В своей предвыборной программе 1994 года А. Лукашенко обещал бережное отношение к земле. Сельское хозяйство должно было превратиться в приоритетную прибыльную отрасль. «Государственную поддержку получат те структурные реформы, которые будут способствовать повышению уровня самообеспеченности Беларуси в растительных маслах, сахаре, пищевых сортах зерна, экологически чистой продукции для внутреннего потребления». Нам обещали сохранение колхозов и совхозов и «процессы их естественного преобразования в хозяйства, действующие более эффективно и с большей выгодой для крестьян».  

Результаты 10-летней сельскохозяйственной политики властей плачевны. Белорусская деревня остается зоной бедности и деградации. Зарплаты работников государственных с/х предприятий в 2 – 4 раза ниже, чем у чиновников. Бюджетные деньги для сельского хозяйства не доходят до человека, которые работает на земле. Несмотря на щедрые дотации, новой с/х техники критически мало, а то, что есть, на ладан дышит. Посевные площади сокращаются. Урожайность основных с/х культур примерно такая, как во времена «Поднятой целины». В Беларуси на 1 гектар с/х угодий ежегодно выделятся около $80 помощи (почти в 9 раз больше, чем в России), но российская мука, хлеб, макароны, многие мясомолочные продукты дешевле, чем белорусские. По оценке независимых экспертов, чтобы произвести единицу с/х продукции белорусское село затрачивает ресурсов в 3 -4, а по некоторым позициям – в 7 – 8 раз больше, чем в странах ЕС. Это и есть обещания эффективность по-белорусски. Коровы не дают молока. С бычков мяса, как с козла молока. Овцы так и не прижились на наших лугах. По зерновым, льноволокну и картофелю мы не вышли на уровень 1995 года, не говоря уже о 1990. За 10-летие Лукашенко свиней у нас стало почти в два раза меньше. Заметно убавилось и число коров. Сейчас растет спрос на мясо и молоко со стороны России, но Беларуси нечем удовлетворить этот спрос.
На полках магазинов и на рынках все чаще можно купить голландский или польский картофель. Позор с/х политике, когда белорусские потребители вынуждены покупать замороженные драники из Голландии, а овощи – из Польши, когда более дешевый и качественный сыр мы привозим из Литвы.
    Нам обещали, что белорусское село станет кормить Россию, начнется экспансия на европейский рынок. Получилось ровным счетом наоборот: мы даже себя прокормить не можем, завозя все больше готовых пищевых продуктов. За высоким забором из импортных пошлин, налогов и нетарифных ограничений (квоты, лицензии и т.д.) колхозы и совхозы устойчиво производят только один продукт – долги. Когда Лукашенко взял власть в сельском хозяйстве только 15,4% предприятий были убыточными. Сейчас их более 60%. Рентабельность в 1995 году была 13,8%, сейчас – отрицательная.
А. Лукашенко обещал, что село станет локомотивом роста. Обещал поддерживать конкуренцию, а установил монополию. Фермерам пообещали равные условия работы, но не дали ни кредитов, ни техники, ни средств защиты растений, ни топлива. Т. е. обещанные структурные реформы не состоялись. Даже в таких полувоенных условиях фермеры и домашние хозяйства сработали лучше, чем колхозы. Они производят больше овощей, картофеля, собирают больше ягод, грибов, чем коллективные хозяйства. А вот колхозы даже новую технику готовы загубить. Председатель правления Белорусского союза фермеров Константин Ермоленко так описывает ситуацию в одном из хозяйств Хотимского района Могилевской области: «.. Построили доильный зал за полтора миллиарда рублей. В нем на основе современных методов, с учетом европейских технологий доятся шестьсот коров. Но доярки и рабочие все так, извините, загадили, что импортное оборудование перестало работать. Камера [это о сюжете на БТ] показывает компьютеры, молокопроводы, электронику, рядом с которой стоят люди с испитыми лицами, в рваных фуфайках т испачканных навозом сапогах. Избыток рабочей силы на селе, наверное, наблюдается, но квалифицированных специалистов все меньше и меньше». Хозяйства такого типа, к сожалению, стали продуктом с/х политики первого президента РБ. А ведь нам обещали совершенно иную картинку.
Вместо «естественного процесса» передачи земли в руки хозяевам, т. е. легализации частной собственности на землю, сельчане вынуждены довольствоваться арендой. Они были и остались временщиками на своей родной земле. Это противоестественно. Правительство А. Лукашенко игнорирует советы настоящих ученых-аграриев, предпочитая рекомендации провинциальных чиновников. Они чураются своих корней и презирают труд на земле. Эти негативные эмоции и чувства они воплощают в разного рода проекты реформирования сельского хозяйства. Они игнорируют простую истину, считая, что 2 + 2 дает не 4. Если убытки одного колхоза прибавить к убыткам другого, как может получиться плюс? Если одной рукой давать $1 млрд. финансовой и ресурсной помощи (столько в 2003 г. выделили бюджет на сельское хозяйство), а на выходе получать более $10 млн. убытков, то как такое хозяйствование можно назвать рациональным и эффективным? Такая схема выгодна чиновникам Минсельхозпрода, тем фирмам, которые получают от него льготы и преференции, отдельным банкирам, но никак не жителям села.
    С/х политика А. Лукашенко – это один из самых больших его провалов. Вместо того чтобы облагородить белорусское село современными инновациями, знаниями менеджмента и маркетинга, он наоборот навязал практики управления советской колхозной системы на всю страну. В результате и село, и страна оказались в проигрыше.
 

Экспорт – импорт готовых пищевых продуктов Беларуси 1998 – 2003

Источник: Минстат РБ

Динамика производства с/х продуктов в Беларуси 1995 – 2003 (в тыс. тонн)

Источник: Минстат РБ

Качество сельского хозяйства Беларуси

Источник: Минстат