доля балансовой прибыли в размере 24,3% ВВП. «По итогам 2002 года предприятиями и организациями было получено 3 трлн. рублей балансовой прибыли, что составляет лишь 11,8% от произведенного валового внутреннего продукта». Это первый большой провал белорусской экономики. При росте ВВП на 4,7% доля прибыли в ВВП уменьшилась на 51,4%. Второе крупное поражение – резкое сокращение выручки от реализации продукции, товаров, работ и услуг. За год она составила 49 трлн. рублей, что на 24,5% меньше, чем было предусмотрено в прогнозе. В «Пояснительной записке к отчету об исполнении республиканского бюджета за 2002 год» Министерство финансов указывает на рост числа убыточных предприятий (34,9% от их общего числа), на не решенную проблему неплатежей. «Значительно возросла задолженность хозяйствующих субъектов перед государством. Просроченная задолженность по отчислениям в бюджет внебюджетные фонды (скорректированная на индекс потребительских цен ) на 1 января 2003 года увеличилась по сравнению с той же датой 2002 года в 1,6 раза и занимала 10,6% в общей сумме просроченной кредиторской задолженности (на 1 января 2002 года было 6,3%)». Так закладывалась основа для планируемого в ближайшем будущем секвестра. Экономика Беларуси идет в разнос: предприятия зарабатывают все меньше, а правительство продолжает поддерживать «дальнейший рост расходов бюджета на выплату заработной платы, пенсий, пособий, стипендий, денежных компенсаций». Поскольку резервов у Н. Корбута нет, ему приходится лихорадочно закрывать «дырки» в бюджете, чтобы сохранить социальную направленность и удовлетворить аппетиты главных лоббистов Беларуси.

 Убытки предприятий – убытки бюджета

Отметим основные моменты в расходной и доходной части бюджета 2002 года. При явном «проседании» реального сектора, единственным местом, где можно взять деньги на финансирование государственных расходов, оставались коммерческие банки, которые уже на протяжении трех лет в значительной степени «кормятся» за счет депозитов населения. За 2002 г. год срочные рублевые депозиты населения выросли в 2.1 раза, депозиты субъектов хозяйствования – на 78.2%. На 01.01. 2003 г. сумма  рублевых депозитов составляла 1253,1 млрд. рублей. Вклады в иностранной валюте в рублевом эквиваленте составили 1923,2 млрд. рублей. Поскольку в белорусской экономике наблюдается острый дефицит прибыльных корпоративных проектов, в которые банки могли бы вкладывать деньги населения, то они вынуждены инвестировать их в государственные ценные бумаги, выдавать предприятиям кредиты на выплату зарплаты, а также, заручившись государственными гарантиями, давать взаймы для государственных организаций. Показатель прибыльности активов банков близок к нулю, что подтверждает тезис о превращении коммерческих банков в придаток государственной финансовой машины.

Минфин и Нацбанк, выполняя распоряжения Совмина и Администрации президента, проводят политики вытеснения частных инвестиций (crowing out). Они искусственно создают ситуацию, в которой единственным мало-мальски приемлемым местом для размещения свободных средств являются облигации и проекты убыточных предприятий, но под государственные гарантии. Таким образом, в 2002 году правительство продолжило строительство большой финансовой пирамиды. Для обеспечения ее временной устойчивости надо было, во-первых, не спугнуть население и привлечь еще больше денег домашних хозяйств, во-вторых, постараться найти иностранных покупателей государственных ценных бумаг или убедить их дать кредиты, в-третьих, «канализировать» свободные средства банков в те же госпрограммы. Минфину и правительству в целом, эту задачу выполнить удалось. Население убаюкивается регулярной бюджетной подпиткой двух ключевых депозитных банков - «Беларусбанк» и «Белагропромбанк». В 2002 году Минфин увеличил долю государства в уставных фондах этих банков на 68 млрд. и 92 млрд. рублей соответственно. Надежда на прибыльное использование данных ресурсов, тем более на их возврат в бюджет, равны нулю. Минфин сам пишет, что с/х организации «закончили 2002 год с убытками в сумме 53,1 млрд. рублей и уровнем рентабельности минус 1,5% процента, по продукции животноводства минус 6,8 процента. Количество убыточных предприятий составило 1405 хозяйств, или 56,8 процента от общего количества». Еще хуже ситуация у льнозаводов. За 2002 год из 53 заводов 51 был убыточным. При убытках 36 млрд. рублей рентабельность составила минус 21 процент. По мнению Минфина, возврат большинства долгов с/х предприятий является нереальным. А это не много – ни мало – 1943,8 млрд. (рост за год в 1,5 раза) при ожидаемой выручке 2346,3 млрд. рублей. «Беларусбанку» и «Белагропромбанку» так же трудно заработать на льготном строительстве жилья. И вот с такими клиентами приходится работать двум ведущим государственным банкам страны, «бережно» размещая сбережения населения.

Минфин в роли Буратино


Как указывает Министерство финансов, «тяжелым бременем для бюджета было исполнение гарантий Правительства по кредитам, выданным в предыдущие годы банковской системой на финансирование агропромышленного комплекса... Привлечение средств от размещения облигаций на эти цели составило 36 процентов от объемов, направленных на финансирование дефицита бюджета». Н. Корбут и его ведомство выступает стрелочником в чрезвычайно вредном для экономики Беларуси процессе. Село и промышленность «выбивают» из банков кредиты. Банки, стараясь прикрыть свои тылы, требует гарантии правительства. Минфин, не обладая возможностями проконтролировать эффективность использования кредитов, не может через суд взыскать с должников долги. При этом его обязывают убеждать все новых клиентов давать правительству взаймы. «Республика находится в пике платежей по внешнему долгу», а государственные предприятия спокойно списывают на правительство свои долги. Среди них «Национальный аэропорт «Минск», «Беллегпром», Молодеченский мясокомбинат, «Фандок» и ряд других предприятий. «За период 1992 – 2002 Министерство финансов выполнило гарантийные обязательства по внешним государственным займам на сумму 106,3 млн. долларов США. Из которых не возмещено в бюджет 63,4 млн. долларов США..» Помимо этого, долги предприятий перед Минфином по кредитам МВФ, ТКК, России, АКА/Гермес, Японии составляют $175,2 млн. Н. Корбут со своими коллегами пытается взыскивать деньги, но разве они может ускорить процедуру банкротства госпредприятий? Разве это их дело проводить реструктуризацию реального сектора? Да, проверили минфиновцы ОАО «Камволь», Молодеческий мясокомбинат, РУ ПТП «Триор», ПРУП «МЗОР», ОАО «Руденск» и ОАО «Фандок» и обнаружили, что данные предприятия «имеют неудовлетворительную структуру балансов, коэффициенты текущей ликвидности и обеспеченности собственными оборотными средствами ниже нормативных значений, и фактически не в состоянии выполнить свои обязательства в полном объеме». А ведь еще работают на госслужбе те люди, которые пробивали эти кредиты, которые гарантировали их возврат. Если бы такое безобразие допустили частные фирмы, их бы уже давно публично высекли и обвинили в организации заговора против молодого независимого государства. А госпредприятиям, значит, можно безнаказанно «кидать» Минфин и получать за это только лишь пару выговоров и тираду грозных обвинений на очередном селекторе. Если это считать ценой кредита, то он предоставляется госпредприятиям практически бесплатно.

Бессилие Минфина и безнаказанность руководства предприятий и концернов вылились в рост задолженности по бюджетным ссудам до 267,6 млрд. рублей. «Такая форма государственной поддержки сложилась из-за ограниченности кредитных ресурсов в банковской системе, их высокой цены и невозможности их получения из-за низкой кредитоспособности предприятий». На самом деле у банков полно кредитных ресурсов, просто они не могут себе позволить дарить деньги плохо управляемым госпредприятиям. Минфин же отказать им не может. Ему горько осознавать, что он эти деньги, подобно, Буратино, закапывает в землю. За 2002 год центральный аппарат Минфина и его местные отношения провели 13,5 тысяч ревизий и проверок (37 проверок в день) и проанализировали работу более 1500 организаций, превратившись из органа стратегического планирования государственных финансов в очередную контролирующую структуру. Он выявил «вреда от незаконного расходования, недостач и хищения денежных средств и материальных ценностей ... на общую сумму 10,9 млрд. рублей, в том числе 4,7 млрд. рублей бюджетных средств». 752 организации, т.е. каждая вторая проверенная, неправильно использовала получаемые бюджетные ресурсы. Больше всего нарушителей среди Минжилкомхоза, который порадовал белорусов в 2002 году почти трехкратных повышением цен на свои услуги. Следом идет Минобразование и вечно жалующийся на нехватку одного триллиона рублей инвестиций Минсельхозпрод.

 Финансовые опоры государственной пирамиды

Относительную устойчивость государственной финансовой пирамиды поддерживал Национальный банк. Изначально НБ РБ должен был профинансировать дефицит республиканского бюджета в размере 152 млрд. рублей. По факту ведомство П. Прокоповича выдало Минфину долгосрочных кредитов (все они были переоформлены под 6,5% годовых в начале 2003 года) на сумму 182 млрд. рублей. Из них даже Брестский облисполком отхватил 6 млрд. для строительства объектов коммунальной собственности. 

Вторым источником подпитки государственной финансовой пирамиды стали коммерческие банки и организации, которые решились на покупку государственных облигаций и векселей правительства. Согласно закону о бюджете на 2002 г. планировалось привлечь нетто 89,1 млрд. рублей. По факту получилось 146,9 млрд. (привлечено 809 млрд. рублей, погашено – 667,5 млрд.). Облигаций было продано на сумму 701,7 млрд. рублей, погашено на сумму 447,1 млрд. Как пишет Минфин «финансирование республиканского бюджета за счет эмиссии и размещения государственных облигаций для юридических лиц составило 254,5 млрд. рублей... Это в 3,4 раза выше первоначальных назначений и в 3,2 раза выше аналогичного показателя за 2001 год». От хорошей, стабильной жизни так резко в долги не залазят, поэтому настроение Н. Корбута на встрече с депутатами было таким минорным. Он-то знает, что внутренний долг Беларуси на 01.010.2003 составил уже 1784,5 млрд. рублей и вырос за год на 438,3 млрд. рублей. Внутренний  долг вырос в 5 раз больше внешнего, который составил $813 млн. Правительство Беларуси превратилось в этакий хэдж фонд, который при помощи своего партнера по правительству проводит высоко спекулятивную политику заимствования и кредитования коммерчески провальных проектов.

 Почему секвестр

Выступление Н. Корбута в Палате представителей можно было расценить, как еще одно предупреждение: «Жизнь в долг опасна для здоровья экономики». По его мнению, пересмотра показателей бюджета в ближайшее время не избежать. Причины кроются в характере бюджетной политики на протяжении последних лет. Во-первых, Минфин предупредил о том, что на кредиты Нацбанка в следующем году рассчитывать не приходится. Но в этом речь идет, как минимум, о 152 млрд. рублей. В худшем варианте эта сумма может увеличиться до 200 млрд. рублей. Во-вторых, по причине провала «большой» приватизации бюджет не получит запланированных 434 млрд. рублей. В 2002 году ситуация была прямо противоположной. В уточненном варианте бюджета планировалось получить 21,86 млрд. рублей, а фактически получили 424,28 млрд. рублей. Деньги, которые поступили от продажи «Славнефти», одновременно увеличили резервы Национального банка и попали в доходную часть бюджета, резко сократив его дефицит. Получается, что за полгода правительство «проело» деньги от первой крупной приватизационной сделки? Третья причина секвестра – это состояние банковской системы и перспективы дальнейшего кредитования банками и предприятиями текущих расходов бюджета. На 2003 г. правительство запланировало получить чистыми т. е. за минусом погашения предыдущих займов) от продажи ценных бумаг 112 млрд. рублей. Уже в первом квартале коммерческие банки купили ценных бумаг на сумму 112,2 млрд. рублей. При дальнейшем снижении ставки рефинансирования и сохранении темпов увеличения рублевой денежной массы депозитные ставки могут стать отрицательными. После этого вкладчики могут начать требовать вернуть свои вклады, большая часть которых уже давно «проедена» государственными организациями. Первые признаки паники – и банковская система РБ может сложиться, как карточный домик. Четвертая причина – резкое ухудшение финансового состояния предприятий и, следовательно, их неспособность платить налоги. К примеру, в бюджете 2003 г. запланировано получить от налога на доходы и прибыль 724 млрд. рублей. В 2002 г. по налогу на прибыль  и доходы было получено всего 457,2 млрд. рублей (недобор 17,3% от первоначального плана). Причин для такого стремительного роста балансовой прибыли при ухудшении финансового состояния предприятий нет. Разве только Нацбанк инфляцией подсобит. Не все так безоблачно с выполнение плана по НДС и доходам внебюджетных фондов, в первую очередь, фонда социальной защиты. И, наконец, пятая причина, - это необходимость увеличения финансовой поддержки государственных банков, промышленных предприятий и региональных бюджетов. Получается, что по плохому сценарию правительство может не получить около 600 млрд. рублей, а по кризисному – около 900 млрд. рублей (около 2,8% ВВП или 14,7% доходной части республиканского бюджета на 2003 год). Ситуация может сложиться еще хуже, если резко упадут цены на нефть, вырастут цены на газ и на ЖКУ и начнут «складываться» самые слабые коммерческие банки. Если в этом году не предпринять адекватных бюджетных мер, то 2004 год действительно может стать самым тяжелым в новой истории Беларуси. Народная мудрость гласит: «Сколько веревочке не виться, любой финансовой пирамиде приходит конец». Итоги бюджета 2002 года и ход выполнения бюджета 2003 года еще раз нас в этом убеждают.
 

Планы и реальность бюджетной политики Беларуси в 2002 г.

 

Утверждено по бюджету млрд. BYB

Исполнено млрд. BYB

Разница %

Доходы

Налог на прибыль

485,3

375,3

-22,7

Налоги с фонда зарплаты

212,5

220,4

3,7

НДС

1172,8

1364

16,3

Акцизы

393,6

445

13

Доходы от внешней торговли

401,3

523,6

30,5

Доходы от госсобственности и пре5дпринимательской деятельности

78,6

58,7

-25,3

Прибыль Нацбанка

15,5

3,7

-76,1

Доходы от реализации произведенных активов

119,1

424,3

256,3

Доходы целевых фондов

779,3

741,5

-4,9

Источник: Минфин РБ

 

 

Утверждено по бюджету млрд. BYB

Исполнено млрд. BYB

Разница %

Расходы

Международная деятельность

102,6

75

-26,9

Национальная оборона

234,3

257

9,7

Наука

99,7

87,6

-12,1

Промышленность, энергетика и строительный комплекс

27

24,6

-8,9

Образование

283,2

293,5

3,6

Социальная политика

324

364

12,3

Фонд с/х производителей

300,4

306,7

2

Источник: Минфин РБ