С 1970 по 1973 год Чили управлял президент Сальвадор Альенде. Он обещал превратить страну в латиноамериканское подобие Советского Союза. Идеи Маркса и Ленина активно внедрялись в экономику и политику. Они оказались несовместимы с жизнью большой части реального сектора. Остановились национализированные горнодобывающие предприятия. Массово банкротились некогда преуспевающие компании в промышленности и сельском хозяйстве. Голодные бунты в некогда богатой стране стали реальностью.     Экономический закат Чили остановил генерал А. Пиночет. Он радикально поменял идеологию и стратегию развития страны. Генералы были полны решимости сломать тренд социализации континента и своей страны. Благодаря последовательной, часто жесткой политике им это удалось.  

А. Пиночет принял страну в тяжелом состоянии. Расходы бюджета превышали доходы почти на 50 процентов. Национализированные предприятия находились в коме. Инфляция и полное прекращение инвестиций ставили Чили на грань экономического банкротства. За годы правления Альенде ВВП страны сократился на 17 процентов и продолжал неуклонно падать. Внешние кредиты в виде дотаций и субсидий правительства направлялись национализированным предприятиям и сельскому хозяйству. К 1973 году бюджет пенсионного фонда был пуст. Бюджетные трансферты на выплату  пенсий и пособий ,доходили до 55 процентов от общей расходной части бюджет. Справиться с таким наследством было непросто.

Вынужденная терапия

А. Пиночет восстанавливал страну, используя рецепты свободного рынка. Жесткая фискальная и монетарная политика привела к быстрой стабилизации финансово-кредитной сферы. Но этого было мало. Потребовалось либерализовать торговлю и создать условия для привлечения инвестиций. Был значительно упрощен доступ иностранных компаний на товарный и финансовый рынок. В 1980 году началась реформа рынка труда, в 1981 г. – знаменитая пенсионная реформа.
    В 1982 году Чили потряс еще один экономический кризис. Причиной почти 20 процентного падения ВВП за 3 года (1980 - 1983) стал сильно завышенный фиксированный курс национальной валюты, стремительный рост долгов, финансовый кризис в Мексике и просчеты при проведении приватизации. Инвесторы испугались и увезли вои деньги из станы. Сломать тренд наскоком, даже при помощи чикагских мальчиков не получилось.
Временная неудача не ослабила волю А. Пиночета. 20 процентная безработица, кризис финансово-кредитной системы стали следствиями непродуманности и несогласованности различных экономический действий. Генерал понял, что мнение профессионалов – экономистов важнее, чем политиков – популистов. Песо пустили в свободное плавание и приступили к дерегулированию финансового рынка. Иностранцам разрешили вкладывать деньги не только в добывающую промышленность, но и в с/х землю. Национализированные коммунистами компании были проданы частным инвесторам. В течение 1980-х были приватизированы энергетический комплекс, телекоммуникация, стальная промышленность, страховой бизнес и авиация. Сельское хозяйство давно уже перестало быть государственным.  Приватизация коснулась и святое святых Чили - медные рудники. Сама по себе руда без капитальных вложений не представляет никакой ценности. Это понимало правительство, охотно предоставляя возможности для иностранных  инвестиций в горнодобывающую промышленность.
Наряду с институциональными изменениями правительство Чили сделало еще один смелый шаг. Оно разрушило монополию государства в сфере образования и здравоохранения, что позволило еще больше сократить госрасходы. Только с 1985 по 1989 год их доля упала с 33% до 23% от ВВП.
Частный сектор быстро среагировал на значительно улучшившийся деловой климат. Середина 80-х - это настоящий экономический бум малого и среднего бизнеса. Причем без никаких программ государственной поддержки МСБ. Объем экспорта  резко возрос. К традиционным экспортным позициям (медь, древесина) добавились новые позиции: фрукты, овощи, вина и рыба. Перед чилийскими производителями открылись рынки не только соседей по континенту, но и США, Азии и Европы. Фундамент для долгосрочного устойчивого роста был заложен.

Естественные точки роста: лосось, клюква, вино и цветы

Чилийский и мировой бизнес поверил А. Пиночету и политической элите страны. Не сразу и не пустым обещаниям, а конкретным действиям. Наряду с бурным ростом инвестиций в традиционную добывающую промышленность на глазах изумленных любителей незыблемости трендов и предопределенности структуры производства шел их бурный слом. Чили убедительно показала миру, как на пустом месте при помощи экономической свободы, политической воли и силы закона можно создать новые производственные сектора. Точки роста появились не по указке властей, а в результате осознанных решений частных инвесторов. Наверно, поэтому они показали такие внушительные успехи.
    Первый пример – искусственное выращивание лосося. До 1980-х годов в Чили рыбный сектор находился в рудиментальном состоянии. В начале 80-х американцы и канадцы  из-за административных ограничений и острого лоббизма доморощенных зеленых не могли развивать эту отрасль у себя дома. В 1987 году законодатели Аляски наложили мораторий на разведение лосося в искусственных условиях. Рыбаки и их профсоюзы победили законы рынка. Вслед за этим США ввела 24-процентную импортную пошлину на импорт лосося из Норвегии. В результате этой меры  импорт из Скандинавии сократился в 10 раз.
Свято место пусто не бывает. Чилийские предприниматели в течение нескольких лет увеличили экспорт лосося в США в 15 раз. Сегодня эта аквакультура без вмешательства государства дает около $800 млн. экспорта. Безусловным лидером рынка является Unimarc Trading. Чили удерживает второе место в мире по выращиванию искусственного лосося. Есть причина для радости и для потребителей. Только в период 1988 – 1995 цена за 1кг. лосося упала более чем в 2,5 раза. Сегодня некогда королевский деликатес доступен любой семье. Спасибо чилийским предпринимателям.
    Вторая точка роста – выращивание клюквы. В Чили, как и в Беларуси, много болот. До победы принципов свободного рынка в стране никто не рассматривал их в качестве площадки для развития бизнеса. Но появился американец Уоррен Симмондз и организовал возле города Вальдивия самое большое в мире производство по выращиванию клюквы. Он не побоялся на самой начальной стадии проекта заинвестировать около $60 млн. Благо строить библиотеку или спортивные объекты его никто не заставлял. Американские законы охраны окружающей среды не позволяют проводить изменение назначения почвы. В Чили рынок земли более динамичный, чем в США. Это не природное сравнительное преимущество. Это искусственно созданный правительством сильный козырь в региональной и мировой конкурентной борьбе.
    На радость гурманам третьей важной точкой роста является винный бизнес. Вина от Concha y Toro близки к тому, чтобы стать лидером по импорту на рынок США, Высокотехнологический  процесс производства вин позволяет успешно конкурировать по ценам и с качественными калифорнийскими винами. Растет экспорт, наполняется бюджет, богатеют люди. Сегодня Чили делает вина из таких сортов винограда, которых нет даже в самой Франции. И цены здесь в несколько раз ниже французских.
Долина Касабланка – это прекрасный пример развития региона после того, как туда пришли частные инвестиции. 20 лет назад это была глубокая грязная провинция, в которой работали умирающие фермы. Сегодня здесь растут одни их лучших виноградников в мире. Здесь производятся вина для самых изысканных гурманов.
Место пыльной дороги заняла современная автострада, которой управляет частное предприятие в партнерстве с муниципалитетом. Помимо производства вина в долине построена суперсовременная лаборатория Vitro Centre Chile. В 2004 году при использовании современных биотехнологий она произвела 1,7 млн. штук луковиц лилии. Так работает совместное голландско-чилийское СП. Голландский партнер обеспечивает экспорт большей части производимой продукции. Так на наших глазах в Чили рождается еще один сектор экономики.
    Конечно, Чили еще очень далеко до стандартов производительности труда США. По мнению авторитетной консалтинговой компании McKinsey средняя чилийская ферма имеет только 12% от производительности труда своего американского конкурента. По переработке мяса чилийцы отстают от американцев на 65%. Не хватает технологий и качественного менеджмента. Чилийцы на своих ошибках поняли, что гнать лошадей не стоит. Богатство нельзя создать по мановению волшебной палочки.
    В начале 1980-х чилийским министрам говорили, что их страна обречена оставаться сырьевым придатком региона. Что чилийские товары в мире никому не нужны. Что чилийских бизнесменов никто не ждет в офисах богатых компаний США, Европы или Азии. Чикагские мальчики делали свое дело, игнорируя исторический детерминизм. Они сломали тренд. Они поверили в силу частной инициативы и свободной торговли. Они поверили в человека, позволив ему самому определять свою судьбу и выбирать сферу экономической деятельности. Без пятилетних планов, авралов при сборе урожая и приказов банкам выделить с/х производителям беспроцентные ссуды.
    Производство лосося, клюквы, цветочных луковиц – все это могло быть у нас, в Беларуси. Приносить нам доход и радовать десятками тысяч новых рабочих мест. Причем не за счет существующих производств. Экономический пирог страны – это не статическая величина. Ее можно увеличивать. Главное выбрать правильный рецепт. Чилийцам это удалось. У нас тоже может получиться. Может, спросим у Милтона Фридмана, как начать?
 

Макроэкономические показатели Чили 2000 – 2006

% изменения в год

*прогноз

Источник: МВФ 2005