Швеция является типичной страной welfare state, родиной рыночного социализма. В Беларуси очень часто неправильно определяют причинно-следственные связи между разными экономическими явлениями данной страны. Именно интервенционистской политике государства приписывают богатство Швеции. Именно Швецию ставят в пример тому, как можно при помощи бюрократии привести капитализм в цивилизованное состояние, нейтрализовать провалы рынка. Именно Швеция считается эталоном «Третьего пути». Многие политики в переходных странах предлагают копировать шведскую модель, забывая при этом взглянуть в суть происходящих там экономических явлений, забыв проанализировать генезис шведской модели. При ближайшем рассмотрении становится понятным, что в начале 21 века Швеция поворачивается лицом к своей собственной истории, предпринимая активные попытки стать европейским Сингапуром, страной с одним из самых высоких индексов экономической свободы в мире.  

Первомай 2004 года принес большую геополитическую новость. В Европейский Союз вступили 10 новых стран. Ликование и брызги шампанского в Европе. Безразличие к данной третьеразрядной новости в США (если судить по ТВ). Тревожные ожидания, глухая зависть, смешанная со злобой – все это в странах, которые даже в претендентах на вступление не ходят. Кто-то в предвкушении прибыли и новых перспектив потирает руки. Другие напряженно думают, как справиться с новой конкуренцией. Для бизнеса и человека расширение ЕС – это баланс плохого и хорошего. Есть только одна социальная группа, которая является безусловным бенефициаром расширения ЕС.  

По информации крупнейшей похоронной службы Франции Les Pompes funиbres gйnйrales за первые три недели число людей, умерших от жары, составило 10416 человек. До конца августа число жертв может увеличиться до 13700. Без войны, терактов, без страшных вирусных эпидемий в мирной Франции за три недели погибло в 35 раз больше людей, чем во время второй войны в Ираке. Французское правительство, имея ВВП страны в объеме около 1,5 трлн. евро, не смогло защитить своих стариков от жары. Тысячи французов, имея более $24 тыс. на душу населения в год, при монополизированной и отвратительно управляемой государством медицине, не успели купить кондиционеры за $500 - и погибли. Отставка «стрелочника» в лице Люсьена Абанхайма (Lucien Abenheim), главного хирурга страны, предполагаемый уход с поста министра здравоохранения Жана Франсуа Матея (Jean-Francois Mattei) временно разрядит напряжение в обществе, но вряд ли исправит безнадежно устарелую французскую систему здравоохранения.  

Если судить о Финляндии по анекдотам о ее жителях, то можно подумать, что в стране Суоми живут о-очень памяркоуныя люди. Белорусы привычно думают, что все в этой скандинавской стране проходит неспеша, тихо и медленно, вдали от шумного Брюсселя и хаотичного Нью-Йорка. Однако в последние 20 лет эта страна удивила мир именно скоростью, инновационностью и напором. Речь не только о традиционно сильном финском хоккее. Наряду с «Нокией», мировыми хитами стали сотни товаров с лейблом made in Finland. Честность, упорство и трудолюбие финских предпринимателей, политиков и гражданского общества, правильный выбор стратегии развития  лег в основу финского экономического чуда.  

Ни одной стране мира не гарантировано богатство и процветание. Можно сидеть на нефтяных скважинах, а большая часть населения будет жить в нищете. Финляндия долго шла к статусу самой конкурентной страны мира. Настоящее чудо в экономике не происходит по указу президента или решению правительства. Ему предшествует напряженная работа, консолидация общества и бизнеса на протяжении многих поколений. 

Одним из самых убедительных доказательств привлекательности экономической политики является число молодых людей, которые уезжают из страны, т. е. голосую ногами. В отличие от 1980-х, в первой половине 1990-х впервые с 1970-ых наблюдался устойчивый приток молодой рабочей силы. В этом смысле Ирландия выглядит гораздо привлекательнее ЕС. Большую часть рабочих мест продолжали создавать иностранные компании и местные фирмы, занимающиеся программных обеспечением.  

Когда страна на протяжении более 10 лет удерживает среднегодовые темпы роста экономики 8% и больше, это можно назвать экономическим чудом. Федеративной республике Германия (ФРГ) удалось это в период 1951 – 1960. ВВП прирастал в среднем на 8% в год. Следующая декада (1961 – 1970) была в два раза хуже: среднегодовые темпы роста ВВП составили всего 4%. Неплохо по европейским меркам, но недостаточно, чтобы обогнать Америку. Беларусь сегодня может извлечь много ценных уроков из новейшей истории Германия, ее побед и поражений в сфере социально-экономических реформ.  

Ничто на бизнес Олимпе не вечно, даже самые раскрученные имена и компании. Эту простую истину недавно открыл себе председатель совета директоров итальянского молочного гиганта «Пармалат» Калисто Танци (Calisto Tanzi). 15 декабря он подал в отставку, оставив свою семейную компанию в очень непростом положении. Европейское сообщество с ехидцей наблюдало за крушением американских гигантов Enron, Worldcom или Arthur Andersen. Представители бизнеса утверждали, что качество корпоративного управления в Европе постоянно улучшается. Но идиллия продолжалась недолго. Сначала кризис с французской компанией Vivendi потряс Европу. Потом начался скандал с голландской розничной сетью Ahold, которая также была уличена в бухгалтерских махинациях. И вот сейчас неожиданно зашатался итальянский гигант Parmalat. Компания с годовым оборотом более $9 млрд. (52% ВВП всей Беларуси) не смогла разместить ?60 млн. облигаций, чтобы погасить старые долги. К концу года «Пармалату» надо найти еще $400 млн., чтобы рассчитаться с миноритарными инвесторами в своей бразильской «дочке». Поисками ресурсов и антикризисным управлением будет заниматься Энрико Бонди (Enrico Bondi), опытнейший менеджер, которому платят большие деньги за вытягивание компаний из кризиса.  

Проблему реформирования монопольной системы ЖКХ успешно решили десятки стран и тысячи муниципалитетов мира. Если руководство нашей страны действительно захотело навести в жилищно-коммунальном хозяйстве, то оно могло бы внимательно изучить, к примеру, опыт западногерманского города Карлсруэ, восточногерманского Франкфурта-на-Одере или известного города болгарских шутников Габрово.