Глава 1.    СТРАШНЫЙ ШТОРМ.                        4

Глава 2.    НАРУШИТЕЛИ ПОРЯДКА.                    6

Глава 3.    СВЕЧИ И ШУБЫ.                            8

Глава 4.    ПРОДУКТОВАЯ ПОЛИЦИЯ.                    10

Глава 5.    ПРИТЧА О РЫБЕ.                            12

Глава 6.    КОГДА ЕСТЬ СТЕНЫ, НО НЕТ ДОМА.                14

Глава 7.    ДВА ЗООПАРКА.                            16

Глава 8.    ПРОИЗВОДСТВО ДЕНЕГ.                        18
 

Глава 9.    МАШИНА МЕЧТАНИЙ.                        20

Глава 10.    РАСПРОДАЖА ВЛАСТИ.                        23

Глава 11.    СМЕРТЬ ПОДПОЛЬНЫМ ПАРИКМАХЕРАМ.            26

Глава 12.    БИБЛИОТЕЧНЫЕ БОИ.                        29

Глава 13.    НИЧЕГО В ТОМ НЕТ.                        31

Глава 14.    ПАВИЛЬОН ОСОБЫХ ИНТЕРЕСОВ.                33

Глава 15.    ДЯДЮШКА СЭМТА.                        35

Глава 16.    НАЗАД К УПОРСТВУ, ПОБЕЖДАЮЩЕМУ ТАЛАНТ
        или сказка о черепахе и кролике.                    37

Глава 17.    КОМИТЕТ ПО ПИТАНИЮ.                        39

Глава 18.    «ОТДАЙ МНЕ СВОЕ ПРОШЛОЕ ИЛИ БУДУЩЕЕ!»        41

Глава 19.    БАЗАР ПРАВИТЕЛЬСТВ.                        43

Глава 20.    ДРЕВНЕЙШАЯ ПРОФЕССИЯ.                    45

Глава 21.    ОБУВНОЕ ПРОИЗВОДСТВО.                    47

Глава 22.    АПЛОДИСМЕНТОМЕТР.                        49

Глава 23.    ПО ПОТРЕБНОСТЯМ.                        52

Глава 24.    ПЛАТА ЗА ГРЕХИ.                            55

Глава 25.    ОБМАН ИЛИ ПОМОЩЬ.                        60

Глава 26.    ЧЬЯ БЛЕСТЯЩАЯ ИДЕЯ?                        62

Глава 27.    НАОБОРОТ.                                67

Глава 28.    ВЕСЕЛЯЩИЕ ЯГОДЫ.                        70

Глава 29.    ВЕЛИКИЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬ.                    73

Глава 30.    ЗАКОН ПРОИГРАВШИХ.                        75

Глава 31.    ЖИЛИЩНЫЙ БЕСПОРЯДОК.                    78

Глава 32.    БАНДА ДЕМОКРАТОВ.                        81

Глава 33.    СТЕРВЯТНИКИ, НИЩИЕ, ЛГУГНЫ И КОРОЛИ.        85

Глава 34.    ЗЕМЛЯ СВОБОДНАЯ.                        88

ВОПРОСЫ К ОТДЕЛЬНЫМ ГЛАВАМ.                        91

ЭПИЛОГ.                                        96

 
Глава 1
СТРАШНЫЙ ШТОРМ

В одном солнечном приморском городке, задолго до того как он был заполнен кинозвездами, разъезжающими в роскошных автомобилях, жил юноша по имени Джонатан Гуллибл. Он ничем не выделялся в глазах окружающих, исключая его родителей, которые считали, что он умный, искренний и необыкновенно атлетичный... от макушки его песочно-коричневой взъерошенной головы до подошв огромных ног. Они трудились, не покладая рук в маленьком москательном магазинчике на главной улице городка, который был домом для беспокойного рыболовецкого флота. Большая часть населения городка были трудолюбивые люди, некоторые хорошие, некоторые плохие, но в основном - ничем не примечательные, обыкновенные мужчины и женщины.
    Обычно, если он не был занят в магазинчике, выполняя поручения родителей, Джонатан выходил на своей грубо обработанной лодке в море в поисках приключений. Как и большинство молодых людей, проведших свои ранние годы, не покидая родного города, Джонатан считал, что жизнь скучна, а у окружающих нет никакого воображения. Во время своих коротких путешествий по каналу, отделяющему гавань, от моря, он жаждал увидеть, незнакомый корабль, или огромную рыбу. Может быт, он наткнется на пиратов, которые возьмут его в плен и заставят идти с ними за семь морей. Или, может быть, капитан китобойного судна, крадущегося за своей добычей, возьмет его на борт и разрешит принять участие в охоте. Но, тем не менее, большинство похождений заканчивались тем, что его желудок начинал сжиматься от голода или горло начинало першить от жажды, и мысль об ужине была единственной мыслью, вертевшейся в его голове.
    В один из таких прекрасных весенних дней, когда воздух был свежий и бодрящий, как высушенная на солнце простыня, и море так манило юного Джонатана, что он не думал ни о чем, кроме того, как бы побыстрее уложить завтрак и рыболовецкие снасти в крошечную лодку и отправится в путешествие вдоль побережья. Повернувшись спиной к бризу, Джонатан не мог видеть, темных грозовых туч, собиравшихся на горизонте.
    Джонатан совсем недавно стал выходить, из гавани, но с каждым разом он чувствовал себя увереннее. Ветер набирал силу, но Джонатан не обращал на это внимания до тех пор, пока не стало слишком поздно что-то менять. Вскоре он уже отчаянно боролся со снастями, в то время как шторм вокруг него разворачивался со страшной силой. Его лодочку болтало на волнах с головокружительной быстротой, как пробку. Любая попытка управлять судном вопреки ураганному ветру была бесполезной. В конце концов, он бросился на дно лодки, ухватившись, руками за борта и надеясь, что она не перевернется. День и ночь смешались в кошмарном светопреставлении. 
Буря, наконец, стихла, мачта была сломана, паруса порваны и лодку клонило на правый борт. Море успокоилось, но густой туман обступил его со всех сторон, заслоняя небо и землю. После нескольких дней скитаний по морю, Джонатан исчерпал вес, запас воды и единственное, что он мог делать - увлажнят, губы испарениями, накапливавшимися на обрывках парусов. Когда туман рассеялся, Джонатан увидел вдали силуэт острова. Приближаясь, он начал различать очертания незнакомых гор, поднимавшихся от песчаных пляжей и крутые обрывы, покрытые богатой растительностью.
    Волны вынесли его на мелкий риф. Бросив лодку, Джонатан поплыл к берегу. Он быстро нашел и с жадностью съел несколько розовых гуав и присел отдохнуть, срывая бананы и другие великолепные фрукты, которые в изобилии росли во влажном климате джунглей, начинавшихся за узкой полосой пляжа. Как только он набрался немного сил, Джонатан вновь почувствовал себя одиноко, но легко от мысли, что он выжил и даже взволнованно от такой неожиданной встречи с приключениями. Он немедленно отправился в путь вдоль белого песчаного пляжа, желая разузнать как можно больше об этом странном острове.
    «Какие люди живут здесь?», размышлял он, «Будут ли они дружелюбны, похожи они на меня или нет? Ну что же, где бы я ни был, это не скучно!»

Глава 2
НАРУШИТЕЛИ ПОРЯДКА

Несколько часов Джонатан пробирался сквозь густую растительность в направлении небольшого холма за пляжем. Вдруг он услышал женский крик. Он остановился и, наклонив голову на бок, прислушался, пытаясь определить, откуда исходил этот звук. Еще один душераздирающий призыв о помощи раздался где-то впереди. Прорываясь через заросли веток и сплетение лиан, Джонатан бросился на крик. Вскоре он выбрался из джунглей на тропинку.
    Завернув за крутой поворот, Джонатан наткнулся на здорового мужика, который отбросил его в сторону, как комара. Придя в себя, он оглянулся и увидел двух мужчин, волочивших по тропинке кричащую женщину. Когда он перевел Дыхание, троица исчезла за Другим поворотом. Понимая, что он не сможет освободить, женщину, Джонатан побежал по дорожке, рассчитывая на помощь.
    Наконец, он выскочил на поляну, где увидел толпу людей, которые окружили огромное дерево и колотили по его стволу дубинками. Джонатан подбежал и схватил за руку человека, наблюдавшего за работой остальных.
    - Сэр, пожалуйста, помогите! - задыхаясь, проговорил Джонатан, - Двое мужчин схватили женщину - ей нужна наша помощь!
    - Не волнуйся, - отмахнулся надсмотрщик. - Эта женщина просто арестована. Забудь об этом и продолжай свой путь, нам надо работать.
    - Арестована? - сказал Джонатан, все еще взволнованно. - Она не похожа на... э... преступницу. - «Но если она преступница, - подумал Джонатан, «почему она так отчаянно звала на помощь?»
    - Извините, сэр, но что она сделала?
    - Что? - надсмотрщик с трудом скрывал раздражение. - Ну, если ты должен это знать - она угрожала лишить нас всех работы.
    - Она угрожала лишить всех работы? Как она это сделала? - настаивал Джонатан.
    Глядя сверху на надоедливого Джонатана, надсмотрщик повел его к дереву, где рабочие продолжали колотить по стволу. С гордостью он сказал:
    - Как видишь, мы работаем с деревьями. Мы валим деревья на лес при помощи этих дубинок. Иногда сто человек, работая круглосуточно, могут свалить большое дерево меньше, чем за месяц, - мужчина облизал губы и заботливо стряхнул пылинку с рукава хорошо пошитой куртки. - Когда  она  пришла сегодня утром на работу,  остро отточенный кусок металла был привязан к ее дубине. Эта женщина оскорбила нас всех, свалив дерево меньше, чем за час - сама, без посторонней помощи! Подумай об этом! Такая угроза нашим рабочим традициям должна была быть остановлена!
    Джонатан округлил глаза от удивления, услышав, что женщина была наказана за творческий подход к своему делу. Дома, там, откуда он приехал, все использовали топоры и пилы для рубки деревьев. Именно так он раздобыл дерево и для своей лодки:
    - Но ее изобретение! - воскликнул Джонатан. - Оно позволило бы людям любого телосложения рубить деревья. Это было бы быстрее и дешевле, и у вас было бы больше древесины для любых нужд.
    - О чем ты болтаешь? - нахмурился мужчина. - Разве кто-нибудь может одобрить подобную затею? Такая благородная работа не может быть выполнена всяким слабаком, появившимся с какой-то блестящей идейкой.
    - Но, сэр, - возразил Джонатан, стараясь никого не обидеть. - У ваших могучих дровосеков талантливые головы и руки. Они могли бы производить новые товары вместо того, чтобы тратить время, пытаясь свалить одно дерево. Они могли бы делать столы, шкафы, лодки или даже дома!
    - Послушай, ты, - угрожающе сказал надсмотрщик. - Смысл работы в нашем обществе - обеспечить полную и стабильную занятость - и никаких новых товаров.
    Тон его голоса стал противным:
    - Ты говоришь как какой-нибудь нарушитель.
    - О, нет, сэр. Я и не думал причинять беспокойство, сэр. Я уверен, что вы правы. Ну, я должен идти.
    С этими словами Джонатан повернул обратно, откуда пришел и заспешил дальше по тропинке, чувствуя себя неприятно от первой встречи с местными жителями.

Глава 3
СВЕЧИ И ШУБЫ

Тропинка понемногу расширялась, пробираясь через густые джунгли. Джонатан увидел, что джунгли заканчиваются на берегу реки, пересеченной узким пешеходным мостиком. На другой стороне он мог видеть какие-то строения и, возможно, там был кто-то, кто мог сказать, где он находится.
Перейдя через мост, он встретил женщину, держащую длинный документ и сидящую за столом, заваленным маленькими медальонами.
    - Умоляю Вас, - обратилась женщина к Джонатану, сверкая глазами и прикалывая один из медальонов к его нагрудному карману. - Подпишите, пожалуйста, мою петицию.
    - Ну, я не знаю, - пробормотал Джонатан. - Только не могли бы Вы подсказать мне дорогу к городу?
    Женщина посмотрела на него с подозрением:
    - А Вы с острова?
    Джонатан колебался, заметив холодок, появившийся в ее голосе:
    - О, я с побережья. Я заблудился по дороге.
    Женщина снова улыбнулась:
    - Это Дорога в город. Но прежде чем идти - подпишите мою петицию - это займет всего одну минутку и поможет стольким людям.
    - Хорошо, если это так важно для Вас, - пожал плечами Джонатан и взял у нее ручку.  Ему было жалко ее, закутанную в теплую одежду и страшно потевшую в такой прекрасный солнечный день. Какое неподходящее место для сбора подписей! - Что же это за петиция?
    Она сложила руки на груди так, будто собиралась исполнить соло:
    - Это воззвание в защиту рабочих мест и промышленности. Вы разумеется «за»? Или нет? - взмолилась она.     
    - Конечно «за», - быстро сказал Джонатан, вспомнив, что случилось с арестованной женщиной, которую он встретил по дороге. Последнее что бы он хотел сейчас - выглядеть равнодушным к проблемам занятости.
    - А как это им поможет? - спросил Джонатан, выводя свое имя.
    - Совет Правителей защищает нашу местную промышленность и рабочие места от товаров, импортируемых на остров. Если я соберу нужное количество подписей, Советники обещали сделать все что в их силах, чтобы запретит, ввоз иностранных товаров, угрожающих моей промышленности.
    - А чем вы занимаетесь? - спросил Джонатан.
    Женщина с гордостью заявила:
    - Я представляю изготовителей свечей и шуб. Эта петиция взывает к запрещению Солнца.
    - Солнца? - раскрыл от удивления рот Джонатан. - Почему, э..., зачем запрещать Солнце?
    Она посмотрела на Джонатана и сказала агрессивно:
    - Я знаю, что это звучит немного странно, но разве Вы не видите -солнце вредит производителям шуб и свечей. Конечно же, Вы понимаете, что Солнце - очень дешевый заграничный источник тепла и света. Этого нельзя больше терпеть!
    - Но тепло и свет от Солнца - бесплатны! - возразил Джонатан.
    Было видно, что женщине больно от его замечания.
    - Как Вы не видите, в том то и дело, - прохныкала она и, взяв в руки маленький блокнот, попыталась набросать для него несколько вычислений. - Мои расчеты доказывают, что низкая себестоимость и доступность таких зарубежных источников сокращает потенциальную занятость и зарплату примерно на 50 процентов - и это в тех отраслях, которые я представляю. Увеличение налога на окна или, может быть, их полное запрещение, очень бы помогли в этой ситуации.
    Джонатан опустил петицию:
    - Но если людям придется платить изготовителям шуб и свечей за тепло и свет, у них не останется денег на другие вещи - такие как мясо или молоко или хлеб.
    - Я не представляю мясников или молочников или хлебопеков, - резко сказала женщина. Почувствовав перемену в Джонатане, она выхватила петицию, лишив его возможности вычеркнуть свою подпись. - Решительно, вы больше думаете о капризах потребителя, чем о защите гарантированных рабочих мест и правильных экономических инвестициях. Всего Вам хорошего, - сказала она, резко прерывая разговор.
    Джонатан посмотрел в сторону, спокойно повернулся и пошел прочь. «Запретить солнце?», Думал он. «Какая безумная идея! Потом, я подозреваю, она захочет запретить пищу и кров!» Джонатан надеялся встретить кого-нибудь более разумного.

Глава 4
ПРОДУКТОВАЯ ПОЛИЦИЯ

Тропинка, по которой шел Джонатан, вскоре соединилась с проселочной дорогой, посыпанной гравием.  Джонатан шел мимо  огромных пастбищ и богатых пшеничных полей и фруктовых садов. Вид всего этого заставил Джонатана почувствовать голод. Он свернул на боковую тропинку, ведшую к аккуратному фермерскому Домику, в надежде встретить его обитателей.
    На крыльце дома он увидел молодую женщину с тремя маленькими детьми - они сидели обнявшись и рыдали.
    - Извините, - мягко спросил Джонатан. - У вас что-то случилось?
    Женщина посмотрела на него и, продолжая всхлипывать, сказала:
    - Это все мой муж. О, мой муж, - застонала она. - Я знала, что этим все и закончится. Его арестовала продуктовая полиция.
    - Прискорбно слышат, это, мэм. Но как Вы сказали «продуктовая полиция»? - спросил Джонатан, участливо потрепав головку одного  из детей. - За что они его арестовали?
    Женщина злобно оскалила зубы, стараясь сдержать слезы. Потом она с горечью произнесла:
    - Его преступление в том, что он производил слишком много продуктов питания.
    Джонатан был шокирован. Этот остров - действительно странное место!
    - Разве это преступление - вырастить большой урожай?
    Женщина продолжала:
    - В прошлом году продуктовая полиция издала приказы, указывающие какой урожай ему позволено вырастить и продать согражданам. Они сказали, что низкие цены больно ударят по другим фермерам, - она слегка прикусила губу и взорвалась:
    - Мой муж был лучшим фермером, чем все остальные, взятые вместе!
    Внезапно Джонатан услышал раскаты хохота. Безобразный громила направлялся к Домику.
- Ха! А я говорю, что лучший фермер тот, кто получит ферму. Не так ли, милашка? Мужчина посмотрел на детей и, взмахнув рукой, сказал:
    - А теперь собирай свои вещички и проваливай отсюда.
Мужчина схватил игрушку, лежавшую на ступенях, и сунул ее Джонатану в руки: - Думаю, ей нужна твоя помощь, парень. Топайте отсюда, теперь это мои владения.
    Женщина поднялась, сверкая глазами от ярости:
    - Мой муж был лучшим фермером, чем ты вообще когда-нибудь сможешь стать.
    - Ну, об этом еще можно поспорить, - захихикал мужлан. - Конечно, его продукция была великолепна. Он был финансовым гением, всегда знал, что вырастить, чтобы угодить покупателям. Вот это человек! Но он забыл об одном - цены и урожай должны быть установлены Советом Правителей и контролироваться продуктовой полицией. Он просто не мог понят, сельскохозяйственную политику.
    - Ты - паразит! - пронзительно закричала женщина. - Ты всегда планируешь неверно, ты теряешь хорошее удобрение, сеешь все, что растет, но никто не хочет покупать то, что вырастил ты. Ты сеешь в пойме или на глине и тебе все равно, если ты все потеряешь. Ты просто заставишь Совет Правителей возместит, убытки.
    Джонатан воскликнул:
    - Получается, нет смысла быть толковым фермером?
    - Это беда - быть хорошим фермером, - сказала женщина. - Мой муж, в отличие от этого проходимца, отказался ублажать правителей и попытался вырастить настоящий урожай по реальным ценам.
Спихивая женщину и Детей с веранды, грубиян подвел итог:
    - Да, и отказался выполнять ежегодные квоты. Ни одному фермеру не будет позволено  безнаказанно  противостоять  продуктовой полиции.  Убирайтесь с моей  земли!
    Джонатан помог женщине подобрать немногочисленные пожитки, собрал детей, и они медленно побрели прочь от дома. На повороте дороги они оглянулись, чтобы в последний раз посмотреть на свой дом и амбар.
    - Что теперь будет с вами? - спросил Джонатан.
    Женщины вздохнула:
    - Я не могу себе позволить нынешние высокие цены на продукты питания. К счастью, у меня есть друзья и родственники,  на которых я могу положиться. В противном случае, мне пришлось бы идти в город, умоляя Совет Правителей позаботиться обо мне и моих детях. Им бы это понравилось. Пошли, дети.
    С горечью она добавила:
    - Правители обожают заботиться о нищете, которую плодят. Зависимость - источник их власти и могущества. Чужой труд - источник их щедрости.
    Джонатан схватился за желудок - теперь чувствуя больше тошноту, чем голод.

Глава 5
ПРИТЧА О РЫБЕ

Джонатан попрощался с женщиной и детьми на пороге дома ее родственников в миле вниз по дороге. Они поблагодарили его и пригласили остаться, но видя, как тесно было в этом доме и как заняты были его обитатели, Джонатан решил продолжить свой путь.
    Полуденное солнце припекало довольно сильно, когда он вышел на берег небольшого озера. Наклонившись к воде, чтобы зачерпнут, немного и освежиться, Джонатан услышал чей-то предупреждающий голос:
    - Я бы не стал пить это, если бы я был на твоем месте.
    Джонатан оглянулся и увидел старого рыбака, который чистил несколько крошечных  рыбок, стоя на коленях недалеко от него. Рядом стояли ведро и удочка.
    - Хороший улов? - вежливо поинтересовался Джонатан.
    Даже не взглянув на него, старик пробурчал:
    - Не-а. Эти пескарики - все, что я сегодня поймал.
    Он продолжал чистить рыбок и бросать их на горячий мангал, стоящий на дымном костре. Рыбки, шипящие на сковороде, пахли потрясающе.
    Джонатан, будучи знающим рыбаком, спросил:
    - Какая была наживка?
    Старик посмотрел на него задумчиво:
    - Моя наживка в порядке, сынок. Я поймал лучшее, что осталось в этом озере.
    Почувствовав отшельнические нотки в голосе старика, Джонатан подумал, что сможет многое узнать от него, просто тихонько стоя рядом. Наконец, старик предложил ему присесть к костру и разделить с ним оставшихся рыбок и немного хлеба. Джонатан с жадностью съел свою долю, чувствуя себя виноватым за то, что отобрал у старика половину его скудного обеда. После трапезы Джонатан продолжал сидеть молча и, наконец, старик заговорил:
    - Много-много лет назад здесь действительно водилась большая рыба, - начал он печально. - Но все они были пойманы. Эта мелочь - все, что осталось.
    - Но маленькие рыбешки должны расти, не так ли? - спросил Джонатан. Он смотрел на густые водоросли, растущие на мелководье вдоль берега - множество рыб могло бы затаиться там.
    - Не, всех маленьких рыбок поймают прежде, чем они успеют вырасти. И не только это - люди выбрасывают мусор на другом берегу озера. Видишь эту пену вдалеке?
    Джонатан выглядел растерянным:
    - Почему Другие ловят вашу рыбу и сбрасывают мусор в ваше озеро?
    - О, нет. Это не мое озеро. Оно принадлежит всем, также как и леса и реки.
    - Значит, эта рыба действительно принадлежит всем, включая меня? - обрадовался Джонатан, чувствуя себя уже не так виновато за дележ трапезы, к приготовлению которой он не приложил никакого труда.
    - Не совсем так, - возразил старик. - То, что принадлежит всем, в действительности не принадлежит никому - До тех пор, пока рыба не попалась на мой крючок. Тогда она моя.
    - Не понимаю, - проговорил Джонатан в смущении. Бормоча себе под нос, он повторил:
    - Рыба принадлежит всем, что в действительности значит, что она не принадлежит никому, пока  она не попалась на ваш крючок. Тогда она ваша? Но что вы делаете для ее охраны и для того, чтобы помочь ей подрасти?
    - Да ничего, - фыркнул старик. - Зачем я буду этим заниматься, если в любой момент сюда может явиться кто угодно и все выловить? Если кто-нибудь еще станет ловить рыбу или начнет сбрасывать мусор в озеро, все мои труды пойдут прахом!
Со скрытым восхищением рыбак добавил:
    - Если подумать об этом, я бы хотел иметь свое озеро. Тогда бы я обязательно проследил за тем, чтобы за рыбой хорошо ухаживали. Я бы заботился об озере, как пастух в соседней долине заботится о своем стаде. Я бы вырастил самую крупную и жирную рыбу и, можешь быть спокоен, я бы сделал все, чтобы защитить ее от воров и пачкунов. Я бы...
    - А кто заботиться о рыбе сейчас? - прервал его Джонатан.
    Старик переменился в лице:
    - Об озере печется Совет Правителей.  Они  избираются каждые четыре года,  назначают  управляющего и платят ему приличную сумму из  моих  налогов. Предполагается, что управляющий следит за количеством вылавливаемой рыбы и сбрасываемого мусора. Самое смешное то,  что  друзьям Правителей позволено ловить столько рыбы и выбрасывать столько мусора, сколько им вздумается.
    Джонатан поразмышлял об этом с минуту и спросил:
    - А за этим озером хорошо следят?
    - Смотри сам, - проворчал рыбак. - Взгляни на этих крохотных рыбок. Кажется, они становятся меньше с каждым разом, как увеличивается зарплата управляющего.

Глава 6
КОГДА ЕСТЬ СТЕНЫ, НО НЕТ ДОМА

После трапезы и разговора с рыбаком Джонатан продолжил свой путь, пока не увидел дом внушительных размеров. По равнине вокруг были разбросаны дюжины грубо сделанных деревянных домиков и, чуть подальше, кучка домов повыше.
    В первом доме, к которому он подошел, кипела активная деятельность. Группа рабочих, вооружившись тяжелыми баграми, раздирала домик на части. Джонатан был потрясен скоростью, с которой они работали. Присмотревшись, он заметил величавую седоволосую женщину, которая, по всей видимости, была не очень довольна тем, что происходило вокруг. Женщина стояла, сжав руки в кулаки и было слышно, как тяжело она дышит, наблюдая за рабочими.
    Джонатан беззаботно подошел к женщине и сказал:
    - Не похоже, чтобы дом был очень старым или заброшенным. Кто хозяин этого Дома?
    - Хороший вопрос! - решительно выкрикнула женщина. - Раньше я считала, что я - владелица этого дома.
    - Вы думали, что вы - владелица этого дома? Но, конечно же, вы должны знать, если вы владеете домом, - удивился Джонатан.
    Земля содрогнулась, когда упала одна из стен. Женщина беспомощно смотрела на облако пыли, поднимавшееся от обломков.
    - Все не так просто! - воскликнула женщина, стараясь перекричать шум. - Право собственности предполагает контроль над тем, чем владеешь, не так ли? Но ни один человек здесь ничего не контролирует. Правители контролируют все, и значит - они настоящие владельцы всего вокруг. Им также принадлежит и этот дом, независимо от того, что я его построила и заплатила за каждую доску и гвоздь.
    Возбуждаясь все больше, она обошла вокруг и сорвала какую-то бумажку с одинокого столба, все еще стоявшего перед домом:
    - Видишь это предупреждение? - она скомкала ее, швырнула на землю и начала топтать. - Чиновники постоянно указывают, что мне позволено строить, когда мне позволено строить, Для какой цели я могу использовать мою постройку. Теперь они говорят, что я должна снести этот дом. Неужели похоже на то, что я владею этой собственностью?
    - Ну, - наконец глуповато произнес Джонатан. - Разве вы не можете жит, в этом Доме, пока он стоит?
    - Только пока я регулярно плачу налог на собственность. Если я не могу заплатить, чиновники вышвырнут меня быстрее, чем ты сможешь произнести «следующий»! Они обращаются со всем так, как будто это принадлежит им.
    Женщина покраснела от ярости и, задыхаясь, продолжала:
    - В действительности никто ничем не владеет.  Мы просто все арендуем у правительства до тех пор, пока можем платить налоги.
    - Так, значит, Вы не заплатили налог? - спросил Джонатан. - Поэтому рабочие разбирают ваш Дом?
    - Конечно же, я заплатила этот проклятый налог! - женщина почти орала. - Но им этого было недостаточно! На этот раз, Правители заявили, что план, по которому построен мой дом, не соответствует их плану - главному плану Мэра. Они дали мне какие-то гроши в виде компенсации, и теперь они собираются снести его и построит, здесь парк. В центре парка будет стоять огромный памятник - памятник одному из них.
    - Ну, в конце концов, они заплатили за Дом, - сказал Джонатан. Он подумал с минуту и добавил: - Разве вы не довольны?
    Женщина искоса посмотрела на него:
    - Если бы я была этим довольна, им бы не потребовался полицейский, чтобы быт, уверенным в том, что я уйду с миром. А те деньги, которые они мне заплатили, были собраны с моих соседей. Кто возместит им? Правители никогда не отдадут деньги из своего кармана.
    Джонатан в замешательстве замотал головой:
    -Вы сказали, что все это было частью Главного плана?
    - Ну, еще бы! Главный план! - с сарказмом отметила женщина. - Это план, который принадлежит любому, кто обладает политической властью. Если бы я потратила всю жизнь, гоняясь за политической властью, тогда я могла бы навязывать свои планы другим. Тогда я могла бы красть дома, вместо того, чтобы строить их. Это гораздо проще!
    - Но план необходим для того, чтобы иметь разумно спроектированный город, не так ли? - с надеждой спросил Джонатан.  Он пытался найти логичное объяснение бедственному положению женщины. - Разве мы не должны доверят, мэру в создании такого плана?
    Женщина махнула рукой в направлении города: 
    - Пойди посмотри сам. Остров Коррумпо просто наполнен их бездарными планами. Только завершенные проекты - еще хуже, чем планы. Они либо как попало, построены, или на них было потрачено гораздо больше, чем планировалось. Но правители довольны, потому что их друзья получили контракты.
    Ткнув пальцем в грудь Джонатану, женщина заявила:
    - Глупо верит, в то, что мудрые планы это добро, которое может быть силой навязано людям. Те, кто используют силу против меня, никогда не завоюют мое доверие!      Возбужденная, она оглянулась на дом, предупреждая:
    - Они еще обо мне услышат!

Глава 7
ДВА ЗООПАРКА

Продолжая свой путь, Джонатан размышлял о законах этого беспокойного острова. Неужели люди согласились бы жить по законам, которые делают их несчастными? Должна быть какая-то очень важная причина, которую он еще не обнаружил. Казалось, что это прекрасное место для жизни: вокруг столько зелени, а воздух такой мягкий и теплый. Это, должно быть, рай. Джонатан сбавил шаг, направляясь к городу.
    Неожиданно он вышел на участок дороги, по обеим сторонам которого тянулся высокий забор из железных прутьев. За забором справа от него стояли странные животные всех размеров и форм - тигры, зебры, обезьяны - невозможно сосчитать. За другим забором, слева, бродили десятки мужчин и женщин, одетые в одинаковые черно-белые полосатые штаны и рубахи. Было довольно любопытно видеть две эти группы, наблюдавшие друг за другом через дорогу. Заметив мужчину в черной униформе и с короткой дубинкой в руке, Джонатан подошел к нему. Это был охранник на посту между двумя запертыми воротами.
    - Извините, сэр, - обратился вежливо Джонатан. - Объясните мне, пожалуйста, для чего эти два забора.
    Не сбавляя шага и вертя дубинкой, охранник гордо ответил:
    - Это заборы нашего зоопарка.
    - О! - воскликнул Джонатан, глядя на группу волосатых животных со смешными хвостами, прыгавших по стенам своих клеток.
    Охранник, привыкший проводить экскурсии для местных детей, продолжал свою лекцию:
    - Как ты можешь видеть, в нашем зоопарке прекрасный набор животных. А здесь, - он указал через дорогу, - мы содержим животных, привезенных со всего света. Эти заборы защищают животных и позволяют людям изучат, их. Мы не можем позволить странным животным шляться повсюду, создавая угрозу людям своим неразумным поведением.
- О! - воскликнул Джонатан. - Должно быть, это влетело вам в копеечку - найти всех этих животных, привести их сюда со всех сторон света и содержать их здесь.
    Охранник улыбнулся Джонатану и слегка покачал головой:
    - Ну что ты, я не платил за зоопарк. Каждый житель города платит налог на зоопарк.
    - Каждый? - переспросил Джонатан, неосознанно ощупывая свои пустые карманы.
    - Ну, конечно, есть и такие, которые пытаются избежать выполнения своих обязанностей. Некоторые несознательные граждане говорят, что они не заинтересованы в том, чтобы давать деньги на зоопарк. Другие отказываются потому, что верят, что животных надо изучать в их естественной среде обитания.
    Охранник повернулся лицом к забору и постучал дубинкой по тяжелому железному входу:
    - Когда такие граждане отказываются платить налог на зоопарк, мы удаляем их из их естественной среды обитания и помещаем в безопасное место, за забор. Таким образом, этих странных людей также можно изучать, но они не могут шляться повсюду, создавая угрозу обществу.
    Джонатан не мог поверить своим ушам. Сравнивая две группы за забором, он размышлял, а смог бы или стал бы он платить на содержание этого охранника и двух зоопарков. Он сильнее сжал прутья решетки,  разглядывая гордые лица заключенных в полосатой одежде.  Затем он оглянулся на высокомерное лицо охранника, который снова начал шагать вдоль заборов, размахивая дубинкой.
    Продолжая свой путь, Джонатан еще раз посмотрел назад на заборы и подумал о том, кто больше угрожает обществу - люди за забором или те, что наблюдают за ними снаружи. 

Глава 8
ПРОИЗВОДСТВО ДЕНЕГ

Вскоре Джонатан подошел к огромной каменной стене с толстыми деревянными воротами, распахнутыми настежь. Толпы людей верхом и на всевозможных повозках со множеством ящиков и мешков проходили под аркой, направляясь к центру города. Джонатан расправил плечи, стряхнул пыль с рубашки и брюк и присоединился к остальным.
    Проходя под воротами, он услышал грохот станков, доносившийся со второго этажа огромного здания, сложенного из красного кирпича. Торопливое стук – стук было похоже на звук печатного пресса. «Возможно это городская газета», подумал Джонатан. «Отлично! Теперь я смогу прочитать обо всем, что происходит на острове и о его людях. Может быть, я смогу придумать, как выбраться отсюда».
    Он повернул за угол, пытаясь найти вход в здание, и наскочил на прилично одетую пару, переходившую через дорогу, держась за руки:
    - Извините, пожалуйста. Я никак не могу найти вход в здание редакции. Может быт, вы подскажете?
    Женщина улыбнулась, а мужчина поправил Джонатана:
    - Боюсь, вы ошибаетесь, молодой человек. Это Государственное Бюро по производству денег, а не редакция.
    - О! - разочарованно протянул Джонатан. - Я надеялся найти что-нибудь поважнее.
    - Зачем так уныло? Взбодритесь! Это Бюро намного важнее. Оно - источник большего счастья, чем редакция газеты. Не так ли, дорогая? - мужчина похлопал женщину по руке, затянутой в перчатку.
    - Конечно же, - прохихикала та. - Эти люди печатают много денег, чтобы сделать остальных счастливыми.
    Может быт, это решение его проблемы, подумал Джонатан. Может быть, он мог бы купить пропуск на корабль и покинуть этот остров.
    - Отличная идея! - обрадовался Джонатан. - Я тоже хотел бы быть счастливым. Может быть, я смог бы отпечатать немного  денег и ...
    - О, нет, - неодобрительно прервал его мужчина. Он потряс пальцем перед лицом Джонатана. - Об этом не может быть и речи.  Не так ли, дорогая?
    - Конечно, - Добавила женщина. - Тех, кто печатает деньги без разрешения Совета Правителей, мы называем «фальшивомонетчиками» и сажаем за  решетку. Мы не потерпим таких негодяев в своем городе.
    Ее приятель яростно кивал головой:
    - Когда фальшивомонетчики печатают и затем тратят свои деньги, эти деньги затопляют улицы и подрывают ценность денег других. Любой бедняга с неизменным доходом в виде зарплаты, пенсии или сбережений может вскоре обнаружить, что его деньги ничего не стоят.
    Джонатан недоумевал: или он что-то не уловил?
    -Я думал, вы сказали, что печатанье множества новых денег делает людей счастливее.
    - Да, это так, - ответила женщина. - При условии....
    -... что это официальная типография, - продолжил мужчина прежде, чем она успела закончить свою мысль. К  восхищению Джонатана, эти двое так хорошо знали друг друга, что могли закончить мысль партнера. Мужчина достал бумажник из кармана и показал Джонатану какую-то бумажку.  Указывая на официальную печать, он добавил: - Если эти деньги печатаются официально, они вовсе не «фальшивые»...
    - ... в этом случае это называется «финансирования дефицита бюджета», - продолжила она, как будто повторяя заученный наизусть текст. - Дефицит финансирования является частью детально разработанного и сложного плана расходов.
    Убирая бумажник, мужчина закончил:
    - Если это законно, то тот кто выпускает деньги не может быть назван вором.
    - Конечно, нет! - сказала женщина. - В действительности те, кто тратит деньги, являются членами нашего Совета Правителей.
    - Да, и они очень щедры. Они тратят эти деньги на людей, которые были так добры, что проголосовали за них.
    Глядя на Джонатана, они хором произнесли:
    - Разве вы не стали бы голосовать за них?
    Джонатан задумался на минуту. Парочка замерла, ожидая его согласия.
    - Еще один вопрос, если вы не возражаете. Что происходит с  зарплатами, пенсиями и сбережениями?  Вы  сказали, что они обесцениваются, когда печатается много денег. Разве этого не происходит, когда чиновники печатают деньги? Неужели это делает всех счастливыми?
    Мужчина и женщина посмотрели друг на друга:
    - Конечно же, мы всегда счастливы, когда у Правителей много денег, чтобы тратить на нас. Не так уж много первоочередных проблем - проблемы рабочих, неимущих и стариков.
    Женщина пояснила:
    - Правители очень скрупулезно пытаются разобраться в корне наших проблем. Они установили, что невезение и плохая погода - основные причины наших трудностей. Да, невезение и плохая погода вызывают рост цен и снижение уровня жизни.
    - И... - мужчина сделал многозначительную паузу. - не забывайте о чужестранцах.
    - Особенно чужестранцах! - с тревогой  сказала женщина. - Наш остров осажден врагами, которые пытаются подорвать нашу  экономику при помощи высоких цен на свои товары. Безусловно, высокая цена на керосин будет нашим падением.
    - Или низкие цены, - продолжил мужчина. - Они постоянно пытаются продать нам продукты питания и одежду по губительно низким ценам. К счастью, Совет Правителей обходится с ними очень сурово.
    - Слава Богу, у нас есть мудрый консул, который решает, что для нас наиболее ценно, - самодовольно закончила женщина. Повернувшись к своему попутчику, она указала на солнце и выразила желание продолжит, путь.
    - Так  точно,  дорогая. Надеюсь, вы извините нас, молодой человек. Сегодня после обеда у нас назначена встреча с нашим управляющим по инвестициям. Было бы глупо пропустить очередной бум приобретения земли и драгоценных металлов. Жаль того беднягу, который не успел за волной, как это сделали мы! Не так ли, дорогая?
    Мужчина прикоснулся пальцами к шляпе, женщина вежливо поклонилась, и они оба пожелали Джонатану удачного дня.

Глава 9
МАШИНА МЕЧТАНИЙ

Джонатан повернул на другую улицу, размышляя, сможет ли он вообще когда-нибудь вернуться домой.  Может быть, здесь есть порт, и он мог бы попасть на проходящий корабль. Он был честным парнем, готовым выполнять любую работу.
    Раздумывая о том, как наняться в команду какого-нибудь корабля, Джонатан заметил мужчину в броском красном костюме и стильной шляпе с огромным пером. Мужчина пытался погрузить какой-то объемистый механизм в большой фургон, запряженный лошадью. Заметив Джонатана, он окликнул его:
    - Эй, ты, я заплачу пять кейнов, если поможешь.
    - Кейнов? - с любопытством повторил Джонатан.
    - Деньги, парень. Бумажные деньги. Ну, хочешь или нет? 
    - Конечно, - ответил Джонатан, не зная что еще делать.
    Это не была работа на корабле, но это была возможность начать зарабатывать на проезд. Кроме того, мужчина выглядел интеллигентно и, может быть, он мог бы помочь советом. После долгих усилий, они, наконец, умудрились впихнуть громоздкую машину в фургон. Потирая бровь и тяжело дыша, Джонатан отошел в сторону и взглянул на объект своих трудов. Это был огромный квадратный ящик, расписанный прекрасными яркими красками. На верху был громадный рупор, похожий на тот, что он видел однажды дома на ручном фонографе.
    - Какие красивые краски, - воскликнул Джонатан, очарованный замысловатыми узорами, которые, казалось, начинали  слегка пульсировать, чем дольше он на них смотрел. - А что это за рупор наверху?
    - Обойди вокруг, дружок, и посмотри сам.
    Джонатан взобрался на фургон и прочел надпись, выписанную элегантными золотыми буквами: «МАШИНА МЕЧТАНИЙ ГОЛЛИ ГОМПЕРА!»
    - Машина мечтаний? - повторил Джонатан. - Вы хотите сказать, что  она превращает мечты в реальность?
    - Именно так, - сказал худощавый мужчина, отвинчивая последнюю гайку и убирая панель с задней стороны машины.
    Внутри был рабочий механизм обыкновенного фонографа. У него не было ручки, но было видно, что в нем используется пружина для включения механизма и проигрывания музыки или голосов.
    - Как! - воскликнул Джонатан. - но там внутри нет ничего кроме старого музыкального ящика!
    - А ты что ожидал - сказочную фею?
    - Я не знаю. Я думал, что наверное это будет немного загадочно. В конце концов, должно же быть что-то особенное, чтобы превращать мечты в реальность. 
Мужчина опустил инструменты и повернулся к Джонатану. Лукавая усмешка появилась на его худом лице, и он пристально посмотрел на Джонатана:
    - Слова, мой любопытный друг. Необходимы только слова, чтобы сделать любую мечту реальностью. Все дело в том, что ты никогда не знаешь, чья это мечта.
    Вид у Джонатана был такой растерянный, что Гомперс пояснил:
    - Люди знают, о чем они мечтают, так? Они только не знают, как превратить мечты в реальность. Правильно? - Джонатан глупо кивнул. - Итак, ты платишь деньги, поворачиваешь ключ, и  этот старый ящик  будет повторять определенное предсказание снова и снова. Это всегда одно и то же послание и, всегда найдутся мечтатели, готовые слушать.
    - Что же это за послание? - спросил Джонатан.
    - Машина Мечтаний велит людям думать о том, что они хотели бы иметь и ... - мужчина оглянулся посмотреть, не слышит ли кто. - Затем она говорит мечтателям, что делать. И, должен признаться, звучит это довольно убедительно.
    - Вы хотите сказать, она их гипнотизирует? - глаза Джонатана округлились.
    - О, нет, нет, нет! - возразил Гомперс. - Она говорит им, что они хорошие люди и то, что они хотят - тоже хорошо. Это так хорошо, что они должны требовать исполнения своих желаний.
    - И это все? - с благоговением спросил Джонатан.
    - Все.
    После минутного колебания, Джонатан спросил:
    - Так чего же требуют эти мечтатели?
    Мужчина вытащил жестянку с маслом и начал смазывать колесики внутри машины.
    - Ну, это во многом зависит от того, где я устанавливаю свою машину. Я частенько ставлю ее перед такой вот фабрикой, как эта, - он показал пальцем в сторону мрачного двухэтажного здания на другой стороне улицы. - А иногда я ставлю ее у ратуши. Люди здесь всегда хотят больше денег. Деньги - это хорошо, потому что цены всегда растут.
    - Я слышал об этом, - промолвил Джонатан. - А они их получают?
    Мужчина вытер руки о тряпку.
        - Некоторые получают - просто так! - сказал он, щелкнув пальцами. - Мечтатели осадили Совет Правителей и потребовали издания законов, которые заставили бы руководство фабрики втрое увеличить оплату. И еще они потребовали льгот, которые фабрике пришлось бы оплатить.
    - Какие льготы? - спросил Джонатан.
    - Такие, как социальная защита. Чем сильнее социальная защита, тем лучше. Поэтому мечтатели потребовали законы, которые бы заставили руководство оплатит, страховку. Страховку на случай болезни. Страховку на случай безработицы. Даже страховку на случай смерти.
    - Здорово! - воскликнул Джонатан. - Эти мечтатели должны быть очень счастливы.
    Он повернулся к фабрике и заметил, что там не очень-то оживленно. Краска на здании облезла, и не было видно ни огонька в грязных заколоченных окнах. Гомперс закончил работу и завинтил все гайки. Последний раз проведя тряпкой по полированной поверхности ящика,  хвастливый предприниматель пошел проверить упряжь.
    Джонатан спрыгнул с фургона и повернулся к мужчине, повторяя:
    - Я сказал, они должны быть счастливы, получив деньги и защиту, - и благодарны, тоже. Они вручили вам подарок, или устроили банкет в вашу честь, или что-то еще?...
    - Ничего подобного, - грубо отрезал Гомперс. - Я едва спасся. Прошлой ночью они чуть не разбили Машину Мечтаний, бросая в нее камни, кирпичи и прочую дрянь, какая попадала под руку. Видишь ли, их фабрика вчера закрылась, и они решили, что виновата в этом Машина Мечтаний.
    - А почему закрылась фабрика?
    - Вроде бы потому, что фабрика не могла зарабатывать достаточно денег, чтобы платить больше денег и страховать их.
    - Но тогда, - сказал Джонатан, - это значит, что мечты так и не стали реальностью. Если фабрика закрыта, то никто не получает деньги. И никто не застрахован. Никто ничего не получает! Да вы просто мошенник, господин Гомперс. Вы сказали, что Машина Мечтаний...        
    - Потише, малыш!  Мечты стали явью. Я же говорил, что никогда не знаешь, чьи это мечты. Получается так, что каждый раз, когда закрывается фабрика на острове Коррумпо, мечта становится явью на другой стороне пролива - фабрика открывается на острове Най - это всего лишь день под парусами. Там много новых рабочих мест, и сейчас там безопасно. А что касается меня, я выгребаю монетки из моей Машины, что бы не случилось!
    Джонатан подумал о таком обороте дела, осознавая, что в конце концов он мог бы доплыть до других островов - и процветающих островов, к тому же.
    - А где этот остров Най?
    - Дальше на восток, за горизонтом. На острове Най есть такая же фабрика по производству одежды и товаров потребления. Когда растут цены на здешней фабрике, их фабрики получают намного больше заказов. Они понимают, что расширение производства - наилучший способ получения всего - и денег, и страховки. Ты не можешь требовать увеличения количества заказов.
    Гомперс затянул ремни на машине и фыркнул:
    - Мечтатели здесь хотели взять - и они взяли. А ребята за рубежом получили то, что хотели эти мечтатели.
    Он заплатил Джонатану за помощь, забрался на водительское место и встряхнул поводья. Джонатан посмотрел на деньги, которые ему дали, и вдруг заволновался, а стоят ли они чего-нибудь! Это была такая же бумажка, какую ему показала счастливая парочка у Государственного Бюро по изготовлению денег.
    - Господин Гомперс. Эй, господин Гомперс!
    - Да?
    - А Вы не могли бы заплатит, мне какими-нибудь деньгами? Я имею ввиду тем, что не обесценивается.
    - Это законное платежное средство, дружок. Тебе придется взять их. Ты думаешь, я стал бы пользоваться этой ерундой, если бы у меня был выбор? Просто потрать их побыстрее! - мужчина прикрикнул на лошадь и уехал.
    Джонатан крикнул ему вслед:
    - Куда вы теперь?
    - Туда, где можно получить что-нибудь хорошее...

Глава 10
РАСПРОДАЖА ВЛАСТИ

Крепкая веселая женщина налетела на Джонатана, пока он размышлял куда идти дальше. Без колебаний она схватила его за правую руку и начала безжалостно трясти ее:
    - Как у вас дела? Прекрасный день, не правда? Бесс Твид - представитель вашего округа в Совете Правителей, и я была бы очень благодарна за ваш взнос и ваш голос за мое переизбрание.
    - Что Вы говорите? - произнес Джонатан, не зная, что сказать. Скорость и сила ее речи заставили его отступить на шаг. Он раньше никогда не встречал человека, который мог бы произнести так много слов на одном дыхании.
    Не обращая внимания на его ответ, леди Твид продолжала:
    - И я буду рада хорошо заплатить, о да, я хочу заплатить вам, лучше сделки не найти, что вы думаете?
    - Заплатить мне за взнос и голос? - спросил Джонатан со смущенной улыбкой.
    - Конечно, я не могу заплатить вам звонкой монетой, это было бы незаконной взяткой, - отвечала леди Твид, лукаво подмигивая и подталкивая локтем под ребра. - Но я могу дать вам то, что ничуть не хуже, чем наличные - и во много раз больше вашего взноса, и это то, что я и сделаю, что вы об этом думаете?
    - Было бы здорово! - ответил Джонатан, видевший, что женщина все равно его не слушает.
    - Чем вы занимаетесь? Потому что, если хотите, я могу организовать для вас помощь правительства в виде кредитов или лицензий или субсидий или освобождения от налогов. Если хотите, я могу уничтожить ваших конкурентов при помощи правил и постановлений и инспекций и штрафов, так что вы сами видите - нет в мире лучшего объекта для вложения, чем политик. Может быть, вы хотели бы, чтобы мы построили новую дорогу или парк по соседству или большой дом или...
    - Подождите! - крикнул Джонатан, пытаясь остановить этот поток слов. - Как Вы можете дать мне больше, чем я дам вам? Вы, что, очень богаты и щедры?
    - Я - богата? Святые угодники, нет! - выпалила леди Твид. - Я небогата... ну, еще нет. Щедра? Пожалуй, можно и так сказать, хотя я, конечно же, не собираюсь платить из своего кармана. Потому что, видите ли, я распоряжаюсь правительственными деньгами. Ну, вы знаете - деньги, собранные у налогоплательщиков. И, будьте уверены, я могу быть очень щедра за счет этих фондов - для нужных людей.
    Джонатан до сих пор не мог понять, что она имеет в виду:
    - Но если вы купите мой голос и взнос, не будет ли это похоже на взятку?
    Высокомерная улыбка появилась на лице леди Твид:
    - Я буду с вами откровенна, мой дорогой друг, - она обняла его за плечи и прижала к своему боку. - Это - взяточничество, но это законно, когда политик использует чужие деньги вместо своих собственных. Подобно тому, как вам незаконно давать мне деньги за какие-либо политические услуги, до тех пор, пока это не называется «взнос в предвыборную кампанию», все в порядке. Но даже если и так, вы чувствуете себя не очень удобно, давая деньги прямо мне, вы можете попросить друга или родственника или сотрудника передать эти деньги, акции, а, может быть, оказать услугу от вашего имени мне или моей родне, сейчас или потом, - она быстро перевела дух. - Ну, теперь вы понимаете?
    Джонатан замотал головой:
    - Я до сих пор не вижу разницы. Я имею в виду, что по-моему, подкупать людей за их голоса и услуги - это тоже взяточничество и, не имеет значения, кто они или чьи это деньги. Этикетка не меняет смысла, если поступок тот же.
    Леди Твид снисходительно улыбнулась и льстиво начала:
    - Мой дорогой, дорогой друг, вы должны быть более гибким. Этикетка - это все. Как вас зовут? Кто-нибудь говорил вам, какой у вас прекрасный профиль? Вы далеко пойдете, если решите баллотироваться в правительство и будете более гибки в этом вопросе. Я уверена, что смогла бы найти для вас хорошее место в моем бюро после моего переизбрания. Ну, что вы, конечно же, вы что-то хотите?
    Джонатан вернулся к своему вопросу и настаивал на объяснении:
    - Что вы получаете, раздавая деньги налогоплательщиков? Разве вы не можете оставить деньги себе?
    - О, часть этих денег идет на мои расходы, и у меня есть небольшое состояние из разных товаров, обещанных в случае ухода на пенсию, но, в основном, они покупают признание или правдоподобие или популярность или любовь или место в истории - все это и еще больше голосов! - прищелкнула леди Твид. - Голоса - это власть, и нет ничего, чтобы приносило больше удовольствия, чем власть над жизнью, свободой и собственностью каждого жителя этого острова.  Можете себе представить, сколько людей приходит ко мне – ко мне за большими и маленькими услугами? И каждый маленький налог и постановление - возможность для меня подарить кому-нибудь особое исключение. Каждая проблема, большая или маленькая, приносит мне еще больше власти. Я могу раздавать бесплатные обеды или бесплатный проезд тем, кого я выберу. Еще будучи ребенком, я мечтала о такой власти. Вы тоже можете иметь все это!
    Джонатан подергался в ее объятьях. Он умудрился отодвинуться от нее, но леди Твид крепко держала его руку.
    - Конечно, - проговорил Джонатан. - это очень выгодная сделка для вас и ваших друзей, но довольны ли остальные тем, что их деньги используются для покупки голосов, услуг и власти?
    - Естественно! - сказала она, гордо подняв пухлый подбородок. - Поэтому я стала лидером реформистов, - наконец-то отпуская руку Джонатана, леди Твид подняла в воздух украшенный кольцами указательный палец. - Годами я писала новые правила, которые помогли бы отнять деньги у политиков. Я всегда говорила, что это широкомасштабный кризис, и я получила немалое число голосов, обещая реформы. К счастью для меня, я всегда буду знать пути в обход моих правил до тех пор, пока они - ценные услуги для продажи, - ухмыльнулась она.               
    Леди Твид снова остановила внимание на Джонатане, окидывая его оценивающим взглядом:
    - Никто никогда не окажет тебе услуги, если ты не можешь предоставить услугу в ответ. Это прямая зависимость, не так ли? Но при вашем невинном виде и необходимой поддержке с моей стороны, новом костюме и прическе, я бы могла удвоить число голосов, обычное для начинающих. После 10-12 лет, при моем чутком руководстве, - нет предела возможностям! Посадите меня во Дворец Правителей, и я посмотрю, что я могу сделать.
    При этом замечании леди Твид увидела группу рабочих, смотревших в отчаянии на заколоченную фабрику.  Она тут же потеряла интерес к Джонатану, отвернулась от него и зашагала в поисках новой жертвы.
    - Трата чужих денег сулит неприятности, - пробормотал Джонатан, переводя дух.
    Уловив его слова, леди Твид, чутко улавливающая любой шум и разногласия, остановилась и сделала шаг назад, посмеиваясь:
    - Ты сказал «неприятности»? Ха! На самом деле, это тоже, что отобрать конфету у ребенка. То, что люди не дают мне, потому что они считают, что обязаны это делать, я беру у них в долг или на прокат. Вот увидишь, меня уже не будет, а память обо мне будет священна, а их детям придется платить по счетам. 

Глава 11
СМЕРТЬ ПОДПОЛЬНЫМ ПАРИКМАХЕРАМ

На следующей улице Джонатан увидел полицейского, сидящего на обочине и читающего газету. Он был меньше Джонатана и не намного его старше. Джонатан, воспитанный в уважении к блюстителям закона, приободрился при виде молодого человека в черной форме с блестящим пистолетом на боку. Может быть, офицер покажет дорогу в порт. Полицейский был увлечен чтением газеты, и Джонатан осторожно заглянул через плечо юноши на яркий заголовок «ПРАВИТЕЛИ ОДОБРИЛИ СМЕРТНУЮ КАЗНЬ ПОДПОЛЬНЫМ ПАРИКМАХЕРАМ!»
    - Смертная казнь парикмахерам? - с удивлением воскликнул Джонатан.
    Полицейский взглянул на Джонатана.
    - Извините, - сказал Джонатан. - Я не хотел Вас беспокоит,, но я не мог не заметить заголовок. Это что, опечатка?
    - Давай посмотрим.
    Юноша начал читать: «Совет Правителей только что сообщил, что с сегодняшнего дня вступает в силу закон о смертной казни для любого, стригущего волосы без лицензии».
- Что в этом необычного? 
    - Не слишком ли сурово для такого мелкого проступка? - осторожно спросил Джонатан.
    - Едва ли, - ответил полицейский. - Смертная казнь - единственная угроза, на которой держатся законы, независимо от того, как мал проступок.
    У Джонатана округлились глаза:
    - Но вы же не подвергнете человека казни только за то, что он стриг кому-то волосы без официального разрешения?
    - Конечно, так мы и поступим, - сказал полицейский, похлопывая пистолет. - Хотя этим редко заканчивается.
    - Почему?
    - Ну, любое преступление рассматривается по возрастающей шкале. Это значит, чем больше сопротивление, тем сильнее наказание. Так, на пример, если кто-то хочет подстригать волосы без лицензии, с него возьмут штраф. Если он откажется платить штраф или будет продолжать стричь волосы, тогда этого незаконного парикмахера арестуют и поместят за решетку. А если, - произнес юноша трезвым голосом, - он сопротивляется при аресте, то этот криминальный элемент является субъектом для наказания, которое теперь выросло до высшей меры, - его лицо помрачнело. - Его даже могут расстрелять. Чем больше сопротивление, тем больше сила, используемая против него.
    Джонатан чувствовал себя подавлено:
    - Так получается, что смерть - единственное, что поддерживает законы? Но власти, конечно же, используют смертную казнь только для  наказания  самых жестоких преступлений, таких как убийство и грабеж! - все еще надеясь, выдавил он.
    - Не всегда, - возразил полицейский. - Закон регулирует весь спектр личной и деловой жизни. Сотни профессиональных гильдий защищают своих членов, имеющих лицензии. Плотники, врачи, бухгалтеры, строители, учителя и юристы - все они ненавидят перехватчиков.
    - А как их защищает лицензия?
    - Количество лицензий ограничено, а членство в профессиональной гильдии строго контролируется.  Это исключает нечестную конкуренцию со стороны самозванцев с глупыми идейками, чрезмерным энтузиазмом, ставящую под угрозу бизнес других эффективностью или убийственными ценами. Такие беспринципные конкуренты угрожают традициям наших самых уважаемых профессионалов.
    Джoнатан не сдавался - он хотел получить ясный ответ:
    - А защищает ли лицензирование клиентов?
    - О, да, об этом они и пишут в статье, - сказал полицейский, снова глядя в газету: «Лицензии предоставляют гильдиям монополии, чтобы они могли защитить клиентов от слишком большого выбора и необходимости принимать решения. Здесь так и говорится: «Члены гильдий абсолютно надежны, и поэтому нет необходимости выбирать». А я защищаю монополии! - Добавил полицейский, гордо стукнув себя в грудь.
    - А монополия - это хорошо? - попробовал спросить Джонатан.
    Полицейский опустил газету:
    - Я, право, не знаю. Я просто выполняю приказы. Иногда я поддерживаю и защищаю монополии, а иногда мне велят разрушать их.
    - Так что же верно? Монополия или конкуренция?
    Полицейский пожал плечами:
    - Не мне решать. Совет Правителей знает, кто хочет сотрудничать, а кто - нет. Только Совет указывает, против кого использовать оружие.
    Увидев, как помрачнел Джонатан, полицейский попробовал его разуверить:
    - Не пугайся, мой друг. Мы редко приводим в исполнение смертную казнь. Никто не хочет говорить об этом. Очень немногие осмеливаются сопротивляться, поскольку мы кропотливо учим всех подчинению Совету.
    - А Вам когда-нибудь приходилось применять свой пистолет?
    - Против тех, кто вне закона? - заученным Движением полицейский легко вынул револьвер из кожаной кобуры и погладил холодный металл. - Только однажды.
    Он открыл патронник, посмотрел в ствол, закрыл его и с восхищением оглядел со всех сторон:
    - Это - образец новейшей технологии на острове. Совет не скупится на то, чтобы мы имели все лучшее для выполнения нашей благородной миссии. Да мы, этот пистолет и я, присягали защищать жизнь, свободу и собственность жителей этого острова. Можно сказать, мы отлично заботимся и друг о друге - мой пистолет и я.
    - Когда же вам пришлось воспользоваться им?
    - Да смешно сказать, - сказал полицейский, усмехаясь. - Я прослужил целый год, и мне ни разу не пришлось воспользоваться им до сегодняшнего утра. Какая-то женщина, кажется, сошла с ума и начала угрожать бригаде рабочих, разбиравших дом. Она что-то кричала о том, чтобы ей вернули ее «собственный» дом. Ха! Какое эгоистичное заявление.
    Сердце Джонатана сжалось. Неужели это была женщина, которую он встретил? Полицейский, не заметив тревоги на лице Джонатана, продолжал:
    - Меня вызвали попытаться уговорить ее сдаться. Все документы были в порядке - дом необходимо было снести, так как на этом месте будет разбит Народный парк леди Твид.
    Джонатан потерял дар речи:
    - Что же произошло?
    - Я пытался уговорить ее. Я сказал ей, что приговор может быть смягчен, если она мирно пойдет со мной.  Но когда она начала угрожать мне и потребовала, чтобы я убрался с ее собственности, что же, это было явное сопротивление при аресте. Только представьте, какие нервы у этой женщины!
    - Да, - выдохнул Джонатан. - Нервы.
    Они оба замолчали. Полицейский тихо читал, а Джонатан задумчиво пинал камушек. Потом он спросил:
    - А можно ли купит, в городе такой пистолет как у вас?
    Перевернув страницу, полицейский ответил:
    - Ни за что в жизни. Кто-нибудь может пострадать. 

Глава 12
БИБЛИОТЕЧНЫЕ БОИ

Активность на улицах возрастала по мере того, как Джонатан приближался к центру города. Хорошо одетые господа с деловым выражением лиц целеустремленно двигались во всех направлениях. Торопливо пересекая середину большой площади, он наткнулся на пожилого мужчину и молодую женщину, злобно кричавших друг на друга. Они орали и посылали проклятья, яростно махали руками и подпрыгивали от возбуждения. Джонатан присоединился к маленькой группе наблюдавших, чтобы узнать, из-за чего же драка.
    Когда появилась полиция, чтобы их разнять, Джонатан повернулся к хрупкой пожилой женщине и спросил:
    - Почему они так злятся друг на друга?
    Старушка живо откликнулась:
    - Эти двое нарушителей уже несколько лет орут друг на друга из-за книг в общественной библиотеке. Мужчина всегда негодует, что многие книги полны безобразного секса и аморальны. Он хочет, чтобы эти книги изъяли и сожгли. А она обзывает его «напыщенным пуританином».
    - Так, что, она хочет читать эти книги? - прервал ее Джонатан.
    - Ну, не совсем так, - буркнул другой наблюдавший: высокий мужчина, державший за руку маленькую девочку. - Ее жалобы очень похожи на его, хотя направлены на совершенно другие книги. Она заявляет, что в библиотеке слишком много книг, проповедующих половые и расовые предрассудки.
    - Папа, что такое «предрассудки»? - спросила девочка, дергая его за штанину.
    - Подожди, дорогая. Как я говорил, женщина требует, чтобы эти порнографические и расистские книги были выброшены, а вместо них закуплены книги из ее списка.
    К этому времени полицейские разняли драчунов и тащили их по улице. Джонатан покачал головой и вздохнул:
    - Я полагаю, полиция арестовала их за Драку?
    - Не тут-то было, - засмеялась женщина. - Они оба арестованы за отказ платить налог на публичную библиотеку. А по закону, каждый обязан платить за все книги, независимо от того, нравятся они ему или нет.
    - Что вы говорите? - сказал Джонатан. - Почему бы полиции не разрешить им тратить деньги на поддержание библиотек, которые они сами выберут? Тогда бы они платили только за те книги, которые им нравятся.
    - Но тогда моя дочь не смогла бы воспользоваться библиотекой - у нас бы не хватило Денег, - сказал высокий мужчина, протягивая своей девочке красно-белый леденец.
    - Подождите-ка, господин, - остановила его старушка, неодобрительно глядя на конфету. - Неужели пища для ума вашей дочери не так же важна, как пища для желудка?
    - На что вы намекаете? - спросил мужчина, раздражаясь из-за конфеты: его дочь уже умудрилась размазать ее по платью.
    Женщина задумчиво промолчала.
    - Давным-давно у нас было много различных библиотек. Люди вступали и платили только за те библиотеки, которые им нравились. Члены платили небольшие членские годовые взносы, но никто не возражал. Библиотеки даже боролись за членов, пытаясь закупать лучшие книги и нанимать лучший персонал, работать в самые удобные часы и в самых удобных местах. Некоторые даже доставляли заказы на дом. Когда люди платили по своему выбору, членство в библиотеке ценилось очень высоко - выше, чем сладости! - добавила она с упреком. - Потом Совет Правителей заявил, что библиотеки слишком важны для общества, и люди не должны платить за пользование ими. Поэтому Совет открыл большую бесплатную библиотеку. Три библиотекаря были наняты за бешенные деньги для выполнения работы, которую до сих пор делал один. Рабочие часы были ограничены, но Совет все равно был популярен, потому что библиотека была бесплатной. Вскоре после этого подписные библиотеки потеряли клиентов, и им пришлось прекратить работу. - Правители открыли бесплатную библиотеку? - повторил Джонатан. - Но мне показалось, вы сказали, что каждый должен платить библиотечный налог?
    - Да, правда. Но так принято - называть общественные услуги «бесплатными», Даже если нас силой заставляют платить. Это более ... цивилизованно, - закончила она с иронией.
    Высокий мужчина энергично возразил:
    - Подписные библиотеки? Ничего подобного не слышал!
    - Конечно же, нет, - откликнулась старушка. - Библиотека, открытая Советом, так давно существует, что вы другого и представить не можете.
    - Ну-ка, подождите! - закричал мужчина. - Вы что, критикуете библиотечный налог? Если Правители предоставляют ценную услугу, люди просто обязаны и должны платить за это.
    - Значит, не очень-то она ценная, если приходится применять силу.
    - Не все знают, что для них хорошо, а другие не могут себе этого позволить, - заявил мужчина. - Интеллигентные люди знают, что бесплатные книги создают свободное общество. А налоги распределяют бремя так, чтобы каждый честно платил свою долю. Иначе, нахлебники будут сидеть на шее у других.
    - Да при библиотечном налоге больше нахлебников! - выкрикнула старушка. - Те, которые пользуются библиотекой и освобождены от уплаты налогов, ездят на других! Неужели это честно? Кто, по-вашему, имеет большее влияние на Совет Правителей: богатый друг Совета или бедняк, который не может позволить себе взять книгу?
    Толкая Девочку перед собой, мужчина с жаром возразил:
    - А какую библиотеку вы хотите? Вы что, хотите выбрать подписную библиотеку, которая может выступить против какой-либо части общества?
    - Вы не сможете избежать предрассудков! - закричала женщина прямо ему в лицо. - Из-за чего, по-вашему, подрались эти двое? Вы что, хотите, чтобы эти клоуны в Совете выбирали за вас ваши принципы?
    - Это кто клоуны? - рявкнул мужчина, слегка отодвигая старушку. - Если вам это не нравится, почему бы вам просто не уехать с острова!?
    - Надменный мошенник! - воскликнула старая женщина.
    Они так громко орали друг на друга, а девочка плакала, что кто-то решил вызвать полицию. Джонатан отошел от них, решив найти убежище в покое и тишине библиотеки.

Глава 13
НИЧЕГО В ТОМ НЕТ

Здания, окружавшие библиотеку, были намного выше, их каменные фасады впечатляли. Благовоспитанная толпа собралась у входа, терпеливо ожидая и стараясь не замечать ссоры, разгоравшейся за их спинами на площади. Присоединяясь к группе, Джонатан с интересом прочел надпись из бронзовых букв «НАРОДНАЯ БИБЛИОТЕКА ЛЕДИ ТВИД».
    Посетители сзади пытались заглянуть через головы стоящих впереди, а те громко рассказывали о том, что они видели.
    - Восхитительно! - шептали одни.
    - Ошеломляюще! - говорили другие.
    Джонатан потихоньку протиснулся между людьми и подошел к библиотекарскому столу около входа.
    - Что это они находят таким восхитительным и ошеломляющим? - спросил он у человека, сидящего за столом.
    - Шшш! - предостерег библиотекарь. - Пожалуйста, тише!
    Мужчина аккуратно поправил стопку бумаги для записей на столе перед собой. Потом он наклонился вперед и посмотрел поверх очков на Джонатана:
    - Это чиновники правительственного Комитета Искусств. Они только что открыли публичную выставку последнего приобретения нашей коллекции живописи.
    - Как интересно, - сказал Джонатан.
    Вытягивая шею, чтобы хоть что-то увидеть, он пробормотал:
    - Я люблю произведения искусства, но где же ваше творение? Это должно быт, что-то очень маленькое.
    - Как сказать, - проговорил  библиотекарь. - Кто-то  может сказать, что это очень велико. Это-то и прекрасно в этом произведении. Оно называется «Пространство в полете».
    - Но я ничего не вижу, - удивился Джонатан, глядя на белую стену над входом.
    - В том-то и дело. Впечатляет, правда? - библиотекарь устремил отсутствующий взор в пространство. - Ничто не схватывает полную сущность духа человеческой борьбы за это возвышенное чувство сознания, которое появляется когда сравниваешь полноту теплоты тончайших оттенков и чувственное осознание нашей внутренней природы. Ничто не позволяет так полно познать наше воображение.
    Джонатан мотнул головой, стряхивая дурман, и раздраженно спросил:
    - Так что, там действительно ничего нет? Как ничто может быть искусством?
    - Почему же, это как раз то, что Делает его самым уравнительским выражением искусства. Правительственный Комитет по Искусству тщательно проводит лотерею по отбору, - заявил библиотекарь.
    - Лотерею по отбору произведений искусства? Какая еще лотерея?
    - Когда-то, специально назначенный Совет Прекрасных Искусств осуществлял выбор, - начал рассказ мужчина. - В начале членов Совета критиковали за то, что они потакали своим собственным вкусам или вкусам своих друзей. Потом их обвинили в цензуре тех произведений, которые им не нравились. Поскольку простые граждане, через налоги, платили за предпочтения Совета, люди воспротивились элите.
    - А почему бы им не назначить другой Совет? - предложил Джонатан.
    - О, мы пробовали много раз. Но те, кто не был в Совете, никогда не соглашались с членами Совета. В конце концов, они разрушили саму идею создания Совета. Все согласились, что лотерея - это единственный субъективный метод. Любой может принять участие в конкурсе - и почти каждый уже участвовал! Совет Правителей назначил очень щедрую награду. «Пространство в полете» выиграло только сегодня утром.
    Джонатан прервал его:
    - Но почему бы не позволить каждому покупать те произведения искусства, которые ему нравятся вместо того, чтобы облагать налогом на проведение лотереи? Тогда любой мог бы выбрать то, что хотел.
    - Что ты! Некоторые ничего не могут купить, а у других может быть плохой вкус! Нет, конечно же, Правители должны поддерживать искусство! - переведя взгляд на «Пространство в полете», библиотекарь скрестил руки на груди и отсутствующее выражение появилось на его лице. - Прекрасный выбор, не правда  ли?  Простота поддерживает вход в библиотеку в порядке и в то же время охраняет окружающую среду. Больше того, - счастливо продолжал он, - никто не может выразить неудовольствия по поводу артистического качества или эстетического стиля этого шедевра. Он никого не может оскорбить, не так ли? 

Глава 14
ПАВИЛЬОН ОСОБЫХ ИНТЕРЕСОВ

Небо уже потемнело, когда Джонатан выйдя на ступени библиотеки, увидел толпу на городской площади. К его изумлению, чем ниже садилось солнце, тем оживленнее становилось на площади. Людской поток устремился в тот конец площади, где была библиотека - за ней расположился огромный ярморочный павильон. Джонатан позабыл о Доме и присоединился к возбужденной толпе.
    Ослепленный огнями и надписями и оглушенный шумом, Джонатан бродил вокруг великолепного шатра. Разноцветная надпись над ним гласила: «КУЛЬМИНАЦИЯ КАРНАВАЛА: ПАВИЛЬОН ОСОБЫХ ИНТЕРЕСОВ».
    Женщина в красно-черных полосатых трико выскочила из толпы и закричала:
    - Слушайте! Слушайте! Чтобы почувствовать остроту жизни, войди в павильон особых интересов! - она заметила Джонатана, у которого глаза округлились от удивления, и схватила его за руку. - Каждый выигрывает, молодой человек.
    - Сколько это стоит? - спросил Джонатан.
    - Заплати всего 10 кейнов и выйди с великолепным призом!
    Женщина повернулась на каблуке и обвела рукой толпу:
    - Слушайте! Слушайте! Павильон особых интересов сделает вас богатым!
    У Джонатана не было столько денег, поэтому он подождал, когда Девушка  подошла к другим, обошел вокруг шатра, отогнул край тента и заглянул во внутрь. Он увидел привратников, направляющих участников к расставленным по кругу стульям. Десять человек в ожидании встали за стульями. Погас свет, зарокотали барабаны, затрубили фанфары. Сверкающий луч вырвал из темноты красивого мужчину в блестящем черном костюме и шелковом цилиндре. Он низко поклонился окружавшим его людям:
    - Добрый вечер! Я - господин Политик! Сегодня вы, десять счастливчиков, станете удачливыми победителями в нашей потрясающей игре! Все вы будете счастливее, чем до того как пришли сюда. Пожалуйста, садитесь.
     С этими словами господин Политик подошел к участникам и напыщенным жестом взял у каждого по одному кейну. Все отдали монетки не задумываясь.
    Затем красавец широко улыбнулся и объявил:
    - А сейчас вы узнаете, как будете награждены.
    И неожиданно, он бросил 5-кейновую монету на колени одному из участников. Счастливчик завизжал от восторга и вскочил на ноги.
    - Вы - не единственный победитель! - заявил господин Политик.
    Так оно и было. Десять раз господин Политик обошел по кругу, собирая по одному кейну с каждого участника. Обойдя круг, он бросал 5 кейнов на колени одному из игравших, приводя его в буйный восторг.
    Когда крики радости стихли и участники начали выходить из шатра, Джонатан побежал к входу, чтобы убедиться, что все они действительно довольны. Девушка в красно-черном трико держала полог. Она остановила одного из игравших и спросила понравилось ли ему.
    - Конечно же! - ответил мужчина, широко улыбаясь. - Это было просто здорово!
    - Я умираю от нетерпения рассказать все своим друзьям, - вставил другой. - Я, наверное, еще раз приду!
    - Да, о, да! Каждый получил приз в 5 кейнов! - Добавил еще один восторженный участник.
    Джонатан задумчиво наблюдал за расходившимися людьми. Женщина в трико повернулась к господину Политику, провожавшему их, и тихонько проговорила:
    - Да, но особенно счастливы мы. Мы получили 50 кейнов, а эти дурачки счастливы из-за этого! Думаю, на следующий год стоит попросит, Совет Правителей издать закон, который бы обязывал играть всех!
    В этот момент один из привратников подошел сзади к Джонатану и схватил его за ворот.
    - Ну-ка, подожди, мошенник!  Я видел, как ты подглядывал! Думал, что можешь бесплатно развлечься?
    - Простите меня, - пробормотал Джонатан, пытаясь выкрутиться из его тисков. - Я не знал, что за просмотр надо платить. А эта прекрасная леди так интересно все описывала - а у меня не было денег, и поэтому ...
    Поворачиваясь к Джонатану и привратнику, девушка нахмурилась:
    - Не было денег?
    Но затем, неожиданно, ее лицо расплылось в улыбке:
    - Отпусти его, он же еще ребенок. Так тебе понравилось представление, правда?
    - О, да, мадам! - усиленно закивал головой Джонатан. 
    - Хочешь заработать немного денег? Или так, - в ее голосе появилась угроза, - или я сдам тебя охранникам.
    - О - здорово, - неуверенно пролопотал Джонатан. - А что я должен делать?
    - Ну, это просто! - сладким голосом пропела женщина. - Ходи в карнавальной толпе, раздавай людям вот эти листовки и рассказывай им как интересно в нашем павильоне. Вот тебе 1 кейн, и я буду давать еще по одному за каждого желающего поиграть, который придет сюда с твоей листовкой в руках. А теперь ступай и постарайся не разочаровать меня!
    Перекинув сумку с листовками Джонатану через плечо, она добавила:
    - Еще одно. В конце вечера я составлю отчет о твоем заработке. А завтра утром, первым делом, ты должен отнести половину этих денег во дворец и уплатить налог.
    - Налог? - повторил Джонатан. - На что?
    - Ты обязан делиться своим заработком с правителями.
    Джонатан с надеждой добавил:
    - Но, я думаю, я бы лучше работал, если бы был уверен, что вы не сообщите о моем заработке. Может быть, раза в два лучше.
    - Правители отлично знают, что люди пытаются скрыть свои доходы. Поэтому-то они и рассылают повсюду шпионов - наблюдателей. Это могло бы навлечь крупные неприятности для нас - они даже могли бы прикрыть наш аттракцион. Так что не жалуйся. Мы все должны платит, за наши грехи.
    - Грехи? - переспросил Джонатан.
    - О да. Налоги - в наказание грешникам. Табачный налог наказывает курильщиков, налог на спиртное - пьяниц, а подоходный налог наказывает работящих. Их идеал, - хмыкнула она, указывая на билетера, - быть богатыми, но ничего для этого не делать. Ну, а теперь, шагай, малыш!

Глава 15
ДЯДЮШКА СЭМТА

Жизнь в городе постепенно замирала. Женщина в трико заплатила Джонатану больше 50 кейнов за игроков, соблазненных его листовками. Она была так довольна, что нашла кого-то серьезно относившегося к работе, что предложила ему снова прийти на следующий вечер. Джонатан сказал, что придет, если сможет, и отправился на поиски теплой постели. Он не имел ни малейшего представления о том, что делать и поэтому просто бесцельно бродил по городу. Стоя в тусклом свете уличного фонаря, он увидел пожилого мужчину в пижаме, вышедшего на крыльцо своего дома. Старичок прищурился, пытаясь заглянуть поверх крыш соседних домов.
    Сгорая от любопытства, Джонатан подошел к нему и спросил:
    - А что это вы разглядываете?
    - Крышу того дома, - прошептал старик, указывая в темноту. - Видишь того толстяка, одетого в голубое, красное и белое? Его сумка с награбленным добром становится все больше с каждым домом.
    Джонатан посмотрел в сторону, куда указывал старик. Смутный силуэт карабкался по крыше одного из домов.
    - Да, да, - закричал Джонатан, - я вижу его. Почему же вы не поднимите тревогу и не предупредите людей, которые там живут?!
    - Я бы никогда этого не сделал! - содрогнулся старик. - У Дядюшки Сэмты ужасный характер и он посчитается с каждым, кто встанет на его пути.
    - Так Вы его знаете? Но ...
    - Шшш! Не так громко, - проговорил старик, прикладывая палец к губам. - Дядюшка Сэмта всегда возвращается к тем, кто слишком много шумит. Большинство в эту ужасную ночь делают вид, что спят, хотя  невозможно оставить вторжение  незамеченным.
    Стараясь сдержать голос, Джонатан наклонился к уху старика:
    - Не понимаю. Почему все закрывают глаза, пока их грабят?
    - Люди молчат только в эту апрельскую ночь, - начал свое объяснение старик, - иначе они могут испортить себе радость накануне Нового года, когда дядюшка Сэмта возвращается, чтобы бросить несколько игрушек и безделушек в каждый дом.
    - Ну, - с облегчением протянул Джонатан, - значит дядюшка Сэмта все возвращает?
    - Едва ли! Но людям нравится думать, что так оно и есть. Я стараюсь не спать, чтобы проследить за тем, что он забирает и что потом возвращает. Это у меня что-то вроде хобби. По моим подсчетам, лучшее дядюшка Сэмта придерживает для себя и своих дружков или для нескольких избранных семей в городе. Но, - старик яростно сжал кулаки. - Дядюшка Сэмта следит за тем, чтобы каждый получил хоть чуть-чуть и был счастлив. Это-то и заставляет всех спать в апреле, когда он приходит и забирает все, что хочет.
    - Что-то я не очень понимаю. Почему же люди спят, а не заявляют о краже и тем самым не охраняют свое добро? Тогда бы они могли покупать любые безделушки и раздавать их кому захотят.
    Старик фыркнул, изумляясь непонятливости Джонатана:
    - В действительности, дядюшка Сэмта - Детская мечта каждого. Родители всегда объясняли своим детям, что игрушки и безделушки падают с неба по волшебству и, разумеется, бесплатно.
    Глядя на изможденного Джонатана, он добавил:
    - Похоже, у тебя сегодня был тяжелый день. Заходи, погрейся, дружок. Есть где переночевать?
    Джонатан с радостью откликнулся на это предложение. Старичок представил его своей жене, а она поторопилась принести Джонатану чашку горячего шоколада и свежие булочки. Джонатан растянулся на диване, на который старики положили кое-какие одеяла и подушку. Мужчина закурил трубку и откинулся в своем кресле-качалке.
    Устроившись поудобнее, Джонатан спросил:
    - А как началась эта традиция?
    - Когда-то у нас был праздник называемый «Рождество», волшебное время года. Это был религиозный праздник, отмеченный раздачей подарков и весельем. Он так всем нравился, что Совет Правителей решил, что это слишком важное событие, чтобы проводить его хаотично и без подготовки. Они взяли его под свой контроль, чтобы все было организовано правильно, - в его голосе звучало плохо завуалированное неодобрение. - С начала отделались от религиозного символизма. Правители официально переименовали праздник в «Новый Год». А всеми любимого разносчика подарков - в Дядюшку Сэмта - сборщика налогов, одетого в карнавальный костюм.
    Старик молчал, попыхивая трубкой. Выбив табак, он продолжил:
    - Декларация о новогоднем налоге должна предоставляться в трех экземплярах в Бюро Доброй Воли. Бюро Доброй Воли определяет по формуле, придуманной Правителями, с какой щедростью должен быть одарен каждый налогоплательщик. А ты только что стал свидетелем ежегодного апрельского сбора.
    Следом идет Бюро Плохих и Хороших Поступков. Бухгалтер по морали составляет специальную декларацию, детально описывающую и объясняющую плохое или хорошее поведение каждого жителя в течение года. Это Бюро содержит армию клерков и инспекторов, проверяющих претендентов на получение подарков в декабре.
    И, наконец, Комитет Хорошего Вкуса стандартизирует размеры, цвета и стиль разрешенных подарков, подписывая выгодные контракты с избранными производителями, имеющими верные политические взгляды. Все без исключения получают одинаковые, одобренные правительством, праздничные украшения для использования в своих домах. Накануне Нового Года они вызывают милицию для исполнения подобающих праздничных песен.
    К этому времени юный уставший путешественник уже задремал. Старичок поправил на нем одеяло. Вместе с женой они прошептали на ухо Джонатану: - Веселого Нового года!

Глава 16
НАЗАД К УПОРСТВУ, ПОБЕЖДАЮЩЕМУ ТАЛАНТ
ИЛИ СКАЗКА О ЧЕРЕПАХЕ И КРОЛИКЕ

Джонатану снилась женщина из карнавального павильона. Она все время платила ему деньги, а затем отбирала их. Снова и снова она давала ему деньги, а затем выхватывала обратно. Джонатан проснулся неожиданно от мысли, что ему надо заявить о своем заработке в налоговую инспекцию.
    Старик готовил ему завтрак из толстых тостов с вареньем, когда в комнату весело вбежала маленькая девочка. Мужчина представил ее как свою внучку Луизу, которая приехала на несколько дней в гости. Пока Джонатан поглощал завтрак, девочка прыгала вокруг, пытаясь натянуть носки из разных пар.
    - Бабушка, пожалуйста, прочитай еще раз сказку, - умоляла она.
    - Какую, радость моя?
    - Мою любимую, о черепахе и кролике. Там такие красивые картинки, - лучезарно улыбнулась Луиза.
    - Ну, ладно, - сказала бабушка, доставая книгу с кухонной полки, где та явно была под рукой.
    Она села рядом с хрупкой Луизой и начала:
    - Однажды...
    - Нет, нет, бабуля: «Когда-то давным-давно... - перебила ее девочка.
    Бабушка засмеялась и продолжила:
    - Давным-давно жили-были черепаха по имени Фрэнк и кролик по имени Лисандер. Оба они были почтальонами, разносившими письма по домам в их маленькой звериной деревеньке. Однажды Фрэнк, чьи острые уши были лучше, чем ноги, услышал, как соседи хвалили Лисандера за быстроту. Он мог доставить новости всего за несколько часов, когда другим потребовались бы дни. Приведенный в ярость услышанным, Фрэнк встрял в разговор:
    - Кролик, - проговорил Фрэнк также медленно, как и ползал. - Готов поспорить, что за неделю я найду себе больше клиентов, чем ты. Я ставлю свою репутацию за это!
    Вызов потряс Лисандера:
    - Свою репутацию? Ха! Ты не можешь спорить на то, что другие о тебе думают! - воскликнул раздраженный кролик. - Но все равно, я принимаю твой вызов!
    Соседи подняли черепаху на смех и заявили, что у него нет ни малейшего шанса. Чтобы доказать это, они все согласились встретиться через неделю на этом же месте и решить, кто же победил. Лисандер убежал готовиться к соревнованию, а Фрэнк долго сидел на месте, не двигаясь. В конце концов, он тоже побрел прочь.
    Лисандер расклеил повсюду объявления о том, что он снижает цену - теперь это было меньше половины того, что брал Фрэнк. Начиная с сегодняшнего дня, почта будет доставляться два раза в день, даже в выходные и праздники. Теперь, проходя по округе, кролик звонил в колокольчик, а жители отдавали ему письма или могли тут же купит, марки и конверты и даже взвесить и упаковать посылки. За небольшую доплату он обещал доставлять почту в любое время дня и ночи. И каждый раз он искренне и дружелюбно улыбался - абсолютно бесплатно. Кролик так старался угодить, что список его клиентов быстро рос. Никто не видел черепаху. К концу недели, уверенный в победе, Лисандер пошел на встречу с судьями. К своему удивлению, там он увидел Фрэнка, поджидавшего их.
    - Мне очень жаль, Лисандер, - манерно протянул он. - Но пока ты носился от дома к дому, мне необходимо было доставить только одно письмо.
    Протягивая Лисандеру какой-то документ и ручку, он добавил:
    - Пожалуйста, распишись вот здесь.
    - Что это такое?
    - Наш король назначил меня, черепаху, Главным Почтмейстером и уполномочил меня доставлять все письма в этой стране. Извини, Кролик, но тебе придется прекратить все поставки.
    - Но это невозможно! - сказал кролик, возбужденно барабаня лапами. - Это нечестно!
    - Король так и сказал - это нечестно, чтобы кто-то из его подданных пользовался лучшими почтовыми услугами, чем остальные. Поэтому-то он и предоставил мне исключительную монополию - Для обеспечения одинакового качества обслуживания.
    Лисандер сердито распрашивал черепаху:
    - Как тебе удалось заставить его сделать это? Что ты ему предложил?
    Фрэнк никогда не улыбался, но тут ухмылка тронула уголки его рта:
    - Я заверил короля, что он может отправлять все свои послания бесплатно. И, конечно же, я напомнил ему, что, имея в одних руках всю корреспонденцию, ему легче будет контролировать поведение своих мятежных подданных. А если я потеряю одно-два письма, кто заметит?
    - Но ты всегда нес убытки, доставляя почту! - раздраженно заявил кролик. - Кто заплатит за это?
    - Король установит цену, обеспечивающую мой доход. Если перестанут писать письма, налоги покроют мои потери. Скоро никто и не вспомнит, что у меня был соперник.
    Бабушка подняла глаза и сказала: «Конец».
    - Мораль этой сказки в том, - прочитала она. - Что ты всегда можешь обратиться к властям, если у тебя возникнут проблемы.
    Маленькая Луиза повторила:
    - Ты всегда можешь обратиться к властям, когда у тебя проблемы. Я всегда буду помнит, об этом, бабушка.
    - Нет, дорогая, так только в книге говорится. Было бы лучше, если бы ты сама сделала вывод из этой сказки.
    - Бабушка?
    - Да, Дорогая?
    - А животные могут говорит,?
    - Не на нашем языке, Девочка. Это ведь только сказка.
    Джонатан вскоре закончил завтрак и поблагодарил стариков за их великодушное гостеприимство. Провожая его до двери, мужчина сказал:
    - Рассчитывай на нас, как на своих бабушку и дедушку, если тебе что-нибудь понадобится.
    Они все вышли на крыльцо пожелать ему счастливого пути.

Глава 17
КОМИТЕТ ПО ПИТАНИЮ

Все еще размышляя об истории кролика, Джонатан попросил старика показать ему дорогу к дворцу. Старушка положила руку ему на плечо и предупредила:
    - Пожалуйста, Джонатан, не рассказывай никому о том, что мы тебя накормили. У нас нет разрешения.
    - Что? Вам необходимо разрешение, чтобы накормить гостей?
    - В городе - да. И у нас могут быт, проблемы, если власти узнают о том, что мы кормили кого-то без разрешения.
    - А для чего разрешение?
    - Для того чтобы обеспечить всем определенный уровень питания. Много лет назад жители города питались в маленьких кафе или элитарных ресторанах или покупали продукты в магазине или у уличных торговцев и могли законно готовить еду дома. Совет Правителей заявил о том, что это нечестно, когда одни питаются лучше, чем другие. Поэтому были созданы политические кафетерии, где каждый житель города мог получить стандартное питание бесплатно.
    - Ну, конечно же, не совсем бесплатно, - сказал дедушка, вытаскивая бумажник и медленно помахивая им перед лицом Джонатана. - Цена за каждую порцию намного выше, чем когда-либо, но никто не платит у входа. Дядюшка Сэмта заплатил из наших налогов. А поскольку за политические кафетерии уже было заплачено, люди перестали ходить в частные заведения, где им пришлось бы платить снова. Частники были вынуждены поднять цены, чтобы покрыть расходы на содержание ресторанов после того, как уменьшилось число посетителей. Некоторые выжили за счет кучки богатых клиентов или тех, кто придерживается определенной религиозной диеты, но большинству пришлось оставить свое дело.
    - А зачем они платят дополнительно, если можно бесплатно поесть в политическом кафетерии? - удивился Джонатан.
    Бабушка рассмеялась:
    - Да потому, что политики просто ужасны - повара, еда, обслуживание. Еще ни один плохой повар не был уволен из политического кафетерия. Их гильдия очень сильна. А хороших поваров не хвалят и не ценят, потому что плохие повара станут завидовать. Моральное состояние - низкое, еда - безвкусная, а Комитет по Питанию составляет меню.
    - Самое обидное то, что они стараются угодить своим друзьям, но никто никогда не бывает доволен! - воскликнул дедушка. - Видел бы ты эту войну из-за хлеба и картошки. Нас кормили картошкой с хлебом каждый день в течение десятилетий. Потом макаронные лоббисты организовали кампанию за макароны и рис. Помнишь? - спросил он жену. - Когда любители макарон, в конце концов, посадили своих людей в Комитет, это был последний день, когда мы слышали о картошке с хлебом.
    Выглядывая из-за бабушкиной юбки, Луиза с отвращением сморщила нос:
    - Ненавижу макароны, бабушка.
    - Лучше ешь их, дорогая, а то у тебя будут проблемы с чиновниками по питанию.
    - Чиновники по питанию? - переспросил Джонатан.
    - Шшш! - Дедушка приложил палец к губам. Он оглянулся через плечо и по сторонам - не смотрит ли кто.
    - Те, кто не хочет есть политически одобренную пищу, обычно попадают в руки к чиновникам по питанию. Они внимательно следят за тем, чтобы все приходили к столу и охотятся за теми, кто не явился. Нарушителей отводят в специальные кафетерии для принудительного питания.
    - А почему мы не можем кушать дома? Бабушка готовит лучше.
    - Это запрещено, дорогая, - сказала бабушка, погладив Луизу по голове. - Только несколько человек имеют специальные разрешения, а у нас с дедушкой нет квалификации. И мы не можем себе позволить дорогое кухонное оборудование, которое отвечало бы их требованиям. Видишь ли, Луиза, политики считают, что они заботятся о тебе лучше, чем мы.
    - К тому же, - добавил дедушка, - нам обоим надо работать, чтобы платить налоги!
    Дедушка обошел веранду, разговаривая сам с собой:
    - Они говорят, что сейчас у нас самый питательный рацион за всю историю, в то время как почти половина населения страдает от недоедания. Первоначальная идея о том, чтобы предоставить лучшее питание беднякам вылилась в плохое питание для всех. Некоторые несчастные отказались от еды и предпочитают голодать, хотя их питание бесплатно. Более того, бандиты и хулиганы нападают на политические кафетерии и никто уже не чувствует себя там безопасно.
    - Дедушка, остановись! - сказала бабушка, увидев тревогу на лице Джонатана. - Ты его до смерти запугаешь, а ему придется идти в политический кафетерий. Не забудь приготовить свое удостоверение личности, когда придешь туда. И все будет в порядке.
    - Спасибо за заботу, бабушка, - сказал Джонатан, размышляя о том, как может выглядеть такое удостоверение личности и как получить еду без него. - А можно мне взять еще пару кусочков хлеба на дорогу?
    - Конечно же, дружок. Бери, сколько хочешь.
    Она пошла на кухню и вернулась с несколькими кусочками хлеба, завернутыми в салфетку. Старушка подозрительно оглянулась по сторонам, проверяя, не наблюдает ли кто из соседей, а затем гордо подала их Джонатану, приговаривая:
    - Позаботься о них. Прошел слух, что наш поставщик был недавно арестован Продуктовой Полицией. Никому не показывай этот хлеб, хорошо?
    - Конечно. И спасибо за все.
    Помахав рукой на прощание, Джонатан вышел на улицу с теплым чувством от мысли, что нашел дом на этом странном острове.

Глава 18
«ОТДАЙ МНЕ СВОЕ ПРОШЛОЕ ИЛИ БУДУЩЕЕ!»

Дворец находился в той же стороне, что и площадь. Джонатан решил, что сможет сократить путь, если пройдет через маленькую улочку. Она была завалена мусором и заставлена ящиками. Джонатан решительно шагал по темной улице, стараясь заглушить в себе неприятное чувство, появившееся после того, как он оставил оживленный проспект.
    Неожиданно Джонатан почувствовал чью-то руку у себя на шее и холодный металл пистолета на ребрах.
    - Отдай мне свое прошлое или будущее! - злобно прорычала грабительница.
    - Что? - дрожа, спросил Джонатан. - Что вы хотите сказать?
    - Ты слышал - деньги или жизнь! - повторила она, прижимая пистолет ближе. Джонатана не надо было долго уговаривать - он тут же достал свои с трудом заработанные деньги.
    - Это все, что у меня есть, и половину этих денег я должен отдать сборщику налогов, - взмолился Джонатан, стараясь спрятать кусочки хлеба, которые дала ему бабушка. - Пожалуйста, оставьте мне половину.
    Грабительница немного ослабила хватку. Джонатан едва мог разглядеть ее лицо за шарфом и фетровой шляпой с огромными полями. Она грубовато рассмеялась и сказала:
    - Если ты должен расстаться с частью своих денег, то уж лучше отдай все мне и ничего сборщику налогов.
    - Почему? - спросил Джонатан, вкладывая деньги в ее грубые мозолистые руки.
    - Если ты отдашь деньги мне, - проговорила грабительница, запихивая бумажные кейны в кожаный кошелек, привязанный к поясу, - я, по крайней мере, уйду и оставлю тебя в покое. А сборщик налогов до дня твоей смерти, будет забирать твои деньги - результат твоей работы в прошлом, используя их для контроля всех сторон твоей будущей жизни. В самом же деле, за год он выбросит на ветер больше твоих денег, чем все грабители вместе взятые за всю жизнь.
    Джонатан выглядел растерянным:
    -Но разве Совет Правителей не использует деньги налогоплательщиков для улучшения их благосостояния?
    - Ну да, еще бы, - сухо заметила грабительница. - Некоторые богатеют. Но, если уплата налогов такое уж хорошее дело, почему бы сборщику просто не убедить тебя в преимуществах этого и не позволить тебе добровольно платить налоги?
    Джонатан задумался над этой мыслью.
    - Может быть, потому, что убеждение займет много времени и усилий?
    - В том-то и дело, - усмехнулась грабительница. - И у меня та же проблема. Мы оба экономим время и силы при помощи оружия!
    Она обхватила Джонатана, связала ему руки за спиной, толкнула на землю и заткнула ему рот носовым платком.
    - Ну вот, боюсь, ты не скоро ты сможешь пойти к сборщику налогов. Но, гм, ты подбросил мне неплохую идейку.
    - А знаешь что? - она уселась рядом с Джонатаном, который дергался, стараясь выпутаться. - Политика - это что-то вроде ритуала очищения. Многие считают, что лгать, красть, завидовать или убивать - это плохо. Это просто не по-соседски - ну, до тех пор, пока политики не сделают за них всю грязную работу. Да, политика позволяет каждому, даже самому лучшему из нас, лгать, красть, завидовать и даже иногда убивать. И они могут спокойно спать после этого.
    Женщина улыбнулась с видом заговорщика:
    - Кажется, мне не помешало бы немного очиститься - смыть вину ... и риск, - она хмыкнула и призадумалась. – Думаю, надо посетить леди Твид.
    Она вскочила на ноги и развернулась, чтобы уйти. Джонатан смотрел, как силуэт грабительницы исчез в конце улицы.
    Улица замерла. Борясь с веревками, Джонатан размышлял о том, что сказала грабительница. Освободиться без посторонней помощи было невозможно. «Отдай свое прошлое или будущее!» Что она имела в виду? А я понял! - подумал Джонатан, все еще пытаясь развязаться. - Мои деньги и моя собственность - это мое прошлое, то есть результат моей прошлой деятельности. Если она возьмет мои деньги, мне снова придется работать, чтобы вернуть утраченное. Если бы она меня убила - это бы значило, что нет жизни и нет будущего! Вместо этого она связала меня, лишая свободы действий и выбора в настоящем! - Джонатан с гневом подумал о молодом полицейском, которого он встретил накануне: где этот парень, когда он действительно нужен?
    При мысли о том, чтобы пойти на карнавал и снова заработать те же деньги, Джонатан разозлился и беспомощно пнул землю каблуком. Если на этот раз он заработает столько же денег, ему придется отдать сборщику налогов все! Так, значит, жизнь, свобода и собственность - все это части меня, разница только во времени - будущем, настоящем и прошлом. Эта грабительница угрожала тому, что всего дороже для меня, чтобы получит, то, чем ей легче всего воспользоваться.
    В этот момент узел врезался ему в запястье, и Джонатан завопил от боли. Он перестал дергаться и на секунду расслабился, размышляя о затруднительном положении, в котором он очутился.
    - Я никогда раньше не задумывался о том, как хорошо чувствовать себя свободным.

Глава 19
БАЗАР ПРАВИТЕЛЬСТВ

Джонатан уже оставил надежду освободиться, как вдруг он услышал какой-то шум в конце улицы. Большая бурая корова двигалась в его сторону, обнюхивая мусор, валявшийся на тротуаре. «Мууу» - протянула корова. Колольчик на ее шее тихонько позвякивал при каждом движении. Вдруг еще одна корова появилась в конце улицы, за ней шел хмурый морщинистый старик с посохом.
    - Иди сюда, глупое животное! - проворчал пастух.
    Джонатан скорчился и попробовал зацепить плечом коробку рядом с собой. Старик уставился в темноту:
     - Кто здесь?
    Увидев связанного Джонатана, он наклонился к нему и вытащил кляп. Джонатан вздохнул свободно:
    - Меня ограбили. Освободите меня, пожалуйста!
    Старик достал из кармана нож и разрезал веревки.
    - Спасибо вам, - поблагодарил Джонатан, растирая затекшие руки. Он охотно рассказал старику, что с ним стряслось.
    - Да, - протянул старик, хмуро качая головой. - Теперь за всем глаз да глаз нужен. Я бы никогда не пришел в город, если бы мне не понадобилась помощь правительства.
    - Вы думаете, что правительство поможет вернуть мои деньги? - спросил Джонатан.
    - Навряд ли, хотя попробовать можно. Может тебе больше повезет на Базаре правительств, - печально ответил пастух, на лице которого морщин было больше, чем на черносливе. На нем была грубая одежда и башмаки из сыромятной кожи. Его тихая речь успокаивала Джонатана.
    - А что такое Базар правительств? Это место для продажи скота?
    Старик ухмыльнулся и задумчиво посмотрел на своих беззаботных животных.
    - Я-то и пришел сюда, чтобы узнать об этом, - сказал, наконец, пастух. - На самом деле, это что-то вроде варьете. Здание красивее, чем банк и больше, чем что-либо виденное мною за всю жизнь. А внутри люди, предлагающие на продажу всевозможные правительства, предназначенные для решения гражданских вопросов.
    - Что вы говорите? - удивился Джонатан. - А какие правительства они пытаются продать?
    Пастух почесал свою загорелую шею и начал:
    - Там был один парень, называвший себя «социалистом». Он сказал мне, что его правительство взяло бы одну из моих коров за то, что они помогут мне отдать другую мою корову моему соседу. Я не стал тратить на него время. Мне не нужна помощь, чтобы отдать свою корову соседу, если надо будет.
    Еще там был «коммунист», его лавочка стояла рядом с первым продавцом. Он широко улыбался и дружелюбно тряс мою руку, повторяя, как он меня любит. Поначалу он мне показался неплохим парнем, пока он не заявил, что его правительство возьмет обеих моих коров, потому что тогда каждый будет владеть всеми коровами одинаково, а он даст мне немного молока, если посчитает, что оно мне необходимо. К тому же, он настаивал, чтобы я пел партийные песни.
    - Вот это должно быть, песни! - воскликнул Джонатан.
    - Ну не очень-то они ему помогли. Готов поспорить, что он собрал бы все сливки для себя.
    Потом я прошел на другой конец зала и встретил там «фашиста», - старик прикрикнул на коров, залезших на кучу мусора. - Этот фашист тоже наговорил мне сладких слов, но его смелые идеи мало отличались от предыдущих. Говорит: я заберу твоих коров и продам тебе молоко. Я возмутился: Что? Платить за молоко моих коров?! Потом он пригрозил, что застрелит меня, если я немедленно не отдам честь его флагу.
    - Вот это да! Готов поспорить, что вы поспешили уйти.
    - Не успел я и ногой двинуть, как ко мне незаметно подобрался «бюрократ». Он сказал, что его правительство заберет обеих моих коров, одну из них забьет, чтобы уменьшит, снабжение, и будет доить другую, чтобы затем часть молока спустить в канализацию. Ну, скажи, какой дурак пошел бы на это?
    - Да уж, звучит странно, - покачал головой Джонатан. - А Вы выбрали какое-нибудь из этих правительств?
    - Да никогда в жизни, сынок, - заявил пастух. - Кому они нужны? Вместо того, чтобы позволять правительству улаживать мои проблемы,  я решил отвести коров на деревенский рынок, где я продам одну из них и куплю быка.

Глава 20
ДРЕВНЕЙШАЯ ПРОФЕССИЯ

Рассказ старика озадачил Джонатана. Что это за остров? История о Базаре Правительств заинтриговала Джонатана, и он решил сходить туда и посмотреть, сможет ли кто помочь ему найти дорогу домой. В конце концов, может быть там кто-нибудь поможет ему вернуть деньги. Итак, он направился к городской площади, куда указал старик.
    - Ты не сможешь пройти мимо него, - сказал пастух, уводя коров. - Это во Дворце, он самый большой на площади.
    И действительно, улица вела к городской площади, на которой стоял помпезный Дворец. Надпись над огромными дверями гласила: «ДВОРЕЦ ПРАВИТЕЛЕЙ».
    Джонатан взбежал по ступеням и остановился на пороге, давая глазам привыкнуть к мраку. Его взору открылся огромный зал с такими высокими потолками, что света от ламп было недостаточно для освещения всего помещения. Как и описывал старый пастух, здесь было несколько киосков, украшенных флагами и плакатами. Люди в киосках зазывали проходящих и раздавали листовки.
    В дальнем конце зала находилась великолепная бронзовая дверь, по бокам которой стояли мраморные статуи. Джонатан пошел по залу, стараясь избегать продавцов правительств. Он не сделал и двух шагов, как его остановила старушка с золотыми браслетами и огромными серьгами в ушах:
    - Не хотите ли узнать свое будущее, молодой господин? - прошептала она, неожиданно появляясь из-за спины. Джонатан быстро проверил карманы, искоса глядя на сутулую фигуру, разодетую в пестрые шали и броскую бижутерию.
    - У меня есть дар предвидения. Может быть, ты хочешь заглянуть в завтра, чтобы не так боятся своего будущего?
    - А вы действительно можете заглянуть в будущее? - уточнил Джонатан, стараясь держаться от нее подальше, но и не обидеть ее. Он очень подозрительно отнесся к этой развязной женщине.
    - Да, - ее глаза сверкнули хитростью и уверенностью. - Я изучаю знамения, а затем заявляю, утверждаю, подтверждаю и признаю все, что я считаю правдой. О, да, моя профессия и в самом деле древнейшая в мире.
    - Как здорово! - воскликнул Джонатан. - А что вы используете - хрустальный шар или чайные листья или...
    - Да что ты, ничего, конечно, - фыркнула гадалка с отвращением. - Теперь это намного сложнее. Я использую огромное количество таблиц и диаграмм. Экономист к вашим услугам, - с глубоким поклоном добавила она.
    - Впечатляет. Э-ко-но-мист, - медленно проговорил Джонатан, перекатывая длинное слово на языке. - К сожалению, меня только что ограбили, и у меня нет Денег, чтобы заплатит, вам.
    Гадалка тут же отвернулась в поисках возможного клиента.
    - Извините, мадам, а не могли бы вы объяснит, мне кое-что, - взмолился Джонатан. - Хотя я и не смогу заплатит, за это?
    - Ну? - испытующе спросила женщина.
    - А в каких случаях люди приходят к вам за советом?
    Она оглянулась вокруг, проверяя, нет ли лишних ушей. Затем, словно открывая секрет безвредному любимцу-коту, она прошептала:
    - Потому что у тебя нет денег, чтобы заплатить, я посвящу тебя в одну маленькую тайну. Они приходят всякий раз, когда им надо почувствовать уверенность в будущем. Неважно, радостное или мрачное предсказание - особенно, когда мрачное - люди чувствуют себя лучше, когда они могут сослаться на чье-либо предсказание.
    - А кто чаще всего обращается к вам?
    - Совет Правителей - мой лучший клиент. Правители очень щедро платят - конечно же, за счет других. А потом они используют мои предсказания в своих речах, оправдывая увеличение налогов подготовкой к мрачному будущему. Это отлично работает для нас обоих.
    - Вот это да! - сказал Джонатан, в изумлении хватаясь за голову. - Это должно быть, большая ответственность! А как точны ваши предсказания?
    - Ты будешь удивлен, но меня об этом никто не спрашивал, - сдавленно усмехнулась экономист.
    Она засомневалась, внимательно глядя ему в глаза:
    - Если говорит, честно, ты получишь лучшее предсказание, подбросив монетку. Каждый легко может подбросить монетку, но никому от этого легче не становится. Подброшенная монетка не может сделать пугливых счастливее, и никогда не сделает меня богатой, тем более не сможет сделать Правителей всемогущими. Поэтому, ты сам понимаешь, как это важно, чтобы я составляла им впечатляюще сложные предсказания, иначе они найдут для этого кого-нибудь еще.

Глава 21
ОБУВНОЕ ПРОИЗВОДСТВО

«Должно быть, здесь резиденция властей», подумал Джонатан, с благоговением глядя на величественные мраморные статуи и колонны: «Этот Дворец, должно быть, стоил им целого состояния!»
    Одна из бронзовых дверей была открыта, Джонатан мог видеть обширный амфитеатр, наполненный людьми. Осторожно подойдя и незаметно встав сзади, Джонатан увидел трибуну в центре. Группа взъерошенных и шумных мужчин и женщин окружила трибуну, все они махали руками перед респектабельным господином в прекрасно пошитом костюме, который изредка попыхивал толстой сигарой. Сигарой он указал на одного человека в толпе. Джонатан подвинулся поближе. Мужчина, державший в одной руке ручку, а в другой блокнот, крикнул, покрывая голоса других:
    - Ваша Честь, сэр, Великий лорд Понци. А правда ли, что вы только что подписали постановление, указывающее платить обувщикам за то, чтобы они перестали шить обувь?
    - А-а-а, да, это действительно правда, - ответил лорд Понци, грациозно кивнув головой. Он так медленно говорил, словно только что очнулся от глубокого сна.
    - Это что-то беспрецедентное, не так ли? - спросил мужчина, яростно царапая что-то в блокноте.
    - У-у, Да, беспрецедентное... - серьезно пробормотал Великий лорд.
    Женщина, стоявшая рядом с первым репортером, прервала его, не дав закончить:
    - Это впервые в истории острова Коррумпо, когда обувщикам платят за то, чтобы они не работали, не так ли?
    - Да, - сказал Понци, - это верно.
    Раздался вопрос откуда-то сзади:
    - А не вызовет ли эта программа поднятие цен на все виды обуви - туфли, ботинки, сандалии и так далее?
    - У-у, Да, ну - повторите, пожалуйста, ваш вопрос.
    Другой голос выкрикнул:
    - Поднимет ли это цены на обувь?
    - Да, это поднимет доходы обувщиков, - ответил достопочтенный лорд, механически качая головой. - Мы рассчитываем сделать все, что в наших силах, чтобы помочь обувщикам.
    Джонатан вспомнил женщину, которую вместе с детьми прогнали с ее фермы. Он печально подумал: «На сколько труднее ей теперь покупать обувь!»
    Затем кто-то, скрытый толпой, выкрикнул у самой трибуны:
    - Не могли бы вы рассказать о своей программе на следующий год?
    - У-у, хм, что вы сказали? - промямлил Понци.
    -Ваша программа. Каковы ваши планы на следующий год? - нетерпеливо повторил голос.
    - Конечно, - сказал Великий лорд, помедлив, чтобы выпустить дым от сигары. - У-гу. Аха. Ну, я думаю, что я могу воспользоваться случаем и использовать эту пресс- конференцию, чтобы объявить, что в следующем году мы планируем начать платить всем жителям великого острова Коррумпо за то, чтобы они ничего не производили.
    Аудитория дружно выдохнула:
    - Каждому? Без шуток? На это уйдет целое состояние! Что из этого получится?
    - Получится? - переспросил лорд Понци, стряхивая с себя оцепенение.
    - Остановит ли это людей, отвратит ли их от работы?
    - Ну, конечно же. Мы испытывали этот проект в нашем министерстве Долгие годы, - гордо заявил лорд. - И мы никогда ничего не производили.
    Как раз в этот момент кто-то вышел из-за спины Великого лорда Понци и объявил, что пресс-конференция закончена. Группа репортеров, стоявших у трибуны, смешалась с толпой в амфитеатре.  Джонатан пару раз моргнул, заметив, как Понци неожиданно едва заметно ссутулился, словно кто-то отпустил веревочку, которая помогала ему держаться прямо. Свет в зале потускнел, и Понци был уведен со сцены. 

Глава 22
АПЛОДИСМЕНТОМЕТР

Луч прожектора вырвал круг света на сцене и по аудитории пробежал шепоток. Кто-то начал ритмично хлопать, и вскоре к нему присоединилась вся толпа. Весь зал дрожал от возбуждения и шума. Наконец, мужчина с серебристыми волосами и в блестящем костюме выскочил на сцену. На его лице светилась самая глупая улыбка, какую Джонатан когда-либо видел. Мужчина радостно кланялся в разные стороны, приветствуя публику.
    - Добро пожаловать! Здравствуйте! Я - конферансье Фил и я потрясен, видя всех этих прекрасных людей сегодня на нашем шоу! А какое шоу мы приготовили для вас! Немного позже мы будем разговаривать с - только подумайте - кандидатом!
    Скромно одетые девушки, стоявшие по бокам сцены, начали дико махать руками, и вся аудитория разразилась громовыми аплодисментами.
    - Спасибо, спасибо - большое спасибо! Во-первых, у меня для вас есть что - то очень, очень, очень особенное. Сегодня с нами не кто-нибудь, а сама председатель Избирательного комитета острова Коррумпо, которая расскажет нам о революционных изменениях в избирательных процедурах, о коих мы так наслышаны.
    С этими словами он развернулся и, широко взмахнув рукой, воскликнул:
    - Поприветствуем доктора Джулию Павлову!
    Статистки и толпа снова бешено захлопали, криком и свистом выражая свое восхищение. Конферансье Фил пожал руку доктора Павловой и подал аудитории знак успокоится.
    - Так, так, доктор Павлова, вы далеко продвинулись за последние годы.
    - Спасибо, Фил, - сказала доктор Павлова с видом спокойной уверенности на квадратном лице. Она была одета в чопорный костюм. - Я бы сказала, что это примерно 5.3 балла энтузиазма.
    - Хей, хей, вот тут вы меня и поймали, - сказал Фил. Его по