Известно, как почил СССР. Бесславно. Немощно, протянув руки и ноги. Механизмы саморазрушения, встроенные в систему социализма, сработали, несмотря на наличие богатейших запасов природных ископаемых, тысяч уникальных человеческих самородков, плодороднейшей земли. История СССР показала, что нет ничего в природе и обществе, что не могли бы разрушить облаченные властью и горящие пламенным огнем ненависти к богатым представители пролетариата. Одурманенные идеологами и псевдоучеными, они добровольно становились к стенке, стремясь быть первыми и на своей последней дистанции. Советская система была похожа на яйцо: она идеально подходила для выполнения своих функций – создания бесплатного безопасного стабильного рая на земле для кучки совсем неубежденных коммунистов за счет нещадной эксплуатации людских и природных ресурсов. Но, как и яйцо, ее можно было видоизменить только одним способом – разбить. Ресурсы имеют склонность заканчиваться, особенно если не заботиться об их воспроизводстве и преумножении.

Богатые – богатеют, бедные – беднеют. Так примерно описывают историю развития рыночной экономики марксисты. Концентрация капитала, образование монополий, использование бедных стран в качестве сырьевых придатков, загрязнение природы, ведущее к экологическим катастрофам, зверская конкуренция – не совсем приятная картинка для копирования новым демократиям. Да, ХХ век показал, что многие страны мира, несмотря даже на помощь Запада, остаются очень бедными. Но не все. Некоторым удается вырваться из вековой нищеты. Очень часто за кадром пристрастного классового анализа остаются причины, которые ведут к творческому труду и накоплению богатства.

В последние три года вслед за идеологами белорусской власти отдельные эксперты как на Западе, так и в России, начали говорить о белорусском феномене. Мол, страны Центральной и Восточной Европы, Россия и Украины выбрали рынок и демократию – и получили нестабильность, бедность и целых ряд серьезных структурных и социально-экономических проблем. Правительство Беларуси же сделало ставку на восстановление основ социалистической, плановой экономики, сохранило монополию на политическую власть, не допустило создание демократического государства – и выиграло.

Интервью с вице-премьером, министром финансов Польши, одним из лучших специалистов в мире по проблемам переходной экономики Лешком Бальцеровичем.

Одним из наиболее разрушительных инструментов, данных политикам экономистами, стал т.н. «треугольник Харбергера». Появление данной концепции позволило оценивать «общественные издержки» от данной конкретной ситуации монополии и, следовательно, требовать от корпораций возмещения нанесенного «ущерба».
Разумеется, «треугольник Харбергера» не является единственным способом демонстрации вреда от монополистического поведения – правильнее было бы считать его одной из простейших форм аргумента, элементы которого используются при построении более сложных концепций.

Перед белорусским социалистическим правительством поставили капиталистическую цель – зарабатывать деньги, да так, чтобы всем было по 100 долларов. Больше – это уже неравенство. Меньше – политически некорректно. Кровавый Ильич обещал всем по лампочке. Цивилизация напирает. А. Лукашенко становится апологетом Рокфеллера и Гейтса и обещает более понятный народу эквивалент с портретом американского президента. Интернационализация в действии. Экономический разум возвращается? Отнюдь. По крайней мере, не в коридоры белорусской власти, где его никогда еще и не было.

Глупо считать, что в Беларуси нельзя зарабатывать деньги. Наивно утверждать, что страна под зелено-красным полотнищем и ностальгирующим по Советскому Союзу гербом закрыта для любого бизнеса. Едва ли можно доверять людям, которые неустанно повторяют, что всем на Беларуси жить плохо. Когда в стране есть 10 миллионов потребителей, зарегистрировано около 230 тысяч налогоплательщиков, которые в той или иной степени связаны с предпринимательством, в ней непременно можно разбогатеть. Добавим сюда туристов, заезжих бизнесменов, «теневиков» и транзитников – вот вам вполне приличный рынок для десятков тысяч товаров и услуг.

2002 год становится для Беларуси временем поиска новых решений. Белорусское правительство хаотично и как-то истерично ищет советов то на Западе, то на Востоке. То приглашаем МВФ и Всемирный банк, то ругаем их, то соглашаемся на эдиный эмиссионный центр, но вдруг вспоминаем об экономическом суверенитете. С одной стороны, 12 лет реформ в Центральной Европе, опыт свыше 70 стран, которые в разное время были переходными, значительно облегчают задачу исполнительной власти. С другой стороны, советчиков так много, их рекомендации настолько противоречивы, что премьер Геннадий Новицкий, его начальник и коллеги предпочитают заниматься текущей бумажной работой, особо не утруждая себя разработкой стратегии развития страны на будущее.

Белорусское телевидение с удовольствием смакует разборки полиции западных стран с демонстрантами. Особенно шокирующими были выступления в Сиэтл и Праге. Молодые, хорошо одетые люди, с сотовыми карманами в карманах и «навороченными» ноутбукам при помощи традиционного оружия пролетариата – булыжников и палок – запугивали представителей стран – членов Всемирной торговой организации, МВФ и Всемирного банка. Они яростно выступали против глобализации, капитализма и бессердечного бизнеса с его зацикленностью на священности частной собственности. Били витрины, переворачивали машины, не пускали людей в здание, дрались со стражами порядка.

Капитализм – это любимая тема для мифологизаторов, шаманов и советских политработников. Псевдонаучные критики типа Маркса и Кейнса, возведенные в ранг знатоков капиталистической системы, просто забыли предмет изучения экономики – человека. Он им просто мешал в построении идеальных моделей, для оптимального распределения денег и ресурсов, для идеальной конкуренции и информации.